Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Проблемы изучения и преподавания историографии новейшей отечественной истории

Покупка
Новинка
Артикул: 797403.02.99
Доступ онлайн
330 ₽
В корзину
Пособие посвящено развитию отечественной историографии, отражающей развитие России—СССР—Российской Федерации в XX — начале XXI вв. Материалы, представленные в нем, погружают читателей в сложные дискуссии, которые определяют лицо современной историографии, помогают каждому сформировать собственную точку зрения на них. Предназначено для студентов, бакалавров и магистров, и преподавателей исторических факультетов вузов, всех, интересующихся отечественной историей. Учебное пособие публикуется в авторской редакции.
Чураков, Д. О. Проблемы изучения и преподавания историографии новейшей отечественной истории : учебное пособие / Д. О. Чураков. - Москва : Берлин : Директ-Медиа, 2019. - 253 с. - ISBN 978-5-4475-8158-9. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2261204 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Д. О. Чураков 
Проблемы изучения 
и преподавания  
историографии новейшей 
отечественной истории 
Учебное пособие 
Москва 
Берлин 
2019 


УДК 930.1 
ББК 63.1(2)6я73 
 Ч93 
Рецензенты: 
В. Е. Воронин — доктор исторических наук, профессор  
кафедры истории России Института истории и политики МПГУ; 
К. Р. Конюхов — кандидат исторических наук, доцент кафедры  
истории России института истории и политики МПГУ 
Чураков, Д. О. 
Ч93     Проблемы изучения и преподавания историографии 
новейшей отечественной истории : учеб. пособие /  
Д. О. Чураков. — Москва ; Берлин : Директ-Медиа,   
2019. — 252 с. DOI: 10.23681/497734
ISBN 978-5-4475-8158-9 
Пособие посвящено развитию отечественной историографии, 
отражающей развитие России—СССР—Российской Федерации в 
XX — начале XXI вв. Материалы, представленные в нем, погружают 
читателей в сложные дискуссии, которые определяют лицо современной историографии, помогают каждому сформировать собственную точку зрения на них. 
Предназначено для студентов, бакалавров и магистров, и преподавателей исторических факультетов вузов, всех, интересующихся отечественной историей.  
Учебное пособие публикуется в авторской редакции. 
УДК 930.1 
ББК 63.1(2)6я73 
ISBN 978-5-4475-8158-9 
  © Чураков Д. О., текст,  2019  
 © Издательство «Директ-Медиа», оформление, 2019 


ВВЕДЕНИЕ 
В последние десятилетия в отечественной исторической 
науке происходили серьезные перемены. В конечном итоге 
они оказались столь масштабными, что изменился сам ее образ и восприятие труда историка в массовом сознании. К сожалению, осмысление происходящих в исторической науке 
перемен не всегда успевает за этими бурными процессами, 
скорость и масштаб которых за последние годы не только не 
уменьшились, но, в какой-то мере, даже возросли из-за тех 
глобальных сдвигов, которые происходят и в самой Российской Федерации, и во всем мире. Соответственно, перед профессиональными 
историками 
встает 
задача 
понять 
и 
объяснить новые явления в исторической науке, их причины, 
направленность и результаты. Только в этом случае историография (или история исторической науки) как направление 
исторической мысли и как учебная дисциплина на исторических факультетах отечественных вузов будет востребована и 
внесет положительный вклад в формирование новых поколений историков. 
Изучение происходящих в исторической науке перемен 
может вестись с позиций двух подходов: 
Первый подход — традиционный, сугубо академический. 
Решая текущие научные задачи, историки и историографы 
могут отслеживать выход новейших статей, монографий, 
сборников конференций и пр., анализировать содержащиеся 
в них факты и оценки для проверки и шлифовки собственных 
научных взглядов.  
Второй подход — это подход учителя, наставника, задачей 
которого является не только самому освоить новый исторический материал, но и познакомить с ним своих учеников. 
Одновременное решение двух пересекающихся задач — 
специфика всех историографических изысканий, представленных в данном пособии. 


