Проблемы и перспективы развития уголовно исполнительной системы России на современном этапе. Часть 2
Материалы Всероссийской научной конференции обучающихся и молодых ученых с международным участием (18 апреля 2025 г.)
Покупка
Основная коллекция
Многотомное издание:
Том 1 (2025), Том 2 (2025)
Тематика:
Уголовно-исполнительное право
Издательство:
Самарский юридический институт ФСИН России
Год издания: 2025
Кол-во страниц: 252
Дополнительно
Вид издания:
Материалы конференций
Уровень образования:
ВО - Кадры высшей квалификации
ISBN: 978-5-91612-468-2
Артикул: 875126.01.99
В сборнике представлены доклады участников Всероссийской научной конференции обучающихся и молодых ученых с международным участием «Проблемы и перспективы развития уголовно-исполнительной системы России на современном этапе».
Предлагаемые материалы адресованы аспирантам, адъюнктам, курсантам и студентам вузов.
Тематика:
ББК:
УДК:
ОКСО:
- ВО - Бакалавриат
- 40.03.01: Юриспруденция
- ВО - Магистратура
- 40.04.01: Юриспруденция
- ВО - Специалитет
- 40.05.02: Правоохранительная деятельность
- 40.05.04: Судебная и прокурорская деятельность
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЙ САМАРСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ РОССИИ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ Материалы Всероссийской научной конференции обучающихся и молодых ученых с международным участием 18 апреля 2025 г. Часть 2 Самара 2025
УДК 343 ББК 67.4 П78 П78 Проблемы и перспективы развития уголовно-исполнительной системы России на современном этапе: материалы Всероссийской научной конференции обучающихся и молодых ученых с международным участием (18 апреля 2025 г.): в 3 ч. – Самара: Самарский юридический институт ФСИН России, 2025. – Ч. 2. – 250 с. ISBN 978-5-91612-466-8 ISBN 978-5-91612-468-2 В сборнике представлены доклады участников Всероссийской научной конференции обучающихся и молодых ученых с международным участием «Проблемы и перспективы развития уголовно-исполнительной системы России на современном этапе». Предлагаемые материалы адресованы аспирантам, адъюнктам, курсантам и студентам вузов. УДК 343 ББК 67.4 ISBN 978-5-91612-466-8 ISBN 978-5-91612-468-2 © Коллектив авторов, 2025 © Самарский юридический институт ФСИН России, 2025
ЮРИДИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОВЕРШАЕМЫХ В ОТНОШЕНИИ СОТРУДНИКОВ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ © 2025 Ж. А. Кадралеева Самарский юридический институт ФСИН России Научный руководитель – С. В. Бондаренко, кандидат юридических наук, доцент, Самарский юридический институт ФСИН России В статье рассматриваются некоторые проблемы законодательной регламентации преступлений, совершаемых в отношении сотрудников уголовноисполнительной системы (УИС) и отдельные вопросы их квалификации. В условиях гуманизации уголовного и уголовно-исполнительного законодательства, к сожалению, периодически происходят события, создающие угрозу безопасности учреждений УИС, что свидетельствует о том, что сотрудник является уязвимым объектом преступлений, совершаемых осужденными. Кроме того, гуманизация уголовноисполнительной политики предоставляет возможность лицам, совершившим преступления небольшой и средней тяжести, отбывать наказание, не связанное с изоляцией от общества. Это приводит к сосредоточению в местах лишенияiсвободы осужденных, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления. Таким образом, осужденные в исправительном учреждении (ИУ) представляют значительную потенциальную общественную опасность для сотрудников ИУ. Гл. 32 Уголовного кодекса Российской Федерации (УК РФ) содержит основные статьи, охраняющие жизнь и здоровье сотрудников учреждений УИС, что в какой-то мере обеспечивает их безопасность. Однако юридический анализ данных норм раскрывает некоторые недостатки законодательного регулирования данных отношений. Во-первых, анализ ст. 317 УК РФ позволяет сделать вывод о том, что потерпевшим является лицо, осуществляющее деятельность по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности1. Данный факт делает сотрудников УИС менее защищенными, так как названные ранее полномочия не входит в основные функции УИС. К указанному виду деятельности сотрудники УИС привлекаются в исключительных случаях. Поэтому деяние лица, посягающего на жизнь представителя УИС как сотрудника правоохранительного органа в связи с осуществлением им своих основных служебных обязанностей, в преобладающем большинстве случаев можно квалифицировать
