Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

«О едином партийном архиве». Из истории создания Российского государственного архива социально-политической истории. Документы

Покупка
Новинка
Артикул: 888117.01.99
Доступ онлайн
750 ₽
В корзину
Сборник документов посвящен истории формирования единого партийного архива в контексте создания и функционирования институтов истории партии (Истпарт), К. Маркса и Ф. Энгельса, В.И. Ленина. Созданное в 1931 г. учреждение стало впоследствии известным как Центральный партийный архив Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, а ныне - как Федеральное казенное учреждение «Российский государственный архив социально-политической истории». В сборник вошло 240 документов из Российского государственного архива социально-политической истории за период с 5 августа 1920 г. по 5 мая 1931 г. Публикуемые в хронологическом порядке документы рассказывают историю о том, как в недрах политического истеблишмента молодого Советского государства формировались идеи о необходимости собирания, хранения, исследования и публикации документов и артефактов по истории российской революции 1917 г. и Гражданской войны, идейного наследия К. Маркса, Ф. Энгельса и В.И. Ленина, и о том, как и в каких организационных формах они были реализованы.
«О едином партийном архиве». Из истории создания Российского государственного архива социально-политической истории. Документы : сборник документов / отв. сост. А. С. Кочетова ; отв. ред. А. К. Сорокин. – Москва : Политическая энциклопедия, 2024. - 298 с. – ISBN 978-5-8243-2563-8. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2270788 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
«О едином 
партийном архиве»
Из истории создания
Российского  
государственного архива 
социально-политической
истории
Документы




РОССПЭН
Москва
2024
«О едином 
партийном архиве»
Из истории создания
Российского государственного архива  
социально-политической истории
Документы
Федеральное архивное агентство
Российский государственный архив  
социально-политической истории (РГАСПИ)


УДК 94(47):351.852.12
ББК 63.3(2):79.3
          О-44
Издано при финансовой поддержке 
Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций 
Российской Федерации
Ответственный редактор
А.К. Сорокин
Научные рецензенты:
к. и. н. О.Н. Копылова, 
д. и. н. О.П. Федирко
«О 
едином 
партийном 
архиве». 
Из 
истории 
создания 
Российского государственного архива социально-политической 
истории. Документы / отв. сост. А.С. Кочетова ; отв. ред. А.К. Соро- 
кин. – М. : Политическая энциклопедия, 2024. – 279 с. : ил.
ISBN 978-5-8243-2563-8
Сборник документов посвящен истории формирования единого 
партийного архива в контексте создания и функционирования институтов истории партии (Истпарт), К. Маркса и Ф. Энгельса, В.И. Ленина. 
Созданное в 1931 г. учреждение стало впоследствии известным как 
Центральный партийный архив Института марксизма-ленинизма при ЦК 
КПСС, а ныне – как Федеральное казенное учреждение «Российский государственный архив социально-политической истории». 
В сборник вошло 240 документов из Российского государственного 
архива социально-политической истории за период с 5 августа 1920 г. по 
5 мая 1931 г. Публикуемые в хронологическом порядке документы рассказывают историю о том, как в недрах политического истеблишмента 
молодого Советского государства формировались идеи о необходимости 
собирания, хранения, исследования и публикации документов и артефактов по истории российской революции 1917 г. и Гражданской войны, 
идейного наследия К. Маркса, Ф. Энгельса и В.И. Ленина, и о том, как и в 
каких организационных формах они были реализованы.
© Сорокин А.К., Кочетова А.С., введение, 2024
© Российский государственный архив социально- 
 
политической истории, 2024
© Политическая энциклопедия, 2024
ISBN 978-5-8243-2563-8
О-44
УДК 94(47):351.852.12
ББК 63.3(2):79.3


