Поп Гапон и японские винтовки. 15 поразительных историй времен дореволюционной России
Покупка
Новинка
Тематика:
История. Исторические науки
Издательство:
Альпина Паблишер
Автор:
Аксенов А.
Год издания: 2023
Кол-во страниц: 281
Возрастное ограничение: 18+
Дополнительно
Вид издания:
Научно-популярная литература
Уровень образования:
Дополнительное образование
ISBN: 978-5-9614-8007-8
Артикул: 882140.01.99
ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД
ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ
ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Начало XX века в России было временем великих надежд и тревог, двух войн и двух революций. Пока рядом громыхала история, жители империи любили и враждовали, плели интриги и создавали шедевры. Преподаватель, популяризатор истории и автор подкаста «Закат Империи» Андрей Аксёнов находит в исторических сюжетах детектив, любовную драму и высокую трагедию. Некоторые из героев его книги знамениты, другие — почти неизвестны, но все предстают перед читателем живыми людьми: Лев Толстой, глава Временного правительства Керенский и «демоническая женщина» Нина Петровская, «панки»-футуристы и крестьяне-духоборы. Это захватывающая, но достоверная история жизни в Российской империи накануне заката, полная бытовых деталей и неожиданных подробностей.
Начало XX века в России было временем великих надежд и тревог, двух войн и двух революций. Пока рядом громыхала история, жители империи любили и враждовали, плели интриги и создавали шедевры. Преподаватель, популяризатор истории и автор подкаста «Закат Империи» Андрей Аксёнов находит в исторических сюжетах детектив, любовную драму и высокую трагедию. Некоторые из героев его книги знамениты, другие — почти неизвестны, но все предстают перед читателем живыми людьми: Лев Толстой, глава Временного правительства Керенский и «демоническая женщина» Нина Петровская, «панки»-футуристы и крестьяне-духоборы. Это захватывающая, но достоверная история жизни в Российской империи накануне заката, полная бытовых деталей и неожиданных подробностей.
Тематика:
ББК:
УДК:
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Поп Гапон и японские винтовки 15 поразительных историй времен дореволюционной России Андрей Аксёнов Москва 2023
УДК 94(47).083 ББК 63.3(2)53 А42 ISBN 978-5-9614-8007-8 © Аксёнов А. Н., 2023 © ООО «Альпина Паблишер», 2023 УДК 94(47).083 ББК 63.3(2)53 А42 Аксёнов А. Поп Гапон и японские винтовки: 15 поразительных историй времен дореволюционной России / Андрей Аксёнов. — М. : Альпина Паб лишер, 2023. — 277 с. : ил. ISBN 978-5-9614-8007-8 Начало XX века в России было временем великих надежд и тревог, двух войн и двух революций. Пока рядом громыхала история, жители империи любили и враждовали, плели интриги и создавали шедевры. Преподаватель, популяризатор истории и автор подкаста «Закат Империи» Андрей Аксёнов находит в исторических сюжетах детектив, любовную драму и высокую трагедию. Некоторые из героев его книги знамениты, другие — почти неизвестны, но все предстают перед читателем живыми людьми: Лев Толстой, глава Временного правительства Керенский и «демоническая женщина» Нина Петровская, «панки»-футуристы и крестьяне-духоборы. Это захватывающая, но достоверная история жизни в Российской империи накануне заката, полная бытовых деталей и неожиданных подробностей. Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в интернете и в корпоративных сетях, а также запись в память ЭВМ для частного или публичного использования, без письменного разрешения владельца авторских прав. По вопросу организации доступа к электронной библиотеке издательства обращайтесь по адресу mylib@alpina.ru. Научный редактор Д. Беломестнов Редактор К. Герцен
