Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Правовое регулирование территориального планирования объектов войск национальной гвардии Российской Федерации: историко-правовой аспект

Покупка
Новинка
Основная коллекция
Артикул: 878355.01.01
Доступ онлайн
от 224 ₽
В корзину
Частному лицу
Бумажная книга
1 417 ₽
Купить
Купить в составе основной коллекции от 1 490 ₽
В монографии анализируется советское законодательство как средство правового регулирования территориального планирования объектов обороны и безопасности СССР. Рассматривается законодательство постсоветского периода в данной сфере. Определяется правовая природа территориального планирования объектов обороны и безопасности. Выявляются методологические и иные особенности правового регулирования территориального планирования таких объектов. Предназначена для преподавателей и студентов, а также исследователей, занимающихся правовым регулированием планирования размещения объектов федерального, регионального и местного значения.

Правовое регулирование территориального планирования объектов Росгвардии: историко-правовой анализ

Монография А.В. Родина представляет собой комплексное исследование правового регулирования территориального планирования объектов обороны и безопасности, сфокусированное на деятельности войск национальной гвардии Российской Федерации. Автор анализирует генезис данного института, прослеживая эволюцию законодательства от советского периода до современности, и обосновывает необходимость совершенствования правовых механизмов размещения объектов силовых структур.

Историческая ретроспектива и советский опыт Исследование охватывает период с 1917 года, демонстрируя, как советское государство выстраивало систему территориального планирования для обеспечения внутренней безопасности. Автор подчеркивает, что в СССР правовое регулирование носило директивный характер и опиралось на общегосударственные планы (ГОЭЛРО, пятилетки), которые увязывали развитие производительных сил с нуждами обороны. Важными инструментами того времени были территориально-милиционный принцип комплектования войск, создание укрепленных районов и жесткая регламентация отвода земель под военные нужды. Советский опыт, по мнению автора, демонстрирует высокую эффективность централизованного управления, однако требует критического осмысления в современных реалиях.

Современное состояние и правовые коллизии Переход к рыночной экономике и распад СССР привели к временному «правовому вакууму» в сфере государственного планирования. Современный этап развития законодательства, начавшийся с принятия Градостроительного кодекса РФ и Федерального закона «О стратегическом планировании в Российской Федерации», характеризуется попытками систематизации процесса. Тем не менее, автор указывает на ряд существенных пробелов. В частности, исключение из законодательства понятия «зон планируемого размещения объектов» снижает правовую определенность и эффективность территориального планирования. Также отмечается правовая неопределенность в отношении объектов уголовно-исполнительной системы, которые, будучи потенциально опасными, требуют особого режима территориального планирования, особенно в приграничных регионах.

Пути совершенствования правового регулирования А.В. Родин предлагает авторскую модель оптимизации деятельности Росгвардии в данной сфере. Ключевым предложением является наделение ведомства самостоятельными полномочиями по подготовке, согласованию и утверждению части схемы обороны и безопасности страны в отношении своих объектов. Автор настаивает на необходимости законодательного закрепления понятийного аппарата (в частности, «категории земель» и «разрешенного использования»), что позволит устранить правовую неопределенность при изъятии и переводе земельных участков.

Особое внимание уделено методологии: автор предлагает учитывать широкий спектр критериев — от геополитических угроз до экологических и социально-экономических факторов. Эффективность системы, по мнению исследователя, зависит от сокращения сроков согласования документов и наделения Росгвардии полномочиями по управлению федеральным имуществом, аналогичными тем, которыми обладает Министерство обороны РФ.

Заключение Работа А.В. Родина восполняет теоретический пробел в изучении правового регулирования территориального планирования военных объектов. Автор приходит к выводу, что качественное правовое сопровождение этого процесса является необходимым условием обеспечения национальной безопасности. Монография служит важным вкладом в развитие административного и земельного права, предлагая конкретные шаги по интеграции ведомственных интересов Росгвардии в общую систему стратегического планирования Российской Федерации. Исследование предназначено для специалистов в области юриспруденции, преподавателей и исследователей, занимающихся вопросами размещения объектов общегосударственного значения.

