Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Ловушка для сверчков

Покупка
Новинка
Основная коллекция
Артикул: 898085.01.99
Доступ онлайн
269 ₽
В корзину
Режиссер Кирилл Юрганов руководит уникальным театром «Эхо», где играют актеры-минималы — люди с особенностями роста. Неожиданное предложение от влиятельного генерала кажется спасением для бедствующей труппы: грандиозное шоу в закрытом поместье «Арсенал» сулит славу и деньги. Однако вместо триумфа артисты оказываются в изоляции. Хозяин исчезает, а его жена превращает гостей в живых игрушек для своего избалованного сына. Унижения, опасные игры на грани жизни и смерти, интриги среди прислуги и раскол внутри самой труппы множатся с каждым днем. Понимая, что помощи ждать неоткуда, люди оказываются перед выбором: смириться с ролью забавных «сверчков» или рискнуть всем ради свободы.
211
388
471
533
Медведев, В. Ловушка для сверчков : художественная литература / В. Медведев. - Москва : Альпина нон-фикшн, 2026. - 552 с. - ISBN 978-5-00223-881-1. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2288737 (дата обращения: 20.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Людмиле с любовью




 
Москва, 
Владимир 
Медведев
Ловушка
для сверчков
роман


ISBN  978-5-00223-881-1
© В. Медведев, 2026
© ООО «Альпина нон-фикшн», 2026
УДК 821.161.1-311.1
ББК 84(2=411.2)6-44
 
М42
 Редактор Т Т
Медведев В.
М42 Ловушка для сверчков : [роман] / Владимир Медведев. — М. : 
Альпина нон-фикшн, 2026. —  546 с.
ISBN  978-5-00223-881-1
Режиссер Кирилл Юрганов руководит уникальным театром «Эхо», где 
играют актеры-минималы — люди с особенностями роста. Неожиданное 
предложение от влиятельного генерала кажется спасением для бедствующей труппы: грандиозное шоу в закрытом поместье «Арсенал» сулит 
славу и деньги. Однако вместо триумфа артисты оказываются в изоляции. Хозяин исчезает, а его  жена превращает гостей в живых игрушек 
для своего избалованного сына. Унижения, опасные игры на грани жизни 
и смерти, интриги среди прислуги и раскол внутри самой труппы  множатся с каждым днем. Понимая, что помощи ждать неоткуда, люди 
оказываются перед выбором: смириться с ролью забавных «сверчков» 
или рискнуть всем ради свободы.
УДК 821.161.1-311.1
ББК 84(2=411.2)6-44
Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена
в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в интернете и в корпоративных сетях, а также запись в память ЭВМ для 
частного или публичного использования, без письменного разрешения владельца 
авторских прав. По вопросу организации доступа к электронной библиотеке издательства обращайтесь по адресу mylib@alpina.ru
Издательство благодарит Banke, 
Goumen & Smirnova Literary Agency 
за содействие в приобретении прав


Черный человек
Кирилл Юрганов
В начале третьего акта капельдинер Варвара Васильевна, 
дама чрезвычайно театральная, настигла меня за кулисами 
и возвестила:
— Черный человек!.. —  И завершила чуть менее драматично: —  …ждет вас в нижнем фойе.
Я спустился в тускло освещенный вестибюль и справа 
от входа увидел осанистого господина, облаченного в черный костюм, и его двойника —  смутное отражение в темной 
глубине огромного зеркала. Издали господин напоминал 
пухлого сценического вампира или героя-любовника. На самом же деле —  Варвара Васильевна определила верно —  он 
был курьером судьбы. Однако интуиция меня подвела. Промолчала. А потому, приблизившись, я спросил буднично:
— Чем могу?
Разглядев черного незнакомца с близкого расстояния, 
я решил, что он —  вылитый Фридрих Ницше, которого 
скульптор вылепил, взяв за образец морского льва. Круглая 
голова, круглый лоб, маленький носик, пышные ницшеанские усы, толстая шея, переходящая в обтекаемое тело, облитое черной тканью. Черные выпуклые глаза внимательно 
разглядывали меня с животной живостью.
— Вы директор, администратор… или как это у вас теперь называется?
Вероятно, моя особа ему не слишком показалась. Я представился:
— Режиссер. Кирилл Максимович Юрганов.


