Эпоха неверия. Сборник рассказов
Покупка
Основная коллекция
Тематика:
Литература Азии и Африки
Издательство:
Санкт-Петербургский государственный университет
Автор:
Пак Кённи
Год издания: 2025
Кол-во страниц: 223
Дополнительно
Вид издания:
Художественная литература
Уровень образования:
Дополнительное образование
ISBN: 978-5-288-06516-3
Артикул: 876911.01.99
В настоящем сборнике представлены переводы рассказов и одной повести «Пора фантазий» корейской писательницы Пак Кённи (1926-2008). Одноименный сборник «Эпоха неверия» () был опубликован на корейском языке в 2021 году. Большинство историй из сборника автобиографичны. Пак Кённи рассказывает о быте и жизни корейского народа на фоне исторических событий XX века, в каждом из рассказов ярко запечатлены самобытные черты национального характера. Для писательницы важно показать хрупкость человеческой жизни, милосердие и сострадание к ближнему, человеческое достоинство и дух сопротивления вопреки всем трудностям и несчастьям. В малой прозе Пак Кённи проявляется и оригинальный авторский стиль изложения: деликатное отношение к региональным особенностям корейского языка и попытка воспроизвести колорит речи различных представителей корейского общества. Судьбы героев и героинь всех представленных рассказов образуют единый поток реки под названием «жизнь».
Книга адресована всем, кто интересуется литературой, культурой и историей Кореи.
Тематика:
ББК:
УДК:
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
УДК И (Кор)
ББК 84 И (Кор)
П13
П13
Пак Кённи
Эпоха неверия. Сборник рассказов / пер. с кор.; под ред.
И. В. Цой, В. О. Поповой, Д. В. Поспелова; вступ. ст. Д. В. Поспелова. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2025. — 220 с.
ISBN 978-5-288-06516-3
В настоящем сборнике представлены переводы рассказов и одной повести «Пора фантазий» корейской писательницы Пак Кённи (1926–2008).
Одноименный сборник «Эпоха неверия» (ٙݦݤо) был опубликован на
корейском языке в 2021 году. Большинство историй из сборника автобио-
графичны. Пак Кённи рассказывает о быте и жизни корейского народа
на фоне исторических событий XX века, в каждом из рассказов ярко запечатлены самобытные черты национального характера. Для писательницы
важно показать хрупкость человеческой жизни, милосердие и сострадание
к ближнему, человеческое достоинство и дух сопротивления вопреки всем
трудностям и несчастьям. В малой прозе Пак Кённи проявляется и оригинальный авторский стиль изложения: деликатное отношение к региональным особенностям корейского языка и попытка воспроизвести колорит
речи различных представителей корейского общества. Судьбы героев и
героинь всех представленных рассказов образуют единый поток реки под
названием «жизнь».
Книга адресована всем, кто интересуется литературой, культурой и историей Кореи.
УДК И (Кор)
ББК 84 И (Кор)
ᕅዜ ᚸᰐᰌర
ʦсе права защищены. Перевод публикуется по разрешению
гражданина Республики Корея господина Kим Сехи.
Фотографии предоставлены архивом Фонда «Земля»
На фронтисписе фотография Пак Кённи 1974 г.
