Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Трактаты о чае эпох Тан и Сун

Покупка
Артикул: 757160.03.99
Доступ онлайн
399 ₽
В корзину
В данной книге представлены важнейшие тексты о чае и чайной культуре Китая эпох Тан (618-907) и Сун (960-1279). Это второе издание «Канона чая» Лу Юя и сунские трактаты, не переводившиеся ранее. Сочинения по философии и технике чайного действа раскрывают целый комплекс знаний о выращивании и обработке чая, инструментах для чайной церемонии и традициях чаепития в средневековом Китае. Тексты подробно прокомментировала Ю. А. Дрейзис — доцент кафедры китайской филологии ИСАА МГУ имени М. В. Ломоносова. Книга будет интересна не только профессиональным китаистам и специалистам-культурологам, но и широкому кругу любителей чая.
Трактаты о чае эпох Тан и Сун : монография / пер. с кит. и комм. Ю. А. Дрейзис. – Москва : ООО Международная издательская компания «Шанс», 2021. - 273 с. – ISBN 978-5-907277-28-1. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2250903 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Москва
Трактаты о чае 
эпох Тан и Сун
в переводах Ю. Дрейзис


Трактаты о  чае эпох Тан и  Сун  : в  переводах 
Ю. Дрейзис / Пер. с кит. и комм. Ю. А. Дрейзис; вступ. 
ст. Ю. А. Дрейзис, А. Т. Габуев, Л.В. Лемешко. — Москва: 
ООО Международная издательская компания «Шанс», 
2021. — 271 с.
ISBN 978-5-907277-28-1
В данной книге представлены важнейшие тексты о чае и чайной культуре Китая эпох Тан (618–907) и Сун (960–1279). Это второе издание «Канона чая» Лу Юя и сунские трактаты, не переводившиеся ранее. Сочинения по философии и технике чайного 
действа раскрывают целый комплекс знаний о выращивании 
и обработке чая, инструментах для чайной церемонии и традициях чаепития в средневековом Китае. Тексты подробно прокомментировала Ю. А. Дрейзис — доцент кафедры китайской 
филологии ИСАА МГУ имени М. В. Ломоносова.
Книга будет интересна не только профессиональным китаистам и специалистам-культурологам, но и широкому кругу 
любителей чая.
ISBN 978-5-907277-28-1
© ООО «Международная 
издательская компания «Шанс», 2021
© Дрейзис Ю. А., перевод, 2021
Все права защищены.
УДК [641.87+663.95](315)(091)
ББК 63.3(5Кит)-7 + 85.103(5Кит)
УДК [641.87+663.95](315)(091)
ББК 63.3(5Кит)-7 + 85.103(5Кит) 
Т65
Т65
Оформление переплета Татьяны Луниной


От переводчиков  
к первому изданию «Канона чая» 2007 года
Данный перевод «Канона чая» с  классического китайского языка выполнен по изданию 2005 года «“Канон 
чая” в иллюстрациях» («Ча цзин тушо» 《茶经图说》)1. 
В китайском издании текст сопровождается так называемым «изначальным комментарием» (юаньчжу 原註). Вероятно, этот первый комментарий к «Канону чая», в дальнейшем превратившийся в неотъемлемую часть текста, 
был создан еще в эпоху Тан. Не исключено, что часть 
пояснений мог написать сам Лу Юй. В данном издании 
китайский текст комментария выделен курсивом, а его 
русский перевод для  удобства чтения вынесен в  подстрочные примечания. Поскольку многие китайские термины невозможно адекватно перевести на русский язык, 
мы решили сохранить их в тексте, передав средствами 
нормативной русской транскрипции и выделив курсивом.
Многие пассажи «Канона чая» могут показаться непонятными даже читателю, знакомому с китайской культурой, а потому мы сочли нужным снабдить текст собственными комментариями, которые помещены после 
каждой главы. В этих комментариях приведены самые 
необходимые сведения о  китайских текстах, топонимах, именах, исторических событиях, а также названиях 
1	
裘纪平,茶经图说。— 杭州;浙江摄影出版社,2005. Цю Цзипин. «Канон чая» в иллюстрациях. — Ханчжоу: Чжэцзянское издательство фотографии, 2005. На русском языке: Цю Цзипин. «Канон чая» 
в иллюстрациях / Пер. с кит. Ф. Д. Сергеевой. — М.: ООО Международная издательская компания «Шанс», 2019.