«ПристуПить к созданию единого  
Партийного архива»
Предлагаемый вниманию читателя сборник документов посвящен истории формирования единого партийного архива при 
Институте Маркса – Энгельса – Ленина – впоследствии известного как Центральный партийный архив Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, а ныне – как Федеральное казенное учреждение «Российский государственный архив социально-политической 
истории».
История учреждения восходит к начальному периоду существования советской власти, когда при Наркомате просвещения РСФСР 
декретом Совнаркома «О реорганизации и централизации архивного дела в Российской Социалистической Федеративной Советской 
Республике» от 1 июня 1918 г. было создано Главное управление архивным делом (ГУАД)1. Заведующим ГУАД был назначен Д.Б. Рязанов2, 
который и приступил к организации единого государственного архивного фонда страны. Тогда же Рязанов назначается членом Коллегии 
Наркомпроса, в котором он возглавил Главное управление по делам науки3. Картина будет неполной, если не напомнить о том, что в то же самое время – весной 1918 г. прорабатываются планы создания высшего 
научно-исследовательского центра, ответственного за изучение, производство и трансляцию марксистской мысли. Реализация этих идей привела большевистское руководство к решению о создании в октябре того 
же года Социалистической академии общественных наук (САОН)4. 
Решение было оформлено декретом ВЦИК от 25 июня 1918 г., и 1 ок1  Декреты Советской власти. Т. II. М., 1959. С. 383–385; РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 1. 
Д. 6175. Л. 1–1 об.
2  Рязанов Давид Борисович (1870–1938) – в 1918–1926 гг. заведующий Главным 
управлением архивным делом при Наркомате просвещения, Главным управлением по делам науки, в 1921–1931 гг. директор Института К. Маркса и Ф. Энгельса. 
Репрессирован. Реабилитирован 22 марта 1958 г.
3 Васина Л.Л. Трудная судьба академика Д.Б. Рязанова // Д.Б. Рязанов. 
Вчитываясь в Маркса… Избранные работы по марксоведению. М., 2018. С. 19.
4  В апреле 1919 г. САОН была преобразована в Социалистическую академию, а в 
1924 г. – в Коммунистическую.


тября состоялось ее торжественное открытие1. В ее рамках Рязановым 
был организован Кабинет марксизма и начала комплектоваться специализированная библиотека. Специальная комиссия будет заниматься 
комплектованием и общей библиотеки САОН2. Кабинет марксизма 
очень скоро станет базой для создания Музея К. Маркса и Ф. Энгельса, 
а затем и одноименного института. В составе САОН функционировали 
и другие проблемно-тематические кабинеты, из которых позднее вырастут институты мирового хозяйства и мировой политики, советского 
строительства и др.
Таким образом, научная деятельность в Советской России в сфере 
общественных наук оказалась тесно связана с архивным и библиотечным делом. И это было не случайным стечением обстоятельств. Мо- 
лодая Советская республика остро нуждалась в разработке практи- 
ческих вопросов социалистического строительства и его интеллектуальном и пропагандистском обеспечении. Поэтому нет ничего удивительного в том, что симбиоз архивного дела, публикаторской и 
исследовательской деятельности отчетливее всего проявил себя во 
вполне определенных сферах общественной мысли, прямо связанных с легитимацией новых государственного устройства и политико- 
экономического режима, производством, воспроизводством и трансляцией социалистического (коммунистического) нарратива, основанного на незыблемом, как казалось тогда большевикам, марксистском 
основании.
Вслед за осмыслением этих потребностей последовала их организационно-правовая институционализация – для выполнения этих задач на коротком хронологическом отрезке создаются специальные отделы и институты для хранения и изучения документов В.И. Ленина, 
К. Маркса и Ф. Энгельса. Так возникают три родственные организации: 
Истпарт, Институт Ленина и Институт К. Маркса и Ф. Энгельса.
Знакомясь с установками, положенными в основание деятельности 
этих институтов, не трудно увидеть, что названным партийным структурам в момент создания были вменены в том числе функции, которые в современном мире выполняют так называемые фабрики мысли 
(think tanks), – организации или группы экспертов, создаваемые для 
проведения исследований и выработки стратегии разрешения наиболее значимых проблем развития социума. Созданные фабрики социалистической мысли в силу целого ряда причин не смогли выполнить 
в полной мере все задачи, поставленные перед ними. Не имея возможности говорить об этом в рамках настоящего введения, подчеркнем, что 
1  См. подробнее: Метель О.Ф. Социалистическая академия общественных наук: 
очерк истории (1918–1919 гг.) // Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2017. № 1(13). С. 184–185.
2  Там же. С. 189.


