Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц
Доступ онлайн
от 264 ₽
В корзину
Частному лицу
Бумажная книга
1 586 ₽
Купить
Купить в составе основной коллекции от 1 490 ₽
В монографии обобщены концептуальные основы формирования новой мировой финансовой архитектуры. Систематизированы институциональные и функциональные противоречия современной мировой финансовой архитектуры и ее региональных особенностей. Разработаны рекомендации по укреплению позиций России в условиях усиления противостояния между ведущими центрами мировой экономики и предложения по реализации перспективных направлений участия России в формирующейся новой мировой финансовой архитектуре. Предназначена для научных работников, преподавателей, аспирантов, студентов, специализирующихся в области изучения международных экономических отношений, а также широкого круга читателей, интересующихся современными проблемами развития мировой экономики и мировых финансов в условиях трансформации глобальной социально-экономической парадигмы.

Трансформация мировой финансовой архитектуры: вызовы и стратегии для России

Современная мировая финансовая архитектура (МФА), сформированная в рамках неолиберальной парадигмы, переживает глубокий кризис. Основанная на доминировании доллара США и деятельности Бреттон-Вудских институтов, эта система демонстрирует неспособность эффективно купировать глобальные дисбалансы и обеспечивать устойчивое развитие. В монографии «Россия в мировой финансовой архитектуре» под редакцией А.В. Кузнецова и Л.В. Крыловой представлен комплексный анализ институциональных противоречий текущего миропорядка и разработаны рекомендации по укреплению позиций России в условиях геополитической турбулентности.

Кризис неолиберальной модели и формирование полицентризма

Авторы подчеркивают, что неолиберальная модель, ориентированная на открытость рынков и дерегулирование, исчерпала свой потенциал. Глобальные кризисы — от пандемии COVID-19 до вооруженных конфликтов — обнажили неэффективность наднациональных регуляторов и их предвзятость в пользу развитых стран. В ответ на это мир движется к полицентричности: развивающиеся экономики, осознавая риски зависимости от долларовой системы, активно формируют региональные финансовые механизмы (РФМ) и альтернативные институты развития (такие как НБР БРИКС и АБИИ). Этот процесс «финансового регионализма» становится защитной реакцией суверенных государств на политизацию глобальных финансов.

Противоречия и институциональные барьеры

Ключевым противоречием МФА авторы называют разрыв между интернациональным характером экономических связей и национальной привязкой резервных валют. Институциональная структура МФА, где доминируют страны «Группы семи», не отражает реального вклада развивающихся стран в мировой ВВП. Россия, несмотря на статус крупного поставщика ресурсов, сталкивается с ограничениями в доступе к преимуществам финансовой глобализации из-за отсутствия национальной резервной валюты и политизированности международных институтов. Особую угрозу представляют односторонние конфискационные меры, подрывающие доверие к существующей системе расчетов.

Стратегия России: от адаптации к суверенитету

В условиях санкционного давления Россия вынуждена трансформировать свою модель управления финансово-экономической системой. Авторы предлагают переход от рыночно ориентированной модели к преимущественно регулируемой, что подразумевает: Развитие национальных инструментов: укрепление рубля как региональной валюты, развитие собственной экосистемы бирж и расчетных систем, а также создание альтернативной системы кредитных рейтингов. Региональная интеграция: активизация сотрудничества в рамках ЕАЭС и БРИКС, создание платежно-расчетных систем на основе национальных валют и валют коллективного пользования. * Стратегическое планирование: консолидация государственных финансовых институтов для поддержки долгосрочных инвестиций и импортозамещения.

Перспективы участия в новой архитектуре

Моделирование оптимальной стратегии сотрудничества России с международными институтами показывает, что наиболее эффективным путем является сочетание участия в региональных объединениях с развитием собственной финансовой инфраструктуры. Авторы подчеркивают, что Россия должна не просто адаптироваться к правилам МФА, а активно участвовать в их пересмотре, настаивая на демократизации процедур принятия решений в МВФ и недопущении использования финансовых инструментов в качестве оружия.

Таким образом, монография предлагает концептуальную рамку для перехода России к финансовому суверенитету. В условиях фрагментации глобального пространства ключевым фактором успеха становится не интеграция в старые институты, а создание устойчивых региональных связей, способных обеспечить экономическую безопасность и развитие в новой, многополярной реальности.

