Медиатизация политики

Н. С. Лабуш, А. С. Пую
МЕДИАТИЗАЦИЯ  
ПОЛИТИКИ
ИЗДАТЕЛЬСТВО САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
НАНКИНСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

УДК 32.019.5
ББК 76.0
 
Л12
Рецензенты:
д-р полит. наук, проф. Г. Л. Акопов (Моск. гос. техн. ун-т гражд. авиации, Рост. филиал),
д-р социол. наук, проф. Н. А. Пруель (С.-Петерб. гос. ун-т);
д-р полит. наук, доц. С. В. Володенков (Моск. гос. ун-т);
д-р полит. наук, проф. И. А. Ветренко (РАНХиГС, С.-Петерб. филиал)
Рекомендовано к публикации Научной комиссией 
в области СМИ и массовых коммуникаций 
Санкт-Петербургского государственного университета
Л12
Лабуш Н. С., Пую А. С. 
Медиатизация политики.  — СПб.: Изд-во С.-Петерб. гос. ун-та, 
2025. — 394 с.
ISBN 978-5-288-06477-7
В книге анализируются состояние и процесс трансформации политики под воздействием средств массовой информации и современных информационных технологий. 
В основу монографии авторы положили текст ранее изданной ими работы «Медиатизация экстремальных форм политического процесса: война, революция, терроризм», 
в  которой исследовались возможности массмедийного воздействия на подготовку 
и осуществление революций, войн и вооруженных конфликтов, организацию террористических актов. В  настоящей монографии авторы уделяют больше внимания много- 
аспектному механизму медиатизации, представляют различные точки зрения ученых на 
ее сущность и содержательные характеристики, доказывая, что массмедиа имеют почти 
неограниченные возможности влиять на сознание и поведение людей, на формирование 
основных трендов внешней и внутренней политики. Текст работы сопровождается многочисленными рисунками-схемами, которые способствуют лучшему пониманию и восприятию материала. 
Монография адресована специалистам и исследователям в области теории массовой коммуникации, политологам, конфликтологам, журналистам, преподавателям высших учебных заведений.
УДК 32.019.5
ББК 76.0
Издание осуществлено при поддержке 
Санкт-Петербургского государственного университета 
в рамках Конкурса монографий — 2023
 
© Санкт-Петербургский 
 
 
государственный университет, 2025
ISBN 978-5-288-06477-7

ƻƸƮƯƺưƪƷƲƯ
Введение .....................................................................................................................................  
Глава I. Политический процесс: противоречия и конфликты .....................................  
9
Динамика политики .....................................................................................................  
—
Сила политики и политика силы ..............................................................................  
28
Конфликт в механизме трансформации политики ..............................................  
48
Экстремальность и экстремизм в общественном развитии ..............................  
66
Исторические формы экстремального политического процесса .....................  
92
Глава II. Политическая реальность и медийная виртуальность  ................................  122
Информация. Массмедиа. Политика .......................................................................  
—
Медиатизация экстремальных форм политического процесса ........................  147
Глава III. Терроризм ................................................................................................................  174
От террориста-одиночки к государственному терроризму ...............................  175
Многообразие террористической практики и идеологии ..................................  197
Массмедиа в генезисе и практике терроризма ......................................................  215
Глава IV. Продолжение политики насильственными средствами ..............................  235
Экстремальность — имманентное свойство войны ............................................  
—
Война как общественное явление .............................................................................  246
Военные и невоенные войны .....................................................................................  259
Массмедиа и тенденции развития военного противоборства  .........................  281
Глава V. Информационная война ........................................................................................  302
Сражение за сознание, менталитет, идентичность  .............................................  
—
Война без линии фронта, без правил и без границ ..............................................  325
Информационная война: Версия 2.0  .......................................................................  346
Заключение ................................................................................................................................  368
Список литературы .................................................................................................................  373