они оказались вполне успешными в том, что касается архивного дела со 
всеми его основными функциями собирания, хранения и целевого использования документарной информации.
Данный сборник документов рассказывает историю о том, как в 
недрах политического истеблишмента молодого советского государства формировались идеи о необходимости собирания, хранения, 
исследования и публикации документов и артефактов по истории 
российской революции 1917 года и Гражданской войны, идейного наследия К. Маркса, Ф. Энгельса и В.И. Ленина и о том, как и в каких 
организационных формах они были реализованы.
комиссия для собирания и изучения материалов 
по истории октябрьской революции и истории 
российской коммунистической партии (истпарт)
Идея собирания документов по истории партии большевиков впервые прозвучала в августе 1920 г. после обсуждения на высших ступенях 
партийной иерархии вопроса о написании истории большевистской 
партии. 5 августа 1920 г. на заседании пленума ЦК РКП(б) председатель исполкома Коминтерна Г.Е. Зиновьев выдвинул идею о создании 
Комиссии по написанию истории партии, но тогда вопрос был снят с 
обсуждения (см. док. № 1). Точных причин отказа рассмотрения вопроса выяснить нам вряд ли удастся, поскольку заседание этого пленума 
не стенографировалось. Но последующие обсуждения и документы показывают, что все участники пленума пришли к общему для всех выводу – прежде чем писать историю партии, нужно собрать партийные 
документы.
В это же время В.И. Ленин предложил Наркомату просвещения подумать над вопросом о создании Комиссии по изучению Октябрьской 
революции. Реагируя на эту рекомендацию, 30 августа 1920 г. заместитель наркома просвещения РСФСР Михаил Николаевич Покровский1 
направил в Политбюро ЦК РКП(б) проект ее учреждения (см. док. 
№ 2). Первостепенной задачей Покровский считал необходимость 
систематического собирания документов, которое в этот период не 
проводилось: «Исторические материалы громадной ценности – частью разбросаны по различным хранилищам различных городов, частью находятся в руках частных лиц, частью попросту валяются там, 
куда их бросила судьба». Он предложил первоначальный план работы Комиссии, в который, кроме составления хроники революции и 
1  Покровский Михаил Николаевич (1868–1932) – в 1918–1932 гг. заместитель 
наркома просвещения РСФСР, в 1920–1928 гг. заместитель председателя Истпарта, 
в 1926–1928 гг. член Совета Истпарта, в 1928–1931 гг. член дирекции Института 
В.И. Ленина при ЦК ВКП(б).


