Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Щучьи сплетни

Покупка
Новинка
Основная коллекция
Артикул: 898081.01.99
Доступ онлайн
239 ₽
В корзину
Журналистка Варя Осокина едет на Русский Север — писать материал о восстановлении заброшенной церкви на острове, окруженном рукавами реки Онеги. Но внутри самой Вари — выжженная земля. Четыре года назад она потеряла отца и до сих пор не оправилась от горя. В туманах холодной реки реальность дает трещину. Здесь щуки нашептывают о потаенных страхах, а из темных вод выходит русалка с заманчивым предложением. Варя хватается за него не раздумывая и слишком поздно осознает, что у этой сделки есть двойное дно, а плата за избавление от боли может оказаться слишком велика. Требования русалки становятся все изощреннее, и Варе приходится решить: поддаться коварному течению или найти свой якорь среди живых.
Власенко, О. Щучьи сплетни : художественная литература / О. Власенко. - Москва : Альпина Паблишер, 2026. - 320 с. - ISBN 978-5-0063-1774-1. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2288733 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов



Marshmallow Books
Москва
щучьи сплетни
Ольга Власенко


УДК 821.161.1
ББК  84(2)-446
В58
Литературный редактор: Анастасия Маркелова
Власенко, Ольга.
B58  Щучьи сплетни / Ольга Власенко. — М. : Альпина Паблишер, 
2026. — 320 с.
ISBN 978-5-0063-1774-1
Журналистка Варя Осокина едет на Русский Север — писать 
материал о восстановлении заброшенной церкви на острове, 
окруженном рукавами реки Онеги. Но внутри самой Вари — 
выжженная земля. Четыре года назад она потеряла отца и до 
сих пор не оправилась от горя.
В туманах холодной реки реальность дает трещину. Здесь 
щуки нашептывают о потаенных страхах, а из темных вод выходит 
русалка с заманчивым предложением. Варя хватается за него не 
раздумывая и слишком поздно осознает, что у этой сделки есть 
двойное дно, а плата за избавление от боли может оказаться 
слишком велика.
Требования русалки становятся все изощреннее, и Варе 
приходится решить: поддаться коварному течению или найти 
свой якорь среди живых.
УДК 821.161.1
ББК 84(2)-446
Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, 
включая размещение в сети интернет и в корпоративных сетях, а также 
запись в память ЭВМ, для частного или публичного использования без 
письменного разрешения владельца авторских прав. По вопросу организации доступа к электронной библиотеке издательства обращайтесь 
по адресу mylib@alpina.ru 
© Ольга Власенко,  2026
Иллюстрация на обложке © Annie Sebbfolk, 2026
©  ООО «Альпина Паблишер», 2026


1.  Остров
Щуки Варю пугали. Они были хмурыми, насупленными, а из их 
пастей острыми сталактитами торчали ряды зубов. Сожрут 
и не заметят.
— Да не бойся, эта уже не укусит, —  усмехнулся Андрей. 
В тишине острова его голос звучал непривычно громко. Варя 
не могла отвести взгляда от щуки —  точнее, того, что от нее 
осталось. Массивная рыбья тушка, местами обглоданная и иссохшая, покоилась в сплетении веток ивы, раскинувшей свои 
зеленые лапы у самого берега реки Онеги. Варя бы и не заметила мертвые вытаращенные глаза в пышной листве, если бы 
Андрей не подозвал ее после ужина.
— Нашел тебе кое-что для мясца, —  сказал он. В глазах 
у него сверкали искорки энтузиазма.
— Чего? —  не поняла Варя.
— Ну, как вы это в журналистике называете? Чтоб пожирнее было.
— Фактура? —  неуверенно предложила Варя.
— Ага! Самое то! Пойдем.
На берегу Онеги стоял зыбкий туман, так и норовящий 
залезть своими полупрозрачными тонкими пальцами под одежду. Оставив Варю у воды, Андрей пошел на косой  самодельный 
причал, оставил там удочки, любовно огладив их ладонью. Варя 


