Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Завтра ветер переменится : роман

Покупка
Новинка
Артикул: 883660.01.99
Доступ онлайн
349 ₽
В корзину
Бриджиде, окончившей философский факультет, не везет с постоянной работой. Однажды ей предлагают присмотреть за квартирой архитектора, отправившегося в Эстонию. Казалось бы, что может быть проще, ведь Бриджида кем только не работала: выгуливала собак, сидела с детьми и стариками, убиралась в офисах, ассистировала на киносъемках... Но огромная квартира в самом модном районе Турина, с террасой, полной роскошных растений, преподносит ей немало сюрпризов. Девушка случайно разбивает антикварную лампу, становится свидетельницей невообразимых любовных историй, театральных скандалов и соперничества риелторов, она вынуждена общаться с беспечной бывшей женой и с истеричной пассией хозяина квартиры и присматривать за чужим ребенком... Клубок проблем растет и становится все запутаннее. Но упрямая, неунывающая и обладающая философским взглядом на вещи Бриджида, словно современная Мэри Поппинс, умудряется распутать все нити, исправить тысячу ситуаций и даже найти любовь.
Бертола, С. Завтра ветер переменится : роман : художественная литература / С. Бертола. - Москва : Альпина Паблишер, 2024. - 321 с. - ISBN 978-5-9614-9082-4. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2261808 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов


S B
Vento da Est
E 


Москва, 
B  L 
Стефания Бертола
Завтра ветер 
переменится
Роман
Перевод с итальянского


ISBN 978-5-9614-9082-4 (рус.)
ISBN 978-88-06-25917-4 (итал.)
© 2023 Giulio Einaudi editore s.p.a., Torino
Published by arrangement with ELKOST Int. 
literary agency, Barcelona, Spain
© Издание на русском языке, перевод, 
оформление. ООО «Альпина Паблишер», 202 4
УДК 821.131.1
ББК 84(4Ита)-44
 
Б52
Переводчик Т Б
Редакторы А Б, А Т
Бертола C.
Б52 Завтра ветер переменится: [роман] / Стефания Бертола ; Пер. с ит. — 
М. : Альпина Паблишер, 2024. — 316 с.
 
ISBN 978-5-9614-9082-4
Бриджиде, окончившей философский факультет, не везет с постоянной 
работой. Однажды ей предлагают присмотреть за квартирой архитектора, отправившегося в Эстонию. Казалось бы, что может быть проще, 
ведь Бриджида кем только не работала: выгуливала собак, сидела 
с детьми и стариками, убиралась в офисах, ассистировала на киносъемках… Но огромная квартира в самом модном районе Турина, с террасой, полной роскошных растений, преподносит ей немало сюрпризов. 
Девушка случайно разбивает антикварную лампу, становится свидетельницей невообразимых любовных историй, театральных скандалов 
и соперничества риелторов, она вынуждена общаться с беспечной бывшей женой и с истеричной пассией хозяина квартиры и присматривать 
за чужим ребенком… Клубок проблем растет и становится все запутаннее. Но упрямая, неунывающая и обладающая философским взглядом 
на вещи Бриджида, словно современная Мэри Поппинс, умудряется 
распутать все нити, исправить тысячу ситуаций и даже найти любовь.
УДК 821.131.1
ББК 84(4Ита)-44
Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена 
в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в интернете и в корпоративных сетях, а также запись в память ЭВМ для 
частного или публичного использования, без письменного разрешения владельца 
авторских прав. По вопросу организации доступа к электронной библиотеке издательства обращайтесь по адресу mylib@alpina.ru.