Содержание Предисловие. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .5 Где деньги, Лев? . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .7 Алкоголь в Российской империи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 21 Бардак, мухлеж и банковский крах . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 37 Выдающийся гипнотизер доктор Филиппов. . . . . . . . . . . . . 55 Как спор между революционерами разрушил нефтяную отрасль России . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 72 Секс в Российской империи. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 79 Любовь, символизм и морфий. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 97 Поп Гапон и японские винтовки . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 114 Дача в Российской империи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 128 Битва двух киномагнатов . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 151 Балаган в Думе и дуэль со Столыпиным. . . . . . . . . . . . . . . . . . 168 Роковая женщина и пять смертей . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 188 Это гарем или женский монастырь?. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 212 «Панки» в Российской империи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 232 Последний шанс Керенского . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 252 Библиография . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 266
Предисловие Обычно история кажется скучным предметом: мы привыкли, что в школе и в книгах на нее смотрят с высоты птичьего полета. Что произошло в 1894 году? В чем цель аграрных реформ Столыпина? Чем отличается футуризм от акмеизма? Пытаясь ответить на все эти вопросы, мы не видим реальных лиц, а ведь за каждым важным событием стоит цепочка случайностей и множество людей, которые ошибаются, путают даты, ревнуют, подсиживают друг друга, хотят заработать денег. Мечтают о славе. Жаждут любви. Когда начинаешь смотреть на историю под этим углом, оказывается, что те, кто жил 120 лет назад, не слишком-то отличаются от нас сегодняшних. В этой книге — истории людей: поэтов, банкиров, роковых женщин, мистификаторов, политиков, кинопродюсеров. Некоторые из героев известны, некоторые — забыты, но даже знаменитости здесь не выглядят забронзовевшими. Лев Толстой ссорится с женой из-за денег, а ищущий «горячие» сюжеты фоторепортер исподтишка снимает его. Поэты едут в тур по стране, выступают в небольших клубах, устраивают уличные перформансы и с удовольствием дают поводы для скандальных заголовков в газетах. Каждое из этих событий имеет последствия. Страна в начале XX века меняется на глазах: растут фабрики и заводы, в деревнях появляются новые школы, русский балет гремит по всей Европе, Московский Художественный театр задает новый мировой стандарт, оппозиционеры ссорятся в Государственной Думе, революционеры устраивают теракты, аристократия ходит на балы. Это время двух войн и двух революций. Это время технического
прогресса и новых имен в искусстве. Страна меняется на глазах, и никто не может предсказать, чем все закончится буквально через несколько лет. Эта книга возникла из подкаста «Закат империи». В каждом его выпуске я рассказываю короткую историю, которая теперь превратилась в главу. Несмотря на общую бесшабашность повествования, каждая глава, каждый герой и каждая ситуация исторически достоверны, все они — объект тщательного исторического исследования. Между собой все эти истории связаны только временем — временем правления последнего императора России. Судьбы героев могут пересекаться, а иногда они могут и не подозревать о существовании друг друга. Эту книгу можно начинать читать с любой главы: тут есть и детективы, и любовные истории, и приключения мистификаторов, и политическая борьба, и финансовые махинации, — но каждая из них дает картину того, чем дышала империя накануне своего заката. Возможно, узнав больше об этих людях, мы лучше поймем, почему эта империя исчезла. В любом случае скучно не будет.
Где деньги, Лев? Даже если тебя признает и уважает весь мир, даже если ты стал прижизненным памятником самому себе — все твои заслуги обнуляются, как только ты входишь в свой дом. Особенно если тебя встречает жена вопросом «Где деньги?».
