Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Теория риторики

Покупка
Новинка
Артикул: 073499.04.99
Доступ онлайн
950 ₽
В корзину
Предлагаемая читателю книга проф. МГУ им. М.В. Ломоносова, академика РАО Ю.В. Рождественского (1926—1999) осмысливает и систематизирует актуальные проблемы риторики и теории коммуникаций в перспективе развития современных средств обмена информацией и динамики языка делового общения, их места в жизни общества. Подход к решению задач, встающих на нынешнем этапе развития форм общения (устная речь, письменная речь, язык средств массовой информации, язык средств электронной коммуникации), определен общими культуроведческими установками, характерными для исследований автора. В книге внимательно прослежены традиции риторической науки — как отечественной, так и европейской, однако с несомненной ясностью показаны основные отличия современных риторических тенденций от направлений, характерных для последнего периода расцвета русской риторики — первой половины XIX в. Особое место в книге отведено проблемам дидактики и их положению в общей системе современного русского языка. Для студентов гуманитарных вузов, специалистов в области филологии, политологии, социологии, связей с общественностью, общественных и государственных деятелей.
4
115
217
333
Рождественский, Ю. В. Теория риторики : учебное пособие / Ю. В. Рождественский ; под ред. В. И. Аннушкина. - 7-е изд., испр. - Москва : ФЛИНТА, 2026. - 540 с. - ISBN 978-5-9765-5950-9. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2279845 (дата обращения: 20.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Ю.В. Рождественский





                Теория риторики




Учебное пособие

7-е издание, исправленное

Рекомендовано Министерством общего и профессионального образования РФ в качетве учебного пособия для студентов филологических специальностей университетов




Москва Издательство «ФЛИНТА» 2026

УДК 808.5(075.8)
ББК 80.7я73
     Р62




     Рождественский Ю.В.
Р62 Теория риторики : учеб. пособие / Ю.В. Рождественский ; под ред. В.И. Аннушкина. — 7-е изд., испр. — Москва : ФЛИНТА, 2026. — 540 с. — ISBN 978-5-9765-5950-9. — Текст : электронный.
         Предлагаемая читателю книга профессора МГУ им. Ломоносова, академика РАО Ю.В. Рождественского (1926—1999) осмысливает и систематизирует актуальные проблемы риторики и теории коммуникаций в перспективе развития современных средств обмена информацией и динамики языка делового общения, их места в жизни общества. Подход к решению задач, встающих на нынешнем этапе развития форм общения (устная речь, письменная речь, язык средств массовой информации, язык средств электронной коммуникации), определен общими культуроведческими установками, характерными для исследований автора. В книге внимательно прослежены традиции риторической науки — как отечественной, так и европейской, однако с несомненной ясностью показаны основные отличия современных риторических тенденций от направлений, характерных для последнего расцвета русской риторики — первой половины XIX в. Особое место в книге отведено проблемам дидактики и их положению в общей системе современного русского языка.
         Для студентов гуманитарных вузов, специалистов в области филологии, политологии, социологии, связей с общественностью, общественных и государственных деятелей.
УДК 808.5(075.8)
ББК 80.7я73



ISBN 978-5-9765-5950-9

                                    © Хартманн И.Г., текст, 2026
                                    © Аннушкин В.И., редакция, библиография, послесловие, 2026
                                    © Хазанова О.Э., предметно-именной указатель, 2026
            © Издателство «ФЛИНТА», 2026

          Предисловие

          Возрождение риторики в преподавании русского языка — общественная потребность. Риторика выходила из употребления начиная с 50-х гг. XIX в. Это было общим движением в европейском образовании. Риторические задачи брала на себя поэзия как самый массовый вид речи, поэтому поэтика и литературоведение вытесняли риторику. Это делало людей чувственными, но не способными к предметно-практической речи и практической деятельности.
   Риторические задачи поэтики и поэзии еще в 30-е годы описал В.В. Виноградов [10].
   История риторики есть история стилей жизни. Информационное общество несет новый стиль жизни и требует новой риторики. Стилевая задача новой риторики состоит в понимании и пользовании всеми видами слова, а не только устной публичной речью.
   Обилие текстов в информационном обществе выдвигает первую задачу риторики. Она состоит в умении быстро воспринимать речь во всех видах слова и извлекать нужные смыслы для принятия оперативных решений, не давать себя увлечь, сбить на деятельность, невыгодную себе и обществу. Вторая задача риторики есть умение изобретать мысли и действия и облекать их в такую речевую форму, которая отвечает обстоятельствам. Это значит уметь создавать монолог, вести диалог и управлять им, управлять системой речевых коммуникаций в пределах своей компетенции. Обе задачи должны опираться на культуру речи данного общества. Под культурой речи общества понимаем знание видов слова, их смысловых возможностей, их отношение к другим видам семиозиса и систематизацию через речь культуры как целого. В этом состоит риторическая грамотность.
   Книга «Теория риторики» предполагает начала риторической грамотности. Это значит, что книга не учит искусству оперировать речью, но предполагает лишь научить не делать роковых ошибок в использовании речи, следуя принципу: «Все беды человека от его языка».