стояла в непонимании и ежилась от холода. Она попыталась 
поглубже нырнуть носом в теплый ворот своей фиолетовой 
флиски, но это не помогло. Наконец Андрей двинулся к иве, 
приподнял ее мощные ветви и рукой поманил к себе Варю. 
Та неуверенно подошла.
— Вон, глянь! —  кивнул он вглубь ветвей.
Варя, нахмурившись, зашарила взглядом по зелени. И вдруг 
наткнулась на пару мертвых глаз, которые, казалось, смотрели 
на нее в ответ. Она оцепенела, приоткрыв рот в удивлении, 
но ничего не смогла произнести. Из ветвей на нее таращилась 
огромная щука. Ее пасть была разинута, окаймлена белыми острыми зубами, а внутри, укутавшись в веточки и сухие травинки, 
ютились пестрые птенцы жаворонков. Они негромко попискивали, настороженно глядели на Варю, но с места не двигались.
— Как тебе? —  спросил Андрей нетерпеливо.
Варя, стараясь не распугать крошечных птенцов, вышла 
из-под листьев ивы обратно на берег.
— Как такое могло произойти? —  вместо ответа спросила 
она.
Андрей пожал плечами.
— Может, щучка выпрыгнула из воды за добычей, —  сказал 
он. —  Они, знаешь ли, довольно высоко прыгают. Хищники 
все-таки. А может, это нечисть в нее вселилась — и как прыгнет! Но, скорее всего, просто кто-то ее выловил и оставил тут, 
а птички приватизировали. Такой круговорот жизни и смерти.
— Но на острове никого, кроме нас, нет. Нечисть, я думаю, 
тут тоже не водится, —  скептически отреагировала Варя.
— Не скажи, —  пожал плечами Андрей. Варя вопросительно приподняла брови, но Андрей уже направился обратно 
к причалу, где лежали удочки: здесь еду нужно было поймать 
самостоятельно.


Варя проводила его взглядом: вот он забирается на причал, 
а тот качается на странных речных волнах. Варя вообще не думала, что так бывает, но Онега жила своей свободной жизнью 
и разгоняла волны, даже когда день стоял тихий и безлодочный. 
«Дитя асфальта», —  сказал бы папа в ответ на Варино удивление 
деревенской жизнью и был бы прав. Варя —  городская девчонка от и до. Но папы больше не было, и ничего сказать он не мог.
Андрей тем временем уже умело забросил удочку в воду 
и за мер на краю причала, пока поплавок мелькал оранжевой 
вспышкой вдалеке.
— Ну, я пойду, —  сказала Варя в спину Андрею. Он был невысокий и худощавый, с растрепанными тонкими волосами 
оттенка настолько невзрачного, что они казались бесцветными. На нем были извечные резиновые сапоги и камуфляжная 
куртка —  заношенная и застиранная будто в этих же самых 
онежских водах. 
— А? —  рассеянно отозвался он, уже погруженный в рыбалку, и обернулся через плечо. —  А! Иди-иди, не пугай мне рыбу.
Варя кивнула, поджав губы, и, развернувшись на пятках, 
двинулась прочь с берега. Рыхловатый и влажный песок под 
ногами закончился спустя буквально несколько шагов, и Варя 
ступила на хорошо протоптанную узкую тропинку через поле. 
За пару дней на острове, объятом рукавами реки Онеги, эта 
тропинка уже стала привычной: смарт-часы на запястье показывали ровно один километр от воды до «малой цивилизации». 
«Большой» Варя это называть не решалась, да и само слово 
«цивилизация» звучало громко.
На острове, куда она приехала —  точнее, приплыла, —  чтобы 
работать над материалом для медиа «Луч» про восстановление 
деревянных церквей Русского Севера, жизни не было. Зачем 
там тогда восстанавливать церковь, Варя не очень понимала, 


