Безопасность как социально-политический феномен: государственная политика, управление, социологические исследования
Покупка
Тематика:
Политология
Год издания: 2023
Кол-во страниц: 92
Дополнительно
Вид издания:
Монография
Уровень образования:
ВО - Магистратура
ISBN: 978-5-7882-3457-1
Артикул: 876175.01.99
Отражены результаты научных исследований авторов в сфере проблематики безопасности как социально-политического феномена. Изложены ключевые аспекты изучения государственной политики и управления в контексте безопасности, представлены результаты социологических исследований. Предназначена для специалистов в области проблематики безопасности, научных работников, аспирантов, студентов вузов, обучающихся по направлениям «Социология», «Политология», «Государственное и муниципальное управление», «Публичная политика и социальные науки». Подготовлена на кафедре государственного управления, истории и социологии.
Тематика:
ББК:
УДК:
ОКСО:
- ВО - Магистратура
- 38.04.04: Государственное и муниципальное управление
- 39.04.01: Социология
- 41.04.04: Политология
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Министерство науки и высшего образования Российской Федерации Казанский национальный исследовательский технологический университет А. Х. Муратов, Ю. Н. Соловарова, Л. Саваста БЕЗОПАСНОСТЬ КАК СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН: ГО С УД А Р С Т В Е Н Н А Я П ОЛ И Т И К А , У П РА ВЛ Е Н И Е , С О Ц И ОЛ О Г И Ч Е С К И Е И С СЛ Е Д О ВА Н И Я Монография Казань Издательство КНИТУ 2023
УДК 351.746 ББК Х621.162.01 М91 Печатается по решению редакционно-издательского совета Казанского национального исследовательского технологического университета Рецензенты: д-р юрид. наук, проф. О. И. Зазнаев д-р полит. наук, проф. А. Г. Большаков Муратов А. Х. М91 Безопасность как социально-политический феномен: государственная политика, управление, социологические исследования : монография / А. Х. Муратов, Ю. Н. Соловарова, Л. Саваста; Минобрнауки России, Казан. нац. исслед. технол. ун-т. – Казань : Изд-во КНИТУ, 2023. – 92 с. ISBN 978-5-7882-3457-1 Отражены результаты научных исследований авторов в сфере проблематики безопасности как социально-политического феномена. Изложены ключевые аспекты изучения государственной политики и управления в контексте безопасности, представлены результаты социологических исследований. Предназначена для специалистов в области проблематики безопасности, научных работников, аспирантов, студентов вузов, обучающихся по направлениям «Социология», «Политология», «Государственное и муниципальное управление», «Публичная политика и социальные науки». Подготовлена на кафедре государственного управления, истории и социологии. ISBN 978-5-7882-3457-1 © Муратов А. Х., Соловарова Ю. Н., Саваста Л., 2023 © Казанский национальный исследовательский технологический университет, 2023 УДК 351.746 ББК Х621.162.01 2
С О Д Е Р Ж А Н И Е Предисловие .................................................................................................................................................................. 4 1.Теоретико-методологические основы исследования проблем безопасности и противодействия терроризму в системе государственного управления ............................ 6 2.Социологическая экспертиза ключевых нарративов в российском контексте демографической безопасности .................................................................................................................... 30 3.Концептуальные особенности изучения национальной безопасности через призму государственного потенциала, наличия нефтяных ресурсов, этнической идентичности и динамики повстанческих группировок ..................................... 47 Заключение ................................................................................................................................................................. 73 Литература ................................................................................................................................................................... 76 3
ПРЕДИСЛОВИЕ Актуальность и необходимость изучения проблем безопасности обусловлены требованиями современного мира эпохи «постправды». Глобальный, цивилизационный, национальный, семейный и личностный контексты безопасности становятся предметом научного анализа в социально-политическом дискурсе. Безопасность в рамках страны, региона или индивида является важным условием сохранения социокультурной идентичности государства и его существования в качестве самостоятельного актора. Многочисленные интерпретации термина «безопасность» могут быть сведены к ключевым аспектам его определения: состояние защищенности, отсутствие опасностей и угроз, а также устойчивость объекта, определяющая его способность к выживанию и развитию. Специфика данного понятия проявляется в различных видах безопасности. Обзор научной литературы, проведенный в рамках работы над монографией, свидетельствует о том, что безопасность может рассматриваться как социально-политический феномен, определяющий вектор национальной безопасности. В отдельную группу включаются исследования, посвященные противодействию терроризму, а также анализу взаимосвязи между национальной безопасностью и государственным потенциалом в сфере контроля над ресурсами. Кроме того, значимую группу составляют материалы социологических исследований по вопросам демографической безопасности. Монография состоит из трех разделов. В первом разделе рассматриваются теоретико-методологические основы исследования проблем безопасности и противодействия терроризму в системе государственного управления (автор – А. Х. Муратов, канд. полит. наук, проректор по режиму и безопасности КНИТУ). Во втором разделе представлена социологическая экспертиза ключевых нарративов в российском контексте демографической безопасности (автор – Ю. Н. Соловарова, канд. социол. наук, доцент кафедры государственного управления, истории и социологии КНИТУ). В третьем разделе анализируются концептуальные особенности изучения национальной безопасности во взаимосвязи с государственным потенциалом, наличием нефтяных ресурсов и динамикой активности повстанческих группировок (автор – Лукреция Саваста, канд. полит. наук).