ISBN 978-5-288-06516-3
© Санкт-Петербургский
государственный университет, 2025
СОДЕРЖАНИЕ Поспелов Д. В. «Запечатлевая жизнь чернилами на бумаге» ......... «Эпоха неверия» Пак Кённи Расчет. Пер. Д. В. Поспелова .......................................................................... 7 Черное — это черное, белое — это белое. Пер. И. В. Цой .................... 23 Мрачные времена. Пер. И. В. Цой .......................................................... 37 Эпоха неверия. Пер. В. М. Тихонова ........................................................... 62 Закоулок. Пер. А. Д. Федотовой ................................................................... 79 Пора фантазий. Пер. М. В. Солдатовой, Ро Чжи Юн .............................. 94 Болезнь, которую не излечить и лекарством. Пер. И. В. Цой ............... 161 Кан Чихи. Ночь без грез и фантазий. Пер. А. А. Дудиновой ................. 189 Вехи жизни и творчества ............................................................................. 206 Произведения Пак Кённи ............................................................................ 211
«ЗАПЕЧАТЛЕВАЯ ЖИЗНЬ ЧЕРНИЛАМИ НА БУМАГЕ» В сборник вошли шесть рассказов и одна повесть («Пора фантазий») корейской писательницы Пак Кённи (28.10.1926 — 05.05.2008). Одноименный сборник «Эпоха неверия» (ٙݦݤо) был опубликован на корейском языке в 2021 г. Литературный талант, жизнь, полная горестей и радостей, испытаний, борьбы и преодоления, а также тонкая душевная организация и бесконечная наблюдательность позволили писательнице встать в один ряд с классиками мировой литературы XX века. Творчество Пак Кённи так или иначе автобиографично, что сказывается на всех ее произведениях, в которых искусно переплетаются художественный вымысел и описание событий, непосредственно имевших место в жизни писательницы. Она жила в непростое для корейского народа время: застала период японской аннексии, Вторую мировую войну, а затем Корейскую войну и разделение некогда единой страны на два противоборствующих государства. В личной жизни писательница столкнулась с не менее жестокими потрясениями: не миновало и десяти лет с момента ее замужества, как на Корейской войне погиб ее муж, а затем, несколькими годами позже в результате несчастного случая, не стало и восьмилетнего сына. При этом Пак Кённи не сгибалась под ударами судьбы и продолжала свой жизненный путь, запечатлевая свои переживания, эмоции и мысли чернилами на бумаге. Трудом всей жизни писательницы, над которым она работала с 1969 по 1994 год, можно безусловно назвать двадцатитомный роман-эпопею «Земля». В нем описывается судьба и быт корейского народа конца XIX — середины XX века. Первые два тома романа уже переведены на русский язык. Но литературное наследие Пак Кённи этим не исчерпывается. В своей писательской деятельности Пак Кённи создала более двадцати романов и повестей, множество рассказов; при жизни были изданы три ее поэтических сборника;
четвертый сборник стихотворений вышел в свет уже после ухода писательницы из жизни. В сборник «Эпоха неверия» вошли произведения писательницы, опубликованные с 1955 по 1968 год. Открывает подборку дебютный рассказ Пак Кённи «Расчет», после публикации которого к автору приходит первое признание публики и начинается ее активное следование литературной стезе. Завершающий рассказ «Болезнь, которую не излечить и лекарством» был опубликован за десять месяцев до романа «Земля» и является своего рода предтечей главного труда всей жизни писательницы. Пак Кённи в каждом из произведений, представленных в сборнике, экспериментирует с сюжетными коллизиями, создает и прорисовывает образы героев, которых впоследствии можно увидеть на страницах романа «Земля», знакомит читателей с городским и деревенским бытом, и все эти сюжетные линии выстраиваются на фоне исторических событий, имевших место в Корее в XX веке. Источником литературного вдохновения писательницы послужили все те жизненные перипетии, через которые ей пришлось пройти. Не случайно во многих рассказах один из главных персонажей — это женщина с непростой судьбой. Читатель, познакомившись с произведениями данной книги, сможет составить общее представление о творчестве Пак Кённи и окунуться в ранее незнакомый мир корейской реалистической прозы XX века. Статья профессора Кан Чихи «Ночь без грез и фантазий», приведенная в конце сборника, станет прекрасным подспорьем для более глубокого знакомства с творчеством Пак Кённи. В статье дается