От наложницы до вдовствующей императрицы: Цыси (взгляд из России)
Покупка
Издательство:
Наука
Автор:
Ли Дунсинь
Год издания: 2026
Кол-во страниц: 194
Дополнительно
Вид издания:
Монография
Уровень образования:
Дополнительное профессиональное образование
ISBN: 978-5-02-040627-8
Артикул: 879130.01.99
В монографии исследуется восприятие китайской вдовствующей императрицы Цыси — фактической правительницы Китая на протяжении почти полувека — в общественном мнении России в конце XIX — начале XX в.,
рассматриваются жизненный путь Цыси — от наложницы до вдовствующей императрицы, ее политическая деятельность, роль в ключевых событиях эпохи, включая восстание ихэтуаней (или «боксеров»), а также повседневная жизнь и личностные особенности, раскрывающие частную сторону жизни правительницы. Исследование опирается на комплексный анализ архивных материалов и периодических изданий, что способствует более точному описанию образа Цыси в представлениях российской публики и выявляет новые аспекты восприятия «образа другого» в контексте русско-китайских отношений.
Книга адресована специалистам-историкам, преподавателям, студентам, а также широкому кругу читателей, интересующихся историей российско-китайских отношений.
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Ли Дунсинь • ОТ НАЛОЖНИЦЫ ДО ВДОВСТВУЮЩЕЙ ИМПЕРАТРИЦЫ: ЦЫСИ (ВЗГЛЯД ИЗ РОССИИ) Москва Наука — Восточная литература 2026
УДК 94(510)
ББК 63.3(5Кит)+63.3(2)53
Л55
Данная работа выполнена в рамках крупного тендерного проекта
Китайского Национального Фонда общественных наук
(проект № 24&ZD303;
тема «История ранних китайско-российских отношений (до 1912 г.)»)
Рецензенты
кандидат исторических наук О.В. Белоусова
кандидат исторических наук В.Г. Шаронова
Ли Дунсинь
От наложницы до вдовствующей императрицы: Цыси (взгляд
из России) . — М.: Наука — Вост. лит., 2026. — 190 с. — ISBN
978-5-02-040627-8
В монографии исследуется восприятие китайской вдовствующей императрицы Цыси — фактической правительницы Китая на протяжении почти полувека — в общественном мнении России в конце XIX — начале XX в.,
рассматриваются жизненный путь Цыси — от наложницы до вдовствующей
императрицы, ее политическая деятельность, роль в ключевых событиях
эпохи, включая восстание ихэтуаней (или «боксеров»), а также повседневная жизнь и личностные особенности, раскрывающие частную сторону
жизни правительницы. Исследование опирается на комплексный анализ
архивных материалов и периодических изданий, что способствует более
точному описанию образа Цыси в представлениях российской публики и
выявляет новые аспекты восприятия «образа другого» в контексте русскокитайских отношений.
Книга адресована специалистам-историкам, преподавателям, студентам, а также широкому кругу читателей, интересующихся историей российско-китайских отношений.
ISBN 978-5-02-040627-8
© Ли Дунсинь, 2026
© ФГБУ «Издательство «Наука»,
редакционно-издательское оформление,
2026
Содержание Введение ................................................................................................ Глава 1 Цыси в 1852–1889 гг.: от наложницы до вдовствующей императрицы (взгляд из России) ........................ 33 1.1. Изображение будущей правительницы от ее рождения и до участия в перевороте 1861 г. ......................................... 33 1.2. Цыси в 1862–1875 гг. как формирующийся центр власти: регентство и поддержка «движения самоусиления» .......... 47 1.3. Императрица в фокусе усиливающегося медийного внимания: второе регентство в 1875–1889 гг. ..................... 55 Глава 2 Освещение деятельности вдовствующей императрицы в 1889–1900 гг. ..................................................................................... 63 2.1. Цыси и Гуансюй: богдыхан в тени вдовствующей императрицы .......................................................................... 63 2.2. Подача информации о подарках вдовствующей императрице Цыси от российского императорского дома .. 68 2.3. Русская пресса о дворцовом перевороте 1898 г. .................. 74 2.4. Русские дипломаты и публицисты о выборе вдовствующей императрицей наследника престола и дворцовом перевороте 1900 г. ............................................ 89 Глава 3 Впечатления в России о последних годах правления Цыси .......... 103 3.1. Вдовствующая императрица и движение ихэтуаней в русской периодике ............................................................... 103 3.2. Бегство Цыси из Пекина и нормализация отношений с западными державами в отражении русской печати ..... 