Монография отражает результаты научно-исследовательской деятельности авторов в сфере проблематики безопасности, где безопасность рассматривается как социально-политический феномен. В работе изложены ключевые аспекты изучения государственной политики и управления в контексте безопасности, а также представлены результаты социологических исследований данного феномена. Материалы монографии могут быть использованы для дальнейшего научного анализа проблем безопасности. Издание предназначено для специалистов в области безопасности, научных работников, а также аспирантов и студентов вузов. Авторы выражают искреннюю благодарность рецензентам д-ру юрид. наук, проф. О. И. Зазнаеву и д-ру полит. наук, проф. А. Г. Большакову за неоценимую помощь и поддержку в подготовке научного исследования. 5
1. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ПРОБЛЕМ БЕЗОПАСНОСТИ И ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ТЕРРОРИЗМУ В СИСТЕМЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ Синтез теории конфликта и неоинституционализма, основанного на значимости политических институтов, а также на доминировании индивида в политическом процессе в условиях ограниченной рациональности и конформистского поведения, позволяет анализировать модели политического управления и безопасности, непосредственно связанные с проблемой противодействия экстремизму и терроризму. Концепция функционального конфликта дает возможность в условиях роста террористической активности выявить причины ее возникновения и исследовать разнообразие форм и методов ее проявления. Как отмечает С. В. Патрушев: «Основная черта нового институционализма – отказ от описательности в пользу теории, изучение результатов публичной политики, а не организации или процессов внутри политических структур, использование количественных методов. Иными словами, пафос этого подхода заключается не столько в том, чтобы „вернуть“ государство и другие политические институты в политические исследования, сколько в том, чтобы „вспомнить все“ – историческую, философскую, социокультурную и политическую традицию, смысл человеческой деятельности, ценностное содержание политики, человеческое измерение политического анализа, обогащенное в XX веке многогранным мастерством сложных исследовательских методов и инструментов» [75, с. 153]. Исходя из данного определения, исследователи выделяют основные методологические принципы неоинституционализма, к которым относятся: – ограничения человеческого существования; – неполнота информации и когнитивные искажения; – относительная рациональность поведения и недооценка получаемой информации; – допустимость оппортунистического поведения;
– неспособность индивида полностью предвидеть последствия своих действий. Как справедливо отмечает Патрушев, «„новых институционалистов“ интересуют все государственные и общественные институты, которые определяют, как политические акторы выражают свои интересы и выстраивают властные отношения с другими группами: правила электоральной конкуренции, структура партийных систем, отношения между различными государственными органами, организация экономических субъектов в виде бизнес-ассоциаций и профсоюзов» [75, с. 159]. При этом в процессе выражения политических интересов ключевую роль играют социокультурные ценности и стереотипы, а также взаимосвязи между формальными и неформальными нормами поведения, конечной целью которых является воспроизводство общественного порядка в рамках установленных правил. Исходя из этих особенностей неоинституционализма, ряд исследователей отводит конфликту интересов не главную, а второстепенную роль, рассматривая его проявление не в рамках организаций (как это было характерно для классического институционализма), а в обществе в целом. Кроме того, неоинституционалисты в качестве основного критерия организационной динамики выдвигают устойчивость, в отличие от традиционных институционалистов, которые акцентировали внимание на изменениях. Среди ключевых характеристик неоинституционализма следует выделить отход от традиционных норм и ценностей в пользу произвольных сценариев, а также нечеткость и расплывчатость целеполагания. Так, Н. А. Баранов указывает: «Если институционалисты, как правило, анализировали политические процессы, используя методы из других социальных наук, то неоинституционалисты расширили свой арсенал за счет теории игр. Новый институционализм основан на теории развития и количественных методах анализа. Традиционный институционализм опирался в основном на индуктивный метод; неоинституционалисты предпочитают дедуктивный метод – от попыток разработать универсальную теорию до анализа конкретных явлений политической жизни» [5]. Таким образом, важнейшей особенностью неоинституционализма является его ориентация прежде всего на индивида, его поведение и интересы. При этом если классический институционализм основывается
на конфликте интересов, то в неоинституциональной теории данному аспекту не придается первостепенного значения. Соответственно, особая, или, точнее, новая, роль в неоинституциональной теории отводится и теории конфликта. Как известно, понятие социального конфликта ввел в научный оборот Г. Зиммель [40], определявший его как процесс, в ходе которого индивид или группа стремятся к достижению целей путем устранения, уничтожения или подчинения других индивидов или групп. Применительно к террористической деятельности следует отметить, что террорист не воспринимает окружающих как полноценных личностей, а рассматривает их исключительно как или потенциальных сторонников, или противников, подлежащих уничтожению. Современные исследователи теории конфликта Л. Козер [49] и К. Боулдинг [17] выделяют следующие сущностные характеристики конфликта: недовольство деятельностью властных структур, вызывающее социальное неравенство; ограниченные возможности повышения социального статуса и уровня жизни индивидов. В рамках разработанной Л. Козером позитивной модели конфликта «стабильность общества зависит от количества существующих в социуме конфликтных отношений и типа связей между ними», что отчасти объясняет природу конфликтов, ведущих к террористическим проявлениям. Значительный вклад в развитие теории конфликта внес Р. Дарендорф, который отмечал особую опасность терроризма для ценностей просвещения и либерального гражданского общества. «Но пока политика опирается на разочарованных и обиженных, она представляет серьезную угрозу свободному миру» [33, с. 56]. Если острая фаза традиционного конфликта приводит к открытому противостоянию между индивидами, группами и государствами, то крайняя степень эскалации конфликта проявляется в форме жесткой конфронтации, способной перерасти в террористическую активность. В рамках неоинституционального подхода к управлению конфликтами исследователи выделяют такие инструменты политического процесса, как анализ симптоматики, диагностика, прогнозирование, профилактика, предупреждение, урегулирование и разрешение конфликтов. Например, анализ и диагностика террористической угрозы в Российской Федерации предполагают комплекс мероприятий по выявлению в интернет-пространстве экстремистских материалов, пропагандирующих идеологию терроризма и призывающих к насилию.
