Благоприятствование защите (favor defensionis)
Введение
Монография посвящена исследованию феномена благоприятствования защите (favor defensionis) в системе уголовного судопроизводства. Анализируются его правовые основы, исторические этапы формирования и современные проявления в отечественном и зарубежном праве, а также пути совершенствования механизмов обеспечения равенства сторон. Основная цель — определить роль элементов механизма благоприятствования защиты в достижении справедливого и состязательного судопроизводства, а также сформулировать практические рекомендации по их нормативному закреплению.
Понятия и правовая природа феномена
В главе 1 раскрываются основные понятия: «благоприятствование», «равенство сторон» и «благоприятствование защите». Указывается, что благоприятствование — это система нормативных исключений, создающих процессуальный режим, направленный на компенсацию естественного неравенства сторон в уголовном процессе. Подчеркивается, что такие исключения закрепляются нормативно, имеют четкую юридическую природу и служат инструментами обеспечения равных возможностей сторон. Важной характеристикой является их нормативность, закрепленная в системе правил, что обеспечивает законность и предсказуемость их применения.
Исторический аспект формирования феномена
Глава 1.3 посвящена ретроспективному анализу становления понятия в дореволюционной, советской и постсоветской России. В дореволюционный период (XVI—XIX века) феномен проявлялся через сословные привилегии и регламенты, закреплявшие преимущества определенных категорий участников судопроизводства. В советский период (1920—1960 годы) нормативные нормы о благоприятствовании были либо отсутствовали, либо носили декларативный характер, что обусловлено идеологическими приоритетами и отсутствием нормативных механизмов защиты прав личности. В постсоветский период (с 1991 года) закрепление элементов благоприятствования происходит через нормативные положения, направленные на реализацию принципа состязательности и равенства сторон, что подтверждается изменениями в законодательстве и практикой Европейского суда по правам человека.
Современное содержание и нормативное наполнение
Глава 2 подробно анализирует современные элементы механизма благоприятствования в российском уголовном процессе. Выделяются нормативные нормы, закрепляющие права и обязанности участников, а также запреты и исключения, создающие режим благоприятствования для стороны защиты. В числе таких элементов — право на участие защитника с момента задержания, возможность получения доказательств, сбор и приобщение доказательств, проведение экспертиз, а также право на последнее слово и апелляционное обжалование. Отмечается, что нормативное закрепление этих элементов способствует реализации принципа равенства сторон, обеспечивает справедливость и баланс в процессе.
Классификация элементов механизма
В главе 2.3 предложена авторская классификация элементов благоприятствования по признакам:
- по периоду действия (превентивные, действующие на стадиях разбирательства, восстановительные);
- по способу реализации (правопредоставляющие, правообязывающие, правоограничительные, запретительные, преимущественные);
- по формам влияния (общие, специальные, смешанные).
Это деление позволяет систематизировать нормативные положения и определить ключевые механизмы, обеспечивающие баланс между сторонами.
Механизм благоприятствования в зарубежных правовых системах и международной практике
Глава 3 посвящена анализу элементов механизма в странах континентальной Европы, США, а также в странах исламского мира. В частности, отмечается, что в европейском праве (ЕСПЧ) реализуются такие элементы, как исключения из правил допустимости доказательств, иммунитеты, правила о повторной экспертизе, а также нормы, ограничивающие возможность использования доказательств, полученных с нарушением закона (например, доктрина «плодов отравленного дерева»). В странах общего права (Англия, США) механизм реализуется через принципы «справедливого суда» и «равенства оружия», а также через исключения, закрепленные прецедентами. В исламских странах — через нормы, регламентирующие право на защиту и исключения, связанные с особенностями религиозного и культурного контекста. В целом, международная практика подтверждает универсальность и актуальность элементов благоприятствования в обеспечении равенства сторон.
Пути совершенствования механизмов в российском праве
Глава 3.3 подчеркивает необходимость нормативного закрепления понятий и элементов механизма благоприятствования, а также их систематизации. Предлагается внести изменения в УПК РФ, закрепить в нормативных актах правила о недопустимости доказательств, полученных с нарушением закона, расширить полномочия суда по признанию доказательств недопустимыми, обеспечить равные права сторон при сборе доказательств, а также закрепить правила о равенстве возможностей в судебных прениях и последнем слове. Отмечается, что нормативное закрепление этих элементов позволит устранить противоречия, повысить эффективность защиты и обеспечить баланс между сторонами.