Текст подготовлен языковой моделью и может содержать неточности.

Алексеев Петр Викторович Антропов Владислав Владимирович Аршакуни Андрей Андреасович Балюк Игорь Алексеевич Барабанов Валерий Юрьевич Бич Михаил Геннадиевич Касаткина Екатерина Валерьевна Крылова Любовь Вячеславовна Кузнецов Алексей Владимирович Морозов Сергей Александрович Навой Антон Викентьевич Пищик Виктор Яковлевич Шаталова Евгения Дмитриевна
Россия в мировой финансовой архитектуре : монография / под ред. А.В. Кузнецова, Л.В. Крыловой. — Москва : ИНФРА-М, 2027. — 203 с. — (Научная мысль). — DOI 10.12737/1984071. - ISBN 978-5-16-022829-7. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2288116 (дата обращения: 20.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
РОССИЯ В МИРОВОЙ 
ФИНАНСОВОЙ
АРХИТЕКТУРЕ
Под редакцией А.В. Кузнецова, Л.В. Крыловой
МОНОГРАФИЯ
202
Москва
ИНФРА-М


УДК 336.02(075.4)
ББК 65.261-18
 
Р76
Р76
 
 
Россия в мировой финансовой архитектуре : монография / под 
ред. А.В. Кузнецова, Л.В. Крыловой. — Москва : ИНФРА-М, 2027. — 
203 с. — (Научная мысль). — DOI 10.12737/1984071.
ISBN 978-5-16-022829-7 (print)
ISBN 978-5-16-111376-9 (online)
В монографии обобщены концептуальные основы формирования новой 
мировой финансовой архитектуры. Систематизированы институциональные и функциональные противоречия современной мировой финансовой 
архитектуры и ее региональных особенностей. Разработаны рекомендации 
по укреплению позиций России в условиях усиления противостояния 
между ведущими центрами мировой экономики и предложения по реализации перспективных направлений участия России в формирующейся новой мировой финансовой архитектуре.
Предназначена для научных работников, преподавателей, аспирантов, студентов, специализирующихся в области изучения международных экономических отношений, а также широкого круга читателей, 
интересую щихся современными проблемами развития мировой экономики и мировых финансов в условиях трансформации глобальной социально-экономической парадигмы.
УДК 336.02(075.4)
ББК 65.261-18
Р е ц е н з е н т ы:
Абрамова М.А., доктор экономических наук, профессор, руководитель Департамента банковского дела и монетарного регулирования 
Финансового факультета Финансового университета;
Архипова В.В., кандидат экономических наук, старший научный 
сотрудник Центра исследований международной макроэкономики 
и внешнеэкономических связей Института экономики Российской 
академии наук;
Дворецкая А.Е., доктор экономических наук, профессор, заведую -
щий кафедрой экономики и финансов факультета экономических 
и социальных наук Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации;
Понкратов В.В., кандидат экономических наук, директор Центра 
финансовой политики Финансового университета при Правительстве 
Российской Федерации
ISBN 978-5-16-022829-7 (print)
ISBN 978-5-16-111376-9 (online)
© Коллектив авторов, 2023


Авторский коллектив 
Финансового университета при Правительстве 
Российской Федерации
Алексеев Петр Викторович — кандидат экономических наук, ведущий научный сотрудник Института мировой экономики и международных финансов Департамента мировой экономики и международного бизнеса;
Антропов Владислав Владимирович — доктор экономических 
наук, профессор Департамента мировых финансов;
Аршакуни Андрей Андреасович — кандидат экономических наук, 
ассистент Департамента мировых финансов;
Балюк Игорь Алексеевич — доктор экономических наук, доцент, 
профессор Департамента мировых финансов;
Барабанов Валерий Юрьевич — кандидат экономических наук, 
доцент, доцент Департамента мировых финансов;
Бич Михаил Геннадиевич — кандидат технических наук, доцент 
Департамента мировых финансов;
Касаткина Екатерина Валерьевна — магистрант 2-го года 
обучения Департамента мировых финансов факультета международных экономических отношений;
Крылова Любовь Вячеславовна — доктор экономических наук, 
профессор, профессор Департамента мировых финансов;
Кузнецов Алексей Владимирович — доктор экономических наук, 
старший научный сотрудник, профессор Департамента мировых 
финансов;
Морозов Сергей Александрович — аспирант Департамента мировых финансов;
Навой Антон Викентьевич — доктор экономических наук, доцент, профессор Департамента мировых финансов;
Пищик Виктор Яковлевич — доктор экономических наук, профессор, профессор Департамента мировых финансов;
Шаталова Евгения Дмитриевна — магистрант 2-го года обучения 
Департамента мировых финансов факультета международных экономических отношений.


