Собрание сочинений : Т. 5
Бесплатно
Новинка
Основная коллекция
Издательство:
Автор:
Бергсон Анри
Год издания: 1914
Кол-во страниц: 236
Дополнительно
Вид издания:
Архивная литература
Артикул: 895162.01.99
Тематика:
ББК:
УДК:
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
6482, Бергсон Анри Собрание сочинений
орохоив» к*•/ у ^
^Дыри ^ергсонъ, шт СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ. Т. 5. I, Введение въ Метафизику. И. Пси^офазический параллелизм и позитивная метафизика. 111. С (п иь 5$ ъ. Переводъ съ фр. В. ФЛЕРОВОЙ и I. ГОЛЬДЕНВЕРГА. ии8г" я м ... издпйиг-м . и. семе-ноеп. С.-ПЕТЕРБУРГЪ.1914 Г.
.... ..." • ^ . . "• . •• .. ~ - , ' - . ^ : • --ѵ:-.-;■ - ; - ;ѵ г : ::ѵ "
^Днри ^ергеонъ, ИС 7Г~ " - ; дггпиТГПГ СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ. 1% Т. 5, 5. Ы 0 Введете въ Метафизику. С (п иъ 5$ ъ. ^ (и др. произв.). 5ТЭ^6ЛЕНИНГРПЛСНПЯ Ммсшя ьиийШТШ Площадь Лаосаля. д. 3. ИЗДПНИЕм. И. с&м&нсш. С.-ПЕТБРБУРГЪ. 1914 Г.
|о % %0*>с 'Я/. 'Ч
ВВЕДВНИЕ ВЪ МЕТАФИЗИКУ. Если сравнить между собою определения метафизики и понятия абсолютнаго, то можно заметить, что, вопреки кажущемуся разногласию, философы сходятся вт»' иризнании двухъ глубоко различныхъ сиособовъ иознания вещи. Первый сиособъ иредиолагаетъ, что вращаются вокругъ вещи; второй, что въ нее входятъ. Первый зависеть отъ того, на какую точку зрения становятся, и отъ символовъ, иосредствомъ которыхъ выражаются. Второй не держится никакой точки зрения и не опирается ни на какой символъ. О первомъ познанип можно сказать, что оно останавливается на относи т е л ь н о м ъ; о второмъ,— тамъ, где оно возможно, — что оно достигаетъ абсолютнаго. Возьмемъ, наиримеръ, движение предмета въ пространстве. Я воспринимаю его различно, въ зависимости отъ точки зрения —подвижной или неподвижной — съ которой я смотрю на него. Я выражаю его различно, смотря по тому, къ какой системе осей или отправныхъ точекъ я его отношу, т.-е. смотря по темъ символамъ, на какие я его перевожу. И на этомъ двойномъ основании я назову его относительным ъ: какъ въ томъ, такъ и въ другомъ случае я нахожусь вне самого предмета. Когда я говорю объ абсолютномъ движенип, то это значить, что я приписываю подвижному телу что-то внутреннее, какъ-бы состояния души, это значить также, что я симпатизирую этимь состояииямь и что я проникаю въ нихь усилиемь воображения. Тогда, въ зависимости отъ того, будеть-ли предметъ подви-жень или ненодвиясень, ириметь-ли онъ то или иное движение, я буду испытывать не одно и то-же. И то, что я
буду испытывать, не будетъ завпсеть нн отъ точки зрения г которую я могъ-бы иметь на предметъ, ибо я буду находиться въ самомъ иредмете, ни отъ символовъ, на которые я могъ-бы его перевести, ибо, ради обладания оригиналомъ, я откажусь отъ всякаго перевода. Коротко говоря, движетене будетъ уже схватываться извне, какъ-бы отъ меня, по изнутри, само по себе, въ немъ самомъ. Я буду обладать абсолютнымъ. Или возьмемъ еще действующее лицо какого-нибудьромана, пршслючения котораго мне разсисазываютъ. Романистъ можетъ умножать черты характера своего героя, можетъ заставлять говорить и действовать его сколько ему угодно: все это не будетъ стоить того простого и неделимаго чувства, которое я испыталъ-бы, если-бы хоть на одномгновенье могъ слиться съ с'амимъ действующимъ лпцомъ. Тогда мие казалось бы, что все его действия, жесты и слова вытекаютъ естественнымъ образомъ, какъ пзъ источника. Они не были-бы уже случайностями, присоединяющимися къ тому представлению, которое у меня составилось о действующемъ лице, случайностями все более и более обогащающими это иредставление, и все-же никогда не достигающими того, чтобы вполне завершить его. Действующее лицо было-бы мне дано сразу въ его целостности, и мне казалось бы тогда, что тысячи событий, служащия его ироявлениями, не прибавляются къ представлению и не обогащаютъ его, а напротивъ вьтделяются изъ него, никогда однако не истощая и не обедняя его сущности. Все, что разсказывается мне о личности, даетъ мне точки зрешя на нее. Все признаки, которыми мне ее описываютъ и которые знакомятъ меня съ ней не иначе, какъ черезъ сравнения съ личностями или съ предметами, мне уже известнымн, являются знаками, иутемъ которыхъ мне изображаютъ эту личностьболее или менее символически. Символы и точки зрения ставятъ меня, такимъ образомъ, вне личности; они сообщаютъ о ней только то, что есть у нея общаго съ другими, но не то, что принадлежптъ ей собственно. То-же, что является ею собственно, что составляетъ ея сущность^ не можетъ быть замечено извне, будучи по самому определешю своему внутреннимъ, и не можетъ также быть