Нитисара. Индийский трактат о сущности политики
Покупка
Новинка
Издательство:
Пробел-2000
Автор:
Камандаки
Пер. и коммент.:
Шохин Владимир Кириллович
Год издания: 2026
Кол-во страниц: 276
Дополнительно
Вид издания:
Монография
Уровень образования:
Дополнительное профессиональное образование
ISBN: 978-5-907975-27-9
Артикул: 889104.01.99
«Нитисара» («Сущность политики») Камандаки (ок. VII в.) - поэтическое переложение тематических блоков (1232 стиха в 20 главах по новейшему изданию) знаменитой «Артхашастры» («Трактат о государственной пользе») за
вычетом экономических и судопроизводственных составляющих, а также с приоритетным вниманием ко всем сторонам дворцовой жизни, к военным стратегиям и тактикам царя-завоевателя. Вместе с тем это яркое авторское произведение в духе «политической поэтики», расцвеченное афоризмами и многочисленными сентенциями о практической мудрости (нити) и придворной политике. Памятник в полном виде (до этого издания была переведена лишь одна глава) предстает перед читателем в русском переводе с санскрита впервые. Книга предназначена для историков, политологов, а также для широкого круга читателей, интересующихся традиционной культурой Южной Азии.
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Камандаки НИТИСАРА Исследование, перевод с санскрита, комментарий, приложения В.К. Шохина ИНДИЙСКИЙ ТРАКТАТ О СУЩНОСТИ ПОЛИТИКИ Москва • 2026 ИНСТИТУТ ФИЛОСОФИИ РАН
© Шохин В.К., 2026
© «ПРОБЕЛ-2000», 2026
ISBN 978-5-907975-27-9
УДК 32.001(34):930.221
ББК Т3(5Ид)41-53,02, Х2(5Ид)3-52,0
К18
Камандаки
НИТИСАРА : Индийский трактат о сущности политики / Исслед., пер. с санскрита, комментарий, приложения В.К. Шохина. – Москва : Пробел-2000, 2026. – 276 с.
ISBN 978-5-907975-27-9
К18
«Нитисара» («Сущность политики») Камандаки (ок. VII в.) – поэтическое переложение тематических блоков (1232 стиха в 20 главах по новейшему
изданию) знаменитой «Артхашастры» («Трактат о государственной пользе») за
вычетом экономических и судопроизводственных составляющих, а также с приоритетным вниманием ко всем сторонам дворцовой жизни, к военным стратегиям
и тактикам царя-завоевателя. Вместе с тем это яркое авторское произведение
в духе «политической поэтики», расцвеченное афоризмами и многочисленными
сентенциями о практичес кой мудрости (нити) и придворной политике. Памятник в полном виде (до этого издания была переведена лишь одна глава) предстает перед читателем в русском переводе с санскрита впервые.
Книга предназначена для историков, политологов, а также для широкого
круга читателей, интересующихся традиционной культурой Южной Азии.
Рекомендовано к печати
Ученым советом Института философии РАН
Рецензенты:
Лысенко Виктория Георгиевна, доктор философских наук;
Десницкая Евгения Алексеевна, кандидат философских наук.
Фото на обложке Н.В. Александровой:
Царь со свитой выезжает из ворот города.
Рельеф на воротах Большой Ступы в Санчи, Индия.
СОДЕРЖАНИЕ
Камандаки и его политологическая поэтика
НИТИСАРА. ПЕРЕВОД И КОММЕНТАРИЙ
Глава I. Победа над чувствами. Общение с образованными
50
Глава II. Распределение наук. Установление обязанностей варн
и ашрам. Величие принуждения
64
Глава III. Установление правильного поведения
72
Глава IV. Благоустроение конституентов государства
77
Глава V. Владыка и приближенные
90
Глава VI. Очищение государства от «шипов»
100
Глава VII. Обращение с царевичами. Самосохранение царя
102
Глава VIII. Центр круга государств. Очищение круга
110
Глава IX. Разновидности союза
122
Глава X. Разновидности войны
132
Глава XI. Разновидности похода, выжидания, двурушничество
и прибегание к защите
139
Глава XII. Разновидности тайных средств политики
146
Глава XIII. Действия посла. Разновидности агентов
153
Глава XIV. Восхваление энергичности. Дефекты в конституентах
государства
160
Глава XV. Группа семи пороков
172
Глава XVI. Рассмотрение военного похода
180
Глава XVII. Устроение военного лагеря. Распознавание знамений 189
Глава XVIII. Разновидности стратегий
193
Глава XIX. Сила и слабость армии. Поведение главнокомандующего.
