Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Domus custodes: Набоковедческие записки СПбГУ

Покупка
Основная коллекция
Артикул: 876713.01.99
Разделы монографии посвящены ряду проблем в изучении творчества В. В. Набокова, на сегодняшний день еще не получивших должной научной разработки. В то время как отечественная и западная критика сосредоточивалась главным образом на романах писателя, авторы издания — сотрудники СПбГУ, авторитетные ученые, на протяжении многих лет занимавшиеся проблемами творчества Набокова, — обращаются к рассказам и стихам великого классика, а также к его интерпретациям, выдвигая ряд новых оригинальных версий относительно его наследия. Книга предназначена для специалистов-филологов, а также для широкого круга читателей, интересующихся творчеством Набокова.
5
Domus custodes: Набоковедческие записки СПбГУ : монография / под ред. А. А. Аствацатурова, Ф. Н. Двинятина. – Санкт-Петербург : Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2025. - 320 с. – ISBN 978-5-288-06490-6. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2248045 (дата обращения: 18.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
DOMUS CUSTODES
ɇȺȻɈɄɈȼȿȾɑȿɋɄɂȿ 
ɁȺɉɂɋɄɂ ɋɉɛȽɍ
ИЗДАТЕЛЬСТВО САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
Под редакцией проф. А. А. Аствацатурова, 
доц. Ф. Н. Двинятина


УДК 821
ББК 
83.3
 
Д66
Ре це н з е н ты:
д-р филол. наук, ведущий науч. сотр. Ю. Б. Орлицкий, Рос. гос. гуманитар. ун-т;
канд. филол. наук, доц. Ж. В. Грачева, Воронеж. гос. ун-т
Авторский коллектив:
канд. филол. наук, доц. Ф. Н. Двинятин (предисловие; ч. 2, гл. 4); д-р филол. наук, проф. 
Е. В. Хворостьянова (ч. 1, гл. 1); канд. филол. наук, доц. О. С. Лалетина (ч. 1, гл. 1); д-р филол. 
наук, проф. Л. В. Павлова (ч.  1, гл.  2); д-р филол. наук, проф. И. В. Романова (ч.  1, гл.  2); 
Б. В. Ковалев (ч. 1, гл. 3); канд. филол. наук А. С. Степанова (ч. 1, гл. 4); д-р филол. наук, проф. 
А. Д. Степанов (ч. 1, гл. 4); канд. филол. наук, доц. Н. Ф. Щербак (ч. 1, гл. 5); канд. филол. наук, доц. 
Е. С. Зорина (ч. 1, гл. 6); д-р филол. наук, проф. Л. Д. Бугаева (ч. 1, гл. 7); д-р филол. наук, проф. 
А. О. Большев (ч. 1, гл. 8); канд. филол. наук, проф. А. А. Аствацатуров (ч. 2, гл. 1); канд. филол. 
наук, ст. преп. Ж. Р. Двинятина (ч. 2, гл. 2); д-р филол. наук, проф. И. В. Головачева (ч. 2, гл. 3); 
д-р физ.-мат. наук, проф. М. Е. Журавлев (ч. 2, гл. 3); канд. филол. наук, доц. З. С. Потапова 
(ч. 2, гл. 5); канд. филол. наук, доц. Н. А. Карпов (ч. 2, гл. 6) 
Рекомендовано к печати Научной комиссией 
в области наук о языках и литературе 
Санкт-Петербургского государственного университета
Д66
Domus custodes. Набоковедческие записки СПбГУ /  под ред. 
А. А. Аствацатурова, Ф. Н. Двинятина. — СПб.: Изд-во С.-Петерб. 
ун-та, 2025. — 320 с.
ISBN 978-5-288-06490-6
Разделы монографии посвящены ряду проблем в изучении творчества В. В. На- 
бокова, на сегодняшний день еще не получивших должной научной разработки. В то 
время как отечественная и западная критика сосредоточивалась главным образом 
на романах писателя, авторы издания — сотрудники СПбГУ, авторитетные ученые, 
на протяжении многих лет занимавшиеся проблемами творчества Набокова, — 
обращаются к рассказам и стихам великого классика, а также к его интерпретациям, 
выдвигая ряд новых оригинальных версий относительно его наследия. 
Книга предназначена для специалистов-филологов, а также для широкого круга 
читателей, интересующихся творчеством Набокова.
УДК 821
ББК 83.3
Издание осуществлено при поддержке Санкт-Петербургского государственного 
университета в рамках Конкурса монографий — 2023 
© Санкт-Петербургский 
      государственный университет, 2025
ISBN 978-5-288-06490-6 