Текст подготовлен языковой моделью и может содержать неточности.

Родин, А. В. Правовое регулирование территориального планирования объектов войск национальной гвардии Российской Федерации: историко-правовой аспект : монография / А.В. Родин. — Москва : ИНФРА-М, 2027. — 174 с. — (Научная мысль). — DOI 10.12737/2254804. - ISBN 978-5-16-022132-8. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2254804 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ 
ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО 
ПЛАНИРОВАНИЯ ОБЪЕКТОВ 
ВОЙСК НАЦИОНАЛЬНОЙ ГВАРДИИ 
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ИСТОРИКО-ПРАВОВОЙ АСПЕКТ
А.В. РОДИН
Москва
ИНФРА-М
2027
МОНОГРАФИЯ


УДК 342.1+351.86(075.4)
ББК 67.910.3:68
	
Р60
Родин А.В.
Р60	
	
Правовое регулирование территориального планирования объектов 
войск национальной гвардии Российской Федерации: историко-правовой аспект : монография / А.В. Родин. — Москва : ИНФРА-М, 2027. — 
174  с. — (Научная мысль). — DOI 10.12737/2254804.
ISBN 978-5-16-022132-8 (print)
ISBN 978-5-16-114866-2 (online)
В монографии анализируется советское законодательство как средство 
правового регулирования территориального планирования объектов обороны и безопасности СССР. Рассматривается законодательство постсоветского периода в данной сфере. Определяется правовая природа территориального планирования объектов обороны и безопасности. Выявляются 
методологические и иные особенности правового регулирования территориального планирования таких объектов.
Предназначена для преподавателей и студентов, а также исследователей, занимающихся правовым регулированием планирования размещения 
объектов федерального, регионального и местного значения.
УДК 342.1+351.86(075.4)
ББК 67.910.3:68
Р е ц е н з е н т ы:
Маликов С.В., доктор юридических наук, заместитель директора по 
научной работе Института государства и права Российской академии 
наук;
Клименко А.И., доктор юридических наук, профессор, начальник 
кафедры теории государства и права Московского ордена Почета 
университета Министерства внутренних дел Российской Федерации 
имени В.Я. Кикотя
ISBN 978-5-16-022132-8 (print)
ISBN 978-5-16-114866-2 (online)
©  Родин А.В., 2026


Введение
В условиях проведения специальной военной операции (далее — 
СВО) и развития новых территорий у российского государства есть 
важная задача по обеспечению национальной безопасности. Эта задача делает особенно значимыми вопросы планирования размещения 
объектов обороны и безопасности страны и эффективного правового 
регулирования в этой области.
Федеральным законом «О стратегическом планировании в Российской Федерации»1, включающим ориентиры, обязательные для 
всей правовой общественной системы2, к документам стратегического 
планирования, разрабатываемым на федеральном уровне, отнесена 
схема территориального планирования Российской Федерации в области обороны страны и безопасности государства (далее — схема 
обороны и безопасности страны).
С 2018 года в состав субъектов публичной деятельности по территориальному планированию и подготовке части схемы обороны 
и безопасности страны входит Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации.
Согласно законодательству, объекты обороны и безопасности 
войск национальной гвардии Российской Федерации, планируемые 
к размещению, а также информация об их зонах с особыми режимами 
использования территорий, земельные участки, которые планируются к резервированию, изъятию и переводу из одной категории 
в другую, должны включаться в схему обороны страны и безопасности государства. Отсутствие указанных объектов и участков в этой 
схеме, за исключением объектов, ранее включенных в схему в части 
внутренних войск МВД России, приводит к введению ограничений 
на правомерные действия в отношении них и негативно влияет 
на сроки размещения объектов обороны и безопасности страны.
В таком контексте актуальным становится исследование истории 
появления и развития данного института, сути целей и задач территориального планирования, установленных законодателем, а также особенностей формирования правовой основы для размещения объектов 
1	
О стратегическом планировании в Российской Федерации: Федеральный 
закон от 28 июня 2014 г. № 172-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 2024. № 29 (ч. III), ст. 4106.
2	
Малько А.В. Правовая политика государства как важнейшее направление 
юриспруденции // Юриспруденция как интегративный феномен современного российского общества и государства: сборник материалов Международной научно-практической конференции, посвященной 25-летию 
Юридического института НИУ «БелГУ», 2018. С. 22–28.