Список сокращений
АБИИ — Азиатский банк инфраструктурных инвестиций
АВФ — Арабский валютный фонд
АзБР — Азиатский банк развития
АСЕАН — Ассоциация государств Юго-Восточной Азии
АфБР — Африканский банк развития
АЭС — Африканское экономическое сообщество
БКБН — Базельский комитет по банковскому надзору
БМР — Банк международных расчетов
БРИКС — межгосударственное объединение Бразилии, России, 
Индии, КНР и ЮАР
ВВП — валовой внутренний продукт
ВРЭП — Всестороннее региональное экономическое партнерство
ВТО — Всемирная торговая организация
ГАТС — Генеральное соглашение по торговле услугами
ГАТТ — Генеральное соглашение по тарифам и торговле
ГВБ — Группа Всемирного банка
ГСФБ — Глобальная сеть финансовой безопасности
ДКП — денежно-кредитная политика
ЕАБР — Евразийский банк развития
ЕАСТ — Европейская зона свободной торговли
ЕАЭС — Евразийский экономический союз
ЕБРР — Европейский банк реконструкции и развития
ЕИБ — Европейский инвестиционный банк
ЕС — Европейский союз
ЕСМ — Европейский стабилизационный механизм
ЕФСИ — Европейский фонд стратегических инвестиций
ЕФСР — Евразийский фонд стабилизации и развития
ЕЦБ — Европейский центральный банк
ЗСТ — Зона свободной торговли
ИПП — Инициатива пояса и пути
КНР — Китайская Народная Республика
ЛАК — Латинская Америка и Карибский бассейн
ЛРФ — Латиноамериканский резервный фонд
МАБР — Межамериканский банк развития
МАР — Международная ассоциация развития
МБРР — Международный банк реконструкции и развития
МВФ — Международный валютный фонд
МВФС — мировая валютно-финансовая система
МИЧМ — многосторонние инициативы Чианг-Май
МППБ ЕС — механизм поддержки платежного баланса ЕС


МСФО — международные стандарты финансовой отчетности
МФА — мировая финансовая архитектура
МФИ — международные финансовые институты
МФР — международный финансовый рынок
НАТО — Организация Североатлантического договора
НАФТА — Североамериканская зона свободной торговли
НБР — Новый банк развития / национальные банки развития
НБФИ — небанковские финансовые институты
ОАЭ — Объединенные Арабские Эмираты
ООН — Организация Объединенных Наций
ОПЕК — Организация стран — экспортеров нефти
ОЭСР — Организация экономического сотрудничества и развития
П(У)ВР — пул условных валютных резервов
ПИИ — прямые иностранные инвестиции
ППС — паритет покупательной способности
РБР — региональные банки развития
РФМ — региональные финансовые механизмы
СДР — специальные права заимствования
ССАГПЗ — Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива
СССР — Союз Советских Социалистических Республик
СФС — Совет по финансовой стабильности
США — Соединенные Штаты Америки
ФОРЕКС — глобальный внебиржевой валютный рынок
ФРС — Федеральная резервная система
ЧБТР — Черноморский банк торговли и развития
ЧМИП — чистая международная инвестиционная позиция
ЭВС — Европейский экономический и валютный союз
ЭКОФИН — Совет ЕС по экономике и финансам
ЮАР — Южно-Африканская Республика
ЮСМКА — Соглашения США — Мексика — Канада
ABMI — Инициатива азиатских рынков облигаций
ALBA (АЛБА) — Боливарианский альянс для народов нашей 
Америки
AMRO — Бюро макроэкономических исследований
BSA — двусторонние соглашения о свопах
CGIF — механизм кредитных гарантий и инвестиций
CIPS — китайская система международных банковских переводов
CLS — международная система конверсионных валютных операций
CRS — единый стандарт отчетности
EBA — Европейский банковский надзорный орган