В него включены работы, часть из которых была в разные 
годы опубликована, другие — прозвучали в качестве докладов на конференциях, использовалась как материалы лекциям, к прочитанным студентам и аспирантам в процессе 
преподавания предмета «Историография новейшей отечественной истории» на историческом факультете Института 
истории и политики Московского педагогического государственного университета. Будущим учителям истории, так же, 
как любым профессионалам, связавшим свою жизнь с исторической наукой, важно разбираться в противоречивых 
историографических процессах, уметь самостоятельно осмысливать то многоголосие подходов и теорий, которое стало отличительной чертой современного этапа изучения 
прошлого. 
Материалы пособия погружают студентов-историков в 
сложные дискуссии, которые определяют лицо современной 
исторической науки. Приводятся оценки, которые делают 
представители различных школ и направлений, по проблематике нашей сложной истории XX — начала XXI вв., а также 
по таким вопросам, как специфика написания современных 
учебников, влияние исторических мифов на общественное 
мнение и учебный процесс и некоторым другим. 
В начале пособия посвящены материалы, в которых внимание уделено сложным вопросам и подходам к изучению 
Революции 1917 года. Это не случайно, поскольку именно с 
событий 1917 года начинается советский период новейшей 
отечественной истории. Вместе с тем, общество и сама историческая наука сегодня настолько расколоты, что нет даже 
общего понимания, сколько революций в нашей стране произошло в тот переломный год? Ведутся также дискуссии о 
том, следует ли считать события октября 1917 года революцией или переворотом? В чем был смысл, значение и результаты тех событий? Какова цена революции? В чем отличия 


между теми политическими силами, которые были вовлечены в революционный поток? Эти и другие вопросы получают 
свое освещение в соответствующих разделах пособия. 
Так же внимательно в пособии поднимаются проблемы 
развития нашего общества в последующие десятилетия. 
Прежде всего это события индустриализации, коллективизации, репрессий 1930-х гг. Все эти сюжеты в наши дни трактуются с самых разнообразных, часто противоположных 
научных, гражданских и даже нравственных позиций. Будущий учитель истории обязан знать основные подходы к выявлению природы советского общества в межвоенные 
десятилетия, грамотно ответить на самые нелегкие вопросы 
школьников. Материалы пособия помогут будущим бакалаврам добиться главного — сформулировать собственную, 
независимую ни от кого точку зрения на развитие СССР в 
1920—1930-е гг. В этом видится залог их успешности в качестве профессиональных работников сферы образования. 
Не обходит пособие и проблемные для историков вопросы изучения Великой Отечественной войны. Дискуссии о Победе, роли в ней нашей страны не утихают до сих пор. Все это 
делает включение соответствующего материала в пособие 
крайне актуальным и важным. Помимо прочего, в них затрагивается проблематика сочинения так называемых «черных 
мифов» и необходимости их преодоления. 
Несколько материалов пособия напрямую затрагивают 
такую важную проблему, как состояние исторического образования на постсоветском пространстве и конкретно в Российской 
Федерации. 
Учитывая 
историографическую 
направленность пособия, особое внимание при этом уделено 
такому важному компоненту историографического процесса, 
как эволюция современного учебника истории. Поднимаются вопросы о том, что представляют собой выходившие в последние время учебники по истории, как они влияют на 


сознание молодых поколений, а так же вопросы, связанные с 
необходимостью обновления и повышения качества учебников истории. Затрагивается острая тема моральной отвесности ученых за обучение истории и воспитание молодежи. 
Завершается пособие материалами, посвященными некоторым острым проблемам истории современной Российской 
Федерации, в частности показывается влияние на некоторые 
стороны историографического процесса событий 2014 г. в 
Крыму. 
Хочется верить, что материалы пособия, отразившие новейшие тенденции развития историографической мысли в 
Российской Федерации, станут важным подспорьем для молодых историков в их будущей трудовой деятельности. 


I. ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИОГРАФИИ 
РЕВОЛЮЦИИ 1917 ГОДА 
1.
«Красная смута» в интерьере исторических
альтернатив: взгляд из сегодня 
Судьба каждого нового поколения — по-новому переосмыслить исторический опыт. Не часто, но все же случается, 
что такому осмыслению помогает сама современная эпоха, 
какими-то своими чертами напоминающая минувшее. Вот и 
сегодня, пытаясь осмыслить опыт революции 1917 г. исследователь может многое понять, исходя из собственного чисто 
житейского опыта. Очевидно и обратное — современный период истории России не может быть понят без обращения к 
событиям тех далеких лет. И дело не только во внешней похожести тех или иных действующих персонажей или событий. Просто очень многое из того, что происходит сегодня, 
уходит корнями в альтернативы начала века. Многие противоречия, которое только-только дали о себе знать, зарождались в годы русской революции.1 
1 Сегодня под русской революцией часто понимают не только события 
февраля и октября, но и последовавшею за ними эпоху. См.: Революции в 
России: спорное прошлое и неопределенные перспективы (Круглый стол к 
80-ти летию Великой октябрьской социалистической революции) // Альтернативы. 1997. № 3. С. 4—5; Медведев Р. Русская революция 1917 года: 
победа и поражение большевиков (к 80-летию Русской революции 
1917 года). М. 1997. С. 6—8 и др. Некоторые историки весь этот период, 
связанный с переходом России к новому качеству своего исторического 
развития, сравнивают по масштабам со смутным временем XVII в. В научный обиход вошло даже такое понятие, как «Красная смута». См. Булдаков 
В. П. Красная смута. Природа и последствия революционного насилия. М., 
1997. Названная здесь работа Булдакова имеет немалый интерес и в связи с 
другими проблемами революционной эпохи. Ее вполне считать одной из 
наиболее значимых не только среди работ, появившихся в год юбилея революции, но и применительно всей новейшей историографии. Разумеется, 


 
Писать о состоянии современной исторической науки достаточно непросто. Непросто уже потому, что глаза современника могут и не увидеть каких-то важных черт и 
тенденций ее развития. Затрудняет задачу и множественность подходов и направлений, существующих сегодня. Наконец финансовый голод разорвал привычный взаимообмен 
между историками разных городов, разрушил библиотечное 
дело. Стало сложно элементарно отслеживать выход новых 
работ. Вместе с тем определенные шаги в этом направлении 
уже делаются, и это отрадный факт, поскольку в противном 
случае исторической науки вновь грозил бы застой.2 
                                                                                             
в ней содержится немало спорного, но заслуживает поддержки сам подход 
авторота, рисующего события революции с точки зрения психосоциальной их стороны. 
2 См. об этом: Краус Т. Историография революции и новейший историографический переворот в России // Альтернативы. 1997. № 2. Одним из 
вопросов, которые исследователи время от времени поднимают в связи с 
возникшим сегодня плюрализмом в историографии – это вопрос о судьбах 
марксизма в России, а именно сохранилось или нет в современной исторической науке России марксистское направление. Вероятно, дискуссии на 
этот предмет не утихнут, вероятно, еще долгое время. В этой связи хочется 
обратить внимание на явление, которое определим как «феномен Грамши». Находясь в тюрьме, Грамши не мог употреблять таких понятий, как 
диктатура пролетариата, марксизм, диалектический материализм и т. д. 
Ему пришлось разработать новую изощренную терминологию для передачи своих мыслей. Отчасти это затруднило понимание его наследия, но, с 
другой стороны, позволило Грамши выйти на целый комплекс проблем и 
обобщений, ставших важным вкладом в социологию, в том числе чисто 
марксистскую. Представляется, что «феномен Грамши» просто необходимо учитывать, читая работы многих современных историков, поскольку 
нынешний политический режим не допускает подлинного свободомыслия 
и утонченными приемами массовой пропаганды ведет политику тотального информационного, идеологического и смыслового диктата (См. размышления об этом в кн. (Краус Т. Советский термидор. Духовные 
предпосылки сталинского поворота. 1917—1928. Будапешт, 1997. С. 15—16). 
Кроме того, «феномен Грамши» сегодня наложился на другое явление, суть 
которого в том, что терминология в исторической науке долгие годы не 