обороны и безопасности страны на примере войск Национальной 
гвардии Российской Федерации и их предшественников — войск 
внутреннего предназначения. Изучение генезиса есть необходимая 
принадлежность каждой науки1, поэтому анализ правового регулирования территориального планирования приобретает значимость 
в связи с тем, что в разные исторические периоды как советское, так 
и современное государство стремились совершенствовать процедуры размещения объектов общегосударственного значения, включая 
войска внутреннего предназначения.
Обеспечение безопасности страны и защита ее национальных 
интересов в условиях политического и экономического давления 
недружественных государств подталкивают к разработке научных 
положений, опирающихся на уникальный советский опыт правового 
регулирования размещения объектов войск внутреннего предназначения. Эта тема приобретает особую значимость в условиях размещения баз НАТО на подходах к границам Российской Федерации, 
борьбы за территории Арктики, проведения специальной военной 
операции и создания новых подразделений на территориях субъектов, 
вошедших в состав страны.
Комплексный характер территориального планирования, а также 
цели и задачи исследования, его правового регулирования предопределили необходимость обращения к работам авторов в области 
юриспруденции. В юридической литературе перечень правовых задач 
по развитию законодательства, регулирующего территориальное 
планирование, его совершенствованию и определению юридического 
значения содержится в работах С.Б. Глушаченко, С.Г. Лысенкова, 
С.Н. Рожнова.
Существует ряд исследований, связанных с проблематикой настоящей монографии. Эти и смежные научные вопросы изучали 
А.М. Антошин, С.Н. Братусь, Л.Л. Грищенко, Т.М. Калашникова, 
Ю.Л. Корабельникова, Г.М. Кржижановский, В.М. Курицын, А.Я. Малыгин, Р.С. Мулукаев, Н.Е. Рогожкин, А.Н. Савенков, В.П. Сальников, С.В. Степашин, А.Г. Хабибулин, И.Д. Хомяков и другие.
В контексте правового регулирования территориального планирования необходимость рассмотрения содержания вещных прав, 
возникающих на основании документов территориального планирования, предопределила обращение к работам М.М. Сперанского, 
который предложил триаду правомочий; к трудам Г.Ф. Шершеневича, полагавшего, что длительная реализация права владения влечет 
возникновение права собственности; К.Н. Анненкова, разделившего 
право владения на право временного владения и владения как факта, 
1	
Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. 9-е изд. (без изм.). СПб.: 
магазин Н.К. Мартынова, 1909. С. 203.


а также С.М. Корнеева, рассматривающего право собственности как 
сложное субъективное право.
При исследовании правоприменительных актов Росгвардии, реализуемых на основании норм права, регулирующих территориальное 
планирование, использовался труд М.Н. Марченко, который рассматривает правоприменительный акт как юридический факт. Вопросы, связанные с актами применения права, рассматривали также 
Л.С. Явич и С.А. Раджабов, относя их к специфическим способам 
реализации закона. Ю.Г. Арзамасов характеризует акт применения 
права как правовой документ, направленный на достижение юридического результата.
Несмотря на достаточно большое количество трудов, в которых 
представлены результаты исследования вопросов правового регулирования территориального планирования, необходимо отметить 
отсутствие теоретико-правовых работ по заявленной теме. Многие 
общие вопросы, касающиеся правового регулирования территориального планирования, в названных работах представлены фрагментарно. Данное исследование восполняет этот пробел.