EFSF — Европейский фонд финансовой стабильности
EIOPA — Европейское управление в сфере страхования и профессионального пенсионного обеспечения
ESM — Европейский стабилизационный механизм
ESMA — Европейское управление по ценным бумагам и рынкам
ESRB — Европейский совет по системным рискам
FSF — Форум финансовой стабильности
G20 — «Группа двадцати»
G7 — «Группа семи»
GFCI — индекс глобальных финансовых центров
IAIS — Международная ассоциация органов страхового надзора
ICMA — Ассоциация участников международного рынка капиталов
IOSCO — Международная организация комиссий по ценным 
бумагам
IPO — первичное публичное предложение
ISDA — Международная ассоциация свопов и деривативов
KfW — Немецкий государственный банк развития
LMA — Ассоциация участников кредитного рынка
QE — количественное смягчение
SWIFT — Общество всемирных межбанковских каналов связи
TPI — защитный инструмент трансмиссии


Введение
Современная мировая финансовая архитектура сформировалась под влиянием неолиберальной парадигмы открытых и конкурентных глобальных финансовых рынков. Ее функционирование 
основано на статусе доллара США как ключевой резервной валюты, поддерживаемом МВФ и другими международными финансовыми институтами. Пользуясь привилегией крупнейшего в мире 
импортера и должника, США создали основу для асимметричного 
мирового развития и формирования глобальных дисбалансов.
Реформирование мировой финансовой архитектуры, начавшееся после Азиатского финансового кризиса 1997–1998 гг., первоначально основывалось на требованиях к развивающимся странам 
адаптировать свою внутреннюю политику к структурам мирового 
финансового рынка и практикам развитых стран Запада. Однако 
глобальный финансовый кризис 2008–2009 гг. выявил несостоятельность этого «универсального» подхода, когда уже развитые 
страны были вынуждены пересмотреть функционал собственных 
систем регулирования и надзора над финансовыми рынками для 
выхода из депрессии и восстановления экономического роста.
Между тем инициированные в рамках «Группы двадцати» — форума развитых и развивающихся стран — реформы по внедрению 
наднациональных норм и стандартов регулирования так и не были 
завершены, что, во-первых, связано с их добровольным, а не обязательным характером, во-вторых, с отказом национальных регуляторов передавать свои полномочия на наднациональный уровень, 
а в-третьих, с активным противодействием стран — бенефициаров 
существующей мировой финансовой архитектуры, прежде всего 
США, значимым преобразованиям институциональных основ мировой валютно-финансовой системы.
Усиление масштабов и глубины глобальных кризисных явлений, 
вызванных такими неэкономическими факторами, как пандемия 
COVID-19 и вооруженный конфликт между двумя не ключевыми 
игроками мировой экономики, обусловливает объективную необходимость кардинального пересмотра действующих регуляторных 
и надзорных рамок функционирования мировой валютно-финансовой системы с учетом недопредставленности развивающихся 
стран в ее основных институтах и неспособности развитых стран 
обеспечить стабильное и устойчивое развитие в глобальном масштабе.
Консервативные принципы работы МВФ как глобального антикризисного регулятора все в меньшей степени отвечают финансовым потребностям развивающихся стран, что, в свою очередь, 