— Хотелось бы поговорить с главным.
— А кто, по-вашему, в театре главный? Если тот, кто 
по денежным делам…
— Вот именно. По ним самым.
— …придется подождать до завтра. Скажем, до полудня. Финансового директора сейчас нет.
— Это невозможно!
Я выразил вежливое несогласие:
— Отчего же? Очень даже возможно.
Кажется, он возмутился:
— Нонсенс!
Пришлось пояснить:
— Он не нужен во время спектакля.
Пояснение почему-то задело черного господина. Он холодно отчеканил:
— Ждать, ждать невозможно! Дело очень срочное.
— Сожалею, но материализовать его не могу.
— Пошлите за ним.
— Я бы с радостью, но… его местонахождение неизвестно.
Ситуация начала меня раздражать. Сердился я не на визитера —  его высокомерный тон скорее забавлял меня, — 
а на Севу, нашего директора. Он вечно исчезал в самый 
неподходящий момент, а в данный —  наверняка уединился с какой-нибудь местной красоткой. Однако упускать 
возможного спонсора, если он и вправду таковой, было 
нельзя. Театр бедствовал. Пришлось принимать огонь 
на себя.
— Если вы изложите суть дела, я попробую его заменить…
Он еще раз оглядел меня, и я, наверное, еще больше 
ему не показался, но дело, знать, и впрямь было срочным, 
так что черному господину пришлось довольствоваться тем, 
кто оказался под рукой. И он наконец изложил причину 
своего визита:


— Захар Матвеевич желает посмотреть на ваших лилипутов.
Я вспыхнул:
— Не знаю, кто такой ваш Захар Матвеевич, но, когда 
речь заходит о наших актерах, прошу впредь именовать их 
не лилипутами, а минималами.
Он проигнорировал мою поправку.
— Я говорю о Захаре Матвеевиче Буряге, —  имя и отчество он произнес с подчеркнуто почтительной фамильярностью. —  Теперь вам понятно?
— Простите… —  пробормотал я. —  Не припомню.
Господин оскалился:
— Шутите?! У меня нет времени для игр. Да и шутка 
неуместная…
Конечно, я  знал, кто такой Буряга. Кто  ж в  России 
не знает! Но мне хотелось сбить спесь с черного господина. 
Он гневно вперил в меня взгляд, но вдруг осекся и проговорил с непритворным удивлением:
— Так вы действительно не знаете?!
— Поверьте, но… увы…
— Верю, хотя с трудом… Вся Россия знает, в Европе 
знают… А вы как с Марса. Хотя, конечно, здесь, в глуши… 
Скажите, вы без обмана режиссер?
— Без малейшего.
— Чудно как-то… Так вот, постарайтесь запомнить: Захар Матвеевич —  генерал… Нет, не поверю, чтоб вы никогда не слышали… Член Президентского совета. Понимаете?
— Пытаюсь, —  сказал я. —  Так что же, он хочет купить 
наш коллектив? Предупреждаю сразу —  не продается.
Он вздохнул, изнемогая от моей тупости.
— Захар Матвеевич желает встретиться с артистами. 
Встре-тить-ся. Понимаете? Срочно. Сейчас же.
— Сейчас  же никак не  получится. Им еще играть 
до конца спектакля. Кстати, Захар Матвеевич мог бы успеть 


на конец третьего акта и рассмотреть актеров, так сказать, 
в естественной среде.
Он даже не возмутился, насколько нелепым счел предложение —  будто я позвал на ужин статую командора. 
У него и без того сложилось обо мне невысокое мнение, 
а тут уж впору было усомниться в моей разумности. Он 
все же попытался растолковать мне, что к чему. Суть объяснений свелась к следующему. Герой России затеял грандиозное театрализованное представление и желает, чтобы 
в нем приняли участие лилипуты…
Пришлось его осадить:
— Я просил вас именовать их минималами.
— Но ведь они лилипуты!
— Это унизительное название.
Он усмехнулся:
— Вы ведь не считаете, что корову унижает название 
«корова»?
Такие люди непробиваемы. Я махнул рукой и сменил 
тему:
— Почему вашему патрону понадобился именно наш 
театр? В России множество коллективов, в которых заняты 
маленькие люди, и они выступают именно на таких мероприятиях, как ваше. На корпоративах, днях рождения 
и тому подобных. «Эхо» —  серьезный профессиональный 
драматический театр и…
— Именно такой нужен Захару Матвеевичу,  —  прервал меня черный господин. —  Гонорары будут выплачены 
огромные.
«Ну что ж, дело в наше время обычное, —  подумал 
я. —  Даже мировые звезды, не говоря уж об отечественных, не считают зазорным петь и плясать на праздниках 
российских нуворишей».
Черный господин меж тем продолжал:
— Захар Матвеевич прибудет в свою усадьбу нынешней 
ночью. Вероятнее всего, он захочет сразу же по приезде 