только по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Такая квалификация преступления не в полном объеме отражает его общественную опасность и отличается по нижнему пределу санкции (по ч. 2 ст. 105 УК РФ – от 8 лет лишения свободы, а по ст. 317 УК РФ – от 12 лет лишения свободы). Во-вторых, отсутствие понятия «публичность» как конструктивного признака состава преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, затрудняет процесс квалификации преступных деяний, посягающих на честь и достоинство сотрудника ИУ. Верховный суд РФ разъясняет, что вопрос о публичности должен разрешаться судами с учетом места, способа, обстановки и других обстоятельств дела, не давая конкретного толкования данному признаку. Сложившаяся ситуация стала причиной того, что суды в ряде случаев не расценивают пенитенциарное учреждение как место свободы, в котором может произойти публичное оскорбление, так как очевидцами данного деяния зачастую становятся осужденные и лица, содержащиеся под стражей, а также сам персонал учреждения, которые не могут выступать в качестве незаинтересованных лиц. Такая позиция исключает возможность применить ст. 319 УК РФ в качестве уголовно-правового средства обеспечения безопасности персонала УИС, что в целом негативно сказывается на процессе предупреждения преступлений, совершаемых в отношении сотрудников ИУ. Таким образом, необходимо дополнить п. 18 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 14 положением о возможности понимания под публичным оскорблением деяние, совершенное в присутствии как лица, содержащегося в местах лишения свободы, так и других сотрудников учреждения. В-третьих, принадлежность потерпевшего по ч. 2 и 3 ст. 321 УК РФ именно к категории «сотрудника места лишения свободы» или «сотрудника места содержания под стражей» исключает возможность считать потерпевшим, например, сотрудника уголовно-исполнительной инспекции, даже в случае исполнения им должностных обязанностей на территории ИУ. Несмотря на то, что указанная категория сотрудников будет защищаться в рамках ст. 318 УК РФ «Применение насилия в отношении представителя власти», они остаются менее защищенными. Данные статьи имеют разный нижний предел санкции (по ст. 318 УК РФ – штраф, а по ст. 321 УК РФ – лишение свободы), что обделяет сотрудников УИИ при осуществлении своей деятельности на территории ИУ и обеспечивает им меньшую безопасность. Также следует отметить, что возраст уголовной ответственности по ст. 313, 319, 321 УК РФ создает ситуацию незащищенности сотрудников воспитательных колоний, в которых содержатся несовершеннолетние от 14 лет. Однако проводимые в данных учреждениях режимные мероприятия и воспитательная работа с осужденными дают представление о наказуемости совершения противоправных действий и осознание
их общественной опасности. Таким образом, целесообразно будет снижение возраста уголовной ответственности по ст. 313, 319 и 321 УК РФ.
Обобщая результаты проведенного юридического анализа, в целях
повышения эффективности данных норм необходимо, по нашему
мнению, внести следующие изменения:
– внести изменение в п. 3 Пленума Верховного суда РФ
от 01.06.2023 № 14, добавив в понятие сотрудника правоохранительного
органа «лиц, осуществляющих функции по исполнению уголовных
наказаний в отношении осужденных»;
– закрепить понятие публичности, обеспечивая безопасность
сотрудников ИУ с учетом специфики условий их деятельности;
– снизить возраст уголовной ответственности по ст. 313, 319 и 321
УК РФ в целях снижения уровня преступности со стороны несовершеннолетних осужденных, подозреваемых, обвиняемых в возрасте от 14 до 16 лет.
Данные меры позволят гарантировать сотрудникам УИС защиту их
законных прав и интересов и устранить неточности законодательных
формулировок.
1 О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 317, 318, 319 Уголовного кодекса Российской Федерации: Постановление
Пленума Верхов. суда РФ от 1 июня 2023 г. № 14 [Электронный ресурс] // Официальный
интернет-портал правовой информации (www.pravo.gov.ru) (дата обращения: 11.03.2025).