Глава 1. 
ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО, РЕГУЛИРОВАВШЕЕ 
ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ 
ОБЪЕКТОВ ОБОРОНЫ И БЕЗОПАСНОСТИ 
В 1917–1940 ГОДАХ
В постреволюционной России, а в последующем и в СССР, признаки правового регулирования территориального планирования 
содержались в общегосударственном документе под названием «Государственный план электрификации России» (далее — ГОЭЛРО).
Еще в период борьбы за победу Советской власти В.И. Ленин 
указывал на необходимость планового распределения имеющихся 
в стране материальных ресурсов. Тогда же им была выдвинута идея 
о необходимости немедленной организации работы по составлению 
перспективного плана (на 10–15 лет вперед) восстановления и развития страны. Ленинская идея воплотилась в создании специальной 
комиссии, задачей которой было планирование развития страны1.
Советом народных комиссаров в феврале 1921 года принимается 
Положение о Государственной Общеплановой комиссии при Совете 
Труда и Обороны2 с целью разработки общегосударственного плана, 
а 17 марта 1921 года издается декрет Совнаркома «О плановых комиссиях», в котором была определена структура плановых органов3.
Это событие имело для развития правового регулирования территориального планирования в нашей стране особое значение, поскольку в Госплане была создана специальная секция районирования, 
в последующем — отдел территориального планирования и размещения производственных сил. Одновременно с этим в данный период 
отсутствовали правовые акты, определяющие понятие территориального планирования в буквальном его содержании4.
1	
Калашникова Т.М. 50 лет Госплана СССР и территориальное планирование 
в Советском Союзе/Т.М. Калашникова // Вестник Московского университета, 1971. № 3. С. 12–18.
2	
Положение о Государственной Общеплановой Комиссии: Декрет Совета 
народных комиссаров от 22 февраля 1921 г. № 106 // URL: https://istmat.
org/node/45925 (дата обращения: 26.06.2022). (Утратило силу).
3	
О плановых комиссиях: Декрет Совета народных комиссаров от 17 марта 
1921 года // Собрание узаконений РСФСР. 1921. № 38. Ст. 203. (Утратило 
силу).
4	
См.: Рожнов С.Н. Отдельные организационно-правовые вопросы территориального планирования объектов государственного значения в социалистических странах.


План ГОЭЛРО содержал важные теоретико-методологические 
предпосылки правового регулирования территориального планирования, заложившие фундамент восстановления и развития народного 
хозяйства. Он был представлен VIII Всероссийскому съезду Советов 
рабочих, крестьянских, красноармейских и казачьих депутатов в декабре 1920 года.
Реализовывать план было поручено сначала комиссии ГОЭЛРО, 
а в последствии — Государственной общеплановой комиссии при 
Совете труда и обороны РСФСР (далее — Госплан) во главе с соратником В.И. Ленина Г.М. Кржижановским.
План ГОЭЛРО, утвержденный председателем Совета народных 
комиссаров РСФСР Лениным В.И., составлялся по территориальному признаку, то есть по восьми крупным районам России: Центрально-Промышленному, Приволжскому, Западно-Сибирскому, 
Уральскому, Северному, Донецко-Южному, Кавказскому, Туркестанскому. Он представлял собой первый план, рассчитанный на перспективное развитие народного хозяйства и заложивший основы 
планового развития экономики1.
Гарантом результативности плана ГОЭЛРО было его методологическое обоснование районного построения, как отмечалось в советской литературе, отражавшей научное содержание данного вопроса. Самостоятельные элементы народного хозяйства и его отрасли 
не относятся к определенным показателям. Их значение меняется 
при различном сочетании этих элементов и отраслей. Поэтому целесообразно исследовать планирование народного хозяйства в его 
целом, а не отдельные его части.
План ГОЭЛРО стал первым документом, содержащим баланс 
увязки строительства объектов, вырабатывавших электроэнергию, 
с объектами, ее потреблявшими, в том числе с объектами военного 
назначения2.
Как отмечают Л.Л. Грищенко и Ю.Л. Корабельникова, план ГОЭЛРО являлся важным фактором в развитии (индустриализации) 
всех отраслей страны3, а разработанная в СССР система документов 
территориального и отраслевого планирования представляла собой 
уникальный опыт, признанный как в Советском Союзе, так и в иных 
1	
Клеандрова В.М., Мулукаев  Р.С.  История государства и  права России. 
Москва: Проспект, 2009. С. 323.
2	
Родин А.В. Теоретико-правовые вопросы территориального планирования 
в  СССР и  отдельные аспекты его совершенствования  / А.В.  Родин  // 
Вестник Санкт-Петербургского военного института войск национальной 
гвардии. 2023. № 3 (24). С. 5–12.
3	
Грищенко Л.Л., Корабельникова Ю.Л. Историко-правовые аспекты правоохранительной деятельности (на примере малых городов России в советский 
период) // Вопросы истории, 2021. № 11–2. С. 236–247.


