Историческая панорама Санкт-Петербурга и его окрестностей : Ч. 7 : Царское село
Бесплатно
Новинка
Основная коллекция
Издательство:
Автор:
Успенский А. И.
Год издания: 1912
Кол-во страниц: 91
Дополнительно
Вид издания:
Архивная литература
Артикул: 882033.01.99
Тематика:
ББК:
УДК:
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
АР АР АР АРО БДОк, БДОк, БДОк, БДОк, ^«Ste ^«Ste ^«Ste ^«Ste
ЩШМІІІІІІІ ЩШМІІІІІІІ ЩШМІІІІІІІ ЩШМІІІІІІІ ВШШШШШ ВШШШШШ ВШШШШШ ВШШШШШ (ШИШ (ШИШ (ШИШ (ШИШ Ішшпшш Ішшпшш Ішшпшш Ішшпшш '4'4'4'4 ІШІШШІІЦІІІІІІ ІШІШШІІЦІІІІІІ ІШІШШІІЦІІІІІІ ІШІШШІІЦІІІІІІ Шшшпшпі Шшшпшпі Шшшпшпі Шшшпшпі |Slj Вшшщ ES ішиііііи'.....Щ f^^h LP LP LP LP СР СР СР СР < СУ
в$ в$ в$ в$ Мипограф/я русс/саго СЛ Жобарищестб а jyfock6a, Мыльникобъ пер. Ліелефонъ 1835.
"Часть седьмая, А. И. Успенскій. ЦАРСКОЕ СЕЛО. Изданіе Московскаго Тва «ОБРАЗОВАНІЕ».
Начало Большому Царскосельскому дворцу положено было лѣтомъ 1718 года, когда были заложены каменный палаты въ два этажа. Строителемъ этого первоначальнаго Царскосельскаго дворца былъ архитекторъ Бронштейнъ (Braunstein). Между прочимъ, мы нашли слѣдующее письмо Бронштейна отъ і іюня 172 1 года къ мызнику Царскаго Села: «Господинъ мызникъ Алексѣй Ивановичъ! Писалъ ты къ намъ, чтобъ мы пріѣхали въ Царское Село для осмотра работъ. И я буду къ вамъ въ воскресенье, а нынѣ мнѣ есть дѣла много. А церковный фундаментъ готовь и каменыцикамъ вели дѣлать въ палатахъ своды, и лѣстницѣ фундаментъ класть, которая будетъ на улицу. Мастеръ же знаетъ, какъ класть; столярамъ вели, чтобы дѣлали доски на полъ въ палаты». Печи въ палатахъ расписывалъ кафельный мастеръ, иноземецъ Угонтъ. Дворецъ этотъ былъ въ 15 саженъ длины и д саженъ ширины. Къ 1724 году онъ былъ совершенно отдѣланъ, въ обоихъ его этажахъ находилось іб комнатъ. Предъ освященіемъ Благовѣщенской церкви въ Царскомъ Селѣ въ 1724 году, для украшенія комнатъ дворца были присланы изъ Петербурга зеркала, шпалеры, нѣсколько портретовъ изъ Лѣтняго дворца и изъ Шафировскаго дома два портрета Императора Петра I и Екатерины I, изъ дворца царевны Натальи Алексѣевны портреты польскихъ короля и королевы, «цезаря Іосифа» и «королевы французской» и прочія вещи. Императоръ Петръ I бывалъ иногда въ Царскомъ Селѣ на дачѣ своей супруги Екатерины Алексѣевны, но эти посѣщенія его не были такъ
часты, какъ поѣздки въ Петергофъ, Стрѣльну и др. и мая 17 19 года «царское величество и съ государынею царицею пошелъ въ Царскую мызу». 7 августа 1724 года, согласно камеръ фурьерскимъ журналамъ, «его императорское величество и госз'дарыня императрица изволили воспріять свой путь въ Село Царское, 8го пріѣхали сюда всѣ министры и знатныя особы, 9~го > въ воскресенье, въ Царскомъ Селѣ было освященіе церкви; послѣ литургіи палили изъ 13ти пушекъ трижды; кушали всѣ министры и синодскіе члены (Архіепископы Георгій ДашковъЯрославскій, Ѳеофанъ Прокоповичъ Псковскій и Алексѣй ТитовъВятскій) въ томъ селѣ въ палатахъ, и были до полуночи; а въ то время палили всегда изъ пушекъ. 19го его императорское величество и государыня императрица изволили прибыть изъ Царской мызы въ С.