Меры против отклонений в походе. Разновидности тайной
войны
203
Глава XX. Действия слонов, коней, колесниц и пехоты. Местности
для пехоты, коней, колесниц и слонов. Расчет награждений.
Разновидности военных строев. Открытое сражение
212
Источники и литература
220
Приложение 1 Раджашекхара и его синтез двух форматов традиционного индийского науковедения 225 Раджашекхара. «Исследование поэзии» («Кавьямиманса», гл. 1–2). Перевод с санскрита и комментарии 234 Приложение 2 Мадхусудана Сарасвати и его адвайтистское науковедение 247 Мадхусудана Сарасвати. «Многообразие путей познания» («Прастханабхеда»). Перевод с санскрита и комментарии 252 Указатель имен 274
КАМАНДАКИ И ЕГО ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПОЭТИКА Представляемый читателю памятник раннесредневековой Индии при первом приближении видится лишь определенным образом продуманным конспектом монументального управленческо-политологического свода «Артхашастра». Но это не так, поскольку из камней того большого здания (с использованием и других) получился новый павильончик с достаточно изящной отделкой и более адресным «функционалом». Дыхание индийской «практической философии», центрированной тремя целями человеческой жизни (пурушартха), здесь было значительно слышнее, а опыт гармонизации теоретического содержания и поэтической формы, здесь предложенный, являл самые выразительные черты биполярного духа индийской учености. И тем не менее «Нитисара» («Сущность политики») привлекла отнюдь не достаточное внимание индологии. До самого начала текущего десятилетия она и рассматривалась преимущественно как маргиналия «Артхашастры», что было безосновательно (см. ниже). «Нитисара» в историографии В настоящее время историографические обзоры не в моде. Ведь, с одной стороны, исследователи экономят свое все более занятое время, с другой — объем ретроспективной информации в любом топосе знания (особенно гуманитарного) растет настолько стремительно, что ее все труднее усвоить. Мы же твердо придерживаемся того неоригинального мнения, что наука — процесс кумулятивный, и потому не следует игнорировать ни достижения предшественников (чтобы не начинать все с чистого листа), ни их аберрации (чтобы не воспроизводить их дальше). А потому, если «историографический топос» является обозримым (как в нашем случае), не следует отказывать читателю в ретроспективном знании — разумеется, в строго хронологическом порядке. В 1849 г., судя по пометке в первом издании «Нитисары» («Сущности политики») Камандаки, в знаменитой серии памятников классической письменности «Bibliotheca Indica» появилась в печати по крайней мере одна из частей этого стихотворного трактата (рукопись которого была открыта в Бенаресе энтузиастом-антикваром майором Маркха
мом Киттое — см. [Kāmandaki 1982: I]), а в 1861 г. библиотекарь Азиатского общества Бенгалии, великий (без преувеличения) издатель санскритской литературы Раджендралал Митра (1822–1891) в названной серии выпустил и весь текст (см. [Kāmandaki 1861]). В самом начале этой «политической поэмы» автор указывает на то, что его «сжатое содержательное наставление» является лишь абреже из «системы» «Артхашастры» (I.1–8), но интересно, что она попала в орбиту науки на 55 лет раньше самой «системы»1. В издании Раджендралала Митры читалось 19 его глав — и с этого издания был сделан во многом актуальный и до настоящего времени перевод Манматхи Натха Датты (см. [Kāmandaki 1896]), а затем, начиная с очень надежного издания Ганапати Шастри (см. [Kāmandaki 1912]), общепринятым становится деление на 20 глав (подробнее см. примеч. к переводу стиха XII.1). В новейшем издании Джесса Росса Кнутсона (см. [Kāmandaki 2021]) читается 1232 стиха, с очень неровным распределением их по главам (от 15 до 96). Содержание же впервые предлагаемого читателю полного перевода текста на русский язык выглядит следующим образом. Глава I посвящена самому главному для успешного