ВВЕДЕНИЕ
Прошлое, настоящее и  будущее социума представляют собой временны´е 
маркеры его поступательного развития, характеризуемого как процесс, который протекает в самых различных сферах. Объект нашего внимания — политическая сфера, весьма динамичная, наполненная конкретным содержанием, 
воплощенным в понятии «политический процесс». В публицистике и массовом сознании под этим часто понимается политическая жизнь общества 
в целом.
Развиваясь по объективным законам, политический процесс подвергается 
влиянию разнообразных субъективных факторов. В последнее время это влияние заметно усилилось благодаря расширению возможностей информационного воздействия на массовую аудиторию. Объемы общественных коммуникаций как по вертикали, так и по горизонтали увеличились, стал эффективнее 
процесс медиатизации — явления, которое находится под пристальным вниманием и зарубежных, и отечественных ученых. 
Авторы данной монографии и ранее в научных публикациях обращались 
к исследованию различных сторон медиатизации. Ее рассматривали не только 
и не столько как процесс активного влияния массовой информации на различные сферы общественного развития, сколько как существенный фактор 
изменения социальной действительности в угоду тем или иным политическим 
силам. В  результате «непосредственная очевидность события, требующая 
гражданской активности прямого вмешательства, уступает место семиотической очевидности удаленного наблюдения. Во всяком случае, нарастающая 
медиатизация публичной сферы значительно уменьшает шансы для рядового обывателя когда-либо оказаться полноправным участником рациональной 
дискуссии, хоть как-то критически оценить реальное положение общественных дел» [Дзялошинский, Дзялошинская, 2015, с.  31]. 

ƬnjǏǎǏǗǒǏ
При подготовке монографии авторы исходили из того, что и зарубежные, 
и отечественные ученые приложили серьезные усилия к анализу различных 
аспектов медиатизации, что будет подробно изложено во второй главе монографии. Однако следует отметить, что многие упускали необходимость обращения к медиатизации, «когда речь идет о роли медиа в социокультурных изменениях» [Ним, 2017]. На это обратил внимание профессор А. С. Пую — один 
из авторов монографии. Еще в начале 2000-х годов он обосновывал взгляд на 
медиатизацию как на функциональную определенность массмедиа и активно 
отстаивал эту идею на международных и национальных научных конференциях и семинарах. В дальнейшем ученые Института «Высшая школа журналистики и массовой коммуникации» Санкт-Петербургского государственного 
университета поддержали творческую мысль А. С. Пую и включились в исследование медиатизации, посвятив этому научные разработки, поддержанные 
грантами Университета1. 
Анализу процесса медиатизации и его различных сторон были посвящены как авторские статьи в профильных научных журналах, так и коллективные публикации в сборниках и монографиях2. Именно в них апробированы 
1 
Быков И. А. Медиатизация политики в эпоху социальных медиа // Журнал политических исследований. 2017. № 4. С. 15–38; Ачкасова В. А. Медиатизированный конфликт: 
концепт и факторы актуализации // Медиа в современном мире. 59-е Петербургские 
чтения: сб. матер. междунар. научн. форума (9–12 ноября 2020 г.): в 3 т. Т. 2 / отв. ред. 
В. В. Васильева. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2020. С. 33–34; Гавра Д. П. Медиатизация локальных инцидентов как новый механизм политической мобилизации в сетевом обществе: к программе исследования // Там же. С. 39–41; Гавра Д. П., Быкова Е. В. 
Медиатизированная мобилизация протеста в социальных сетях: алгоритмы построения речевых стратегий // Вестник Московского университета. Сер. 10. Журналистика. 
2021. № 2. С. 4–21 (Исследование выполнено в рамках гранта РФФИ 20-011-00371 «Медиатизация локальных инцидентов как механизм мобилизации политического протеста в информационно-сетевом обществе». Исследование поддержано грантом СПбГУ 
«Инновационные методологии обеспечения информационной безопасности Российской Федерации — 2020: этап 3» M1_2018 — 1. ID: 52958565).
2 
Пую  А. С. Медиатизация политики: в  поиске новых исследовательских подходов//
Меди@льманах. 2023. № 1 (114). С. 54-58; Лабуш Н. С., Пую А. С. Переход от конвенциональности к экстремальности политического процесса: посредничество массмедиа 
// Конфликтология. 2018. Т. 13, № 3. № 3 С. 172–195; Кулакова С. В., Пую А. С., Олейников С. В. Медиатизация науки на примере журнала «Век информации» (Сетевое издание) // Мир науки, культуры, образования. 2022. № 1 (92). С. 374–378; Лабуш Н. С., 
Пую А. С., Евсеев А. Ю. Информационные технологии и терроризм: теория и современная практика: учеб. пособие. СПб.: С.-Петерб. гос. ун-т, 2005; Никонов С. Б., Лабуш Н. С., Пую А. С., Георгиева Е. С., Лукин С. С. Медиатизация политики как элемент 
ноополитики // Международный инженерно-технологический журнал (ОАЭ), 2018, 
№ 7 (3.15 Специальный выпуск 15). С. 296–300; Байчик А. В., Лабуш Н. С., Пую А. С. Экстремальный политический процесс: содержание, формы, медиатизация // Глобальный 
индекс экстремизма / под общ. ред. А. И. Бастрыкина, В. П. Кириленко, А. Д. Хлутко