историко-биографического словаря, включалось и написание истории 
Советской России. Предложение и план были утверждены постановлением Политбюро ЦК РКП(б) 1 сентября 1920 г. Тогда же председателем Комиссии был назначен М.Н. Покровский (см. док. № 3). Однако 
сама Комиссия при избрании своего президиума утвердила председателем профессора Михаила Степановича Ольминского1, а Покровского 
избрала его заместителем в соответствии с его же желанием (см. док. 
№ 10). Об этом факте Комиссия оповестила Оргбюро только 3 декабря, 
поэтому официально Ольминский ее председателем был утвержден 
только 15 декабря 1920 г. (см. док. № 12).
21 сентября 1920 г. было принято отдельное постановление Совета 
народных комиссаров РСФСР «Об учреждении Комиссии для собирания и изучения материалов по истории Октябрьской революции и 
истории Российской коммунистической партии», ставшей известной 
как Истпарт (см. док. № 4). В соответствии с ним Комиссия была сформирована при Наркомате просвещения и состояла из 9 человек, которые назначались СНК. Главными обязанностями их было «собирать 
всякого рода материалы как печатные, так и рукописные» об истории 
Октябрьской революции и РКП(б) как в России, так и за границей и 
организовывать для их хранения архивы и библиотеки. При необходимости Комиссия имела право создавать местные подкомиссии, а все 
учреждения и частные лица обязаны были предоставлять Комиссии 
любые необходимые ей документы.
Истпарт выпустил обращение ко всем партийным органам и гражданам России с просьбой оказать помощь в собирании документов (см. 
док. № 5). Реализовать подобную программу действий было невозможно без поддержки Центрального комитета партии, поэтому данное обращение было в первую очередь адресовано ЦК. Истпарт подчеркивал, 
что каждый коммунист обязан увеличить «сокровищницу исторических документов и материалов»: «всякий документ, писаный, либо печатный, или даже просто фотографический снимок, воскрешающий в 
нашей памяти живое представление о дорогом для нас революционном 
или партийном прошлом, – все это ценно, существенно, важно».
Отдельно Истпарт выпустил обращение ко всем членам партии. По 
его наставлению каждый коммунист был обязан внести свою лепту в 
решении трех задач: создать архивы революции, подготовить документы для публикации и печати, создать монографии о ходе революции на 
местах. Истпарт призвал привлекать к этой работе молодежь, разъясняя ей значимость собирания документов: «чтение нескольких десятков подлинных документов пролетарской революции важнее для по1  Ольминский Михаил Степанович (1863–1933) – в 1920–1924 гг. заведующий 
Истпартом, в 1924–1928 гг. председатель Совета Истпарта, в 1924–1928 гг. член Совета 
Института Ленина, в 1928–1931 гг. член дирекции Института Ленина при ЦК ВКП(б).


