Мятежный ангел
Покупка
Новинка
Тематика:
Современная российская литература
Издательство:
Альпина нон-фикшн
Автор:
Кустурица Эмир
Год издания: 2024
Кол-во страниц: 193
Возрастное ограничение: 18+
Дополнительно
Вид издания:
Художественная литература
Уровень образования:
Дополнительное образование взрослых
ISBN: 978-5-00223-088-4
Артикул: 853118.03.99
ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД
ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ
ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Новая книга Эмира Кустурицы — автобиографический роман-эссе, где, словно в калейдоскопе памяти, вслед за одним воспоминанием возникает другое: сцены из детства и юности в Сараево; картины страны, разрушенной войной; наконец, путешествие в Стокгольм на вручение Нобелевской премии Петеру Хандке. Размышления о сегодняшнем дне и судьбе родной страны сменяются мыслями о пути художника и поиске истины — и над всем этим витает страстный дух свободы. Свою книгу Кустурица посвящает писателю Петеру Хандке , в котором он находит близкую душу и видит идеал творца: того, кто не разменивается на сиюминутные вызовы времени и творит свободно, достойно следуя собственному пути.
Новая книга Эмира Кустурицы — автобиографический роман-эссе, где, словно в калейдоскопе памяти, вслед за одним воспоминанием возникает другое: сцены из детства и юности в Сараево; картины страны, разрушенной войной; наконец, путешествие в Стокгольм на вручение Нобелевской премии Петеру Хандке. Размышления о сегодняшнем дне и судьбе родной страны сменяются мыслями о пути художника и поиске истины — и над всем этим витает страстный дух свободы. Свою книгу Кустурица посвящает писателю Петеру Хандке , в котором он находит близкую душу и видит идеал творца: того, кто не разменивается на сиюминутные вызовы времени и творит свободно, достойно следуя собственному пути.
Тематика:
ББК:
УДК:
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
L’ANGELO RIBELLE Emir Kusturica La nave di Teseo
Москва, Перевод с итальянского Мятежный ангел ЭМИР КУСТУРИЦА
ISBN 978-5-00223-088-4 (рус.) ISBN 978-8-83461-329-0 (итал.) This text is a work of literary fi ction, born from the creative imagination of the author, where real characters live in a narrative context. Original title: ВИДИШ ЛИ ДА НЕ ВИДИМ © Emir Kusturica, 2023 © La nave di Teseo editore, Milano, 2023 This edition was published by arrangement with ELKOST International Literary Agency, Barcelona © Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина нон-фикшн», 2024 УДК 821.163-312.6 ББК 84(4Сер=416.42)-444 К94 Переводчик О П Редактор Ж П Кустурица Э. К94 Мятежный ангел / Эмир Кустурица ; Пер. с итал. — М. : Альпина нон-фикшн, 2024. — 188 с. ISBN 978-5-00223-088-4 Новая книга Эмира Кустурицы — автобиографический роман-эссе, где, словно в калейдоскопе памяти, вслед за одним воспоминани ем возникает другое: сцены из детства и юности в Сараево; картины страны, разрушенной войной; наконец, путешествие в Стокгольм на вручение Нобелевской премии Петеру Хандке. Размышления о сегодняшнем дне и судьбе родной страны сменяются мыслями о пути художника и поиске истины — и над всем этим витает страстный дух свободы. Свою книгу Кустурица посвящает писателю Петеру Хандке , в котором он находит близкую душу и видит идеал творца: того, кто не разменивается на сиюминутные вызовы времени и творит свободно, достойно следуя собственному пути. УДК 821.163-312.6 ББК 84(4Сер=416.42)-444 Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в интернете и в корпоративных сетях, а также запись в память ЭВМ для частного или публичного использования, без письменного разрешения владельца авторских прав. По вопросу организации доступа к электронной библиотеке издательства обращайтесь по адресу mylib@alpina.ru
«Я всегда отрекался от матери и отца, но от Великого Вопроса не отрекусь вовеки, ведь я его сын!» Такие слова отрок- Христос мог бы произнести в храме. Вчера во время прогулки