Петербургъ въ вечеру». Существуютъ описанія (оффиціальныя) Большого дворца въ Царскомъ Селѣ отъ 1727 года и 1737 года. Въ 1728 году Село Царское было отписано въ вотчину цесаревнѣ Елизаветѣ Петровнѣ. Цесаревна, живя въ Царскосельскомъ дворцѣ, любила здѣсь имѣть птицъ. Въ документахъ бывшаго Царскосельскаго Архива (нынѣ хранится въ Московскомъ Отдѣленіи Общаго Архива Министерства Императорскаго Двора) нерѣдко встрѣчаются записи, подобныя слѣдующимъ: «1735 года 2 2 ноября, лакей двора его высочества просить рябицы птицамъ, которыя въ спальнѣ государыни цесаревны». Любила цесаревна и особую траву съ огуречнымъ запахомъ, и ее приказывала класть въ свою спальню. 27 апрѣля І73& года,—читаемъ мы въ одномъ архивномъ документѣ, —«ея высочество благовѣрная государыня цесаревна Елизавета Петровна именнымъ своего высочества изустнымъ указомъ указала, чтобъ изготовили въ верхнихъ апартаментахъ про ея высочество спальню, также и травы набрали, которая пахнетъ огурцами, и оную траву положили въ той же спальнѣ, и чтобъ все это приготовили къ 29му сего апрѣля». Елизавета Петровна сама слѣдитъ за исправнымъ содержаніемъ своего дворца и дѣлаетъ распоряжения о производствѣ въ немъ ремонтовъ. Вступивъ на престолъ, Елизавета Петровна не забыла Царскаго Села и постепенно, въ нѣсколько лѣтъ, изъ скромнаго Петровскаго дворца создала цѣлый фантастическироскошный міръ, соперничающей съ Версалемъ. Въ 1744 году «въ прежде построенныхъ палатахъ» передѣлываются въ залѣ панели, а во всѣхъ вообще комнатахъ—полы. Въ томъ же году во дворецъ было прислано и тканыхъ ковровъ (изъ нихъ одинъ половой), нѣкоторые «малороссійской работы», всѣ они были взяты изъ конфискованнаго имущества Головкина, Левенвольда и Менгдена. Въ слѣдующемъ году два покоя дворца были обиты штофными желтыми обоями съ серебрянымъ позументомъ.
Въ 1 744"мъ же Г°ДУ) подъ наблюденіемъ архитектора Трезини, крестьянинъ Ив. Ив. Крутовъ строилъ по обѣ стороны палатъ флигели, въ два этажа, внизу— погреба, своды подъ однимъ правымъ флигелемъ, въ другомъ же стѣны были подняты лишь для симметріи. Каждый флигель имѣлъ въ ширину з72 сажени и въ длину 14 Ѵ2 саженъ. Лаковый мастеръ Яганъ Неймеръ дѣлалъ въ залѣ дворца лаковыя шпалеры (можетъбыть, тѣ самыя, которыя находились въ Китайскомъ залѣ). 2б іюня 1745 г°Да императрица Елизавета Петровна во время своего пребыванія въ Царскомъ Селѣ «повелѣла въ нижнихъ апартаментахъ обоихъ флигелей употреблять такіе обои, какіе дѣлаются на» извѣстной въ XVIII столѣтіи Ярославской «фабрикѣ Затрапезнаго». Въ декабрѣ того же года живописецъ Каравакъ посылаетъ въ Царское Село для письма плафона нѣсколькихъ русскихъ художниковъ. Въ 1745 Г0ДУ устраивается картинная комната дворца. Для нея, по приказанію государыни, живописецъ «звѣрей» Гротъ пріобрѣлъ за 12.000 рублей іі5 рѣдкихъ картинъ въ Прагѣ и Богеміи, исполненныхъ лучшими художниками. Прекрасное представленіе объ этомъ интересномъ художественномъ собраніи даетъ намъ опись картинъ, составленная самимъ Гротомъ. Въ этомъ же году въ Царскосельскомъ дворцѣ производятся столярная, рѣзная и живописная работы. Происходитъ починка плафоновъ. Въ высочайшемъ повелѣніи отъ іу апрѣля 1747 года говорится о желѣзныхъ воротахъ противъ дворца, при чемъ сказано, что чертежи къ нимъ были сдѣланы архитекторомъ Чевакинскимъ и