114 3.3. «Новая политика» вдовствующей императрицы в 1902–1908 гг. и политическая конъюнктура России ...... 136 Глава 4 «Русский образ» Цыси — императрицы и человека ........................ 150 4.1. Современники о внешности китайской правительницы ... 150 4.2. Оценки личности и характера вдовствующей императрицы .......................................................................... 154 4.3. Взгляды на повседневную придворную жизнь Цыси ........ 161 Заключение .......................................................................................... 171 Список использованных источников и литературы ........................ 177 Указатель имен .................................................................................... 188
а фоне результативности кросскультурного подхода
изучение истории представлений, сформировавшихся в
рамках одних культур, о культурах других, причем неблизких и малоизвестных, представляется перспективным как
направление исследований. Рассмотрение того, как в дореволюционной России происходило узнавание далекого и малопонятного Китая, является важной проблемой, решение которой
позволяет проанализировать особенности национальной модели
складывания стереотипов о культурно далеких обществах, являвшихся гораздо более традиционными, нежели общество Российской империи. Реконструкция таких стереотипов полезна и
для более точного понимания социокультурных и мировоззренческих особенностей образованной общественности России в конце XIX — начале XX в., когда в стране протекали интенсивные
модернизационные перемены. В процессе восприятия иной
страны и ее культуры общественное сознание фокусируется
главном образом на определенных событиях или заметных личностях1. В конце XIX — начале XX в. в империи Цин формально
правил молодой император Гуансюй (1875–1908), однако вся
реальная власть была сосредоточена в руках вдовствующей императрицы Цыси (1835–1908), которая приходилась родной матерью предыдущему императору Тунчжи (1861–1875) и приемной — Гуансюю. Цыси почти полвека находилась у власти, взяв
обоих императоров под свою опеку, определяла внутриполитический и внешнеполитический курс Китая, являлась важной
фигурой в событиях на Дальнем Востоке в тот период.
1 Образ Петра Великого в странах Восточной Азии / Под ред. Н.А. Самойлова. М., 2022. С. 8.
Н
Представители общественного мнения в дореволюционной России в настоящей работе — разноплановые. С одной стороны, это дипломаты, редакторы, публицисты, корреспонденты, путешественники, свидетели политических событий в Китае. Некоторые из них, находясь в Китае, получили аудиенцию у императрицы в ее дворце или загородной резиденции. Их наблюдения и мнения сыграли важную роль в процессе формирования представлений о китайской императрице в России. Таким образом, эти авторы были одновременно создателями коллективного воображения российского образованного общества и проводниками сложившегося представления в российском общественном мнении о вдовствующей императрице Цыси. С другой стороны, носителем общественного мнения являлась русская общественность, бывшая потребителем этой публицистической продукции. В русской прессе, воспоминаниях и даже донесениях русских дипломатов появлялись сообщения, далекие от действительности. В то же время любые представления являются историческим ментальным конструктом, несмотря на их истинность или ложность. И те и другие становятся важными инструментами формирования стереотипов и определяемого во многом именно такими стереотипами общественного мнения. Взаимоотношения между Россией и Китаем имеют длительную историю. В XVII в. русские посольства предприняли первые шаги в направлении формирования отношений между двумя странами. Новый этап этих отношений наступил в пореформенный период истории России, когда в стране развернулась масштабная модернизация. На рубеже XIX–XX вв. дальневосточное направление внешней политики стало приоритетным для России. Тогда же в истории Дальнего Востока произошли важные события, которые привели к коренным изменениям геополитической ситуации в этом регионе. Китай стал объектом интересов европейских держав, старавшихся оказать большее влияние на правительство этой страны, и отношения между Петербургом и Пекином вышли на новый уровень развития. Вместе с тем сведения о самом Китае и его правителях в общественном мнении России оставались скудными и фрагментарными. Лишь в конце ХIХ в. в русской прессе стали появляться первые статьи о правителях Поднебесной, в том числе о вдовствующей императрице Цыси. Спустя несколько лет в прессе появились и портретные изображения этой правительницы.
