Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Птица

Покупка
Новинка
Артикул: 883646.01.99
Доступ онлайн
349 ₽
В корзину
Птица — студент философского факультета и ценитель йогуртов из «Пятерочки», живет в съемной квартирке и тусуется с друзьями после пар. Но однажды во время прогулки он ввязывается в драку, и с ним начинает твориться что-то странное. Загадочные сны, зуд между лопаток, тщетные попытки понять, кто он и откуда. Наконец буквы в паспорте рассыпаются в пыль у него на глазах и Птица вспоминает, что на самом деле он... ангел. Небо даровало ему завесу, которая скрывала его крылья и происхождение. А теперь, когда она почти исчезла, перед Птицей встает выбор: вернуться на небо или остаться с друзьями, которых он обрел за годы жизни на земле.
Власенко, О. Птица : художественная литература / О. Власенко. - Москва : Альпина Паблишер, 2024. - 273 с. - ISBN 978-5-9614-9906-3. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2261774 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов




Marshmallow Books
Москва
Ольга Власенко


УДК 821.161.1
ББК  84(2)-446
В58
Литературный редактор: Анастасия Маркелова
Власенко, Ольга.
B58  Птица / Ольга Власенко. — М.: Альпина Паблишер, 
2024. — 272 с.
ISBN 978-5-9614-9906-3
Птица — студент философского факультета и ценитель йогуртов из «Пятерочки», живет в съемной квартирке и тусуется 
с друзьями после пар. Но однажды во время прогулки он ввязывается в драку, и с ним начинает твориться что-то странное. 
Загадочные сны, зуд между лопаток, тщетные попытки понять, 
кто он и откуда. Наконец буквы в паспорте рассыпаются 
в пыль у него на глазах и Птица вспоминает, что на самом 
деле он… ангел. 
Небо даровало ему завесу, которая скрывала его крылья 
и происхождение. А теперь, когда она почти исчезла, перед 
Птицей встает выбор: вернуться на небо или остаться с друзьями, которых он обрел за годы жизни на земле.
УДК 821.161.1
ББК 84(2)-446
Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было 
средствами, включая размещение в сети интернет и в корпоративных 
сетях, а также запись в память ЭВМ, для частного или публичного 
использования без письменного разрешения владельца авторских 
прав. По вопросу организации доступа к электронной библиотеке 
издательства обращайтесь по адресу mylib@alpina.ru 
© Ольга Власенко, текст, 2024
Иллюстрация на обложке © Annie Sebbfolk, 2024
© Издание на русском языке, перевод, оформление. 
ООО «Альпина Паблишер», 2024


Всем, кто выбирает человечность




яма
У Птицы снова зудели лопатки. Зуд был нечеловеческий: казалось, что под кожей ютится целый пчелиный рой —  и все 
эти полосатые, мохнатые насекомые дружно дребезжат своими крылышками, стремясь вырваться на волю. Птица безуспешно пытался достать до невидимого улья, почесаться 
всласть, но никак не мог и, перестаравшись с подобной акробатикой, едва не вывихнул плечо. У него не получалось взять 
в толк, что там могло так сильно чесаться —  комаров еще 
не было, а мерзких жучков в его съемной квартире и подавно 
не водилось.
— Эй, Птица, идешь? —  окликнули его из-за входной две -
ри. От неожиданности он вздрогнул и прекратил свои провальные попытки почесать спину. Оглянувшись, крикнул:
— Бегу!
Он неаккуратно схватил с крючка в прихожей куртку, мельком глянул в  зеркало и  вышел из  квартиры. Стоял позд
неапрельский вечер, и около подъезда его встретил Илья, с которым они вместе учились на философском факультете. Он 
изрядно подустал ждать долго собиравшегося Птицу и успел 
спуститься.
— Копуша, —  по-доброму кивнул он Птице и закурил сигарету. —  В Яму или на Патрики?
— В Яму.
— Ну идем, —  отозвался Илья. Он стряхнул пепел с сигареты и пнул подвернувшийся под носок кроссовки камешек.
Илья начал решительно пробираться сквозь толпы детей 
во дворе дома, которые уже вовсю предвкушали летние каникулы и явно плевать хотели на контрольные работы. Птица 
плелся за ним, засунув руки в карманы куртки. То и дело он 
неосторожно натыкался на шумящих школьников. Илье приходилось оборачиваться, чтобы убедиться, что Птица все еще 
идет за ним и не застрял, вежливо пытаясь обойти очередного ребенка. Наконец выйдя со двора на оживленную улицу, 
Илья спросил:
— Ты чего смурной такой? Опять с Платоном беда?
Птица пожал плечами. Беды с Платоном у него были начиная с первого курса.
— Да спал не очень, снилась какая-то дребедень.
Илья хмыкнул, положил руку Птице на  плечо и  наклонился к нему, будто собирался поведать сакральную истину:
— Тебе бы поменьше загоняться.
Птица нахмурился, уставившись себе под ноги, и поджал 
губы:


— Я не загоняюсь, просто…
— …некоторые люди ведут себя по-уродски, а ты никак 
не можешь смириться?
— Ну, в общем и целом, да, —  согласился Птица.
— Понимаю. Но всех людей не исправить.
Птица кивнул, признавая поражение. Да, не исправить, это 
точно.
В Яме было, как всегда, не протолкнуться. Бетонный амфитеатр двадцать первого века был набит людьми, хотя не мог 
похвастаться ни  гладиаторскими боями, ни  философскими 
дебатами. Птица с Ильей нежно любили Яму. В их воображении они сами были античными философами, которые заявляются «пояснить за трагедию», что в конечном счете довольно 
быстро скатывалось если не в комедию, то в стендап точно. 
«Яму следовало назвать ульем», —  рассеянно подумал Птица, 
мотнув головой и вдохнув чей-то фруктовый дым от электронной сигареты. Амфитеатр жил своей молодой и  ни  о  чем 
не жалеющей жизнью, шумел десятками портативных колонок JBL, вокруг которых толпились люди. Из  расположившейся рядом на Покровке пиццерии пахло горячей пиццей.
— Вон туда идем, —  указал Илья куда-то в верхний ряд 
сбоку, углядев свободное место.
Они сели на деревянные доски, которые заменяли сиденья и спасали от холода бетона. Илья поджал под себя ногу, 
повернувшись к Птице:
— Ходили вчера с Лерой в Пушку на Люсьена Фрейда, она 
так ругалась, ты бы слышал!


— На Фрейда? —  уточнил Птица.
— Да не, на организацию выставки и на инфраструктуру 
Пушки в целом. Она же у меня из этих, —  любовно описал он 
головой круг и мечтательно улыбнулся. —  Из искусствоведок.
Птица рассеянно кивнул. Истории про девушку Ильи Леруискусствоведку —  обязательно с феминитивом! —  он слушать 
любил, хотя и не всегда понимал, чем провинились музеи, 
выставки и кураторы —  все вместе взятые. В Пушке он был 
всего раза два, смотрел на античные слепки и вглядывался 
в малых голландцев, представляя себя крошечной фигуркой 
в скрупулезно выписанном пейзаже.
От мыслей о голландцах его отвлек звук с ряда выше, где 
царил настоящий балаган. Там толпились уж очень шумные 
ребята, они о чем-то спорили, их голоса звучали пьяно и эхом 
раскатывались по Яме, звонко отскакивая от бетонных поверхностей. Птица хотел бы не вслушиваться в хмельные диалоги, 
но компания повышала голоса все больше и больше.
— Вот я работаю в автосервисе, устаю, делаю —  ик! —  настоящее дело, а она отсиживает свою жопу дома, пялится 
в экран компа, она у нас, видите ли, эсэмэмщица! —  с раздражением и сарказмом сказал один из парней. Они были чуть 
постарше Ильи и Птицы, а говоривший, которого Птица мысленно успел обозвать «настоя-я-а-ащий мЕхАнИк», размахивал во  все стороны полупустой бутылкой пива, направляя 
горлышко, как микрофон, к своим, так сказать, коллегам по 
диалогу. Коллеги ожидаемо поддакивали, хотя по высоко му 
хлипкому парнишке — похоже, самому трезвому из компа
Доступ онлайн
349 ₽
В корзину