В еликий русский писатель и философ, эксцентричная личность, вегетарианец, граф Лев Толстой на рубеже XIX и XX веков был самым известным в мире литератором и активно занимался публицистикой. Он мог позволить себе едва ли не все что угодно, и многое, что другим было непозволительно, ему сходило с рук. Его мнение могло повлиять на любые события внутри страны. Но только не на жену. Сложно представить, какое именно положение занимал Толстой в то время. Лев Николаевич пользовался всеобщим если не уважением, то вниманием и периодически транслировал в общее культурное пространство духовные идеи. Общество не очень понимало, как к ним относиться, но если и иронизировало над ними, то ласково и с почтительностью. Короче говоря, Толстой был почти живым памятником, а семейная жизнь с памятниками тяжела. Софье Андреевне, жене писателя, приходилось порой несладко. К 90-м годам XIX века Лев Николаевич не видит себя писателем-беллетристом. Он пишет в дневнике: «Надо покориться мысли, что моя писательская карьера кончена: и быть радостным и без нее». Он приходит к тому, что его миссия в другом. Он говорит об опрощении, о том, что деньги — безусловное зло, о том, что учение Христа и православная церковь плохо сочетаются друг с другом, о том, что Добро лучше Красоты, и заодно — о вегетарианстве. В декабре 1908 года Лев Николаевич записал в дневнике: «Если меня и ненавидят, не зная меня, многие, как много людей не по заслугам любят меня. Люди, к[оторые] по своим quasi религиозны[м] взглядам, к[оторые] я разрушаю, должны бы был[и] ненавидеть, любят меня за те пустяки —
Где деньги, Лев? «Войн[а] и М[ир]» и т. п., которые им кажутся очень важными»*. Чуть раньше, в 80-е годы XIX века, Толстому опротивели деньги. Он стыдился того, что его предки веками грабили крестьян и жили за их счет, полагал, что все зло в мире — от денег, и хотел жить просто, довольствуясь малым: рубахой да пшеном. Конечно, кашу из этого пшена готовил повар. В доме были и лакеи, и конюхи. А еще Лев Николаевич любил слушать фортепианную музыку и пополнять библиотеку. Порой он этих желаний стыдился, а порой их не замечал. Простительное свойство для великого человека. Вначале Толстой даже хотел доход от некоторых своих имений отдавать на нужды бедных, но Софья Андреевна воспротивилась: к этому моменту у них было уже семеро детей, и не все они были готовы к «опрощению». Вернее, готова к этому была только дочь Маша, остальные рассчитывали жить сообразно титулу. Короче говоря, Лев Николаевич нашел компромисс: 21 мая 1883 года он выдал жене доверенность на ведение всех имущественных дел, а себе оставил только самое необходимое. Софья Андреевна, помимо хозяйственных дел, начала заниматься еще и изданием книг мужа, и это стало приносить неплохой доход. Спустя некоторое время Лев Николаевич решил отказаться от авторских прав на свои произведения, чтобы кто угодно мог печатать и распространять его книги совершенно бесплатно. Он желал, чтобы его новые книги разошлись как можно шире, отношение к своим старым книгам он изменил и денег за них не хотел. Но эти произведения уже вошли в анналы мировой литературы, гонорары за них составляли существенную часть семейного бюджета, и Софья Андреевна возмутилась. В итоге после * Здесь и далее текст дается в современной орфографии. — Прим. ред.
долгих переговоров опять был найден компромисс. Права на книги, написанные до 1881 года (в том числе на «Войну и мир» и «Анну Каренину»), Лев Николаевич оставил семье. Что касается прав на книги, написанные Толстым «после духовного возрождения», то в сентябре 1891 года он обратился к редакторам журналов «Русские ведомости» и «Новое время» с таким письмом: «Предоставляю всем желающим право безвозмездно издавать в России и за границей, по-русски и в переводах, а равно и ставить на сценах все те из моих сочинений, которые были написаны мною и напечатаны в XII томе моих полных сочинений издания 1886 года, и в XIII томе, изданном в нынешнем 1891 году, равно и все мои неизданные в России и могущие вновь появиться после нынешнего дня сочинения». Удачное решение, учитывая, что прежние произведения продолжали издаваться немалыми тиражами. Отношения писателя с его детьми всегда были непростыми. Льва Николаевича угнетало то, что старшие сыновья оставались глухи к пропаганде добра и бескорыстия. С дочерьми дела обстояли чуть лучше: Татьяна и в особенности Мария с большим вниманием и почтением относились к отцовским идеям. К 1891 году деньги и имущество вызывали у графа такое отторжение, что он не готов был даже терпеть обладание ими. Он, уже избавившись от прав на свои произведения, решил разделить все свое имущество между женой и детьми: если имения не будут в собственности Льва Николаевича, значит, моральную ответственность за них будут нести новые владельцы. Вся семья съехалась в имение. Мучительно долго сыновья, дочери и жена графа делили землю, дома и капитал. Все земельные участки были оценены, после чего их разделили на девять