нимания исторического процесса, нежели чтение сотни пухлых томов, 
где какой-нибудь буржуазный историк перековеркал в угоду своему 
классу тысячи документов, оставленных нам революциями прошлого» 
(см. док. № 13).
То же самое М.С. Ольминский и М.Н. Покровский повторили с 
большой трибуны на IX партийной конференции, проходившей с 22 
по 25 сентября 1920 г. «Мы в отношении знания истории нашей партии находимся в положении в высшей степени печальном» – говорил 
Ольминский. Приводя в примеры большое количество ошибок в периодической печати, он констатировал, что архивы в значительной степени находятся в руках меньшевиков, ценные документы расхищаются. 
Он призвал каждый партийный губернский комитет больше внимания 
уделять делу сохранения архивов и не формально подходить к исполнению заданий Истпарта (см. док. № 6). Покровский предостерегал от 
возможной исторической клеветы со стороны буржуазии и деятелей 
белого движения, как это, по его мнению, произошло уже с французской революцией. Михаил Николаевич призывал собирать не только 
партийные документы, но и белогвардейские, так как именно в них 
могут находиться драгоценные факты: «…если вам попадется письмо 
Краснова, то спасайте и его, потому что все это материалы для истории 
нашей революции». Он был уверен, что если документы о революции 
не собрать сейчас, то «детям придется учиться истории революции по 
белогвардейским книжкам» (см. док. № 7).
23 сентября всем участникам партийной конференции была роздана разработанная Истпартом инструкция по собиранию и хранению 
материалов (см. док. № 8). В ней были поставлены задачи по розыску, 
собиранию и систематизации жандармских материалов, документов по 
истории местного рабочего движения и о жизни умерших ее участников, приведение в порядок архивных документов местных партийных 
организаций и составление их описей, приглашение к написанию мемуаров старых партийных работников, в том числе и меньшевиков.
Кроме нежелания партийных органов на местах по тем или иным 
причинам уделить время на поиск и сбор документов, Истпарт столкнулся с тем, что партийные работники не вполне понимали, что 
является документом и как именно их нужно хранить. 6 ноября 
1920 г. Истпарт выпустил еще одну инструкцию. В ней объяснялось, 
что «под названием документ нужно понимать не только официальный 
документ: паспорт, договор, заключенный у нотариуса, грамоту и т. д., 
но и всякую рукопись, дневник, записку, собрания писем, заметки». 
Подробно описывалось, как можно было уберечь документ от кражи, 
порчи, потери, а также как правильно формировать дела и пользоваться 
материалами (см. док. № 9).
Несмотря на все трудности, Истпарт постепенно собирал документы, хотя инструкциями часто пренебрегали. Даже докумен
ты Центрального комитета за 1917–1919 гг. передавались россыпью 
и в беспорядке (см. док. № 22–24). Это затрудняло их обработку. 
Сложность также заключалась в том, что Истпарт не имел своего архива. Все документы хранились Главархивом и его органами. Если 
на местах отсутствовал обустроенный архив, то местное бюро 
Истпарта устраивало у себя временное хранилище, одновременно 
ставя перед органами власти вопрос об устройстве архивохранилищ 
(см. док. № 30).
Практически одновременно с реализацией задач по собиранию и организации хранения документов стала решаться задача использования 
документов и прежде всего их публикации. Поначалу и с публикацией 
документов были сложности в связи с нехваткой денежных средств (см. 
док. № 25). Но обращения в ЦК решали и эту проблему. Так, 26 августа 
1921 г. на ускорение печати изданий Истпарта Оргбюро ЦК выделило 
4 млн рублей (см. док. № 26). 17 сентября 1921 г. Секретариат ЦК поддержал идею о вывозе архива ЦК редакций большевистских органов 
из-за границы (см. док. № 28, 47–48).
Практическая невозможность решения задач, поставленных перед 
Истпартом, без прямого вмешательства и поддержки со стороны ЦК 
РКП(б) подталкивала руководство института к определенным шагам по институционализации этой поддержки. Так, 9 ноября 1921 г. 
М.С. Ольминский обратился в ЦК с просьбой перевести Истпарт в аппарат ЦК РКП(б) на положение одного из его отделов. «Годовой опыт 
показал, что Истпарту по содержанию его работы не приходится иметь 
никакого дела с Наркомпросом и постоянно иметь дело с ЦК. Также и 
в провинции бюро Истпарта имеют дело только с парткомами, а не с 
отделами Народного образования», – писал Михаил Степанович в докладной записке. Кроме того, он считал Наркомат просвещения малоавторитетным органом. По его мнению, это «умаляло» и авторитет 
Истпарта, существенно влияло на возможность оперативного сбора документов (см. док. № 32). 11 ноября 1921 г. Оргбюро одобрило предложение Ольминского (см. док. № 33), а 2 декабря своим постановлением 
утвердило, что с 1 декабря 1921 г. все сотрудники Истпарта (по штату 
60 человек) становились сотрудниками Секретариата ЦК. Местные же 
бюро Истпарта переходили в штаты соответствующих губкомов и обкомов (см. док. № 36). 31 января 1922 г. ЦК РКП(б) в своем циркуляре 
призвал обкомы и губкомы «немедленно приступить к организации областных и губернских бюро Истпарта» с условием, что бюро является 
отделом местного комитета, но работают под руководством центрального Истпарта (см. док. № 39).
Помимо публикаторской деятельности очень скоро в повестку дня 
Истпарта встанет еще один вид использования архивных документов – 
институт приступит к организации и проведению историко-документальных выставок. Так, 12 ноября 1922 г. в здании Английского клуба 


Доступ онлайн
750 ₽
В корзину