царя-завоевателя — его этической самоподготовке, прежде всего самоконтролю — практике держания в узде чувственных привязанностей и склонностей к «вредным привычкам» (таковыми являются прежде всего незаконные эротические влечения, охота, азартная игра и вино). Глава II — его образованию и ответственности за исполнение подданными своих ритуально-поведенческих обязанностей (определяемых принадлежностью к социальным группам и стадиям жизни), глава III — снова правильному и неправильному поведению, глава IV — структурным конституентам государства (сам царь, его чиновники, территория, крепость, казна, армия, союзники), каждый из которых должен находиться в оптимальном состоянии, глава V — вновь поведению повелителя, но также и его ближайшего окружения, глава VI — устранению «шипов» (прежде всего тех приближенных, которые мешают благополучию цар1 Согласно уточнению автора новейшего академического перевода «Артхашастры» (как и текстов дхармасутр) Патрика Оливела, рукопись была найдена в 1905 г., и в том же году один ученый-пандит, неизвеcтный благодетель индологии, передал ее главному библиотекарю Майсорской правительственной ориентальной библиотеки Р. Шамашастри, который сразу начал печатать текст частями в двух журналах, пока не опубликовал editio princeps в 1909 г., а в 1915 г. — и английский перевод. См. [Arthaśāstra 2013: 1].
ства), глава VII — обращению с наследниками трона и самозащите царя от ближайшего окружения (в том числе и от жен). После этого экстракта рекомендаций по внутренней политике автор приступает к самому для себя главному — политике внешней. В главе VIII обрисовывается структура круга царств, в центре которого располагается сам царь-завоеватель, в главах IX–XI расписываются шесть канонических средств внешней политики (союз, война (и ее типы), военный поход, выжидание, двойственное (обманное) поведение и прибегание, когда нужно, к защите более сильного царя), в главе XII — разновидности тайных стратегий, которым царя учат компетентные советники, в главе XIII — обязанности посла (как официального агента на территории противника) и простых шпионов (агентов неофициальных), в главе XIV — достоинства царской энергии и решительности и вновь характеристики требуемых для победоносной войны конституентов государства, в главе XV — пороки, которым бывают подвержены и царь, и его подданные, в главе XVI приводится описание правил военного похода, в главе XVII содержатся правила сооружения военного лагеря, в главе XVIII описываются методы достижения военной победы (со специальным вниманием к вербовке предателей в стане противника), в главе XIX — достоинства и недостатки армии, в главе XX даются рекомендации для всех четырех боевых подразделений (воины на слонах, конях, колесницах и пешие). Таким образом, несмотря на общую неоспоримую преемственность по отношению к «Артхашастре» («Трактат о государственной пользе»2), автор «Нитисары» («Сущности политики») опускает решительно всё, относящееся к регулированию экономики и фискальной службе (отдел 2 «Артхашастры»), судопроизводству (отдел 3) и социальной политике (отдел 4), сосредоточившись полностью на задачах монарха как царя-завоевателя. Потому первые семь глав посвящены тому, какие за ним должны быть закреплены «тылы» (начиная с многократно предписываемого ему поведенческого самосовершенствования и завершая подробными мерами против всех «шипов государства»), 2 Предлагаемый здесь перевод названия этого монументального трактата имеет, кажется, то преимущество перед канонизированной у нас «Наукой политики» (см. [Артхашастра 1959]), что в нем слова оригинала понимаются в их реальном, а не «должном» смысле. Ключевое слово artha означает «польза, выгода, прибыль, цель» и многое другое, но не «политика», для которой зарезервированы другие — прежде всего nīti и naya. Cp. перевод названия текста у корифея индологии: «die Wissenschaft von weltlichen Vorteil» [Winternitz 1923: 273].