СОВРЕМЕННЫЕ ВЫЗОВЫ И ПРОБЛЕМЫ РЕАЛИЗАЦИИ
ЭЛЕКТРОННОГО НАДЗОРА ЗА ОСУЖДЕННЫМИ
В РЕСПУБЛИКЕ КАЗАХСТАН
© 2025 А. Кажымукан
Казахстанско-Американский Свободный университет
Научный руководитель – К. Х. Рахимбердин,
доктор юридических наук, профессор,
Восточно-Казахстанский университет им. С. Аманжолова
В статье рассматриваются различные аспекты использования электронноцифровых технологий в контроле за осужденными без изоляции от общества
в Республике Казахстан. Автор рассматривает электронный контроль как
составную часть пробационного посткриминального контроля. Раскрываются
проблемы, существующие в Казахстане в связи с использованием средств
электронного слежения и наблюдения. Делается вывод о необходимости
сочетания электронного контроля с гуманитарными технологиями ресоциализации правонарушителей.
Мы живем в эпоху электронно-цифровых технологий. Интернет властно вторгается в жизнь каждого человека, и без него практически невозможно представить современное общество. Не исключением в этом смысле является и уголовно-исполнительная система Казахстана, как и большинства других современных государств. Уголовноисполнительная система должна создавать условия для исправления осужденных, для их успешной социальной реинтеграции. Об этом недвусмысленно сказано в Правилах Нельсона Манделы, которые предусматривают, что социальная реинтеграция осужденных означает подготовку их к самостоятельной, ответственной жизнедеятельности в свободном обществе после отбытия наказания. Для того чтобы это трудновыполнимая задача успешно решалась, важен результативный посткриминальный контроль за осужденными. То есть контроль после совершения преступления. Он осуществляется органами и учреждениями уголовно-исполнительной системы Республики Казахстан. Важность подобного контроля, очень хорошо показана в работах профессора О. В. Филимонова, создавшего целую теорию посткриминального контроля в юридической науке1. Для чего нужен данный контроль? Во-первых, для того чтобы государство и общество могло видеть, как меняется в лучшую сторону осужденный и меняется ли вообще. Во вторых, чтобы своевременно обнаруживать риски ухудшения его поведения и грамотно воздействовать на эти риски для их минимизации. Что собой представляет подобный контроль? У многих возможно он ассоциируется с мрачными силуэтами тюремных надзирателей, казематами и засовами на дверях. Но это архаичное представление, несоответствующее уровню технологий цифровой эры. Да и осужденного можно контролировать не только в условиях пенитенциарного учреждения, но и когда он находится на свободе. Так, благодаря развитию Интернета и цифровых технологий появился электронный контроль в отношении лиц, совершивших преступления. Он широко используется во многих странах мира. Например, в США, уже много десятилетий применяется пробация с интенсивным наблюдением (ПИН). В Российской Федерации электронный контроль применятся при исполнении наказания в виде ограничения свободы и такой меры пресечения, как домашний арест. Электронный контроль можно определить, как деятельность, связанную с использованием электронных средств слежения и наблюдения, электронно-цифровых технологий, направленную на выявление и устранение рисков в поведении осужденных и на содействие обеспечению такого их поведения, которое соответствует ожиданиям общества и государства, задачам уголовно-исполнительного законодательства Республики Казахстан. Основными средствами подобного слежения и наблюдения, являются электронные браслеты.