ОГЛАВЛЕНИЕ
Предисловие .................................................................................................... 
Часть 1. СТИХ, ЯЗЫК, ПОВЕСТВОВАНИЕ
Глава 1. СТИХ НАБОКОВА В КОНТЕКСТЕ  РУССКОЙ 
СТИХОВОЙ ТРАДИЦИИ (Хворостьянова Е. В.,  
Лалетина О. С.) .............................................................................. 
10
Глава 2. КОРПУСНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ПОЭТИЧЕСКОГО 
ЯЗЫКА НАБОКОВА. Самоцветы в стихах Набокова 
(Павлова Л. В., Романова И. В.) ................................................... 
43
Глава 3. КОМПЬЮТЕРНЫЕ МЕТОДЫ ИЗУЧЕНИЯ ТВОРЧЕСТВА 
НАБОКОВА В ЛИТЕРАТУРНОМ КОНТЕКСТЕ. 
Стилеметрический анализ: Набоков и поколение 1899 года 
(Ковалев Б. В.) ................................................................................... 
62
Глава 4. НАРРАТИВНЫЕ СТРАТЕГИИ. Развитие нарративных 
стратегий в русскоязычных рассказах Набокова 
(постановка вопроса) (Степанова А. С., Степанов А. Д.) ... 
91
Глава 5. ПРОСТРАНСТВО И ВРЕМЯ. Текстура времени: игра 
с пространственно-временными системами в романе 
Набокова «Ада» (Щербак Н. Ф.) ..................................................  109
Глава 6. КОММУНИКАТИВНЫЙ ПОДХОД В ИССЛЕДОВАНИЯХ  
ТЕКСТОВ НАБОКОВА. Субъект повествования  
в русскоязычных рассказах Набокова (Зорина Е. С.) ............ 
129


Оглавление
Глава 7. ТЕМАТИКА. Спиритиуализм и телепатия в романе  
Набокова «Bend Sinister» (Бугаева Л. Д.) .................................. 
Глава 8. СКВОЗНЫЕ МОТИВЫ. Демиургические поползновения  
героев Набокова (Большев А. О.) ............................................... 
170
Часть 2. ИНЫЕ ЯЗЫКИ, ТЕКСТЫ И МЕДИА
Глава 1. ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНОСТЬ. Амброз Бирс в «Пильграме»  
Набокова (Аствацатуров А. А.) ................................................ 
185
Глава 2. ИНТЕРМЕДИАЛЬНОСТЬ. Зачем и как экранизировать  
Набокова: cлучай «Машеньки» и «Отчаяния»  
(Двинятина Ж. Р.) .......................................................................... 
210
Глава 3. ТОПИКА. Сосчитаем двойников: «Отчаяние»  
Набокова и эстафета двойничества (Головачева И. В., 
Журавлев М. Е.) ............................................................................... 
234
Глава 4. НАБОКОВ КАК АВТОР КОММЕНТАРИЯ.  Набоков  
о строфе 8, IV «Евгения Онегина»: звуковые повторы,  
Ленора и другое (Двинятин Ф. Н.) ............................................ 
252
Глава 5. НАБОКОВ В КОНТЕКСТЕ ЛИТЕРАТУРНЫХ  
СТРАТЕГИЙ БЛИЗКОЙ ЭПОХИ. Эстетика  
импрессионизма в ранних рассказах (Потапова З. С.) ........ 
277
Глава 6. НАБОКОВ В КОНТЕКСТЕ ЛИТЕРАТУРНЫХ ЭПОХ.  
Набоков и сентиментализм: введение в тему  
(Карпов Н. А.) .................................................................................. 
299