негативно отражается на экономиках развитых стран. В результате 
неэффективности действующей системы регулирования появляется все большее число новых стабилизационных механизмов, 
действующих на двустороннем и региональном уровнях и дублирующих работу Бреттон-Вудских институтов.
Трансформация современной мировой валютно-финансовой 
системы является чрезвычайно консервативным процессом, что 
обусловлено инерцией социального доверия к ключевому резервному активу. С учетом ведущей роли развивающихся стран как локомотивов экономического роста, сворачивания США глобальной 
повестки дня и создания новых международных финансовых институтов с ведущей ролью развивающихся стран среди возможных направлений трансформации мировой валютно-финансовой системы 
наиболее вероятным является создание поливалютного стандарта 
[1]. Однако формирование поливалютного стандарта представляется невозможным без перенесения регулирования финансовых 
рынков с глобального на региональный уровень, что требует внесения соответствующих изменений в мировую финансовую архитектуру.
Современная геополитическая напряженность в мире обусловлена исчерпанием возможностей неолиберальной модели минимизировать издержки глобального развития. Противостояние 
между старыми и новыми лидерами мировой экономики объективно требует изменения смысловых конструкций социально-экономической парадигмы с учетом интересов развивающихся стран.
До сих пор едва ощутимая роль России как бенефициара 
в системе мировых финансов была обусловлена незначительной 
долей рублевых инструментов, которые бы обращались на мировом 
финансовом рынке через собственную транснациональную сеть 
банков, бирж, юридических и аудиторских компаний. Отсутствие 
национальной резервной валюты и ориентированных на рубль эталонов цен на международных товарных рынках лишает Россию 
возможности паритетного участия в преимуществах финансовой 
глобализации, адекватного ее статусу как одного из основных поставщиков сырьевых, финансовых и интеллектуальных ресурсов 
на мировой рынок.
Для противодействия бесконтрольным бумам и спадам мировой 
экономики и политизации ведущих институтов мирового финансового рынка России необходимо активизировать собственное 
участие в создании региональных механизмов по аккумулированию, распределению и регулированию финансовых потоков, 
а также в формировании и развитии международной платежно-расчетной и финансовой инфраструктуры, не подверженной рискам 
нестабильности глобальной финансовой конъюнктуры.


В предлагаемой монографии обобщены концептуальные основы 
формирования новой мировой финансовой архитектуры в условиях 
трансформации глобальной социально-экономической парадигмы; 
систематизированы институциональные и функциональные противоречия современной мировой финансовой архитектуры, а также 
особенности ее формирования на региональном уровне; разработаны предложения по укреплению места и роли России в мировой 
финансовой архитектуре в условиях усиления противостояния 
между ведущими центрами мировой экономики.


Глава 1 
ФОРМИРОВАНИЕ НОВОЙ МИРОВОЙ 
ФИНАНСОВОЙ АРХИТЕКТУРЫ В ЭПОХУ 
ГЛОБАЛЬНЫХ ПЕРЕМЕН
1.1. КОНЦЕПЦИЯ СОВРЕМЕННОЙ МИРОВОЙ ФИНАНСОВОЙ 
АРХИТЕКТУРЫ
Особенности эволюции мировой финансовой архитектуры. 
Термин «мировая финансовая архитектура» (МФА) появился относительно недавно. Под данным термином МВФ понимает «институты, рынки, правила игры и практики, в рамках которых правительство, бизнес и индивидуальные участники осуществляют 
обычно свою экономическую и финансовую деятельность» [2]. 
Всемирный банк в своем определении делает акцент на антикризисной роли МФА как «комплексе инициатив и мер, направленных 
на предотвращение и управление кризисами в интегрированной 
международной финансовой среде» [3].
Российские ученые придерживаются в определении МФА 
примерно схожей позиции. По мнению В.В. Архиповой, «это совокупность формальных и неформальных связей и институтов, 
руководящих правил и стандартов, применяемых субъектами хозяйственной деятельности в финансовом секторе глобальной экономики» [4]. С точки зрения ученых Финансового университета, 
МФА — это «институциональная и функциональная конструкция 
финансовой системы, формирующаяся на ее национальном, региональном, международном и глобальном уровнях и включающая 
в себя институты, различные инструменты финансового рынка, 
а также обязательства, правила и нормы, направленные на внутреннюю и внешнюю сбалансированность системы мировых финансов» [5].
Дискуссии о реформировании МФА начались после Азиатского финансового кризиса 1997–1998 гг., пошатнувшего основы 
мировой валютно-финансовой системы (МВФС). С созданием 
в 1999 г. «Группы двадцати» (G20) развивающиеся страны были 
включены в обсуждение наиболее важных проблем международного сотрудничества. Последним было рекомендовано выстраивать свои рынки ценных бумаг и регулировать банковские системы 
по образцу развитых стран. Однако глобальный финансовый 
кризис 2008 г. (ГФК) развенчал мифы о безупречности функцио
Доступ онлайн
от 264 ₽
В корзину
Частному лицу
Бумажная книга
1 586 ₽
Купить
Купить в составе основной коллекции от 1 490 ₽