Инструментарий урегулирования конфликтов предполагает реализацию антитеррористической политики, включающей как разработку соответствующей законодательной базы, так и мероприятия по выявлению и нейтрализации террористических организаций, а также пресечение распространения экстремистской идеологии. Профилактические меры включают оценку рисков, прогнозирование последствий потенциальных террористических актов и разработку мер по их предотвращению. Ключевыми институтами политического управления в сфере противодействия терроризму в России являются Конституция Российской Федерации и специализированное антитеррористическое законодательство. К контртеррористическим органам относятся Национальный антитеррористический комитет (НАК) и Антитеррористическая комиссия (АТК); Федеральная служба безопасности (ФСБ); Министерство внутренних дел (МВД); Федеральную службу войск нацгвардии (Росгвардия). Ретроспективный анализ формирования и трансформации понятия «терроризм» свидетельствует о наличии устойчивой тенденции к специфической идентификации данного термина в национальных законодательствах, обусловленной частотой и тяжестью террористических актов, а также их последствиями в конкретных странах. Вследствие этого национальные законодательные акты различных государств отражают наиболее актуальные для каждой страны аспекты данного явления. В качестве примера можно рассмотреть Федеральный закон Российской Федерации «О борьбе с терроризмом» №130-ФЗ, принятый в 1998 году в целях противодействия усиливающемуся влиянию терроризма в мире. В данном нормативном акте терроризм определяется как «насилие или угроза его применения в отношении физических лиц или организаций, а также уничтожение (повреждение) или угроза уничтожения (повреждения) имущества и других материальных объектов, создающие опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, осуществляемые в целях нарушения общественной безопасности, устрашения населения или оказания воздействия на принятие органами власти решений, выгодных террористам, или удовлетворения их неправомерных имущественных и (или) иных интересов; посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля,
совершенное в целях прекращения его государственной или иной политической деятельности либо из мести за такую деятельность; нападение на представителя иностранного государства или сотрудника международной организации, пользующихся международной защитой, а равно на служебные помещения либо транспортные средства лиц, пользующихся международной защитой, если это деяние совершено в целях провокации войны или осложнения международных отношений» [69]. Указанный федеральный закон сыграл значительную роль в формировании государственной антитеррористической политики. Впервые в отечественной правовой практике было закреплено официальное государственное определение терроризма, его ключевые характеристики, цели и методы их достижения, что имело принципиальное значение для развития системы противодействия террористической деятельности. В 2006 году в Российской Федерации вступил в силу новый Федеральный закон «О противодействии терроризму», необходимость разработки которого была обусловлена серией террористических актов, произошедших после принятия предыдущего закона, в особенности трагическими событиями в Беслане в 2004 году. Эти события способствовали кардинальному пересмотру обществом и законодателями причин, предпосылок и условий, способствующих трансформации терроризма в идеологию насилия. Новая редакция закона установила правовые основания для привлечения Вооруженных Сил Российской Федерации к борьбе с терроризмом, закрепила правовые и организационные основы профилактики терроризма, определила фундаментальные принципы противодействия террористической деятельности и меры по минимизации последствий террористических актов. Впервые на законодательном уровне были закреплены основополагающие принципы противодействия терроризму, включающие «обеспечение защиты фундаментальных прав и свобод человека и гражданина; законность; приоритет защиты прав и законных интересов лиц, подвергающихся террористической угрозе; неотвратимость наказания за осуществление террористической деятельности; системность и комплексное применение политических, информационно-пропагандистских, социально-экономических, правовых, специальных и иных мер противодействия терроризму; сотрудничество государства с общественными и религиозными объединениями, международными и иными организациями, гражданами в противодействии терроризму;