Квадрилатеро *
Меня зовут Бриджида, мне двадцать восемь лет, и я подрабатываю то тут, то там. Я, увы, выпускница философского факультета. Эту чудовищную ошибку я совершила 
десять лет назад, а расплачиваюсь до сих пор. Факультет 
я выбрала в порыве самозабвенного увлечения предметом. В лицее у меня сложилось впечатление, что золотые дни философии давно закончились и она влачит 
свое жалкое существование лишь благодаря отблеску 
былой славы.
Мне казалось, что все по-настоящему весомые идеи, 
способные изменить жизнь человечества, уже давно 
высказаны Платоном или Кантом, а нынешние философы обмельчали и интересуются только чувствами 
и отношениями в паре. Они похожи на психологов, 
да ющих советы в журналах, только слова выбирают 
* Квадрилатеро —  престижный район в центре Турина. — 
Здесь и далее прим. ред.



посложнее. Я считала, что философия заслуживает 
лучшего. Идей либо существенно более значительных, 
либо уж существенно менее. Поэтому я решила: ладно, 
поступлю на философию и попытаюсь немного взбодрить это дело. Найду новое объяснение тайны бытия.
Но какое там.
У меня не зародилось ни одной мысли, которая 
имела бы достаточный теоретический вес. Я отучилась, 
сдала все экзамены, защитила диплом по работам Александра Койре, и все это время моя философская мысль 
никак себя не проявляла. Моя семья меж тем сплотилась 
в греческий хор, распева ющий: «Ты никогда не найде-еешь работу, ты никогда не найде-е-ешь работу, кому ты 
нужна с дипломом философа-а-а».
А вот и состав греческого хора:
Моя мама Альберта, риелтор. Мой отец Джанпьеро, владелец обувного магазина. Мой брат Лоренцо, студент 
экономического факультета. Бабушка Зоэ, пенсионерка, 
бывшая сотрудница паспортного стола. Бабушка Тереза, 
домохозяйка, тетя Луиджина и ее дочка Розелла. Это 
был, так сказать, постоянный состав, к которому периодически присоединялись другие члены семьи, например 
дедушки (которые по возможности старались не участвовать в разборках), а заодно мои друзья, друзья родителей и мои ухажеры. И все они оказались совершенно 
правы.



Лишь один голос выделялся из этого хора и вдохновлял меня и дальше исследовать запутанные тропы 
разума в поисках сто ящей идеи: голос моей тети 
Розальбы, актрисы. Это и неудивительно: в нашей сплоченной семье только я собиралась выйти за традиционные рамки —  те самые, которые она сломала еще в пятнадцать лет.
Но не будем о тете Розальбе. Вернемся лучше к моей 
работе, которая началась пять лет назад, когда я поняла, 
что мне светит или заменять болеющих учителей 
в лицее, и то при хорошем раскладе, или работать кем 
попало.
Я выбрала второе.
В такой работе есть свои плюсы: одна подработка 
тянет за собой другую. Например, ты устраиваешься 
выгуливать чью-то собаку, и однаж ды хозяйка интересуется, умеешь ли ты убирать, а потом рекомендует тебя своей родственнице, хозяйке бара. И следующие два месяца ты работаешь за барной стойкой, вот 
только смена заканчивается в четыре утра и в итоге 
приходится уволиться, зато ты уже познакомилась 
с кинопродюсером, который, узнав, что у тебя есть 
права и ты здорово водишь, предлагает тебе поработать водителем на съемках. И вот ты уже несешься 
за актерами и везешь их на съемочную площадку, 
а потом подруга режиссера, которая работает адвокатом, спрашивает, не посидишь ли ты с ее детьми 
с часу дня до полвосьмого, потому что их няня уехала 