ƬnjǏǎǏǗǒǏ
взгляды на сущность медиатизации и ее проявления в различных сферах общественной жизни, а также на возможности и последствия воздействия массовой информации на сознание и поведение людей. Не отказывая процессу 
медиатизации в объективной природе, авторы обратили особое внимание на 
использование его возможностей для изменения качества политических процессов, их социальной направленности.
При подготовке данной монографии использована значительная часть 
текста ранее изданной книги «Медиатизация экстремальных форм политического процесса: война, революция, терроризм» [Лабуш, Пую, 2019]. Практика реальной жизни доказала востребованность теоретического исследования 
данной проблематики и подтвердила правильность траектории научного поиска. Поэтому авторы сочли необходимым углубиться в исследование процесса медиатизации.
Новизной настоящей монографии является не только обращение к свойствам информации и возможностям воздействия через СМИ на участников 
политического процесса в ходе медиатизации. Многие явления современной 
политической жизни возникают на основе медиатизации и благодаря ей. При 
анализе процесса медиатизации политики актуализируются вопросы установления международной повестки дня, активного использования «мягкой силы» 
в ходе подготовки «цветных революций», войн и вооруженных конфликтов. 
Да и собственно информационная война черпает свои силы из способности 
массмедиа манипулятивно воздействовать на сознание и поведение людей. 
В целом политическая жизнь последнего времени ярко демонстрирует использование посреднических возможностей массмедиа. СМИ способны усиливать или ослаблять воздействие того или иного социального события на 
сознание и мотивацию участников политического действия. А это, в свою очередь, сказывается на активности субъектов, удерживая политический процесс 
в правовом поле или, наоборот, подвигая к экстремальности. Таким образом, 
ва, В. А. Шамахова. СПб.: Изд.-полигр. центр СЗИУ РАНХиГС, 2023. С. 328–354; Никонов С. Б, Байчик А. В., Лабуш Н. С. Постгуманистическая трансформация субъекта 
в «виртуальном личном присутствии» на онтологическом уровне // Литера. 2024. № 5. 
С. 70–78; Лабуш Н. С. Массмедиа и медиатизированная политика // Журналистика — 
медиалогия — наставничество [Электронный ресурс]: мат-лы междунар. науч.-практ. 
конф., Минск, 1 марта 2023 г. Минск: Белорус. гос. ун-т, 2023; Лабуш Н. С. Особенности 
информативно-коммуникационных технологий в  политическом процессе //  Наука 
СПбГУ-2020. Всероссийская научная конференция по естественным и гуманитарным 
наукам. СПбГУ 24.12.2020; Лабуш Н. С., Пую А. С. Научный потенциал исследования 
процесса медиатизации // Science SpbU — Международная конференция по естественным и гуманитарным наукам. 25.12.2020; Лабуш Н. С. Медиатизация политики: объективные основания и субъективный фактор // Журналiстыка-2019: стан, праблемы i 
перспектывы: мат-лы 21-я Мiжнар. навук.-практ. канф. (Мiнск, 14–15 лiст. 2019) рэдкал.: В. М. Самусевiч (адк. рэд.). Минск: Белорус. гос. ун-т, 2019; и др.