Итоги и выводы
В заключении подчеркивается, что феномен благоприятствования защите является универсальным и важным инструментом обеспечения справедливости и равенства сторон в уголовном процессе. Его наличие в системе права не противоречит принципу всеобщей равной меры, а, напротив, служит средством компенсации естественного неравенства сторон. Для повышения эффективности реализуемых механизмов необходимо нормативное закрепление элементов благоприятствования, их систематизация и развитие с учетом международного опыта и современных вызовов. Это позволит обеспечить реализацию целей уголовного судопроизводства, направленных на защиту личности и обеспечение справедливости.
Общий объем — около 600 слов, выдержан академический стиль, структурирован по разделам и подразделам, с акцентом на основные идеи и рекомендации.
- ВО - Бакалавриат
- 40.03.01: Юриспруденция
- ВО - Магистратура
- 40.04.01: Юриспруденция
- ВО - Специалитет
- 40.05.02: Правоохранительная деятельность
- 40.05.04: Судебная и прокурорская деятельность
- Аспирантура
- 40.06.01: Юриспруденция
Благоприятствование защите (favor defensionis)
С. А. Соловьев Благоприятствование защите (favor defensionis) Под редакцией доктора юридических наук, профессора Л. Н. Масленниковой НОРМА ИНФРА-М Москва, 2026
УДК 343.12 ББК 67.411 C60 Сведения об авторе Сергей Александрович Соловьев, кандидат юридических наук, адвокат, управляющий партнер Адвокатского бюро города Москвы «СОСЛОВИЕ», член Совета Адвокатской палаты города Москвы. Рецензенты: Александр Витальевич Смирнов, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации, советник Конституционного Суда Российской Федерации; Мария Андреевна Михеенкова, кандидат юридических наук, ассистент кафедры уголовного процесса, правосудия и прокурорского надзора юридического факультета ФГБОУ ВО «Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова». Соловьев С. А. Благоприятствование защите (favor defensionis) : монография / С. А. Соловьев ; под ред. Л. Н. Масленниковой. — Москва : Норма : ИНФРА-М, 2026. — 296 с. ISBN 978-5-00156-137-8 (Норма) ISBN 978-5-16-018319-0 (ИНФРА-М, print) ISBN 978-5-16-109218-7 (ИНФРА-М, online) В работе исследуются актуальные вопросы правовой природы, истории становления и целеполагания феномена благоприятствования защите как процессуального механизма, обеспечивающего максимальное сокращение дефицита равенства сторон в уголовном судопроизводстве. В результате исследования уголовно-процессуального законодательства, как отечественного, так и зарубежных стран, во взаимосвязи с прецедентной практикой Европейского Суда по правам человека и практикой Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ, с учетом ретроспективного взгляда на отечественный уголовный процесс сформулировано и обосновано понятие «благоприятствование защите» как процессуальный механизм обеспечения равенства сторон в уголовном судопроизводстве России, представлены мотивированные выводы о значении состязательности и понятия «стороны» для роли феномена favor defensionis в уголовном процессе, определен перечень нормативных элементов, в которых в действующем УПК РФ закреплены положения этого феномена, составлена их подробная классификация, сформулированы предложения по совершенствованию уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации через призму благоприятствования защите. Книга предназначена для судей, прокуроров, следователей, адвокатов, иных практикующих юристов, научных работников, преподавателей, аспирантов, магистрантов и студентов (курсантов) юридических учебных заведений, а также всех лиц, интересующихся проблемами уголовного процесса. УДК 343.12 ББК 67.411 © Соловьев С. А., 2021 C60
Положения о состязательности и равноправии сторон перед судом в качестве принципов уголовного процесса (ст. 15, 244 УПК РФ) во взаимосвязи с их толкованием Конституционным Судом РФ1 всегда были сопряжены с обязанностью государства по созданию необходимых условий, обеспечивающих их соблюдение и реализацию при отправлении правосудия. Естественное неравенство сторон при публично-правовой форме организации уголовного судопроизводства, помимо нормативного закрепления состязательности и равноправия сторон, требует соответствующего правоприменения, от которого во многом зависит способность стороны реализовать предоставленные ей процессуальные возможности для защиты своих прав и законных интересов. Анализ результатов современного правоприменения в отечественном уголовном судопроизводстве позволяет утверждать, что, несмотря на конституционное положение об отправлении судопроизводства на основании состязательности и равноправия сторон (ч. 3 ст. 123 Конституции РФ), фактическое положение сторон обвинения и защиты имеет существенные различия, обеспечивающие преимущественное положение стороне обвинения. При этом при опросе судей, прокуроров, следователей и адвокатов подавляющее большинство из них считает, что «большим злом» уголовного судопроизводства является именно факт необоснованного привлечения к уголовной ответственности (рис. 1). Организация обвинительной деятельности на досудебной стадии уголовного судопроизводства изначально формирует объективное 1 Конституционный Суд РФ в определении от 23 июня 2005 г. № 227-О отмечал, что «публичные правоотношения не предполагают равенства сторон в отношениях, если одной из сторон выступает государство в лице его органов, должностных лиц и служащих, что не может и не должно рассматриваться как нарушение вышеуказанного конституционного принципа равенства» (URL: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision32941. pdf (дата обращения: 11.11.2018)). Вообще повсюду причиной возмущений бывает отсутствие равенства. Аристотель «Политика»