многочисленных растений, которые упоминаются в «Каноне чая». Ссылка на комментарий приводится в круглых 
скобках сразу после поясняемого термина. Комментированный перевод текста мы решили предварить небольшой вступительной статьей, не  претендующей на  научную полноту, в которой кратко излагаются сведения 
об авторе «Канона чая» и эпохе создания текста.
Идея познакомить русского читателя с «Каноном чая» 
родилась в московской чайной наших друзей, а конкретные очертания начала обретать на острове Хайнань осенью 2005 года. Спасибо Игорю Куликову и Андрею Рюмину — без них мы бы не начали пить чай, а эта работа 
никогда не была бы написана. Мы также хотим поблагодарить за внимательное отношение к первоначальным вариантам этой работы и многочисленные ценные замечания наших старших коллег и учителей — преподавателей 
Института стран Азии и Африки МГУ им. М. В. Ломоносова: Д. Н. Воскресенского, Е. В. Волчкову, А. М. Карапетьянца, Тань Аошуан, К. М. Тертицкого и М. Ю. Ульянова. Мы благодарим Максима Долгова за техническую 
поддержку первого издания. Спасибо нашим родителям 
за их терпение и помощь.
Александр Габуев и Юлия Дрейзис
Москва, октябрь 2006 года


Вступительная статья
о чайной культуре в эпохи Тан и Сун




ВЕЛИКАЯ ТАН — 
РОЖДЕНИЕ НОВОГО 
ИСКУССТВА
Ю. Дрейзис, А. Габуев
«Канон чая»  
и его создатель
Чай сопровождает китайскую цивилизацию почти все 
время ее существования. Легенда приписывает открытие чая мифическому императору Шэнь-нуну — Божественному земледельцу 1. Впервые чай упоминается 
1	
Шэнь-нун (神農, Божественный земледелец) — один из центральных культурных героев древнекитайской мифологии, которому приписывается изобретение приемов земледелия и сельскохозяйственных 
орудий. Считается, что Шэнь-нун имел такой же облик, как и другие 
мифические первопредки: змеиное тело, человечье лицо, бычью голову (что связано с его функцией бога земледелия) и нос тигра. Образ 
его, видимо, еще на весьма ранней стадии контаминировался с образом солярного божества Янь-ди (炎帝, Огненного императора), традиция объясняет это тем, что Шэнь-нун научил людей приготовлению 
пищи на огне. Иногда он именуется также Яо-ван (藥王, Повелитель 
снадобий), поскольку с его именем связывается начало традиционной 
фармакологии. По легенде, для определения целебных качеств различных растений Шэнь-нун за день испробовал на себе свойства ста 
трав, подвергнулся действию 72 ядов, но использовал чай как противоядие и остался жив. Шэнь-нуну приписывается также авторство 
трактата-фармакопеи «Канон о корнях и травах Божественного земледельца» («Шэнь-нун бэньцао цзин» 《神農本草經》), составленного на самом деле в конце эпохи Западная Хань.


в  «Ши цзине» 2  — древнейшем сборнике китайских 
поэтических произведений, а  специальную посуду 
для пития чая начали изготовлять в эпоху Хань 3. Однако почти полторы тысячи лет накопленные китайцами обширные знания о  чае не  были систематизированы в  рамках одного произведения. Коренной 
поворот в истории китайской чайной культуры наступил лишь в эпоху Тан.
Сложно найти искусство или область традиционного знания, которые не переживали бы расцвет в это 
время. Творения танских скульпторов, архитекторов, 
ремесленников, а особенно поэтов и эссеистов до сих 
пор считаются непревзойденными. Монархи Тан правили крупнейшей державой мира, простиравшейся 
от пустыни Гоби до джунглей Вьетнама и от предгорий 
2	 «Канон песен» («Ши цзин»《詩經》) — древнейший сборник китайских поэтических произведений, создание которого по традиции 
приписывается Конфуцию (孔子; 551–479 гг. до н. э.). Скорее всего, 
самые древние части этого сборника были записаны в эпоху Западная Чжоу и включали аутентичные тексты того времени. В дальнейшем «Ши цзин» неоднократно редактировался вплоть до конца эпохи 
Восточная Хань. Дошедший до нас текст «Ши цзина» состоит из 305 
произведений, объединенных в четыре больших раздела: «Нравы» 
(«Фэн»《風》), «Малые оды» («Сяо я»《小雅》), «Большие оды» («Да я»
《大雅》) и «Гимны» («Сун»《頌》). Состав текста неоднороден: наряду с ритуальными песнопениями («Оды», «Гимны»), в «Ши цзине» 
встречаются обработанные записи народных песен и магических заклинаний различных древнекитайских царств («Нравы»). В конфуцианской традиции «Ши цзин» обладал огромным авторитетом и был 
включен в состав пяти наиболее почитаемых текстов — «У цзина» 
(«Пятиканония»,《五經》), куда также входят «Шу цзин» («Канон документов»,《書經》), «И цзин» («Канон перемен»,《易經》), «Ли цзи» 
(«Записи о ритуале», 《禮記》) и хроника «Чуньцю» («Вёсны и осени»,
《春秋》). 
3	 Впрочем, использовавшийся в древних текстах до II в. знак ту 荼, 
который обычно отождествляется со  знаком ча 茶 и  переводится 
как «чай», мог обозначать более широкий комплекс растений, употреблявшихся на юге в качестве питья. По крайней мере, окончательное 
выделение собственно чая произошло не позднее эпохи Троецарствия.