но Андрей —  рыбак из Большого Бора, поселка на берегу Онеги, 
чей телефон ей дали волонтеры, —  верил: если восстановить 
церковь, может, и жизнь появится. В его уверенной речи еще 
мелькало слово «градообразующий», явно вычитанное из завезенных волонтерами книжек по урбанистике, но Варе всегда 
казалось, что это больше про заводы и всякие креативные 
кластеры. В Москве она была равнодушна к церквям и замечала белые стены и цветные купола, только если при них вдруг 
открывались новомодные православные кофейни. Ее всегда 
забавляло, как, если покупаешь там кофе, сообщение о списании денег от банка приходит с припиской «пожертвование». 
Плюс одно доброе дело за сегодня, отстраненно думала она 
обычно.
Но это было в Москве —  кажется, уже давно и неправда. 
В де ревне Мондино на острове обстановка ничем не напоми
нала Москву. Семь домиков: в одном из них, самом обжитом 
волонтерами за годы экспедиций, поселились Варя с художницей Машей Ивик —  та как раз приехала писать иконы в церкви; в другом, поскромнее и поменьше, —  Андрей со своим 
нескончаемым набором удочек и походным рюкзаком. Домики 
были старые —  начала прошлого века, как объяснил Андрей, 
когда они только оказались на острове.
— И они все еще не развалились? —  спросила тогда Варя 
удивленно, поправляя лямки рюкзака.
— Мертвые дома долго не падают, —  ответил Андрей, 
пожимая плечами. Варя не нашлась, что сказать.
Что-то эдакое Андрей вообще говорил часто. Наверное, 
другой бэкграунд, рассуждала она и старалась не зацикливаться. Получалось плохо. По ночам в попытках заснуть она 
вертелась сама и вертела в голове все странные фразы, что 
говорил Андрей за день, препарировала их, как несчастную 
лягушку, расковыривала на слова, слоги и звуки. Потаенный 
смысл упорно не находился, и Варя продолжала делать ментальные заметки о каждом диалоге, который у нее случался 
с рыбаком. 
Домики тонули в полях фиолетового иван-чая. Чуть дальше 
была церковь —  покосившаяся громадина; кажется, чуть тронь 
неправильную балку —  развалится. Эти церкви на Русском 
Севере, среди просторов полей и лесов, которые не охватить 
взглядом, казались Варе маяками посреди взбалмошных морских волн, только вместо волн —  высоченная трава, цветные 
всполохи полевых цветов и в отдалении обязательно угрюмые 
хвойные леса. На острове лес тоже был, но малая цивилизация 
Вари ограничивалась парой километров от берега Онеги до 
волонтерских домиков. Дальше ходить было страшно, да и не 
нужно.


На пороге церкви Варя остановилась. Ступени были высокие и скрипучие, кое-где их подновили свежей древесиной, 
слишком светлой и гладкой — она выбивалась из основного 
темного массива церкви. Навес над порогом тоже был кривоватый —  под стать шатровой восьмигранной колокольне, которая, как корона, высилась над церковью и уходила в тяжелое серое небо.  Все наперекосяк , думала Варя, но во всем 
этом была какая-то настоящесть, которую она редко видела 
в вылизан ных пределах МКАДа.  Папе бы тут понравилось , 
решила она, прикрыв глаза и утопая в тишине вокруг. От этой 
мысли к горлу подступили слезы, и Варя сжала челюсти и покачала головой.
Тишина не была долгой —  совсем скоро по двускатной 
крыше над порогом забарабанил дождь, и Варя быстро нырнула 
в потемки церкви. Та была классической корабельной формы: 
колокольня, трапезная, алтарное пространство. Внутри было 
темно и тихо, только голуби курлыкали и вили гнезда ближе 
к хорам и куполу.
— Маш? —  позвала Варя, на цыпочках ступая по скрипучим 
и кое-где просевшим доскам. —  Ты тут?
Под ногами хрустело: то ли облупившаяся краска, то ли еще 
какой строительный мусор вроде старого рубероида с крыши, 
который никто из предыдущих и уже уехавших волонтерских 
экспедиций не удосужился убрать. Варя на пару с Машей тоже 
не собирались этим заниматься —  они тут, конечно, по работе, 
но по другой. Варя пересекла трапезную, по которой летала 
пыль, заметная даже в тусклом свете окон по бокам, и переступила порог нефа.
— Кхм-кхм, —  громко откашлялась она, пытаясь привлечь внимание Маши. Та сидела у деревянного мольберта 
спиной к Варе, окруженная электрическим светом, дрожащим 


Доступ онлайн
239 ₽
В корзину