Птица
Покупка
Новинка
Тематика:
Художественная литература. Досуг
Издательство:
Альпина Паблишер
Автор:
Власенко Ольга
Год издания: 2024
Кол-во страниц: 273
Возрастное ограничение: 18+
Дополнительно
Вид издания:
Художественная литература
Уровень образования:
Дополнительное образование
ISBN: 978-5-9614-9906-3
Артикул: 883646.01.99
Птица — студент философского факультета и ценитель йогуртов из «Пятерочки», живет в съемной квартирке и тусуется с друзьями после пар. Но однажды во время прогулки он ввязывается в драку, и с ним начинает твориться что-то странное. Загадочные сны, зуд между лопаток, тщетные попытки понять, кто он и откуда. Наконец буквы в паспорте рассыпаются в пыль у него на глазах и Птица вспоминает, что на самом деле он... ангел.
Небо даровало ему завесу, которая скрывала его крылья и происхождение. А теперь, когда она почти исчезла, перед Птицей встает выбор: вернуться на небо или остаться с друзьями, которых он обрел за годы жизни на земле.
Тематика:
ББК:
УДК:
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Marshmallow Books Москва Ольга Власенко
УДК 821.161.1 ББК 84(2)-446 В58 Литературный редактор: Анастасия Маркелова Власенко, Ольга. B58 Птица / Ольга Власенко. — М.: Альпина Паблишер, 2024. — 272 с. ISBN 978-5-9614-9906-3 Птица — студент философского факультета и ценитель йогуртов из «Пятерочки», живет в съемной квартирке и тусуется с друзьями после пар. Но однажды во время прогулки он ввязывается в драку, и с ним начинает твориться что-то странное. Загадочные сны, зуд между лопаток, тщетные попытки понять, кто он и откуда. Наконец буквы в паспорте рассыпаются в пыль у него на глазах и Птица вспоминает, что на самом деле он… ангел. Небо даровало ему завесу, которая скрывала его крылья и происхождение. А теперь, когда она почти исчезла, перед Птицей встает выбор: вернуться на небо или остаться с друзьями, которых он обрел за годы жизни на земле. УДК 821.161.1 ББК 84(2)-446 Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети интернет и в корпоративных сетях, а также запись в память ЭВМ, для частного или публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав. По вопросу организации доступа к электронной библиотеке издательства обращайтесь по адресу mylib@alpina.ru © Ольга Власенко, текст, 2024 Иллюстрация на обложке © Annie Sebbfolk, 2024 © Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина Паблишер», 2024
Всем, кто выбирает человечность
яма У Птицы снова зудели лопатки. Зуд был нечеловеческий: казалось, что под кожей ютится целый пчелиный рой — и все эти полосатые, мохнатые насекомые дружно дребезжат своими крылышками, стремясь вырваться на волю. Птица безуспешно пытался достать до невидимого улья, почесаться всласть, но никак не мог и, перестаравшись с подобной акробатикой, едва не вывихнул плечо. У него не получалось взять в толк, что там могло так сильно чесаться — комаров еще не было, а мерзких жучков в его съемной квартире и подавно не водилось. — Эй, Птица, идешь? — окликнули его из-за входной две - ри. От неожиданности он вздрогнул и прекратил свои провальные попытки почесать спину. Оглянувшись, крикнул: — Бегу! Он неаккуратно схватил с крючка в прихожей куртку, мельком глянул в зеркало и вышел из квартиры. Стоял позд