тогда как большая часть текста — средствам политики (официальным и тайным), из которых пять последних глав — непосредственно стратегии и тактике на поле брани. Сам Раджендралал Митра (см. [Kāmandaki 1861]) отмечал тематическую близость памятника к известнейшим фольклорно-литературным сборникам «Панчатантра» и «Хитопадеша» (VIII–IX вв.). Об авторе он писал, ссылаясь на не названный им комментарий к тексту, что тот был учеником великого министра Чандрагупты I (современная датировка 350–295 гг. до н.э.) Каутильи, явно основываясь на вступительных стихах «Нитисары» (см. выше). Отмечал он и большую популярность трактата на острове Бали, который после «буддизации» Индонезии стал коллектором индуистской литературы (см. [Kāmandaki 1982: I]). Хотя трактат был составлен в стихах, его стиль далек от поэтического и напоминает по своей «грубой простоте» дхармашастры. Однако он не содержит архаизмов, характерных, например, для «Законов Ману». Другая стилевая черта — афористичность, так что и Конфуций не мог бы составить правила более сжатые. Но стремление к предельной детализации правил жизни царя снижает впечатление от лаконичности стиля. Митра полагал также, что кодифицированные в «Нитисаре» правила поведения царей, царевичей и сановников были тем источником, из которого черпал и составитель этики «Хитопадеши», что «выдержала критику около пятнадцати столетий» (см. [Ibid.: II]), в течение которых она переводилась на множество языков3. Взвешивая аргументы в пользу первичности сентенций или, соответственно, повествований и отдав предпочтения первым, Митра заключает, что сентенции и «Нитисары», и «Хитопадеши» восходят к третьему, более древнему источнику — «Раджадхарме», книге XII великого эпоса «Махабхарата» (см. [Ibid.: III]). Митра первым предложил и параллели «Нитисары» с «Государем» Никколо Макиавелли (в сочинении Камандаки обнаруживается сочетание типичной восточной торжественности с моралью, достойной «флорентийского историографа»), отмечая (как увидим, не совсем основательно), что неразборчивость в средствах индийского автора относится только к межгосударственным отношениям (см. [Ibid.: I–II]). 3 Р. Митра следовал той старинной теории заимствований, в соответствии с которой близкие индийским европейские средневековые нарративы прямо переводились с индийских языков, а не перерабатывались и не контаминировались с местными параллельными сюжетами.
Cочинение Камандаки упоминается и в «Истории санскритской литературы» классика западной индологии (составителя, в частности, превосходной краткой санскритской грамматики) А. Макдоннела (1900)4. Он считал, что и «Панчатантра», и «Хитопадеша» были составлены специально как учебники для царей по внутренней и внешней политике (недооценивая явно развлекательное назначение обоих сборников), следуя отчасти и за Митрой в том, что одним из источников сентенций «Хитопадеши» была «Нитисара» [Macdonnell 1905: 374]. Манматха Натх Датт своему переводу памятника (см. [Kāmandaki 1896]) предпослал очень краткое предисловие, в котором он развенчивает предрассудок, состоящий в том, что Индия уделяла внимание только соединению человека с Божеством, но была лишена руководств для земной, практической жизни. Без всякой критики он принимает их «родословную» из «Махабхараты», полностью в духе типичного для индуизма «науковедения», в соответствии с которой вначале Брахма ради защиты своих творений составил сочинение из 1 000 000 глав, затем Шива сократил его до 10 000, потом Индра — до 5000, наставник богов Брихаспати — до 3000, учитель демонов Шукра — до 1000, затем риши сокращали еще дальше, пока, наконец, Каутилья, министр Чандрагупты, возведший его на престол, не довел это учение до «брошюры» всего в 100 стихов (отметим, что в то время «Артхашастру» еще не открыли)5. Камандаки, по убеждению Датта, был прямым учеником Чанакьи, и дата для него — IV–III вв. до н.э. — находит, по его мнению, подтверждение почему-то в том, что индуисты должны были уехать с Явы после ее «буддизации» на Бали (см. выше) в IV в. н.э., сохранив свои тексты, включая и «Нитисару», в неприкосновенности. Но есть, как считает Датт, и другие указания на нее — исходя из «внутреннего свидетельства». Прежде всего из того, что сам Камандаки посвятил свое сочинение Чандрагупте (в действительности — его первому советнику Каутилье, см. выше) и как буддист закамуфлировал свою религиозную принадлежность продолжительным прославлением в самом начале 4 Здесь и в ряде других случаев в круглых скобках дается дата первого издания книги, а в квадратных скобках и в списке литературы — того издания, которым пользовался автор этой книги. 5 [Kāmandaki 1896: I]. Миф о гигантской божественной «пранауке», постепенно сокращаемой божествами и людьми до размеров сохранившихся реальных сочинений, хорошо описан и проанализирован в [Pollock 1985: 513–515].