государствах1. В СССР была создана система общегосударственного 
планирования, включающая в себя работу всех субъектов управления 
государством, в которой планы всех уровней приобретали силу закона. Правовое регулирование территориального планирования было 
направлено на скорейшее, равномерное развитие производственных 
сил в общегосударственном масштабе и обеспечение обороны и безопасности страны с попыткой тотального контроля всей системы 
планирования.
Рассматривая план ГОЭЛРО как средство правового регулирования территориального планирования советского периода, следует 
отметить, что еще в дореволюционной России имелся правовой акт, 
подготовленный Министерством путей сообщения с участием министерств внутренних дел, государственного имущества, а также 
министерств военного и морского. Этим документом было «Урочное 
Положение для строительных работ», выполнявшее роль правового 
регулятора строительства объектов гражданского и военного назначения с делением территории России по климатическим условиям 
и долготе дня на три полосы: «северную, в которой заключаются все 
места, лежащие от северных пределов Империи до 56-го градуса широты; среднюю, занимающую пространство от 56-го до 51-го градуса 
широты, и южную, находящуюся между 51-м градусом широты и южными границами России»2. В Положении устанавливался порядок 
привлечения войск для выполнения работ, не требующих особого 
навыка, и отмечалось, что указанный порядок должен служить руководством войскам до издания особого положения о производстве 
ими работ.
Территориальное деление России на три полосы для осуществления строительных работ было подтверждено позднее в «Своде 
измененных и дополненных параграфов Положения для строительных работ»3.
Указанные акты явились важной частью правовой базы, создавая 
предпосылки правового регулирования территориального планирования советского периода, и просуществовали без значительной 
переработки до середины 50-х годов XX века. При этом в 1947 году 
Советом Министров СССР было принято решение переработать 
1	
Смирнов О.О.  Азбука стратегического планирования: концептуальные 
основы разработки генеральной схемы размещения и развития производительных сил СССР и Стратегии пространственного развития Российской 
Федерации / О.О. Смирнов // Путь науки, 2014. № 7 (7). С. 50–53.
2	
Урочное Положение для строительных работ, высочайше утвержденное 
17 апреля 1869 года // Полное собрание законов 1869 г. № 46968. 1869. С. 1.
3	
Свод измененных и дополненных параграфов Урочного Положения для 
строительных работ, высочайше утвержденное 7 февраля 1914 года. С. 1 // 
Первое Собрание узаконений и распоряжений Правительства за 1914 год.


и объединить все существовавшие в стране правовые акты, регулировавшие строительство, в единый общеобязательный документ 
в виде «Урочного Положения для строительства». К его подготовке 
планировалось привлечь около 150 научно-исследовательских, проектных организаций и более 1000 специалистов, а уполномоченным 
от Министерства Вооруженных Сил был назначен заместитель начальника Главного строительного управления Вооруженных Сил 
генерал-майор технических войск С.Г. Шапиро1.
Задачей представителей Министерства Вооруженных Сил, кроме 
участия в составлении нового Урочного Положения по строительству, 
был учет в нем специфики размещения объектов обороны и безопасности общевойскового назначения. Результатом совместной работы 
в 1952 году явился проект Урочного Положения для строительства, 
состоявший из пяти частей. Наиболее близкой по своему содержанию 
к вопросам правового регулирования территориального планирования была третья часть — «Нормы строительного проектирования», 
в которой указывалось, что проекты планировки населенных мест 
должны составляться на основе целесообразного взаимного размещения основных районов, создавать наиболее благоприятные санитарно-гигиенические условия жизни населения, а также необходимые 
условия для размещения промышленности и транспорта.
Актуальной была проблема разработки различных вариантов 
достижения заданных целей в планировании. Такая проблема получила теоретическое исследование и обоснование в предложенном 
Г.М. Кржижановским методе, предусматривающем одновременную 
подготовку двух (минимального и максимального) хозяйственных 
рядов в процессе пятилетнего планирования развития страны2. Минимальный хозяйственный ряд назывался так потому, что устанавливал 
минимальное количество показателей и возможностей в развитии 
страны. Непосредственное приближение к показателям, установленным в минимальном ряде, указывало на вероятную опасность 
и нестабильность в развитии страны. Максимальный же хозяйственный ряд рассчитывался с учетом благоприятных факторов развития страны. Сущность планирования на основе двух хозяйственных 
рядов заключалась в достижении средних показателей3.
При этом Г.М. Кржижановский предостерегал, что усилия, направленные на реализацию такого пятилетнего плана, не должны 
принимать чрезмерную форму перенапряжения, способную привести 
1	
Урочное Положение / Военно-строительный бюллетень, 1947. №  1. 
С. 41–44.
2	
Кржижановский Г.М. К построению перспективной пятилетки // Каким 
быть плану: дискуссии 20-х годов. Л.: Лениздат, 1989. 224 с.
3	
Корицкий Э.Б. Каким быть плану: дискуссия 20-х годов: статьи и современный комментарий / Э.Б. Корицкий. Л.: Лениздат, 1989. С. 16–17.