различие в положениях сторон обвинения и защиты при рассмотрении дела в суде, которое не компенсируется реализацией принципов состязательности и равноправия сторон при самом судебном разбирательстве. Обусловливает такое неравное положение сторон то обстоятельство, что обеспечение доступа к правосудию в полном объеме зависит от представителя государственной власти (следователя, дознавателя), наделенного специальными властными полномочиями, включая полномочия по формированию обвинения и его доказыванию, применению мер уголовно-процессуального принуждения. Тем самым сторона обвинения получает серьезные преимущества еще до поступления дела в суд, а ее представители в лице следователя (дознавателя) имеют фактически ничем не ограниченную дискрецию в отношении ходатайств, заявлений и жалоб участников стороны защиты, что часто приводит к необоснованным отказам в ходатайствах о приобщении доказательств и о признании доказательств недопустимыми, к применению мер процессуального принуждения без достаточных оснований и т. д. (рис. 2). Кроме этого, обязанность доказать обвинение во взаимосвязи с необходимостью опровергнуть доводы, приводимые обвиняемым в 1 Разница в количестве ответов с количеством лиц, участвовавших в анкетировании, обусловлена возможностью получения нескольких ответов от одного анкетируемого. Необоснованное привлечение к уголовной ответственности Неустановление лица, виновного в совершении преступления Затруднились с ответом Дали иной ответ 655 700 600 500 400 300 200 100 0 188 62 114 Рис. 1. Результаты ответов 1029 профессиональных участников уголовного судопроизводства (судей, прокуроров, следователей и адвокатов) на вопрос: «Что, по вашему мнению, является «большим злом» для уголовного судопроизводства в России?»1
свою защиту (ч. 2 ст. 14 УПК РФ), предполагает безусловную активность должностных лиц правоохранительных органов. Стремление в достижении этой цели нередко реализуется через недопустимые средства (собирание доказательств с нарушением закона, недостаточное обоснование предъявленного обвинения, искусственное «утяжеление» квалификации содеянного и объема обвинения, безосновательное и чрезмерное применение мер процессуального принуждения и др.). Формальное отношение правоприменителя к законной и обоснованной защитительной деятельности часто выражается в немотивированных и необоснованных отказах стороне защиты в ее ходатайствах и жалобах. Серьезной проблемой является необоснованный отказ правоприменителя от использования положений ч. 3 ст. 14 УПК РФ для решения вопросов уголовного процесса, связанных, например, с рассмотрением ходатайств органа расследования о применении мер процессуального принуждения, признания доказательств недопустимыми и др. 1 Рисунок из информационно-телекоммуникационной сети Интернет. Автор не установлен. Равноправие Равенство Рис. 2. Образное соотношение между равноправием и равенством1
Получили широкое распространение искусственные способы отводов из дел активных защитников, недопустимая формализация и унификация судебных решений, связанных с ущемлением конституционных прав и свобод граждан1, массовое использование для целей обвинительной деятельности сокращенных форм уголовного судопроизводства2 и целый ряд иных сложившихся обыкновений, трактуемых в правоприменительной практике через термин «обвинительный уклон». Все это, как каждое в отдельности, так и в совокупности, формирует ситуацию фактического неравенства сторон обвинения и защиты и одновременно актуализирует необходимость ее исправления в целях обеспечения конституционных положений об отправлении уголовного судопроизводства на основании состязательности и равноправия сторон. Об актуальности темы представленной монографии свидетельствуют и данные эмпирического исследования, подтверждающего своими результатами наличие существенного дисбаланса в положении сторон обвинения и защиты на современном этапе. Так, опрос 177 судей показал, что 78 из них (44,3%) ни разу в своей практике не выносили решений о признании доказательства недопустимым3, 74 судьи (41,8%) не считают необходимым включение в УПК РФ положения о недопустимости доказательства, производного от другого недопустимого доказательства4, а 105 судей (59,3%) категорически против установления возможности избрания меры пресечения в виде заключения под стражу только в том случае, когда в установленный судом срок не внесена сумма залога5. В то же время статистические данные свидетельствуют, что за I полугодие 2018 г. суды общей юрисдикции удовлетворили 89,3% ходатайств органов расследования о применении меры пресечения в ви1 За I полугодие 2018 г. суды общей юрисдикции удовлетворили 89,3% ходатайств органов расследования о применении меры пресечения в виде заключения под стражу и 97,5% ходатайств о продлении срока действия меры пресечения в виде заключения под стражу (см.: Основные статистические показатели деятельности судов общей юрисдикции за I полугодие 2018 г. URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79 (дата обращения: 18.02.2019)). 2 За I полугодие 2018 г. из общего числа рассмотренных судами общей юрисдикции уголовных дел 79,95% дел было рассмотрено в особом порядке (см.: Основные статистические показатели деятельности судов общей юрисдикции за I полугодие 2018 г.).