что для дѣланія рѣшетокъ по обѣимъ сторонамъ этихъ воротъ иноземцу Кордони уже данъ планъ. Однако, какъ ворота, такъ и рѣшетки (тѣ и другія очень красивы) сдѣланы были Кордони по чертежамъ оберъархитектора графа Растрелли. «17 апрѣля 1749 г°Да> — пишетъ оберъархитекторъ графъ фонъРастрелли, — ея императорское величество, по представленіи отъ меня чертежей, изволила ихъ апробовать и приказала мнѣ объявить въ контору строенія въ Селѣ Царскомъ дворцовъ: двѣ галлерей, которыя сдѣланы по проекту моему, выкрасить снаружи цвѣтомъ подобно, какъ каменное строеніе, а рѣзную работу вызолотить. Гербы также вызолотить, а въ средину клейма сдѣлать имя ея императорскаго величества, а внутри галлерей убрать столярною и рѣзною работою, окрасивъ внутреннія стѣны зеленою краскою и вызолотивъ рѣзьбу. А другіе фронтоны, которые стоятъ надъ палатами, также вызолотить и сдѣлать имя блаженныя и вѣчнодостойныя памяти ея императорскаго величества государыни императрицы Екатерины Алексѣевны. Флигель противъ церкви, гдѣ быть большому залу для портретовъ фамиліи ея императорскаго величества (гдѣ теперь
картинный залъ), мѣсто купола, какъ показано на чертежѣ, сдѣлать съ пьедесталами и лучшимъ украшеніемъ, а на каждомъ пьедестапѣ корону императорскую и вызолотить». Съ 1749 г°Да Вдутъ дѣятельныя работы по украшенію и отдѣлкѣ новой придворной Царскосельской церкви. Графъ Растрелли сочиняетъ чертежъ для живописца Георга Грота, съ указаніемъ, какого размѣра должны быть написаны имъ 37 икон,ь въ придворную церковь Воскресенія Христова. Вмѣстѣ съ Гротомъ пишутъ живописцы Веберъ и Николай Папафилъ и «живописный мастеръ» Фанцель. Императрица пожелала сама размѣстить на рисункѣ иконостаса, гдѣ должна быть та или иная икона. На бѣломъ листовомъ желѣзѣ Гротъ написалъ для царскихъ дверей иконы Благовѣщенія и четырехъ евангелистовъ. Елизавета Петровна, весьма интересовавшаяся какъ вообще всѣми работами, происходившими въ Царскосельскомъ дворцѣ, такъ и трудами Грота въ частности, ю апрѣля 1749 г°Да требуетъ сообщить ей точный размѣръ написанной Гротомъ иконы Тайной Вечери, у ноября, по приказанію государыни, контора строеній Села Царскаго предписываетъ Гроту, «который въ сипу именного ея императорскаго величества указа въ Село Царское пишетъ историческія картины», немедленно сообщить, сколько и какихъ успѣлъ онъ написать картинъ и иконъ. «Писалъ ко мнѣ, —читаемъ мы въ одномъ рапортѣ архитектора Земцова, — господинъ оберъархитекторъ графъ Растрелли, вопервыхъ, о печя (съ приложеніемъ рисунка), гдѣ ей быть въ новой Царскосельской придворной церкви, вовторыхъ, о святыхъ иконахъ, какимъ быть вверху въ иконостасѣ и на плафонѣ. Я нынѣ докладывалъ ея императорскому величеству, и ея императорское величество изволитъ спрашивать рисунокъ иконостаса, а о плафонѣ изволитъ упоминать, что, если въ мѣстныхъ иконахъ будетъ Воскресеніе, то на плафонѣ изобразить Вознесеніе; однако, надобно прислать рисунокъ и ппафонъ. А о печи въ церкви государыня упоминала, что еще будетъ время рѣшить этотъ вопросъ, только сомнѣвалась о перегородкѣ, такъ какъ графомъ деРастрелли ни письменно, ни на рисункѣ не показано, гдѣ должна быть та печь—въ нижнемъ или верхнемъ этажѣ, и если въ нижнемъ, то