Рассмотрение восприятия вдовствующей императрицы Цыси в русском общественном мнении позволяет уточнить понимание общественных настроений в Российской империи относительно интересов страны на Дальнем Востоке. Хронологические рамки исследования определяются в соответствии с объектом и предметом изучения и охватывают период с 90-х годов XIX в., когда в России сформировался геополитический интерес к Дальнему Востоку, до кануна Первой мировой войны, когда в стране продолжали выходить материалы о скончавшейся в 1908 г. Цыси. В монографии автор всесторонне исследует восприятие образа вдовствующей императрицы Цыси, отношение к ее политической деятельности в русском общественном мнении в конце XIX — начале ХХ в. Данное исследование обусловлено тем, что в нем задействованы возможности потестарной имагологии как перспективного междисциплинарного направления, позволяющего анализировать описание образов власти, ее презентационных акций в текстах и документах и их восприятие коллективным адресатом. Также материал монографии демонстрирует, что для успешной реконструкции коллективных отражений исторической действительности эффективным ходом является расширение понятия носителей общественного мнения, в число которых в работе включены не только пассивные потребители медийной продукции, но и активные акторы исторического процесса, чьи действия во многом и формируют ту картину, которую впоследствии СМИ транслируют на свои целевые группы. Результаты исследования могут быть использованы при подготовке учебно-методических пособий, общих и специальных курсов, посвященных русско-китайским отношениям в конце ХIХ — начале ХХ в., восприятию Китая и его правителей в русском общественном мнении. Структура монографии организована по проблемно хронологическому принципу в соответствии с целями и задачами исследования. Она включает в себя введение, четыре главы, разделенные на параграфы, и заключение. Во введении дается обоснование научной значимости и актуальности темы исследования, определяются объект и предмет работы, формулируются ее цель и задачи, раскрывается методология, указываются хронологические рамки, фиксируются
территориальные границы, оценивается степень изученности темы, систематизируются использованные источники. В первой главе — «Цыси в 1852–1889 гг.: от наложницы до вдовствующей императрицы (взгляд из России)» — рассматривается ранний период биографии Цыси, ее превращение из наложницы во властительную императрицу-регентшу, приводятся сведения о вхождении Цыси в дело управления государством. В силу того что императрица Цыси происходила из семьи чиновника среднего уровня и во многом случайно оказалась наложницей в гареме богдыхана, а ее последующее возвышение оказалось следствием непредвиденного стечения нескольких обстоятельств (отсутствие у императора Сяньфэна других наследников, кроме как от этой наложницы, ранняя кончина Сяньфэна и последующее превращение матери наследника в императрицу-регентшу, а также смерть бездетным ее сынабогдыхана), сведения о жизни этой правительницы до того момента, как она превратилась во всесильную вдовствующую императрицу, за пределами империи Цин, в том числе в России, были крайне скудными. Это обстоятельство, а также закрытость Китая от внешнего мира в значительной степени способствовали мифологизации ее образа, в том числе ее пути к верхушке власти. Во второй главе — «Освещение деятельности вдовствующей императрицы в 1889–1900 гг.» — внимание уделено рассмотрению действий вдовствующей императрицы Цыси в конце XIX в. во внутренней политике империи Цин и в вопросах международных отношений, в том числе с Россией. Политическая жизнь Китая, в которой Цыси играла ведущую роль при слабом и зависимом от нее императоре, начинает заметно интересовать общественное мнение России, а вдовствующая императрица становится главным объектом его внимания. Восприятие борьбы реформаторской и консервативной партий в правительственных верхах Китая и места в этой борьбе Цыси также складывается с учетом геополитических интересов России. В третьей главе — «Впечатления в России о последних годах правления Цыси» — на основе публикаций в периодической печати изучаются история Боксерского восстания и деятельность вдовствующей императрицы в 1900–1901 гг., а также реформаторские инициативы последних лет ее правления. Во время восстания одновременно дали о себе знать несколько проблем: борьба группировок в правительственных верхах, массовое ни
зовое традиционалистское движение против вестернизации Китая, намерения западных держав усилить свое влияние в империи Цин. Суммарный эффект от всех этих проблем вызвал противоречивые действия Цыси — от поддержки восставших до попыток продемонстрировать западным державам свою позицию как вполне удобную для них. Вместе с тем в общественном мнении России подобные действия Цыси воспринимались с корректировкой в комплиментарную для нее сторону из-за сохранявшегося преобладания дальневосточного вектора во внешней политике страны и по причине симпатий к ее умеренно-реформаторским намерениям, разделяемым в русском обществе до его радикализации в 1905–1906 гг. В четвертой главе — «„Русский образ“ Цыси — императрицы и человека» — на основе русской периодической печати и воспоминаний современников Цыси дается представление об образе императрицы Поднебесной, широко распространенное в общественном мнении России. Во всей деятельности Цыси не просматривается никакой цельной идеологии, налицо только маневрирование между различными «партиями» и кровавые интриги, нацеленные на сохранение собственной власти. Контакты