к сбою в работе и болезненным явлениям в народном хозяйстве. 
Метод двухвариантной разработки пятилетнего плана в дальнейшем 
не нашел своего развития. Между тем такой подход позволял бы 
определять диапазон колебаний проектируемых государственных 
мероприятий с учетом различных факторов, в том числе связанных 
с внешней и внутренней безопасностью государства.
Октябрьская революция 1917 года, изменившая государственное 
устройство страны, коренным образом реорганизовала структуру 
вооруженных формирований, призванных решать задачи по обеспечению стабильного развития и внутренней безопасности. В.И. Ленин 
отмечал, что всякая революция лишь тогда чего-либо стоит, если она 
умеет защищаться. Требуется приложить немалые усилия к удержанию власти, для чего необходимо сформировать силовую структуру, 
отвечающую за внутреннюю безопасность страны1. Аналогичную 
мысль выражал Ф. Энгельс еще в  1851 году. Он писал, что вооруженные силы состоят из двух частей: пролетарской гвардии в городах 
и крестьянской гвардии в сельских местностях — для обеспечения 
внутренней службы, и регулярной армии — против неприятеля2.
Ленинские требования были реализованы посредством создания в  
1918 году Корпуса войск ВЧК, Войск внутренней охраны Республики 
и их преемников, а также размещением на территории страны объектов обороны и безопасности, в которых дислоцировались указанные 
войска.
Как отмечает В.П. Сальников, особое внимание В.И. Ленин обращал на деятельность правоохранительных органов, что вполне 
закономерно, так как, осуществляя охрану правопорядка, они должны 
были в первую очередь соблюдать законность3, что, по мнению автора, 
вызывало потребность в четкой правовой регламентации действий 
по размещению объектов войск правопорядка.
Право ВЧК иметь вооруженные отряды было закреплено Положением о Корпусе войск ВЧК 1918 года4, в соответствии с которым 
на территории военных округов были сформированы 35 батальонов5. В целях устойчивого управления войсками территория страны 
в 1919 году была разделена на 13 секторов. Объекты войск внутренней 
охраны Республики располагались в Московском, Курском, Петроградском, Нижегородском, Саратовском, Восточном, Смоленском, 
1	
Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Т. 37. С. 122.
2	
К. Маркс Ф. Энгельс Сочинения. Т. 7. 1956. С. 518.
3	
Сальников В.П. Правовая культура и поведение советских граждан: дис. … 
канд. юрид. наук: 12.00.01 / Сальников Виктор Петрович. Ленинград, 1980. 
С. 104.
4	
Внутренние войска советской республики (1917–1922  гг.). Документы 
и материалы. М., 1972. С. 43–44.
5	
Там же. С. 5.


Доступ онлайн
от 224 ₽
В корзину
Частному лицу
Бумажная книга
1 417 ₽
Купить
Купить в составе основной коллекции от 1 490 ₽