 
Как и в прежней советской историографии, в центре внимания исследователей сегодня оказался вопрос причин и 
предпосылок революции. Но в наши дни подходы к нему 
существенно изменились, прежде всего потому, что на первый план выдвинулся процесс перехода в начале века России 
от традиционного общества к гражданскому. Понятно, что 
связано это с тем, что и сегодня в России происходит нечто 
похожее, только на новом, качественно отличном уровне, поскольку институты традиционного общества к концу ХХ в. 
оказались уже основательно подорваны.3  
Анализ созревания причин и предпосылок революции с 
точки зрения механизмов перехода к гражданскому обществу 
позволил по-новому поставить вопрос о развитии в России 
капитализма. Если прежде оба процесса практически отождествлялись, то современное положение дел в стране показывает, что рост капитализма вовсе не тождественен 
формированию гражданского общества, а иногда и просто 
губителен для его институтов. Еще более кардинально поставлен сегодня вопрос и о том, можно ли сводить весь комплекс причин и предпосылок революции к фазам развития в 
стране капитализма? Именно на этом основывалась прежняя 
                                                                                             
развивалась и теперь историки интуитивно а следовательно – стихийно) 
наверстывают упущенное. Впрочем, можно говорить и о более радикальном процессе – историки больше не желают довольствоваться пассивной 
ролью, когда им приходилось довольствоваться терминами, навязанными 
им другими обществоведческими дисциплинами. Сегодня историки стремятся самостоятельно вырабатывать язык своей науки. 
3 В этом плане интерес представляет точка зрения крупного знатока по 
аграрной истории В. В. Кабанова. Он, как и большинство историков, признает чрезвычайно высокую роль русской общины в революции, но полагает, что ее закат стал уже свершившимся фактом и все надежды на 
национальное возрождение и выживание, связанные с надежной на саморегулирующие механизмы общины – иллюзорны (См. его: Кабанов В. В. 
Крестьянская община и кооперация России ХХ века. М., 1997. С. 155). 


 
схема исторического процесса в России. Эта схема более или 
менее успешно функционировала, когда революцию 1917 г. 
изучали на примере Петрограда и его крупной, вестернизированной индустрии. Но по мере выявления материалов о 
происходившем в остальной России, она оказалась недостаточной.4 Разумеется, полный отказ от нее был бы ошибкой, 
но все же некоторые процессы начала века требуют дополнительного изучения. 
Второй особенностью современного взгляда на истории 
можно считать возросший интерес к ее гуманитарному измерению.5 И это так же связано с интересом к возникновению в стране гражданского общества, поскольку оно 
опирается на конкретного человека, индивида. В этом смысле 
очень важно увидеть, как отразился переход к современному 
обществу на судьбах конкретных людей? По тому ли пути 
шло в России его становление? Не явилась ли революция ответом на выбранный проект модернизации? Ведь для людей 
из социальных низов речь шла, по сути, о разрушении их 
мира, их среды обитания, — если пользоваться современной 
                                          
4 Интерес исследователей в наши так же привлекает и то, как расценивались предпосылки революции историками и политическими деятелями 
прошлого времени, будь то дореволюционный период или годы нэпа  
(См. напр.: Краус Т. Своеобразие российского исторического процесса. О 
дискуссии Троцкого и покровского. Россия XXI. № 9—10) 
5 У истоков такого подхода к истории революции стоял один из виднейших историков наших дней П. В. Волобуев, скоропостижно скончавшийся в самый канун юбилея революции. Руководимый им Научный совет 
РАН «История революций в России» провел под своей эгидой ряд конференций, общее название которых так и звучало «Революция и человек». 
Сам Волобуев по этому поводу замечал, что изучение обыденной, повседневной жизни, рост внимание к рядовому участнику исторического процесса – это показатель исследовательского прогресса в науке. Особенно эти 
изменения важны с позиции историков революции, поскольку революции 
делают массы, конкретные их представители. См. Революция и человек. 
Быт, нравы, поведение, мораль. М., 1997. С. 4. 


Доступ онлайн
330 ₽
В корзину