первой главы [Kāmandaki 1896: II]. Откуда Манматха Натх Датт вычитал эту его «конфессию», остается полной загадкой, а далее он почти дословно воспроизводит (без ссылки) мнения Митры о стиле «Нитисары», отмечая вместе с ним, что текст производит впечатление более позднего, чем драмы Калидасы, а также все его рассуждения об историческом соотношении «Нитисары» и «Хитопадеши». Интересно, что Датт косвенным образом поддержал и тот компаративистский намек, который мы услышали от Раджендралала Митры: прямой «предок» Камандаки по нитишастре, сам Чанакья, зовется у него «Макиавелли Индии» (без дальнейших уточнений) [Ibid.: I]. Закономерно, что новая страница в научном изучении «Нитисары» была открыта уже после того, как «Артхашастра» была введена в научный оборот. Первым на этот факт откликнулся, кажется, великий знаток санскритских текстов Т. Ганапати Шастри (1860–1926)6, предложивший в 1912 г. такое издание текста «Нитисары», с которым можно в принципе работать и до сих пор и которое почти полностью легло в основание новейшего (с очевидными признаками критического) издания Дж.Р. Кнутсона (см. [Kāmandaki 2021]) и в котором уже читаются 20, а не 19 глав7. В очень кратком предисловии к изданию Шастри отмечал, что 180 глав «Артхашастры» были сокращены до 36 в «Нитишастре» (на самом деле он имел в виду не главы, а «тематические параграфы» (пракараны), на которые текст разделили уже комментаторы). Его издание опиралось на три рукописи «Сущности политики» и на пять рукописей, возможно, им же открытого краткого, но весьма дельного комментария «Джаямангала» некоего Шанкарарайи (см. [Kāmandaki 1912]), который Шастри оценивал очень высоко, считая, что он имеет явные преимущества перед более поздним и пространным комментарием «Упадхьяянирапекша» (см. [Kāmandaki 6 Ганапати Шастри издал один не менее 87 (!) текстов в серии «Trivandrum Sanskrit Series». О том, до какой степени он разбирался в «Артхашастре», свидетельствует тот факт, что в 1924–1925 гг. он издал текст с собственными комментариями. Объем деятельности таких людей, как Шастри, ставит под сомнение один из традиционных аргументов против того, что, например, Шанкара мог быть автором множества приписываемых ему текстов. Некоторые из них наверняка действительно приписывались ему — скорее всего, ради придания им авторитетности, но то, что теоретически у него могло быть усердие, сопоставимое с таковым у Ганапати Шастри, сомневаться не приходится. 7 Однако еще и в 1930 г. «первознаток» дхармической литературы П. Кане считал основной версией текста «Нитисары» ту, в которой читаются 19 глав, отметив, что «некоторые» содержат и 20 [Kane 1930: 527–528].