            Глава I




         1.1.   Становление риторики

         1.1.1. Риторика и этика

         Риторика как искусство речи и сам термин «риторика» родились в греческой античности. В античности были поставлены вопросы, определяющие лицо предмета риторики. Это отношения аудитории и оратора. Ядро проблематики греческой риторики дано в диалоге Платона «Горгий» и трактате Аристотеля «Риторика» [26; <5].
   Горгий — имя известного софиста и ритора, педагога, готовившего юношество к гражданской карьере. Горгий и его последователи считали риторику инструментом гражданского управления и обучали искусству управления.
   Платон устами Сократа противопоставляет риторике этику. Так складывается противопоставление риторической техники и этики. Платон ставит этику на первое место: «А потом, когда мы достаточно преуспели в этой добродетели, тогда лишь, если сочтем нужным, примемся за государственные дела или подадим совет в том или ином деле, какое бы нас ни привлекло. Тогда мы будем советчики лучше, чем ныне, ибо стыдно по-мальчишески хвастаться и важничать в том состоянии, в каком, по-видимому, мы находимся ныне, когда без конца меняем суждения, и притом — о вещах самых важных. Вот до какого невежества мы дошли!» [26, 565]. Это осуждение Горгия и его учеников.
   Далее Платон угрожает политикам, которые постоянно принимают беспринципные и бессовестные решения, муками, которые им предстоит принять после смерти в царстве Аида: «Кто же повинен в самых тяжелых и, по этой причине, неискупимых злодеяниях; сами они никакой пользы из своего наказания не извлекают... Свидетель тому сам Гомер. Царей и властителей он изобра

1.1.1. Риторика и этика

жает несущими в Аиде вечное наказание: тут и Тантал, и Сизиф, и Титий» [26, 362—363].
   Сократ не сомневается, что он сам может пострадать от бессовестных риторов: «Я был бы в самом деле безумцем, если бы сомневался, что в нашем городе каждого может постигнуть какая угодно участь. Но одно я знаю твердо: если я когда-нибудь предстану перед судом и мне будет грозить одна из опасностей, о которых ты говоришь (опасность быть обвиненным и невозможность защититься. — Ю.Р.), обвинителем моим, и правда, будет негодяй, и я не удивлюсь, услышав смертный приговор» [26, 355]. Это значит, что риторика есть зло, от которого даже скромному Сократу грозит гибель.
   Дело в том, что для Горгия и его учеников важно любым способом выиграть дело. Так они оценивают успех ритора, для Сократа же важно не погрешить против добра и справедливости. Поэтому Платон видит в ораторской деятельности зло и для ораторов: «Я вижу, что когда город обходится с кем-либо из своих обвиняемых мужей как с преступником, обвиняемые негодуют и сетуют на незаслуженную обиду. Но это ложь от начала до конца. Ни один глава государства не может погибнуть незаслуженно от руки того города, который он возглавляет» [26, 365], так как он делал карьеру оратора. Примером служат Перикл, Мельтиад, Кимон, Фемистокл и другие. Платон иронически сравнивает таких государственных мужей со скотником, который «принял животных смирными, а потом они вдруг одичали» [26, 351].
   Оратор, стремящийся к государственной карьере, угодничает, уподобляется повару, потакающему обществу. Оратор угождает демосу, демос, как и тиран, не может в принципе действовать добродетельно и разумно. Поэтому оратор лишь усугубляет несчастья свои и людей. Его «постигнет величайшее зло — он развратится душой, подражая своему господину. Причина в том, что ораторы гонятся за благоволением граждан и ради собственной выгоды пренебрегают общей, обращаясь с народом как с ребенком...» [26, 344—345].
   Однако несчастья, происходящие от ораторской речи, согласно Платону, заключены не в самой речи как в технике изобретения мыслей и слов, а в этике. Дело в том, что риторская школа Горгия неэтична. Но речь как таковая, как инструмент общения по отно



