Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Поп Гапон и японские винтовки. 15 поразительных историй времен дореволюционной России

Покупка
Новинка
Артикул: 882140.01.99
Доступ онлайн
399 ₽
В корзину
ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Начало XX века в России было временем великих надежд и тревог, двух войн и двух революций. Пока рядом громыхала история, жители империи любили и враждовали, плели интриги и создавали шедевры. Преподаватель, популяризатор истории и автор подкаста «Закат Империи» Андрей Аксёнов находит в исторических сюжетах детектив, любовную драму и высокую трагедию. Некоторые из героев его книги знамениты, другие — почти неизвестны, но все предстают перед читателем живыми людьми: Лев Толстой, глава Временного правительства Керенский и «демоническая женщина» Нина Петровская, «панки»-футуристы и крестьяне-духоборы. Это захватывающая, но достоверная история жизни в Российской империи накануне заката, полная бытовых деталей и неожиданных подробностей.
Аксенов, А. Поп Гапон и японские винтовки. 15 поразительных историй времен дореволюционной России : научно-популярное издание / А. Аксенов. - Москва : Альпина Паблишер, 2023. - 281 с. - ISBN 978-5-9614-8007-8. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2259059 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Поп Гапон 
и японские 
винтовки
15 поразительных 
историй времен 
дореволюционной 
России
Андрей Аксёнов
Москва
2023


УДК 94(47).083
ББК 63.3(2)53
 
А42
ISBN 978-5-9614-8007-8
© Аксёнов А. Н., 2023
© ООО «Альпина Паблишер», 2023
УДК 94(47).083
ББК 63.3(2)53
А42
Аксёнов А.
Поп Гапон и японские винтовки: 15 поразительных 
историй времен дореволюционной России / Андрей 
Аксёнов. — М. : Альпина Паб лишер, 2023. — 277 с. : ил.
ISBN 978-5-9614-8007-8
Начало XX века в России было временем великих надежд и тревог, двух 
войн и двух революций. Пока рядом громыхала история, жители империи 
любили и враждовали, плели интриги и создавали шедевры. Преподаватель, популяризатор истории и автор подкаста «Закат Империи» Андрей 
Аксёнов находит в исторических сюжетах детектив, любовную драму 
и высокую трагедию. Некоторые из героев его книги знамениты, другие — 
почти неизвестны, но все предстают перед читателем живыми людьми: Лев 
Толстой, глава Временного правительства Керенский и «демоническая 
женщина» Нина Петровская, «панки»-футуристы и крестьяне-духоборы. 
Это захватывающая, но достоверная история жизни в Российской империи 
накануне заката, полная бытовых деталей и неожиданных подробностей.
Все права защищены. Никакая часть этой книги 
не может быть воспроизведена в какой бы то 
ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в интернете 
и в корпоративных сетях, а также запись в память ЭВМ для частного или публичного использования, без письменного разрешения владельца 
авторских прав. По вопросу организации доступа 
к электронной библиотеке издательства обращайтесь по адресу mylib@alpina.ru.
Научный редактор Д. Беломестнов
Редактор К. Герцен


Содержание
Предисловие. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .5
Где деньги, Лев? . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .7
Алкоголь в Российской империи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 21
Бардак, мухлеж и банковский крах . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 37
Выдающийся гипнотизер доктор Филиппов. . . . . . . . . . . . . 55
Как спор между революционерами 
разрушил нефтяную отрасль России  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 72
Секс в Российской империи. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 79
Любовь, символизм и морфий. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 97
Поп Гапон и японские винтовки . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 114
Дача в Российской империи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 128
Битва двух киномагнатов . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 151
Балаган в Думе и дуэль со Столыпиным. . . . . . . . . . . . . . . . . . 168
Роковая женщина и пять смертей . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 188
Это гарем или женский монастырь?. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 212
«Панки» в Российской империи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 232
Последний шанс Керенского  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 252
Библиография . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 266