В соответствии со ст. 69 и 174 Уголовно-исполнительного кодекса Республики Казахстан (далее – УИК РК), эти средства наблюдения, могут использоваться при осуществлении пробационного контроля в отношении осужденных условно и к наказанию в виде ограничения свободы. При этом 15 августа 2014 г., был издан Приказ МВД РК № 511 «Об утверждении Правил организации деятельности службы пробации»2, который предусматривал применение средств электронного слежения и наблюдения. Помимо этого, электронные браслеты с 2022 г. в Казахстане используются в отношении осужденных за преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних на протяжении всего периода осуществления за ними посткриминального контроля, включая административный надзор. В чем же заключается «секрет» средств электронного слежения и наблюдения? Электронные браслеты, транслирующие радиосигнал через GPS канал, дают возможность контролировать местонахождение осужденного в режиме реального времени. Например, на осужденного к ограничению свободы возложен запрет посещения определенных мест, чреватых рисками совершения им новых преступлений. Предположим, что осужденный пренебрег этим запретом и отправился в ночной клуб или другое заведение с целью употребления алкогольных напитков. Электронный браслет должен отреагировать, зафиксировав нарушение запрета и передав информацию об этом в орган контроля. В результате, оценив допущенное осужденным нарушение и отреагировав на него, можно сделать вывод о том, обосновано ли применили к нему пробацию или нет. Несомненной заслугой электронных технологий является существенное улучшение возможностей осуществления посткриминального контроля. Невозможно представить себе, как бы осуществлялся этот контроль за осужденными в крупных городах Казахстана или в местности, где один сотрудник пробации должен проверять осужденных живущих на расстоянии в сотни километров, если бы не электронные средства контроля. Кроме того, интересно отметить, что среди осужденных, находящихся под контролем с использованием электронных браслетов, различные нарушения порядка и условий отбывания наказания выявляются в 40 % случаев, а без их использования – только в 15 %, то есть намного реже. Уже эти цифры говорят о том, что электронный контроль необходим. Особую значимость он имеет в условиях пробации, поскольку осужденные условно и к ограничению свободы от общества не изолируются. Значит их готовность к правопослушному поведению надо проверять и оценивать с учетом того, что эти осужденные находятся на свободе, и таких осужденных в стране – тысячи человек. Так, например, в 2022 г. на учете в органах пробации в Казахстане, состояло 65 532 осужденных. Большинство из них
являлось осужденными к ограничению свободы (47 537 человек). Доля осужденных условно составляла 6930 человек. Конечно, электронные средства контроля, применялись не ко всем данным осужденным. По состоянию на 2022 г. таковых было 2178 человек, в том числе 114 являлись осужденными за преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних. В настоящее время, по данным Комитета уголовно-исполнительной системы МВД РК применяется более 2500 электронных браслетов в отношении осужденных, находящихся на пробационном контроле. Следует отметить также, что 364 нарушения со стороны осужденных, были выявлены при помощи электронных браслетов, в результате чего за нарушение порядка и условий отбывания наказания, в места лишения свободы были направлены 130 осужденных3. Несомненно, это свидетельство эффективности электронного контроля. Однако, к сожалению, мы не можем сказать, что в данной сфере все обстоит гладко и безупречно. Как мы считаем, имеется ряд проблем, связанных с осуществлением электронного контроля за осужденными. Прежде всего, это касается обоснованности использования электронного контроля. Думается, что для какой-то части осужденных он не нужен. Но как выявить тех, для кого он необходим? В свое время исследователь М. Р. Гета писал о целесообразности проведения социального исследования личности правонарушителей, по результатам которого можно было бы определять интенсивность и продолжительность пробационного контроля4. На наш взгляд, одной из задач такого исследования должна выступать оценка необходимости электронного контроля. К сожалению, в Казахстане пока должным образом не проводится подобное исследование. На 2024–2026 гг. Республиканской Бюджетной комиссией, в соответствии с законодательством Республики Казахстан, было одобрено предоставление 1,6 млрд тенге на оплату аренды 2562 электронных браслетов5. Однако где гарантии, что этих браслетов будет достаточно и они будут применены в отношении именно тех осужденных, которые имеют повышенные криминальные риски в своем поведении. Кроме того, проблемой является и само техническое состояние электронных браслетов. Ведь нельзя исключать риски попадания в арсенал уголовно-исполнительной системы бракованных, некачественных электронных браслетов. Еще одной проблемой можно назвать то, что средства электронного контроля арендуются, а не находятся в собственности государства, и стоимость этой аренды непрерывно растет. Так, например, в 2026 г. ожидается, что стоимость аренды одного браслета будет составлять 21 400 тенге в месяц. Представим себе, какой окажется эта сумма в отношении нескольких тысяч осужденных на протяжении двух или более лет.
Завершая изложенное, хотелось бы отметить, что данные
проблемы требуют своего решения, но самое главное заключается
в том, что нельзя абсолютизировать электронный контроль, как
и любые проявления искусственного интеллекта. Он должен разумно
сочетаться с воспитательной работой в отношении осужденных
и с мерами по их социальной реинтеграции. В этом случае у электронного контроля, на наш взгляд, – достойное будущее.