тамъ не нужно дѣлать перегородки, кромѣ однихъ столбовъ и на нихъ перемычекъ, вверху же устроить одну рѣшетку. Поэтому прикажите господамъ живописнымъ мастерамъ, чтобы Гротъ сдѣлалъ абрисъ иконостасу, хотя бы и безъ украшенія, съ одними только мѣстами и съ показаніемъ литеръ, какія изъ иконъ не написаны, и гдѣ какая будетъ, свободныя же мѣста оставить просто для размѣтки ея величеству, а Валеріани написать на плафонѣ, буде въ мѣстныхъ образахъ есть Воскресеніе, то Вознесеніе; и эти рисунки прислать поскорѣе. А о церкви, чему
быть какъ въ верхнемъ, такъ и въ нижнемъ этажѣ, отъ [ея императорскаго величества апробовано». Предполагалось было, что Гротъ напишетъ и плафоны въ церковь, но онъ отказался отъ этой работы и умеръ, не успѣвъ окончить и всѣхъ упомянутыхъ иконъ. і8 декабря 1749 Г0Да» п0 возвращеніи изъ Москвы, государыня «въ высочайшее свое пребываніе въ Церскомъ Селѣ соизволила указать: начатые и еще не оконченные покойнымъ живописцемъ Гротомъ образа въ новую церковь дописать его подмастерью Веберу», а также ему же немедленно кончить тѣ иконы, которыя писалъ самостоятельно самъ Веберъ. Ровно черезъ годъ (гі декабря і75° г°Да) Елизавета Петровна приказала «къ написаннымъ покойнымъ живописнымъ мастеромъ Гротомъ и его подмастерьемъ Веберомъ образамъ — остальные писать живописнымъ мастерамъ Караваку, Валеріани, Тарсію, Вишнякову «съ живописцами, находящимися въ его вѣдѣніи, и упомянутому подмастерью Веберу». Относительно же размѣщенія иконъ въ иконостасѣ и на боковыхъ стѣнахъ между рѣзнымъ уборомъ «по пристоинству и согласію храма»—просить указаній отъ Святѣйшаго Синода. Но лишь чрезъ 2*/2 года послѣ этого высочайшаго повелѣнія къ петербургскому архіерею было послано приблизительно слѣдующее отношеніе отъ царскосельской конторы: «Преосвященнѣйшій владыко, милостивый государь и архипастырь! По именному ея императорскаго величества указ}', повелѣно требовать наставленія, какимъ образомъ въ новостроющейся въ Царскомъ Селѣ церкви Воскресенія Христова на боковыхъ стѣнахъ расположить образа. А такъ какъ при семъ приложенъ чертежъ мѣстъ для иконъ въ иконостасѣ и прочихъ мѣстахъ, съ надписями, въ какія мѣста иконы уже написаны, то просимъ ваше преосвященство, во исполненіе упомянутаго повелѣнія государыни, надписать на свободныхъ мѣстахъ этого чертежа, какъ размѣстить иконы, и затѣмъ чертежъ прислать обратно». Три года спустя, іб мая 1753 г°Да > контора строеній Села Царскаго предписала архитектору Чевакинскому, чтобы онъ, по размѣткѣ с.петербургскаго преосвященнаго, назначилъ писать иконы тѣмъ живописцамъ, «которые умѣютъ лучше, — на передней стѣнѣ въ иконостасѣ, а которые похуже,—тѣмъ вверху по стѣнамъ». іу апрѣля 1749 г°Да государыня приказала стѣны придворной церкви внутри «выкрасить краской синяго цвѣта, а орнаменты, рѣзьбу и прочія украшенія вызолотить». Къ осени Елизавета Петровна передумала и пожелала отмѣнить это свое распоряженіе. 27 сентября, —говорится въ одномъ архивномъ документѣ, — «ея императорское величество изволила приказать въ церкви стѣны выкрасить подъ лакъ самымъ пунцовымъ колеромъ изъ лучшаго кармина, орнаменты же, рѣзьбу и прочія украшенія Гарское Гарское Гарское Гарское село. село. село. село.