ƬnjǏǎǏǗǒǏ
СМИ выполняют роль катализатора преобразования конституционного политического процесса в экстремальный. Одна из задач монографии — выявить 
объективные причины и  субъективные аспекты трансформации реального 
факта в массмедийном пространстве посредством медиатизации.
Как и в предыдущей работе, в данной монографии представлена характеристика экстремальных форм политического процесса. При этом особое внимание уделяется средствам массовой информации, которые служат не только 
каналом реализации властных полномочий и средством политического влияния, но и мощнейшим орудием манипуляции. Все это укладывается в такое 
функциональное предназначение массмедиа, как посредничество. Но вполне 
закономерно возникает вопрос, в чьих интересах оно осуществляется и какова 
его направленность. 
Современный поток информации создает большое количество копий 
и симулякров, уничтожая, размывая реальность и оставляя нам все меньше 
смысла. А «потеря смысла напрямую связана с разлагающим, разубеждающим 
действием информации, медиа и массмедиа» [Бодрийяр, 2017, с. 145]. Потребителю информации все труднее отличить спам от достоверных сведений. Фейки, заполнившие массмедийное пространство и занявшие «достойное» место 
в  арсенале средств информационного противоборства, дополняются технологическим новшеством — дипфейками. А медиапродукты все чаще носят не 
информационный характер, а создаются с целью выгоды — идеологической, 
политической или экономической. Поэтому ученые больше обращаются к медиатизации, пытаясь расшифровать ее смысл, выявить сущностное содержание, проанализировать, как, почему и в чьих интересах она происходит. 
Приступая к характеристике экстремальных форм политического процесса, мы выделяем, во-первых, неконвенциональные формы политики, которые 
выходят за пределы правового конституционного поля. Во-вторых, отдельные 
формы политического процесса, которые хотя и входят в практику политических взаимоотношений, не имея правовых ограничений и запретов, но все же 
нарушают стабильность политического процесса, приводя к жертвам и разрушениям.
К первой группе относятся путчи, восстания, заговоры, перевороты, революции, терроризм. Ко второй — войны и вооруженные конфликты, которые 
в международной практике представлены как способ защиты национальных 
интересов, обеспечения национальной безопасности.
Несмотря на декларации мирового сообщества об отказе от войн и вооруженных конфликтов, заявленные основополагающие принципы международных 
отношений лишь ограничивают размах военных действий, запрещая определенные способы их ведения и отдельные виды вооружений. По сути, не существует 
правовых запретов на войны и вооруженные конфликты, но результаты — многочисленные жертвы и разрушения — позволяют отнести их к экстремальным. 

ƬnjǏǎǏǗǒǏ
Хотя стоит заметить, что в последние годы нормы международного права западные политики подменяют правилами, которые сами же устанавливают. 
Исторический арсенал таких экстремальных политических форм, как 
бунты, восстания, заговоры, перевороты и революции, благодаря новым средствам и технологиям сегодня пополнился террористическими актами, а также ранее неизвестными разновидностями войн и вооруженных конфликтов. 
Преступность, террор, этнические и социальные конфликты — это проявления насилия, которое, в свою очередь, стимулируется слухами, искаженной 
и ложной информацией. Их распространяют массмедиа. Возникая по различным причинам, экстремальные формы политики имеют и нечто общее, опосредованное информацией. Информация играет роль катализатора, в одних 
условиях стимулируя переход от конвенциональных форм к экстремальным, 
в других — увеличивая вероятность возникновения и усиливая проявления 
явно экстремальных. 
В современном мире трудно найти отношения между различными субъектами, не подверженные посредническому воздействию СМИ. Можно по-разному относиться к эпитетам в адрес средств массовой информации («четвертая власть», «ночной сторож»), но без них общество не может обойтись сегодня и вряд ли сможет в ближайшем будущем. 
Всесторонне и полноценно охарактеризовать механизм массово-информационного воздействия на политические процессы в ходе медиатизации представляется невозможным. С одной стороны, научные исследования по данной 
проблеме пока недостаточно скоординированы и базируются на разных основаниях и критериях. С другой, формирование научной картины происходящего в ходе медиатизации требует достаточного количества эмпирических 
исследований, необходимый объем которых еще не накоплен. Поэтому данная 
проблематика остается актуальной и перспективной для научных разработок 
и совместных усилий исследователей различной специализации.
Кардинальные изменения системы международных отношений и гибридная агрессия Запада против России с переводом информационного противоборства в фазу информационной войны указывают на то, что стремление политических сил и режимов прибегать к экстремальным формам не только не 
ослабевает, но и усиливается. И, как показывает практика, существенную роль 
в этих процессах играет массовая информация как первичная субстанция медиатизации. 
Выражаем надежду, что содержание данной монографии поможет прояснить сущность медиатизации, выявить реальность ее влияния на направленность и содержание политического процесса, а также определить возможности 
снижения уровня вызовов и угроз современному общественному развитию. 