шению к этике как бы нейтральна, так как бывает и добродетельное красноречие.
   «...Если красноречие двойственно, то одна его часть должна быть самой угодливой, постыдным заискиванием перед народом, а другая — прекрасным попечением о душах сограждан...» [26, 555|.
   Это значит, что цель красноречия и ораторства зависит от нравственности оратора. Неэтичные ораторы, по словам Платона, уподобляются людям, таскающим воду в дырявый сосуд решетом.
   Понимание этики может быть разным. Ученик Горгия Кал-ликл утверждает: «...Может ли на самом деле быть счастлив человек, если он раб и кому-то повинуется? Нет! Что такое прекрасное и справедливое по природе, я скажу тебе сейчас со всей откровенностью: кто хочет прожить правильно, должен давать полнейшую волю своим желаниям, а не подавлять их, и, как бы они ни были необузданны, должен найти в себе способность им служить (вот на что ему мужество и разум), должен исполнять любое свое желание.
   Но, конечно, большинству это недоступно, и потому толпа поносит таких людей, стыдясь, скрывая свою немощь, и объявляет своеволие позором, и, как я уже говорил раньше, старается поработить лучших по природе» [26, 578].
   Так Калликл смело противопоставляет человека толпе, лучших людей худшим и говорит, по-видимому, справедливо, что толпе свойственно подавлять лучших, если они идут против нее. Что же такое лучшие в понимании Горгия и его последователей и в понимании Платона, говорящего устами Сократа?
   В понимании Горгия, Калликла и Пола лучшим может быть назван Архелай, властитель Македонии, который убил законных наследников и своих родственников и завладел властью и теперь может делать что угодно и потому счастлив [26, 289—290]. Платон же устами Сократа говорит, что это несчастный человек, так как он сотворил несправедливость.
   Итак, критерии счастья и цель стремлений у Горгия и его последователей — завладеть властью и богатством, чтобы удовлетворять свои желания и прихоти, у Сократа же счастье и цель жизни состоят в справедливости и достойной жизни не в ущерб другим, отсутствии своеволия.


1.1.2. Речь как искусство слова


           1.1.2. Речь как искусство слова

           Что же такое риторика как учение? Она, по мнению Платона, есть сноровка, т.е. умение, ловкость, которым можно научиться, развить в себе (а прилагать такую сноровку можно с разными целями — добрыми и злыми). Риторика как обучение сноровке и есть мастерство красноречия. Мастерство красноречия в условиях демократии жизненно необходимо, потому что каждый гражданин полиса в условиях демократии находится в потенциальной опасности от своих сограждан. Любой из сограждан может, что называется, неотвязно «пристать», обвинить другого с выгодой для себя, призвать к суду и выиграть суд, отнять имущество и жизнь. Следовательно, сноровка в речи помогает защититься и в условиях аристократического соседства, и, в случае нужды, в судебной борьбе. Если же гражданин желает предложить городу что-либо, то он сталкивается с общественным мнением, которое всегда консервативно и ситуативно в том смысле, что толпа судит всякие предложения применительно к своему мнению, которое меняется в связи с текущими событиями. В этом случае сноровка в красноречии помогает убедить сограждан согласиться на предложение. Всякий самодеятельный и предприимчивый человек испытывает стеснение от общественного мнения и, предлагая новое, всегда рискует и жизнью, и имуществом. Сноровка в красноречии, защитительная или наступательная, при проведении своих предложений, помогает человеку обрести более выгодное положение в обществе, завоевать определенное уважение сограждан и улучшить свои материальные дела.
    Таким образом, риторика полезна, но устами того же Сократа Платон доказывает, что обществу и частному лицу может быть нанесен вред тем, что такие риторы, как Горгий, исповедуют так называемую практическую мораль. Поэтому, принимая объективные свойства речи как инструмента социальной борьбы, необходимо изменить мораль, от которой зависит речевой поступок. По мнению Платона, надо, чтобы не практическая, а духовная мораль управляла речевыми поступками. Для этого необходимо изменить мораль не только у ораторов, но и у общества. Практическая мораль, речь и поступки, исходящие из нее, должны стать не почетными, а постыдными в общественном мнении.