произвести смотр артистам, поскольку придает их участию в проекте большое значение. Для них будут написаны специальные роли и пошиты наряды, разработанные 
лучшими модельерами страны. На встречу с Захаром Матвеевичем они должны явиться в театральных костюмах. 
В каких именно —  неважно, хотя бы в тех, в каких играют 
в сегодняшнем спектакле. Главное —  общее впечатление. 
А впрочем, в любом случае времени на переодевание нет. 
На парковке перед театром ожидает минивэн. Если выехать, 
не задерживаясь, едва-едва доберемся до Углича перед самым прибытием генерала.
— Углич! —  воскликнул я. —  Это же у черта на куличках.
— Двести семьдесят километров. Доедем часа за полтора.
Я не колебался. Упускать такую возможность было бы 
преступлением. Денег вольному театру всегда не хватает, 
а участие в грандиозном шоу, вокруг которого наверняка 
поднимется немалый хайп, обещало к тому же бесплатную 
рекламу.
— Спектакль закончится через полчаса, —  сообщил я.
Взамен посланец мецената соблаговолил наконец представиться:
— Герман Велорович Хратов.
— Хотите посмотреть окончание спектакля? —  предложил я. —  В ложе есть свободные места.
Он, разумеется, отказался.
— Тогда, может быть, буфет? Кофе вполне приличный. 
И даже более того.
На буфет он согласился. Я послал капельдинершу Варвару Васильевну за буфетчицей, попросил зажечь в вестибюле свет, усадил Хратова за столик, а сам отправился за кулисы.
На сцене эффектно умирала наша прима, обычно требующая, чтобы ее называли не Ларисой и даже не Лорой, 


а Лорелеей. Сейчас прима не возражала против имени Дездемона. Она была прекрасна. Тонкое лицо, фиалковые глаза, 
длинные белые волосы, воздушная фея, нежный цветок, 
манипулятор, демонстративная истеричка и скандалистка 
(но до чего ж талантлива на сцене!). Отелло уже придушил 
ее и успел ударить ножом, но будь ее воля, она умирала бы 
до завтрашнего утра.
А будь воля Отелло, которого играл наш герой-любовник 
Владимир Ленский, вне роли совмещающий в своей личности 
Ланселота, Печорина, Чайльд Гарольда и графа Монте-Кристо, 
он бы сразу и без затей, не спрашивая, молилась ли она, 
всерьез задушил бы Дездемону на глазах у всей честной публики, и не потому, что кровожаден. Они с Лорой терпеть друг 
друга не могут. Правда, порой мне кажется, что эта парочка 
всего лишь изображает роковую вражду. Не для чужих глаз, 
а ради собственного удовольствия. Впрочем, кто их разберет. 
Актеры —  не только маленькие, но и всякие —  как дети.
Тем временем на сцену ворвалась Эмилия, служанка, 
которая из-за запертой двери слышала крики Дездемоны:
— О ужас! Это голос госпожи!
На помощь! Помогите! Помогите!
Скажите, Дездемона, что-нибудь!
Это Ольга Берсенева, которой наш театр обязан своим 
рождением в прямом смысле слова —  был создан по Оленькиному хотению на деньги ее отца. Роль Эмилии написана 
словно для нее. Ей даже не приходится играть, она такова 
и в жизни —  прямая, честная, бесстрашная, режет правдуматку в глаза и никогда не отступает, если убеждена, что 
правда на ее стороне, верная друзьям и непримиримая 
к врагам… Так и хочется сказать: характер стойкий, нордический. С ней бывает нелегко из-за ее резкости, она не сгибается перед авторитетами и готова противостоять любому —  хоть режиссеру (то есть мне), хоть мерзавцу-мужу 


Доступ онлайн
269 ₽
В корзину