Предисловие
Обычно история кажется скучным предметом: мы привыкли, 
что в школе и в книгах на нее смотрят с высоты птичьего полета. 
Что произошло в 1894 году? В чем цель аграрных реформ Столыпина? Чем отличается футуризм от акмеизма?
Пытаясь ответить на все эти вопросы, мы не видим реальных лиц, а ведь за каждым важным событием стоит цепочка 
случайностей и множество людей, которые ошибаются, путают 
даты, ревнуют, подсиживают друг друга, хотят заработать денег. 
Мечтают о славе. Жаждут любви. Когда начинаешь смотреть 
на историю под этим углом, оказывается, что те, кто жил 120 лет 
назад, не слишком-то отличаются от нас сегодняшних. 
В этой книге — истории людей: поэтов, банкиров, роковых женщин, мистификаторов, политиков, кинопродюсеров. 
Некоторые из героев известны, некоторые — забыты, но даже 
знаменитости здесь не выглядят забронзовевшими. Лев Толстой 
ссорится с женой из-за денег, а ищущий «горячие» сюжеты фоторепортер исподтишка снимает его. Поэты едут в тур по стране, 
выступают в небольших клубах, устраивают уличные перформансы и с удовольствием дают поводы для скандальных заголовков в газетах.
Каждое из этих событий имеет последствия. Страна в начале 
XX века меняется на глазах: растут фабрики и заводы, в деревнях 
появляются новые школы, русский балет гремит по всей Европе, 
Московский Художественный театр задает новый мировой 
стандарт, оппозиционеры ссорятся в Государственной Думе, 
революционеры устраивают теракты, аристократия ходит на балы. 
Это время двух войн и двух революций. Это время технического 


прогресса и новых имен в искусстве. Страна меняется на глазах, 
и никто не может предсказать, чем все закончится буквально 
через несколько лет.
Эта книга возникла из подкаста «Закат империи». В каждом 
его выпуске я рассказываю короткую историю, которая теперь 
превратилась в главу. Несмотря на общую бесшабашность повествования, каждая глава, каждый герой и каждая ситуация 
исторически достоверны, все они — объект тщательного исторического исследования. Между собой все эти истории связаны 
только временем — временем правления последнего императора 
России. Судьбы героев могут пересекаться, а иногда они могут 
и не подозревать о существовании друг друга. Эту книгу можно 
начинать читать с любой главы: тут есть и детективы, и любовные истории, и приключения мистификаторов, и политическая 
борьба, и финансовые махинации, — но каждая из них дает 
картину того, чем дышала империя накануне своего заката.
Возможно, узнав больше об этих людях, мы лучше поймем, 
почему эта империя исчезла. В любом случае скучно не будет.


Где деньги, Лев?
Даже если тебя признает и уважает весь мир, даже если 
ты стал прижизненным памятником самому себе — все 
твои заслуги обнуляются, как только ты входишь в свой 
дом. Особенно если тебя встречает жена вопросом 
«Где деньги?».


В
еликий русский писатель и философ, эксцентричная 
личность, вегетарианец, граф Лев Толстой на рубеже 
XIX и XX веков был самым известным в мире 
литератором и активно занимался публицистикой. 
Он мог позволить себе едва ли не все что угодно, и многое, 
что другим было непозволительно, ему сходило с рук. Его 
мнение могло повлиять на любые события внутри страны. 
Но только не на жену.
Сложно представить, какое именно положение занимал 
Толстой в то время. Лев Николаевич пользовался всеобщим 
если не уважением, то вниманием и периодически транслировал 
в общее культурное пространство духовные идеи. Общество 
не очень понимало, как к ним относиться, но если и иронизировало над ними, то ласково и с почтительностью. Короче 
говоря, Толстой был почти живым памятником, а семейная 
жизнь с памятниками тяжела. Софье Андреевне, жене писателя, 
приходилось порой несладко.
К 90-м годам XIX века Лев Николаевич не видит себя писателем-беллетристом. Он пишет в дневнике: «Надо покориться 
мысли, что моя писательская карьера кончена: и быть радостным и без нее». Он приходит к тому, что его миссия в другом. 
Он говорит об опрощении, о том, что деньги — безусловное 
зло, о том, что учение Христа и православная церковь плохо 
сочетаются друг с другом, о том, что Добро лучше Красоты, 
и заодно — о вегетарианстве.
В декабре 1908 года Лев Николаевич записал в дневнике:
«Если меня и ненавидят, не зная меня, многие, как много 
людей не по заслугам любят меня. Люди, к[оторые] по своим 
quasi религиозны[м] взглядам, к[оторые] я разрушаю, 
должны бы был[и] ненавидеть, любят меня за те пустяки — 