ПРЕДИСЛОВИЕ
Санкт-Петербургский государственный университет, юбилей которого мы отметили в 2024 г., — старейший и на протяжении столетий 
единственный университет в родном городе Владимира Владимировича Набокова. От дома, где рос будущий писатель, до главного 
здания и филологического факультета СПбГУ можно скорым шагом 
дойти за 20 минут, перейдя Неву по одному из двух мостов с открывающимися великолепными видами, а до факультета свободных искусств и наук, где преподают многие соавторы этой монографии, — 
минут за десять. 
Владимир Николаевич Топоров напоминал, что почти все 
создатели великого петербургского текста русской литературы: 
А. С. Пушкин, Н. В. Гоголь, Ф. М. Достоевский, А. А. Ахматова и многие другие — не родились в запечатленном ими городе, а приезжали 
сюда в детстве, юности, ранней молодости. В Петербурге родился 
А. А. Блок, а почти 20 лет спустя Набоков. Сложись все по-другому, 
он мог бы учиться в  нашем университете. Сейчас Дом-музей Набокова является структурным подразделением СПбГУ. Это одна 
из причин, по которым набоковедческим исследованиям в СанктПетербургском университете придается особое значение.
Другая причина — многолетняя преподавательская, исследовательская и просветительская деятельность профессора СПбГУ Бориса Валентиновича Аверина, который со второй половины 1980-х го- 
дов читал лекции и вел семинары по Набокову, не только руководя 
дипломными и диссертационными работами, но и прививая устойчивый интерес к Набокову и не проходившим напрямую через его 
школу.
К настоящему времени круг тех, кто в СПбГУ пишет о Набокове, более или менее сложился, и эта монография — первый совместный труд, призванный подвести предварительные итоги и наметить 
дальнейшие направления работы.


Предисловие
Необходимо оговорить три обстоятельства, определяющих конфигурацию этого труда и стоящей за ним исследовательской практики.
Первое обстоятельство, вообще говоря, довольно невеселое. Это 
практически полное отсутствие как эксклюзивной источниковедческой базы, так и устойчивого доступа к иным фондам. Ясно, что на 
материале разрабатываемых источников (рукописей, беловых и черновых, писем, других архивных документов) прежде всего и вырастают историко-литературные исследования. Поэтому с самого начала пришлось делать ставку на другое.
Второе обстоятельство отчасти (но только отчасти) связано 
с  первым. В  СПбГУ работает большой исследовательский проект 
«Литературные тексты и  их язык vs количественные, корпусные 
и компьютерные методы: взаимное тестирование (Набоков и сопоставительный материал)» (2020–2024)1, и при выборе его тематики 
учитывалась скудность имеющейся источниковедческой базы. Но 
главной причиной предпочтения такой темы стало, конечно, всетаки не это, а понимание того, насколько актуальной и важной в современной филологии становится цифровая составляющая. Среди 
авторов нашей монографии — 13 участников (в разные годы) этого 
проекта, тематика четырех глав перекликается с содержанием проекта непосредственно, а еще нескольких — опосредованно.
Третье обстоятельство заключается в  том, что среди авторов 
монографии очень немного тех, кто на первое место в списке своих 
профессиональных интересов мог бы поставить «набоковедение». 
Типичный наш автор — скорее стиховед, или нарратолог, или синтаксист, или компьютерный лингвист, или специалист по межтекстуальным и межмедийным взаимодействиям, а в целом они — историки и теоретики литературы, лингвисты и вообще филологи широкого профиля (университетское преподавание располагает к широте 
интересов — в этом есть и слабая, и, безусловно, сильная сторона). 
Такая изначальная дисциплинарная пестрота «набоковского клуба» 
СПбГУ в течение ряда лет препятствовала коллективным проектам, 
отличным от цифрового. Эта книга должна послужить примером 
того, чтó мы можем, собравшись вместе. В  значительной степени 
1 Исследования, результаты которых изложены в главе 1 части I (Е. В. Хворостьянова, О. С. Лалетина), главе 2 части I (Л. В. Павлова, И. В. Романова), главе 3 части I (Б. В. Ковалев), главе 1 части II (А. А. Аствацатуров), главе 2 части II 
(Ж. Р. Двинятина), главе 3 части II (И. В. Головачева, М. Е. Журавлев), главе 4 
части II (Ф. Н. Двинятин), выполнены при поддержке СПбГУ, проект 95434615.