ƭǕNJnjNJ Ζ 
ƹƸƵƲƼƲǁƯƻƴƲƳ ƹƺƸǀƯƻƻ  
ƹƺƸƼƲƬƸƺƯǁƲlj ƲbƴƸƷƾƵƲƴƼDž
Развитие всех сфер жизни общества происходит динамично и противоречиво. 
Политическая сфера предназначена для организации социального управления, а ее содержание составляют взаимоотношения социальных групп и слоев 
по поводу завоевания, удержания и использования власти.
Именно в политической сфере проявляются различные противоречия, 
приводящие к конфликтам с применением силовых методов. Действия участников конфликта, выходящие за пределы правового поля и  приводящие 
к человеческим жертвам и материальным потерям, определяются как экстремальные.
ДИНАМИКА ПОЛИТИКИ
Посредством политики осуществляются организация, управление и регулирование общественной жизни, ее рационализация, интеграция разнообразных 
социальных слоев. Ею также обеспечиваются целостность общественной системы, стабильность и порядок, цивилизованное разрешение противоречий, 
социализация и др. 
В науке политику рассматривают как статичное явление при изучении 
политических институтов и как динамичное при исследовании политических 
процессов. 
Термином «процесс» (от лат. processus — «продвижение») обычно характеризуют определенное движение в конкретном направлении, последовательную смену состояний, стадий, совокупность последовательных действий для 
достижения какого-либо результата.
Политический процесс предстает как форма функционирования политической сферы (системы) общества и свидетельствует о том, что политическая 
система существует, действует и развивается. В широком смысле политические процессы есть формы политической активности общества.

Существуют различные подходы к определению характера и содержания 
политического процесса: институциональный, бихевиористский, структурно-функциональный, дискурсный и некоторые другие. В каждом их них отражена специфика определенной научной школы и методология исследования. 
Для изучения исторических ситуаций, а также переходных процессов, характерных для конца ХХ — начала XXI в., используется метод политико-ситуационного анализа. 
Еще недавно основным и безальтернативным методом научного анализа 
выступала диалектика. Данный метод в основном помогал раскрывать сложность и противоречивость протекающих процессов, характеризовать основные элементы механизма социального развития. При этом оставались без внимания те процессы, которые не укладывались в рамки заданных алгоритмов, 
хотя оказывали существенное влияние на ход исторического развития. 
В последние десятилетия ученые все больше внимания уделяют синергетике, которая изучает неустойчивые процессы и явления и позволяет по-новому взглянуть на случайное в политико-правовой действительности. Стало 
очевидно, что случайность — не побочное, а устойчивое свойство и условие 
развития политической жизни [Венгеров, 1993].
«Синергетика позволяет искать ответ на один из основополагающих вопросов науки о политическом — на вопрос, почему целенаправленные действия могут порождать неожиданные результаты, иногда противоположные 
искомым. Синергетика дает обоснование того, как можно сравнивать нерядоположные процессы и  явления. Закономерности, действующие для одних 
систем, можно перенести на смежные области, что полезно в случаях, когда 
прямой эксперимент невозможен» [Голофаст, 2020, с. 110]. По мнению А. В. Голофаста, достижения синергетики успешно используются для описания политических феноменов и международных отношений. 
От выбранного метода исследования зависит уровень анализа политического процесса: микроуровень (анализ специфики индивидуального политического поведения) либо уровень политического института или политической 
системы (изучение политических процессов в масштабах страны).
В основе рассмотрения сути политического процесса лежит понимание 
власти и политики как основных явлений, наполняющих политическую сферу. 
В политической науке существует множество определений понятия «политика». В каждом из них, как правило, акцентируется внимание на том или 
ином аспекте этого сложного явления. Следуя за Аристотелем, современная 
наука относит политику к области государственной деятельности. В «Толковом словаре» В. И. Даля политика рассматривается как наука государственного управления. В современных зарубежных словарях политика трактуется как 
деятельность правительства, его планы и действия по реализации собственных интересов, как искусство, а также как деятельность тех, кто управляет или