1 См.: Филимонов О. В. Посткриминальный контроль: теоретические основы правового
регулирования / О. В. Филимонов; под ред. Н. И. Ланкина; Том. гос. ун-т им. В. В. Куйбышева.
– Томск: Изд-во Томского университета, 1991. – 179 с.
2 Об утверждении Правил организации деятельности службы пробации: Приказ министра внутренних дел Республики Казахстан от 15 августа 2014 г. № 511 [зарегистрирован в Министерстве
юстиции Республики Казахстан 17 сентября 2014 г. № 9738] [Электронный ресурс] // Әділет:
информационно-правовая система нормативных правовых актов Республики Казахстан. – URL:
https://adilet.zan.kz/rus/docs/V14C0009738 (дата обращения: 05.02.2025).
3 Джанибеков Т. Н. Актуальные проблемы уголовно-исполнительной системы Казахстана /
Т. Н. Джанибеков // Материалы заседания Общественного совета по вопросам деятельности органов внутренних дел Республики Казахстан. – Астана: МВД РК, 2024. – С. 24.
4 См.: Гета М. Р. Опыт пробации и его применение в Республике Казахстан / М. Р. Гета.
– Усть-Каменогорск: Медиа-Альянс, 2003. – 54 с.
5 Джанибеков Т. Н. Указ. соч. – С. 31.
О ХАРАКТЕРИСТИКЕ ЛИЧНОСТИ
ПЕНИТЕНЦИАРНОГО ПРЕСТУПНИКА
© 2025 А. К. Калиев
Самарский юридический институт ФСИН России
Научный руководитель – В. В. Кубанов,
кандидат юридических наук, доцент,
Самарский юридический институт ФСИН России
Автором рассмотрены вопросы криминалистической характеристики
преступлений, совершаемых в условиях учреждений, обеспечивающих
изоляцию от общества, и ее отдельного структурного элемента – личности
пенитенциарного преступника. Сделан вывод о том, что комплексное изучение личности пенитенциарного преступника, установление у него особых
навыков и знаний имеют важнейшее значение для полного и всестороннего
расследования уголовного дела. Это, в свою очередь, предопределяет необходимость установления личностных характеристик пенитенциарных преступников, к числу которых относят социально-демографические, уголовноправовые, психологические.
Российская юридическая наука и правоприменительная практика достигли определенных и вполне ощутимых положительных результатов в процессе осуществления противодействия преступлениям против личности, совершаемых в условиях учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества. Однако, несмотря на это, в настоящее время в данной сфере можно обнаружить значительное количество проблемных вопросов, требующих решения, как при помощи теоретических наработок, так и посредством оптимизации практики расследования таких преступлений. К категории проблемных в настоящее время можно отнести вопросы, связанные с организацией расследования и профилактики пенитенциарных преступлений. Профилактическая деятельность, направленная на борьбу с пенитенциарной преступностью в целом, требует повышения эффективности работы всей системы правоохранительных органов, в рамках которой учреждения ФСИН России являются основным структурным звеном, отвечающим за внутреннее взаимодействие служб уголовноисполнительной системы и внешнее взаимодействие с органами внутренних дел, традиционно ответственных за предотвращение преступной деятельности1. Качественная организация комплекса мероприятий по раскрытию, расследованию и предупреждению пенитенциарных преступлений имеет существенное значение для реализации задач, стоящих перед уголовноисполнительной системой и другими правоохранительными органами, что не представляется возможным без теоретического исследования криминалистической характеристики преступлений, совершаемых в условиях изоляции от общества, и ее отдельного структурного элемента – характеристики личности пенитенциарного преступника. Несмотря на значительное число работ отечественных специалистов, посвященных тематике расследования преступлений, совершаемых в условиях учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, вопросы определения содержания их криминалистической характеристики остаются недостаточно изученными. Отдельное место в криминалистической характеристике пенитенциарного преступника занимает личность лица, совершившего преступное деяние. В криминалистике существует два основных направления, по которым осуществляется изучение личности преступника. Первое направление предполагает изучение обнаруженного комплекса следов, изобличающего заподозренного в совершении преступления. Интересной особенностью данного подхода является то, что для изучения пригодны как материаль