Предисловие
к этому контексту и отсылает подзаголовок издания: «Аспекты исследования».
Впрочем, это не значит, что участники проекта — новички или 
дилетанты в набоковедении. Четверо из нас — авторы специальных 
монографий, посвященных Набокову; в книгах еще четверых большие набоковедческие разделы претендуют на статус отдельных исследований.
Есть нечто общее в  диахронии «исследовательских ситуаций», 
возникающих вокруг тех классиков ХХ в., тексты которых на долгие 
годы были в той или иной мере скрыты от читателей и исследователей (как правило, не все тексты, но существенная часть; иногда будучи вообще неопубликованными, иногда не имея широкого и официального хождения в данной культуре). Например, в русской традиции многое совпадает в случаях А. П. Платонова, М. А. Булгакова 
и Набокова — начиная с запоздавшего (по отчасти различным, а отчасти тождественным причинам) начала исследований. На первом 
этапе при изучении поэтики, семантики и идеологии особую роль 
играет обращение к наиболее ярким, отличным, предположительно 
ведущим особенностям автора, будь то социальные или метафизические интуиции, любимые вещные образы, словесные обороты или 
сюжетные ходы, основное в интертекстуальной перспективе и т. п. 
Набрасывается нечто вроде основной и в то же время предварительной сетки или карты авторского мира. Значительную роль в этом 
обычно играет и  литературная критика, а  также вообще разного 
рода читательские отклики. (Параллельно практически всегда работает источниковедчески ориентированная история литературы, занимаясь текстологией, изданием архивных и забытых текстов, комментированием, авторской биографией и т. п.) Со временем наступает второй этап, на котором к творчеству автора, уже существенно 
лучше изданному и прокомментированному, разобранному в основных особенностях, получившему широкую популярность в  читательских и профессиональных кругах, доходящую иногда даже и до 
ажиотажного спроса, обращаются многочисленные исследователи, 
применяющие к этому материалу область своих профессиональных 
умений, а иногда и вполне равнодушные к литературной специфике изучаемых текстов, тем более к  их художественным прорывам 
и жизненной подоплеке. Изучение творчества Платонова, Булгакова 
и Набокова в равной мере прошло через оба этих этапа (как и ряда 
поэтов схожей жизненной и литературной судьбы). Теперь логично противопоставить и первому, и второму подходу нечто третье: 


Предисловие
не дюжина-другая привилегированных особенностей разного типа 
(эмиграция и ностальгия, автобиографичность, ненадежные повествователи, бабочки и шахматы, насыщенность звуковой фактуры, 
двуязычие, гностицизм и потустороннее и др.), но и не использование текстов как безличного престижного материала, а  широкое 
исследование неповторимого автора, во всей толще его текстов, 
но с упором на выявление специфичного. Этот абзац отнюдь не обосновывает нашего первенства в таком подходе. Мы однако его сознательно придерживаемся и, что называется, тестируем.
Язык, стих, повествование и межтекстовые взаимодействия остаются четырьмя основными областями современной поэтики, даже 
если это не подчеркивается в большинстве учебников, курсов и сводов. В нашей монографии глава о Набокове-стихотворце написана 
на основании многолетнего большого исследования, осуществленного в методологических традициях петербургской/ленинградской 
стиховедческой школы. Авторы глав, так или иначе имеющих отношение к  повествованию, опираются на разнообразный репертуар классических и  современных нарратологических концепций, 
но представляется нелишним отметить, что роль своего рода основания, объединяющего эти подходы, продолжает играть сама ставшая классикой «Нарратология» почетного профессора СПбГУ Вольфа Шмида. Для формирования представленных в монографии подходов в области межтекстовых взаимодействий значительную роль 
сыграла работа исследовательского семинара СПбГУ «Интертекстуальный анализ: принципы и границы» (2014–2016), завершившаяся 
проведением итоговой международной конференции (2016) и изданием обобщающего сборника статей (2018; трое из участников ядра 
семинара — в списке наших соавторов). Интертекстуальный анализ 
продолжается в интермедиальном, частные стратегии и концептуальная база которого разработаны в основном в последние десятилетия, но общее понимание вопроса восходит еще к «Поэтике» Аристотеля с ее знаменитой формулировкой (из самого начала): τῷ ἐν 
[/γένει] ἑτέροις μιμεῖσθαι (1447 а13).
Основания лингвистических и  лингвопоэтических подходов 
в значительной степени разрознены. При исследовании поэтического языка фактической основой является достигнутый в последнее 
десятилетия синтез ленинградского/петербургского и московского 
подходов, представленных в  этой области прежде всего именами 
Льва Владимировича Щербы и Романа Осиповича Якобсона. В обращении к количественным, корпусным и компьютерным методам 