   Платон, утверждая духовную мораль, говорит, что несправедливо пострадать — значит, прежде всего, обречь на муки на этом и на том свете того, кто причинил несправедливые страдания. Духовная мораль полагает, что обидчику хуже, чем обиженному. Это положение — один из краеугольных камней будущей религиозной проповеди. Оно парадоксально с точки зрения практической морали. Оно предполагает контроль совести над желаниями и поступками человека, что несвойственно носителю практической морали.
   Сократ у Платона и, как известно, сам Платон предпочли иную речевую карьеру — карьеру философа-педагога. Педагогика же, основанная на философии, изменяет нравы общества, так как делает возможными доказательства, идущие от духовной морали. Педагогическая речь — диалектика — это тоже речь. Так Платон дает риторике как искусству слова новый смысл. В практике диалогов он устанавливает иной вид речи, не свойственный ораторской софистике и эристике. По условию, диалектика исходит из особого предварительного договора — совместно и незаинтересованно искать истину. Здесь критерием успеха является не торжество одного из говорящих, которое может быть своекорыстным, а нахождение истины о природе предмета. Таким образом, дополнительно к речи в собрании и в суде, где важен выигрыш, устанавливается иной вид речи — диалектика. В диалектике нет выигрыша какого-нибудь лица, но есть выигрыш для всех участников диалога. Этот философско-учительный вид речи является основанием античной мудрости и новой науки. Диалектика у Платона содержит в себе элементы проповеди-полемики. Эти отношения представлены схемой 1.1.




Оратор

Речь как техника — изобретения слов и мысли Аудитория речи

                                      ----Этика



1.1.3. Учение о целях речи Аристотеля

   Согласно Горгию, аудитория навязывает оратору практическую этику, которую он воплощает в речи (схема 1.2).



аудитория

 практическая этика

о оратор

речь в пределах ----практической этики

    В основании концепции Платона, как показано на схеме 1.3, лежит духовная этика, диктующая характер речевых поступков.


Схема 1.3

изменение
духовная __                    речь в пределах        духовного
этика * оратор » духовной этики * состояния
аудитории


   Возникает противопоставление двух видов речи по этическому основанию:
   а) ораторика (Горгий) — практическая мораль;
   б) диалектика (Платон устами Сократа) — духовная мораль.
   Но речь как техника образования смысла и внутренняя структура смысла, за исключением этических установок, не была рассмотрена Платоном. Подверглась исследованию только теория именований. Имена — важнейший элемент речи, исходный пункт развития замысла речи — рассмотрены Платоном: 1) с точки зрения способов изобретения имени — этимологии, 2) с точки зрения социальной структуры создания имени (ономатотет — диалектик — пользователь — он же мастер конкретного искусства) и 3) с точки зрения орудности имени, т.е. способов использования имени в процессах познания, научения и действования (словесного и предметного). Теория именований дает картину замысла речи, но не ее словесной структуры.


          1.1.3. Учение о целях речи Аристотеля

          Аристотель создал трактат «Риторика» не столько как учебное руководство (хотя так им пользуются и сейчас), сколько



как аналитическое сочинение. «Риторика» Аристотеля рядоположена другим его трактатам — «Поэтика», «Аналитики», «Категории». В этих трактатах рассматриваются разные виды речи: поэзия и проза. В «Риторике» рассматривается классическая официальная публичная (полисная) речь: показательная, судебная, совещательная; в «Поэтике» — художественная речь: эпос, лирика, драма, разделяющаяся на комедию и трагедию; в «Аналитиках» рассматриваются фигуры диалектической речи, а сама речь рассматривается как инструмент познания. По Аристотелю, быть инструментом познания лишь отчасти свойственно поэзии, а перед ораторской публичной речью такая задача Аристотелем фактически не ставится. Зато содержание и действенность речи у Аристотеля в его «Риторике» прямо связаны с общественным и государственным устройством.
   По Аристотелю, общественное государственное устройство есть прежде всего речевая организация общества. Общества различаются в зависимости от того, как в них законом и обычаем организована речь. Успех того или иного общества и государства зависит от того, в каких формах организована речь и сколько таких форм применяется. «Общение вполне завершенное, ...образует государство... Всякое государство... уподобляется в этом отношении первичным общениям — семье и селению... Речь способна выражать и то, что полезно и что вредно, равно как и то, что справедливо и что несправедливо. Это свойство людей, отличающее их от остальных живых существ, ведет к тому, что только человек способен к чувственному восприятию таких понятий, как добро и зло, справедливость и несправедливость и т.п. А совокупность всего этого и создает основу семьи и государства. Если индивид не способен вступить в общение или, считая себя существом самодовлеющим, не чувствует потребности ни в чем, он уже не составляет элемента государства, становясь либо животным, либо божеством» [6, 465—466\.
   Таким образом, речь есть то, что создает сообщество людей, прежде всего семью и государство. Следовательно, риторика есть одновременно учение об обществе и общественном управлении. Аристотель по-новому развивает мысль Платона о моральных основах риторики в учении о государстве: «...Ибо опирающееся на вооруженную силу бесправие тяжелее всего... человек без нравственных


Доступ онлайн
950 ₽
В корзину