на родину в Ирландию. Вот здесь и произошел решительный поворот в моей карьере: на работе няней 
я немного подзадержалась. Дети мне нравятся куда 
больше собак.
Хотя, признаться, дети адвокатессы восторга у меня 
не вызывают. Семилетняя истеричка и пятилетний шантажист, способный довести кого угодно. Стоит отметить, что родители приложили все усилия, чтобы дети 
росли невоспитанными уже с колыбели: мать обожает 
сыночка уже только за то, что он похож на деда, то есть 
на ее отца (про эдипов комплекс я лучше промолчу, 
а то с этой темы потом не слезешь). Хвалит его за любую 
ерунду.
— Смотри, Бриджида, какую чудесную картинку 
нарисовал Убальдо! —  заявила она на прошлой неделе 
и протянула мне листок, перечеркнутый синей линией.
— Хм… да… красота… А что тут нарисовано? — 
спросила я, силясь изобразить восхищение.
— Белый медведь, напада ющий на оленя Сант а- 
Клауса! Чудесно, правда? И так похоже!
Будь Убальдо полтора года, рисунок можно было бы 
назвать недурным, но ведь ему уже пять. В пять можно 
уже расписывать фресками Сикстинскую капеллу.
Магдалена, сестра Убальдо, только и делает, что 
вопит и рыдает, рыдает и вопит. Когда я сижу с ней, 
она немного приходит в себя, особенно если я достаю 
из сумки косметичку и говорю: «Ну-ка, наведем красоту!»



Так или иначе, с Убальдо и Магдаленой я бы вполне 
могла остаться подольше, вот только на следу ющей 
неделе они уезжают. И это после двух лет в любви 
и согласии. Все дело в том, что отец семейства —  политик. Он вошел в Европарламент, и теперь вся семья 
переезжает в Брюссель, потому что адвокатесса тоже 
нашла там работу. А как же я? Что теперь делать мне?
— А как же я? Что теперь делать мне? —  спрашиваю 
я у Марии Соаве, адвокатессы, помогая ей раскладывать 
по коробкам машинки и куклы. Она поворачивается 
ко мне с самодовольным видом. Ее характер —  полное 
отражение внешности: крашеная блондинка, спортзал 
три раза в неделю, идеально подходящий к цвету кожи 
тональный крем. У такой женщины есть готовое решение для любой проблемы, а если вдруг оно не находится, 
так и что с того, —  она уже унеслась далеко вперед.
— А тебе я уже нашла отличную работу! Не хотела 
говорить раньше времени, но утром Дамиано все подтвердил!
— Постоянную? —  бурчу я без особой надеж ды.
— Постоянную? Шутишь, что ли? На три месяца. 
С начала февраля до конца апреля, как-то так. Неплохо, 
правда? Тысяча евро на руки.
— А что делать надо?
— Да ничего сложного! —  отвечает Мария Соаве 
и бросает в черный мусорный пакет фарфоровую куклу 
с раскроенным черепом.



— Подож дите! Это же Ракеле! Любимая кукла Магдалены!
Мария Соаве изумленно воззряется на меня. Эту куклу 
подарила Магдалене я. Моей бабушке выдали ее в супермаркете лет сто тому назад. За каж дую покупку там полагались наклейки, которые надо было вклеивать в карточку. 
А за каж дую заполненную карточку полагалась кукла 
в старинном платье и с изысканной прической на хрупкой головке. Бабушка собирала их для меня, своей младшей внучки. Кукол звали Джессика, Ракеле, Лаура, Олимпия… Я их всех до сих пор храню, не считая Ракеле —  ее 
в один дож дливый день я принесла Магдалене. Та сразу 
назначила ее любимой куклой, и все было хорошо, пока 
Убальдо не решил колоть ею орехи. Додуматься до того, 
чтобы колоть орехи керамической куклой, мог только 
полный идиот. Убальдо как раз такой и есть.
— Эта страшила? Ее любимая кукла? —  Мария Соаве 
держит Ракеле за руку и пристально вглядывается в глубины раскроенного черепа.
— Да. Не выкидывайте ее. В Брюсселе Магдалене 
будет одиноко. Ей захочется поиграть с Ракеле. Лучше 
расскажите скорей, что за работа.
— Да ничего особенного. Мой двоюродный брат 
уезжает в Эстонию на три месяца и боится оставлять 
квартиру. У него целый сад на террасе, да еще и кошки. 
Нужен человек, который поживет в квартире и присмотрит за ней. Такой, чтоб не воровал, не курил и оргий 
в доме не устраивал. Я сразу подумала о тебе.


Доступ онлайн
349 ₽
В корзину