подробный литературоведческий анализ произведений, а также приводится систематизированное описание жизни и творчества писательницы. Данный сборник назван по одноименному рассказу «Эпоха неверия», поскольку, пожалуй, именно в нем содержится квинтэссенция авторской мысли, проходящая красной линией через все произведения книги: жизнь может быть беспощадной, но сдаваться нельзя ни в коем случае, всегда необходимо верить в лучшее и ценить настоящее. Эта же идея лаконично сформулирована в строке стихотворения Пак Кённи «Жизнь»: «И почему столь яркими для нас становятся и радость, и печаль?» Важно отметить, что эта же фраза выгравирована на первом за пределами Корейского полуострова памятнике Пак Кённи, установленном в России на территории СанктПетербургского государственного университета. В рассказе «Эпоха неверия» главная героиня сталкивается с непоправимой утратой, которая способна сломить любого другого, но в итоге, преодолевая боль и душевные муки, она решает прими
риться с реальностью и жить дальше наперекор напастям, потому что осознает, что человеческая жизнь — это борьба, в которой необходимо прилагать усилия, чтобы выйти победителем. В оригинале название рассказа звучит как «Пульсин сидэ» (ٙݦݤо), то есть «Эпоха без Бога». Эпоха безбожья, когда умирает нечто крохотное, хрупкое и нежное, однако шумный мир безучастен к страданиям. Вращение механизмов повседневности делает людей глухими к чужим стенаниям, ведь каждому надо думать о том, как наполнить прежде всего свое пустое нутро и утолить свою жажду. В такой обстановке чужие беды нежелательны и даже опасны, их лучше не подпускать близко, сохранять дистанцию. Кровные интересы превыше всего. В обществе, где для выживания приходится балансировать между жизнью и смертью, человеку непозволительно снисходить до сочувствия или сострадания. В эпоху без веры не может быть и милосердия. Как быть человеку в таких условиях? Как оставаться человеком? Где найти источник веры? И закончилась ли эта эпоха в XX веке или мы продолжаем жить в ней? Эти и другие вопросы могут возникнуть у читателя при знакомстве с произведениями Пак Кённи, и каждому предоставлен шанс найти для себя ответы на страницах данной книги. Перевод сборника «Эпоха неверия» подготовлен под эгидой Форума гражданских обществ «Диалог Россия — Республика Корея». Благодарим всех, кто прикладывал усилия для выхода в свет сборника на русском языке: переводчиков, редакторов, Издательство Санкт-Петербургского университета, сотрудников СПбГУ. Д. В. Поспелов, ведущий специалист Дирекции Форума «Диалог Россия — Республика Корея»
РАСЧЕТ Хвеин1 заканчивала одеваться. Черный шарф, намотанный коекак на шею, стал последним элементом ее простого наряда. Из ящика стола она достала запечатанный конверт и несколько сотенных купюр. Все это положила в карман пальто и вышла из дома. Около полицейской будки, горящие мигалки которой напоминали кроличьи глазки, она склонила голову и посмотрела на часы. Уже без двадцати шесть! Если идти пешком, дорога до Тондэмуна займет не менее десяти минут. Поэтому она ускорила шаг. Хвеин надо непременно попасть на Сеульский вокзал. Сегодня в восемь часов ее подруга Чона2 садится на поезд в сторону Пусана. Еще вчера они договорились встретиться в семь на вокзале. Чона приехала из Тэгу в Сеул лишь несколько дней назад. Конечно, у нее могли быть здесь и другие дела, но главной причиной ее визита было желание узнать, что творится на сердце у Хвеин. Чоне было важно прощупать почву и понять, какие чувства испытывает Хвеин после расставания c Кёнгу3, который еще совсем недавно был ее женихом. Но, как бы то ни было, для Хвеин не имело значения, с какими именно намерениями приехала ее подруга, потому что для нее Чона попрежнему оставалась желанным и любезным гостем. Хвеин ясно понимала, что она в любом случае поехала бы провожать свою подругу, будь сейчас хоть поздняя ночь, а не это раннее холодное утро. Впереди показались ворота Тондэмун. Словно рисунок тушью, проявляющийся на бумаге, линия наклона крыши ворот становилась все отчетливее. Невзрачная пристройка билетной кассы, как будто прилипший к здоровому камню краб, плотно прижалась к стене Тондэмуна. Хвеин, думая о том бедолаге, которому приходится продавать билеты этим зябким предрассветным утром, с любопытством подошла к киоску, но окно оказалось плотно закрытым. Мимо 1 Хвеин — кор. ୣࢉ, кит. 㲔㋉. Примеч. авт. 2 Чона — кор. ࢽ߅, кит. 䨇㏸. Примеч. авт. 3 Кёнгу — кор. ˁ˱, кит. ㋀㊜. Примеч. авт.