Предисловие Жизнь — единственное состязание, в котором соперники не спешат прийти к финишу первыми. И главнейшее препятствие на этой трассе — время. Его невозможно ни остановить, ни перескочить, это не гимнастический козел и не межа, отделяющая наши владения от соседских, и даже самый быстрый летательный аппарат способен лишь перенести нас в безвременье. Шатко и обманчиво само наше знание о времени — феномене, суть которого даже философия толком так и не постигла. Кроме эйнштейновской теории относительности, а также заявлений Фридриха Ницше и Петера Хандке о том, что времени не существует, у нас нет путеводных нитей, которые привели бы к разрешению этой великой загадки. В любой из временных отрезков на протяжении последних двух тысяч лет участники состязания норовили к финишу «опоздать». Гонка растянулась на века, и побеждают в ней марафонцы; отмашку массовому забегу на жизненную дистанцию дали эпоха Возрождения и превращение монет в ассигнации. Скоро деньги
станут электронными, и это, вероятно, положит движению конец. На заре девятнадцатого столетия, когда английские пастухи смекнули, что гораздо прибыльнее стричь овец и обрабатывать шерсть, нежели торговать мясом, началась так называемая «гонка за прогрессом, проникнутая духом современности». Темп жизни нарастал, марафонцы бежали все быстрее, и в итоге размышления над загадочной категорией времени вышли за пределы философии и стали уделом науки. Время оказалось «в руках» квантовых физиков, которые стремятся любой ценой вернуться в точку отсчета; впрочем, они не знают, когда именно Большой взрыв сотворил Вселенную. Да и был ли он на самом деле? В любую из эпох каждая цивилизация создавала свой собственный календарь. Шумеры, ацтеки, евреи, мусульмане заключили в рамки календаря жизнь народа и каждого индивидуума. Люди жили по календарю, и его знаменательные даты, наполненные религиозным смыслом, врастали в человеческое сознание, формируя идентичность. В деле упорядочения времени человеку помогал Бог, как и во многих других важных вещах. Это служило одним из доказательств того, что Он является величайшим из концептов, пусть даже мы разделяем точку зрения Спинозы с его секуляризмом или соглашаемся с эксцентричным заявлением Ницше о смерти Бога. Не стремясь выразить то, что лежит
у него на душе, человек не принял бы божественной природы творения, не осмысливал бы явления во временной перспективе и не обладал бы ясным видением прошлого. Христос сошел на землю в человеческом облике и принес себя в жертву ради человечества; после распятия Он воскрес, наделив людей верой в то, что Его жертва была лишь первым актом драмы (первым этапом гонки); далее последовало вторичное пришествие Христа и сведение счетов с Сатаной. Так в среде христиан зародился миф о времени, внутри которого жизнь и смерть сменяют друг друга, между тем как достижения человеческого разума и творения рук людских лишь повествуют об ушедших в небытие цивилизациях. В ожидании воскресшего Иисуса христиане признали причинно- следственную природу времени, которое в этой концепции имело некую мифическую точку своего отсчета, равно как и завершения. В тысячном году, а затем и по истечении двадцатого века многие ждали конца света, или светопреставления, чего не случилось, вопреки спекуляциям нумерологов и всевозможным апокалиптическим прогнозам. Такого рода пророчества распространялис ь, невзирая на то, что Иоанн Богослов в своем Откровении говорит вовсе не о конце света, а о Небесном Иерусалиме, уже посланном от Бога. Марафонцам, которые верят в воскресение Христа, легче смириться с окончанием гонки. Их жизнь протекает
в постоянном осознании неизбежности смерти, но все это время их греет вера в бессмертие души, поэтому они стараются заслужить своими поступками райское блаженство и вой ти в Царские врата. Впрочем, все больше людей стремится в ад, полагая, что там они окажутся в гораздо более приятной компании. Ребенком я с легкостью постиг тайну — как остановить время. Входишь в кинозал, гаснет свет и на экран обрушиваются миллионы крошечных искорок, возникают живые картины, и ты переносишься в другое измерение, а время за пределами кинозала перестает существовать. В Сараево в кинотеатре «Первое мая» показывали «Спартака» Стэнли Кубрика, и не успел я опуститься в кресло, как парень, сидевший за мной, громко возмутился: — Не видишь, что мне не видно? — И что теперь? — Подвинься! — Хочешь сказать, у меня башка большая? — Вот именно! — А что ж ты сам не подвинешься? — Некуда! — кивнул он на стену, у которой сидел. — Закрой глаза, и все увидишь! Выпалив в ярости эти слова, я, разумеется, не отдавал себе отчета в том, что перефразировал мысль александрийского поэта Плотина, философа- неоплатоника.