высеребрить, а не золотить». — Однако, первое распоряженіе императрицы, объявленное іу апрѣля, болѣе, чѣмъ наполовину было уже исполнено. «Объ украшеніяхъ церковныхъ Царскаго Села, читаемъ мы въ донесеніи архитектора Земцова, что они уже въ большей части вызолочены до полученія указа ея императорскаго величества о серебреніи, —я доносилъ ея величеству, и ея императорское величество указала быть тому украшенію золоченом}'', какъ уже начато, а грунтъ на стѣнахъ употребить лучше и приличнѣе къ золоту изъ берлинской лазоритемносиній. Иконы мѣстныя обождать писать до прибытія ея величества въ ІТетербургъ, такъ какъ государыня намѣрена, съ помощью Вышняго, совершенно быть въ Селѣ Царскомъ къ торжественному дню своего рожденія, тоесть къ і8 декабря, и для отъѣзда уже учиненъ и нарядъ подводамъ». Интересная опись придворной Царскосельской церкви составлена была въ 1757 Г°ДУ архитекторомъ Неѣловымъ. 24 апрѣля 1 75 2 г°Да Елизавета Петровна «изустно соизволила ука. зать въ Петергофскомъ ея императорскаго величества дворцѣ галлерею рѣзною и золотарною работою не убирать, а убрать ее живописными картинами, которыя взять изъ здѣшнихъ дворцовъ и изъ Царскаго Села». Картины эти, реставрированныя Фанцелемъ, вѣроятно, нѣкогда помѣщапись въ комнатахъ дворца и впослѣдствіи были снесены въ кладовую. Онѣ, впрочемъ, такъ и остались въ Царскомъ Селѣ, такъ какъ 9 іюня государыня измѣнила свое желаніе и Петергофскую галлерею приказала украшать не картинами, а рѣзьбою «и прочимъ». —Курьезный списокъ всѣхъ этихъ картинъ, бывшихъ въ Царскомъ Селѣ, сохранился. Въ і752—1753 гг во дворцѣ производятся рѣзная и столярная работы. Въ 1753 Г°ДУ наружныя стѣны дворца были окрашены. Живописецъ Градици пишетъ плафонъ въ аванзалъ; писались также плафоны въ только что отстроенныхъ антикамерахъ и въ галлереѣ. Художественныя работы во дворцѣ производятъ и многіе другіе живописцы. «Живописецъ, театральный архитекторъ, Императорской Академіи Наукъ профессоръ перспективы» Іосифъ Валеріани написалъ плафонъ въ новый залъ, что между среднимъ домомъ и антикамерами. 3 марта 1753 государыня приказала золотарному мастеру Лепренцу выписать «изъза моря» зеркала для внутренняго украшенія новопостроеннаго большого зала. Въ концѣ марта оберъархитекторъ графъ деРастрелли писалъ: «Сего марта 23 дня ея императорскому величеству, всемилостивѣйшей государынѣ была представлена мною модель лѣстницы, которую ея императорское величество апробовать соизволила. Въ новый эрмитажъ большого дворца ея величество соизволила сдѣлать столъ для восьми персонъ. 10