де заключения под стражу и 97,5% ходатайств о продлении срока действия меры пресечения в виде заключения под стражу1. Отрицательные последствия в обеспечении надлежащего правоприменения повлекло массовое использование для целей обвинительной деятельности сокращенных форм уголовного судопроизводства, что отмечается даже Генеральным прокурором РФ2. За I полугодие 2018 г. из общего числа рассмотренных судами общей юрисдикции уголовных дел 79,95% дел было рассмотрено в особом порядке3. Опрос профессиональных участников уголовного судопроизводства показал: большинство из них полагает, что данные формы судопроизводства в первую очередь обеспечивают процессуально-правовые интересы государства (рис. 3). 1 См.: Основные статистические показатели деятельности судов общей юрисдикции за I полугодие 2018 г. 2 «Другая причина ухудшения качества расследования состоит в чрезмерном использовании особого порядка рассмотрения уголовных дел без исследования доказательств» (Из стенограммы выступления Генерального прокурора РФ Ю. Я. Чайки на расширенном заседании коллегии Генпрокуратуры РФ с участием Президента РФ 19 марта 2019 г. URL: http://kremlin.ru/events/president/news/60100 (дата обращения: 20.03.2019)). 3 См.: Основные статистические показатели деятельности судов общей юрисдикции за I полугодие 2018 г. Потерпевшего Подсудимого Государства Затруднились с ответом 93 500 450 400 350 300 250 200 150 100 50 0 314 479 143 Рис. 3. Результаты ответов 1029 профессиональных участников уголовного судопроизводства (судей, прокуроров, следователей и адвокатов) на вопрос: «Как вы считаете, чьи процессуально-правовые интересы в большей степени защищены при ускоренных судопроизводствах, предусмотренных гл. 321, 40 и 401 УПК РФ?»
Принятие Российской Федерацией приоритетов международного правового регулирования (ч. 4 ст. 15 Конституции РФ) делает крайне актуальной проблему анализа российского уголовного процессуального законодательства на предмет его соответствия требованиям Конвенции о защите прав человека и основных свобод в части способности обеспечить такие процессуальные условия, при которых бы действие принципов состязательности и равноправия сторон безусловно соблюдалось. Отмечаемое нами естественное неравенство сторон вытекает не из природы, а из человеческих законов. В случае, когда определенный нормативно организованный порядок не позволяет достичь реального равенства сторон участвующих в правоотношениях, в соответствующий нормативный акт включаются элементы, которые путем отклонения от единых, типизированных правил нормативного регулирования позитивно влияют на объем возможных средств действия конкретного субъекта правоотношений и обеспечивают дополнительные гарантии соблюдения его прав. Совокупность этих элементов, действующих в системе права, определяется как благоприятствование. Применительно к уголовному процессу для обозначения таких исключительных нормативных элементов, направленных на преодоление дефицита равенства между сторонами обвинения и защиты, сформировался термин «благоприятствование защите». Одними из первых в России понятие «благоприятствование защите» стали употреблять в своих трудах Л. Е. Владимиров и В. К. Случевский, которые использовали при этом исключительно его латинскую транскрипцию — favor defensionis. В последующем, как в трудах дореволюционных ученых-процессуалистов, таких как С. И. Викторский, Г. Гартунг, П. И. Люблинский, С. В. Познышев, Н. Н. Розин, В. Д. Спасович, Д. Г. Тальберг, И. Я. Фойницкий и др., так и советских: Н. С. Алексеева, М. М. Гродзинского, В. Г. Даева, Н. В. Жогина, Л. Д. Кокорева, Я. О. Мотовиловкера, М. С. Строговича, М. А. Чельцова-Бебутова, П. С. Элькинд, М. Л. Якуба и др., — упоминания термина «благоприятствование защите» не имеется. Но в то же время многие уголовно-процессуальные нормы, обеспечивающие своим действием благоприятствование стороне защиты, являлись предметом их глубокого научно-теоретического осмысления.