между императорскими дворами Петербурга и Пекина в конце XIX — начале XX в. производили в общественном мнении России яркое и благоприятное впечатление. Информация об аудиенциях русских посланников у Цыси, о подарках друг другу Николая II и вдовствующей китайской императрицы, о сопровождавших вручение этих подарков церемониях демонстрировала прочность и долгую перспективу отношений между обеими империями, порождала чувство стабильности и уверенности в правоте дальневосточного направления как ведущего во внешней политике России. Неявным, но прочитываемым посылом представления этих контактов в русской прессе было и то, что обе страны одинаково понимают необходимое для них развитие как адаптацию прогресса и его достижений, но без заимствования западных политических моделей. Если контакты между дворами выказывали близость политических ориентаций Цыси вместе с ее «партией» и Николая II (а в его лице всего сложного конгломерата правительственной власти), то вырисовывавшийся в русской периодике образ китайской вдовствующей императрицы сильно диссонировал с образом русских самодержцев начиная с Николая I. Русскому монарху-труженику (одновременно управляющему всей государственной машиной, воена
чальнику, заботливому попечителю о всех сословиях империи, примерному главе собственного семейства и пр.) фактически противопоставлялся диковинный образ сказочной и абсолютно далекой для русского обывателя по своим жизненным установкам правительницы, существующей как бы вне времени, исключительно в пространстве циклически повторявшегося ритуала. В заключении подводятся итоги исследования и делаются выводы. Поскольку жизненный путь Цыси на его ранних этапах был неизвестным в силу ее происхождения, положения при дворе в качестве императорской наложницы, чей образ жизни был предельно закрытым, он стал объектом разного рода домыслов. Международная конъюнктура, сложившаяся вокруг Китая к концу XIX в., в любом случае неизбежно способствовала бы тому, что в случае сохранения империи Цин в качестве самостоятельного, пусть при этом и не слишком могущественного, государства к его правителю было бы приковано повышенное внимание из-за границы. В свою очередь, для русского общества в ситуации стабилизации Великих реформ, которые дали к концу XIX в. свои пусть и временные, но позитивные результаты, умеренно-реформаторские намерения Цыси выглядели весьма привлекательными. Восприятие вдовствующей императрицы в России на фоне и после Боксерского восстания претерпело как бы вторую волну мифологизации. Ее очевидные просчеты, во многом стимулировавшие это массовое движение с традиционалистскими лозунгами, в русской прессе не игнорировались, но объяснялись в благоприятном для нее свете. Критические выступления в адрес Цыси имели место, но они не были доминировавшими. В условиях фактического отсутствия публичной политики в Российской империи (до 1905–1906 гг.) и в империи Цин (до Синьхайской революции) презентации власти отчасти выполняли функцию формирования определенных общественных настроений. Именно в этом ключе следует рассматривать аудиенции русских дипломатов у Цыси и обмен подарками между императрицей Цин и Николаем II. Каждая из сторон была заинтересована в максимальном освещении подобных акций. При формировании медийного образа Цыси в русском общественном мнении существенное внимание уделялось личностному аспекту, восприятию вдовствующей императрицы в том числе как человека со свойственными ему поведенческими особенностями.
Историография
Обзор использованной в исследовании литературы следует
систематизировать по нескольким направлениям.
Первое направление — это работы, посвященные непосредственно самой вдовствующей императрице Цыси. В России данное
направление открывается исследовательской работой, вышедшей
уже через несколько лет после кончины Цыси. В 1912 г. журналист и ученый И.И. Попов опубликовал свою книгу об истории
Китая, в которой одна из глав посвящена императрице Цыси2.
И.И. Попов, опираясь на материалы в основном из научных
изданий и различных периодических публикаций, составил
обстоятельную биографию вдовствующей императрицы. По его
мнению, императрица Цыси обладала способностью «самовластно» управлять государством железной рукой, однако ее нельзя считать патриоткой своего отечества, поскольку целью ее
жизни было лишь «достижение верховной власти»3. Важно отметить, что книга содержит иллюстрации, в том числе фотографии вдовствующей императрицы, взятые из русской периодической печати. Как отмечал И.И. Попов, цель его книги «не
научная, а популяризация сведений о событиях и народах»
того периода4. Вместе с тем данная книга стала первым опытом не публицистического, а аналитического осмысления истории правления Цыси.
Советская историография уделяла меньше внимания личностям китайских правителей. Известный историк-китаист академик С.Л. Тихвинский специально не изучал биографию Цыси, однако представлял ее в совершенно негативном свете в
своих работах5. Во втором издании монографии о движении за
реформы в Китае он, расширяя круг источников, ввел в научный оборот материалы из Архива внешней политики Российской империи МИД СССР, чем существенно дополнил советскую и зарубежную историографию проблемы. Советские историки давали негативную оценку императрице-регентше Цыси,
характеризуя ее как типичного реакционера.
2 Попов И.И. От Небесной Империи к Серединной республике. М., 1912. С. 44–
79.
3 Там же. С. 69, 79.
5 Тихвинский С.Л. Движение за реформы в Китае в конце XIX века и Кан
Ювэй. М., 1959; он же. История Китая и современность. М., 1976.