неапрельский вечер, и около подъезда его встретил Илья, с которым они вместе учились на философском факультете. Он изрядно подустал ждать долго собиравшегося Птицу и успел спуститься. — Копуша, — по-доброму кивнул он Птице и закурил сигарету. — В Яму или на Патрики? — В Яму. — Ну идем, — отозвался Илья. Он стряхнул пепел с сигареты и пнул подвернувшийся под носок кроссовки камешек. Илья начал решительно пробираться сквозь толпы детей во дворе дома, которые уже вовсю предвкушали летние каникулы и явно плевать хотели на контрольные работы. Птица плелся за ним, засунув руки в карманы куртки. То и дело он неосторожно натыкался на шумящих школьников. Илье приходилось оборачиваться, чтобы убедиться, что Птица все еще идет за ним и не застрял, вежливо пытаясь обойти очередного ребенка. Наконец выйдя со двора на оживленную улицу, Илья спросил: — Ты чего смурной такой? Опять с Платоном беда? Птица пожал плечами. Беды с Платоном у него были начиная с первого курса. — Да спал не очень, снилась какая-то дребедень. Илья хмыкнул, положил руку Птице на плечо и наклонился к нему, будто собирался поведать сакральную истину: — Тебе бы поменьше загоняться. Птица нахмурился, уставившись себе под ноги, и поджал губы:
— Я не загоняюсь, просто… — …некоторые люди ведут себя по-уродски, а ты никак не можешь смириться? — Ну, в общем и целом, да, — согласился Птица. — Понимаю. Но всех людей не исправить. Птица кивнул, признавая поражение. Да, не исправить, это точно. В Яме было, как всегда, не протолкнуться. Бетонный амфитеатр двадцать первого века был набит людьми, хотя не мог похвастаться ни гладиаторскими боями, ни философскими дебатами. Птица с Ильей нежно любили Яму. В их воображении они сами были античными философами, которые заявляются «пояснить за трагедию», что в конечном счете довольно быстро скатывалось если не в комедию, то в стендап точно. «Яму следовало назвать ульем», — рассеянно подумал Птица, мотнув головой и вдохнув чей-то фруктовый дым от электронной сигареты. Амфитеатр жил своей молодой и ни о чем не жалеющей жизнью, шумел десятками портативных колонок JBL, вокруг которых толпились люди. Из расположившейся рядом на Покровке пиццерии пахло горячей пиццей. — Вон туда идем, — указал Илья куда-то в верхний ряд сбоку, углядев свободное место. Они сели на деревянные доски, которые заменяли сиденья и спасали от холода бетона. Илья поджал под себя ногу, повернувшись к Птице: — Ходили вчера с Лерой в Пушку на Люсьена Фрейда, она так ругалась, ты бы слышал!
— На Фрейда? — уточнил Птица. — Да не, на организацию выставки и на инфраструктуру Пушки в целом. Она же у меня из этих, — любовно описал он головой круг и мечтательно улыбнулся. — Из искусствоведок. Птица рассеянно кивнул. Истории про девушку Ильи Леруискусствоведку — обязательно с феминитивом! — он слушать любил, хотя и не всегда понимал, чем провинились музеи, выставки и кураторы — все вместе взятые. В Пушке он был всего раза два, смотрел на античные слепки и вглядывался в малых голландцев, представляя себя крошечной фигуркой в скрупулезно выписанном пейзаже. От мыслей о голландцах его отвлек звук с ряда выше, где царил настоящий балаган. Там толпились уж очень шумные ребята, они о чем-то спорили, их голоса звучали пьяно и эхом раскатывались по Яме, звонко отскакивая от бетонных поверхностей. Птица хотел бы не вслушиваться в хмельные диалоги, но компания повышала голоса все больше и больше. — Вот я работаю в автосервисе, устаю, делаю — ик! — настоящее дело, а она отсиживает свою жопу дома, пялится в экран компа, она у нас, видите ли, эсэмэмщица! — с раздражением и сарказмом сказал один из парней. Они были чуть постарше Ильи и Птицы, а говоривший, которого Птица мысленно успел обозвать «настоя-я-а-ащий мЕхАнИк», размахивал во все стороны полупустой бутылкой пива, направляя горлышко, как микрофон, к своим, так сказать, коллегам по диалогу. Коллеги ожидаемо поддакивали, хотя по высоко му хлипкому парнишке — похоже, самому трезвому из компа