Предисловие
в области изучения языка и литературы соавторы опирались и на 
имеющие международное распространение исследовательские алгоритмы, и на электронные картотеки и программные комплексы, 
разработанные самими участниками исследования. 
Топика  — область, принадлежащая также полю межтекстовых 
исследований и области изучения тематики, а если речь идет о повествовательной топике, общим местам фабулистики и мотивики, 
то еще и нарративному анализу (мы надеемся, что прямое или хотя 
бы отдаленное воздействие Александра Николаевича Веселовского и Владимира Яковлевича Проппа сказывается в этих штудиях). 
В исследовании тематических рядов набоковских произведений соавторы монографии, пожалуй, не объединены и не стеснены никаким «внешним» подходом (что и понятно, учитывая разнородность 
этих рядов); особенности аналитики определяются традиционным 
историко-литературным методом сопоставления источников, наряду с необходимостью и желанием найти соответствующие ключи 
для лучшего понимания творчества Набокова.
Главы монографии не ограничиваются поэтикой даже в  широком ее понимании. По названной выше причине здесь почти нет 
источниковедческих разделов. Но смысловой разбор, определение 
идейного контекста и историко-литературный анализ представлены 
вполне. 
Время покажет, заложит ли этот труд основу исследовательской 
традиции, появятся ли за первым следующие, в той или иной степени подобные ему, возникнет ли специальная серия. Рассчитывать на 
это, безусловно, очень хочется.


Часть 1
СТИХ, ЯЗЫК, ПОВЕСТВОВАНИЕ
Стих Набокова в контексте  русской стиховой традиции
Глава 1
СТИХ НАБОКОВА В КОНТЕКСТЕ  
РУССКОЙ СТИХОВОЙ ТРАДИЦИИ
ВВЕДЕНИЕ
Проблема литературной репутации, сформулированная в рамках 
функционального литературоведения, в последние годы оставалась, 
как правило, вне поля зрения исследователей. Между тем для описания литературного наследия В. В. Набокова она стоит на редкость 
остро. Мировое признание Набоков приобрел как прозаик и именно 
в этом качестве неоднократно выдвигался на Нобелевскую премию. 
Но свой путь в литературу автор начинал как поэт, более того — 
стихи продолжал писать до конца жизни, причем если в прозе все 
чаще переходил на английский язык, то оригинальные стихи писал 
по-русски. Нельзя сказать, что поэтическое наследие автора не 
привлекало внимания стиховедов. Ему посвящены монографии 
О. И. Федотова1 и  важнейшая развернутая статья Дж. Смита2. 
Во всех случаях описания стиха был использован утвердившийся в стиховедении к концу XX в. так называемый «поуровневый» 
принцип анализа, когда статистика по метрическому или строфическому репертуару автора сопоставляется с  данными по эпохе. 
При таком подходе образ Набокова в качестве литературной фигуры выглядит в высшей степени парадоксальным: в то время как 
Набоков-прозаик предстает автором сложной новаторской прозы, 
нуждающейся в серьезном изучении, Набоков-стихотворец имеет 
репутацию «консерватора», ориентирующегося на нормы пушкин1 Федотов О. И. Поэзия Владимира Набокова-Сирина. Ставрополь, 2010; Федотов О. И. Между Моцартом и Сальери (о поэтическом даре Набокова). М., 2015.
2 Смит Дж. Русский стих Набокова // Смит Дж. Взгляд извне: статьи о русской 
поэзии и поэтике / пер. с англ. М. Л. Гаспарова, Т. В. Скулачевой. М., 2002. C. 95–116.