Где деньги, Лев?
«Войн[а] и М[ир]» и т. п., которые им кажутся очень 
важными»*.
Чуть раньше, в 80-е годы XIX века, Толстому опротивели 
деньги. Он стыдился того, что его предки веками грабили 
крестьян и жили за их счет, полагал, что все зло в мире — 
от денег, и хотел жить просто, довольствуясь малым: рубахой да 
пшеном. Конечно, кашу из этого пшена готовил повар. В доме 
были и лакеи, и конюхи. А еще Лев Николаевич любил слушать 
фортепианную музыку и пополнять библиотеку. Порой он этих 
желаний стыдился, а порой их не замечал. Простительное свойство для великого человека.
Вначале Толстой даже хотел доход от некоторых своих имений 
отдавать на нужды бедных, но Софья Андреевна воспротивилась: к этому моменту у них было уже семеро детей, и не все 
они были готовы к «опрощению». Вернее, готова к этому была 
только дочь Маша, остальные рассчитывали жить сообразно 
титулу. Короче говоря, Лев Николаевич нашел компромисс: 
21 мая 1883 года он выдал жене доверенность на ведение всех 
имущественных дел, а себе оставил только самое необходимое.
Софья Андреевна, помимо хозяйственных дел, начала заниматься еще и изданием книг мужа, и это стало приносить неплохой доход. Спустя некоторое время Лев Николаевич решил 
отказаться от авторских прав на свои произведения, чтобы кто 
угодно мог печатать и распространять его книги совершенно 
бесплатно. Он желал, чтобы его новые книги разошлись как 
можно шире, отношение к своим старым книгам он изменил 
и денег за них не хотел.
Но эти произведения уже вошли в анналы мировой литературы, гонорары за них составляли существенную часть семейного бюджета, и Софья Андреевна возмутилась. В итоге после 
 * Здесь и далее текст дается в современной орфографии. — Прим. ред.


долгих переговоров опять был найден компромисс. Права 
на книги, написанные до 1881 года (в том числе на «Войну 
и мир» и «Анну Каренину»), Лев Николаевич оставил семье. 
Что касается прав на книги, написанные Толстым «после 
духовного возрождения», то в сентябре 1891 года он обратился 
к редакторам журналов «Русские ведомости» и «Новое время» 
с таким письмом: 
«Предоставляю всем желающим право безвозмездно 
издавать в России и за границей, по-русски и в переводах, 
а равно и ставить на сценах все те из моих сочинений, 
которые были написаны мною и напечатаны в XII томе 
моих полных сочинений издания 1886 года, и в XIII томе, 
изданном в нынешнем 1891 году, равно и все мои неизданные в России и могущие вновь появиться после нынешнего 
дня сочинения». 
Удачное решение, учитывая, что прежние произведения 
продолжали издаваться немалыми тиражами.
Отношения писателя с его детьми всегда были непростыми. 
Льва Николаевича угнетало то, что старшие сыновья оставались 
глухи к пропаганде добра и бескорыстия. С дочерьми дела 
обстояли чуть лучше: Татьяна и в особенности Мария с большим вниманием и почтением относились к отцовским идеям.
К 1891 году деньги и имущество вызывали у графа такое 
отторжение, что он не готов был даже терпеть обладание 
ими. Он, уже избавившись от прав на свои произведения, 
решил разделить все свое имущество между женой и детьми: 
если имения не будут в собственности Льва Николаевича, 
значит, моральную ответственность за них будут нести новые 
владельцы.
Вся семья съехалась в имение. Мучительно долго сыновья, 
дочери и жена графа делили землю, дома и капитал. Все земельные участки были оценены, после чего их разделили на девять 


Доступ онлайн
399 ₽
В корзину