Великая Тан — рождение нового искусства
Памира до  берегов Японского моря. Она была населена многими этносами и  являлась для  раннего 
Средневековья образцом веротерпимости — помимо 
собственно китайских вероучений, на просторах империи проповедовались буддизм, ислам, манихейство 
и  несторианство. В  императорскую столицу Чанъань, население которой в  середине VIII  века достигало почти двух миллионов человек, съезжались 
купцы из  Центральной Азии, Индии, стран «Южных морей» 4 и  даже из  далекой Аравии. Пожалуй, 
никогда Китай не был столь открыт для культурного 
обмена и не интересовался иноземными обычаями — 
например, платья придворных дам, о  которых мы 
знаем по  танской миниатюре и  погребальной пластике, являли собой причудливое смешение традиционного китайского костюма и  «нарядов иноземцев». О  странах Запада в  это время китайцы были 
осведомлены, возможно, даже лучше, чем латиняне 
и византийцы — о Поднебесной.
В эпоху Тан впервые начинается масштабная китаизация южных районов страны, которые до того были 
слабо освоены ханьцами  — крупнейшей этнической 
общностью танской державы. Традиционно все основные центры культуры ханьцев находились на  севере, в бассейне реки Хуанхэ, тогда как бассейн Янцзы 
был населен преимущественно неханьскими народами. 
При Тан начинается массовая миграция людей с севера 
на юг — уже к началу VIII века выросло целое поколение ханьцев, для которых долина Янцзы была такой же 
родной, как и просторы Великой китайской равнины. 
В это время ханьцы воспринимают южные традиции 
4	
Так в средневековом Китае называли страны Юго-Восточной Азии.


чаепития, поскольку именно юг был основным регионом произрастания чая. И если в дотанском Китае чай 
являлся преимущественно диковинной забавой ученой 
элиты, то при Тан обычай пить чай становится более 
распространенным. Благодаря деятельности буддийских монахов из влиятельных южных монастырей питие чая постепенно приобретает статус искусства и духовной практики.
В то же время правление танских монархов стало 
для Китая второй после Хань эпохой великого синтеза и обобщения достижений собственной культурной традиции. Свидетельством этого стал небывалый 
взлет традиционной учености после того, как  император Тай-цзун (太宗; 627–650) утвердил экзамены на чиновничью должность. Главным критерием 
для кандидатов стало знание «Пятиканония» — сборника пяти наиболее почитаемых текстов китайской 
древности. Почет, которым были окружены каноны 
в  среде ученой элиты, стал стимулом к  написанию 
новых произведений в жанре канонов-цзин. Как следствие, создаются каноны по всем областям традиционного знания, от музыки и до искусства разбираться 
в лошадях. Во многом именно наличие канона-цзин, 
описывающего ту или иную практику, делало ее частью общего культурного поля.
Чайная традиция Китая тоже ждала обобщения и кодификации, ждала человека, который взялся бы за этот 
труд и сделал бы его делом своей жизни. И в правление 
императора Сюань-цзуна (玄宗; 712–756) такой человек 
в Поднебесной появился.


Доступ онлайн
399 ₽
В корзину