проехал направляющийся в Ёнчхон трамвай. Хвеин, дрожа всем телом, стала ждать следующего. Уличные фонари тускло освещали асфальтированную дорогу, а на небе, где краски рассвета смешивались с ясностью зачинающегося утра, еще слабо поблескивали выпуклые точки звезд, будто их облили водой. С противоположной стороны улицы возникли фигуры двух молодых людей. Они перешли трамвайные пути и направились в сторону Хвеин. По всей видимости, они тоже пришли ждать трамвая, потому что встали неподалеку от нее. Косые лучи уличного фонаря осветили их лица. Один из парней со смуглой от загара кожей, толстыми губами и прыщавым лицом хотя и выглядел достаточно грузным и неповоротливым, но его манера то и дело трясти подбородком выдавала легкомысленность его натуры. Из-за того, что он был одет в изношенную кожаную куртку, его невольно можно было принять за уличного хулигана. Он все чтото суетливо тараторил на северном диалекте. Второй парень в одной руке держал завязанный в узел тюк, а в другой — сумку и всем своим видом смахивал на измученного учебой старшеклассника. Лицо его было бледным и, словно у человека, крайне потрепанного жизнью, напрочь лишено каких-либо признаков юношеского задора. При этом он явно обладал весьма мягким и податливым характером, какой обычно столь свойственен людям такой натуры. — Ну а шта, если не смогу купить билета-та на поезд, как бытьта? — забеспокоился он. В этой фразе слух Хвеин сразу уловил диалект родных краев. Она, сама того не подозревая, навострила уши. Ее всю будто обдало дыханием малой родины, столь явственным, словно это был запах близкого ей человека. Незнакомые молодые люди сразу в ее воображении предстали школьниками из родных мест. Скорее всего, у них начались каникулы, и они возвращаются к себе домой. — Ой, да не беспокойся ты! — А вдруг его нет на месте, тогда проблем не оберешься! — Ой, а ведь сегодня воскресенье ж! Хм, а если у него выходной… О-ой, ладно, ладно, дом-то его всяко близко. Из их диалога Хвеин догадалась, что суетливый и шумный парень в кожаной куртке должен приобрести билет на поезд для своего незадачливого приятеля. Что-то подсказывало ей, что второму школьнику не стоило доверять этому болтуну, бандитская внешность которого вызывала подозрение. Скорее всего, наивному деревенскому простаку, в чьих руках бессильно свисала дорожная поклажа, не удастся получить заветного билета, и он так и не сможет уехать домой. Сердце Хвеин, не ведая причины, наполнилось печалью.
С грохотом подкатил трамвай, следующий до Итхэвона. Школьники поднялись по ступенькам внутрь. Хвеин последовала за ними. «В кассе билеты не продаются, можно вам наличными заплатить?» — спросила она у вагоновожатого, протягивая ему две купюры номиналом в десять хван. Едва мужчина машинально протянул руку за деньгами, как рядом послышались торопливые шаги и ктото сказал: «Вот билет, пожалуйста». Это был деревенский парнишка. Он поспешно вложил в протянутую руку оранжевый трамвайный билет. Сперва такой поступок обескуражил вагоновожатого, но уже в следующую секунду ему стало все ясно, и он лишь окинул школьника неодобрительным взглядом, в котором буквально читалось: «Посмотрите, какой весь из себя добренький». Затем он дал сигнал к отправлению. «Спасибо. Вот возьмите», — произнесла Хвеин и поспешно протянула школьнику деньги, которые с этого момента стали для нее тягостным бременем. В такой суете она произнесла это достаточно грубо, хотя у нее и пронеслась мысль, что такой жест может показаться бестактным с ее стороны. Ей стало очевидно, что не принять заботу другого — само по себе дурно, но и возвращать таким способом деньги — скупой и холодный поступок. Однако, поскольку для Хвеин это был совсем незнакомый человек, ей не оставалось ничего другого, кроме как ограничиться формальными рамками отношений купли-продажи. И тем не менее тот грубый тон, который прозвучал в ее словах, резанул ее собственный слух, из-за чего ей стало еще более неловко. «Да не-е-ет, что вы, оставьте. Все нормально!» — запротестовал парень, перейдя на сеульский диалект и весь краснея. Хвеин не нашлась, что на это ответить, поэтому сразу ретировалась и села чуть в отдалении от двух приятелей. Трамвай подобно змее ползком на брюхе тронулся в путь. В широком пространстве вагона, где находилось всего три пассажира, воздух был настолько холодным, что казалось, будто вот-вот все вокруг свернется и окончательно заледенеет. За дребезжащим стеклом город был сокрыт мраком, словно колыхающимся черным занавесом. В окне Хвеин столкнулась со своим отражением. Она сразу перевела взгляд на что-то другое. Школьники тоже притихли и сидели молча. Хвеин думала о том, что ей следовало бы хоть как-то выразить свою признательность вместо того, чтобы просто сидеть и складывать деньги в карман. Из-за этого ей стало еще тоскливее. Она не могла отыскать причину, которая бы позволила ей вновь заговорить с парнем и поблагодарить его еще раз. При всем при этом ее удручала ситуация, в которой ей приходилось притворяться равнодушной