Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Бенефициарная собственность и трасты в России и за рубежом

Покупка
Основная коллекция
Артикул: 861290.01.01
Доступ онлайн
от 216 ₽
В корзину
Частному лицу
Бумажная книга
1 339 ₽
Купить
Купить в составе основной коллекции от 1 490 ₽

Собственные конкурсы:

  • АКАДЕМУС, 2025, Юридические науки, Лауреат
В монографии рассматривается траст как основной институт бенефициарной собственности, в рамках структурного подхода изучены права и обязанности участников траста. Показаны проблемы защиты бенефициарной собственности в Российской Федерации в ее понимании законом, доктриной и практикой. Разрешены теоретические и практические вопросы признания российскими судами траста в семейных, наследственных отношениях и корпоративных отношениях, а также пределы защиты в конкретных случаях. Уделено внимание правовым последствиям учреждения зарубежных трастов в Российской Федерации, положениям международных актов, коллизионному регулированию. Книга предназначена для юристов (ученых и практиков), экономистов, а также всех интересующихся вопросами управления имуществом и финансами в России и за рубежом.

Бенефициарная собственность и трасты: вызовы для российского правопорядка

Монография А.А. Максурова "Бенефициарная собственность и трасты в России и за рубежом" (Москва: ИНФРА-М, 2026) представляет собой глубокое исследование одного из наиболее сложных и актуальных институтов современного частного права – бенефициарной собственности, с особым акцентом на трасты. Автор анализирует генезис, правовую природу и особенности функционирования трастов в англосаксонской и континентальной правовых системах, а также рассматривает проблемы и перспективы их признания и применения в Российской Федерации.

Траст как ключевой институт бенефициарной собственности

В первой главе монографии Максуров подробно исследует траст как основной англо-американский институт бенефициарной собственности. Он отмечает, что концепция бенефициарной собственности шире понятия траста, но именно траст является её наиболее ярким проявлением. Автор прослеживает историческую эволюцию бенефициарной собственности от древних фидуциарных отношений до современного траста, подчеркивая его способность решать задачи управления и передачи собственности в условиях меняющейся экономики.

Максуров критически анализи существующие в доктрине концепции правовой природы траста – как фидуциарного правоотношения и как обособленного имущественного комплекса. Он предлагает рассматривать траст как особый правовой механизм удовлетворения имущественного интереса, основанный на управленческих и иных юридически значимых действиях доверительного собственника в чужом интересе. Для систематизации информации о сущностных признаках траста автор применяет структурный подход, выделяя имущественный, организационный и юридический аспекты. Эти аспекты определяют содержание прав и обязанностей учредителя, доверительного собственника (трасти) и бенефициара, при этом права бенефициара чаще всего трактуются как способы защиты его имущественного и корпоративного интереса, а не как субъективные гражданские права.

Бенефициарная собственность в российском контексте

Вторая глава посвящена анализу бенефициарной собственности в Российской Федерации. Максуров констатирует, что российское право, в отличие от англосаксонского, не восприняло институт бенефициарной собственности и траста из-за особенностей исторического развития, правовой традиции и отсутствия концепции "расщепленной собственности". Попытки внедрения траста в 1990-х годах через институт доверительного управления имуществом оказались неудачными, поскольку российская модель существенно отличается от англо-американского траста.

Тем не менее, автор отмечает, что концепция бенефициарной собственности находит частичное отражение в российском налоговом законодательстве (через понятия "фактический получатель дохода" и "контролирующее лицо") и законодательстве о противодействии легализации доходов, полученных преступным путем. Однако эти дефиниции носят узкоспециализированный характер и не полностью соответствуют зарубежному пониманию. В условиях отсутствия законодательного регулирования, именно судебная практика становится основным субъектом, воспринимающим и применяющим концепцию бенефициарной собственности, особенно в семейных и корпоративных спорах. Максуров приводит примеры судебных решений, демонстрирующих как признание, так и отказ в признании бенефициарных прав, подчеркивая противоречивость и непоследовательность отечественной практики. Он предлагает внести изменения в Семейный кодекс РФ для учета бенефициарных прав супругов и в Гражданский кодекс РФ для более четкого регулирования объектов гражданских прав и защиты интересов бенефициаров.

Правовые последствия зарубежных трастов в РФ и коллизионное регулирование

В третьей главе рассматриваются правовые последствия зарубежных трастов в Российской Федерации, включая коллизионное регулирование. Максуров анализирует Гаагскую конвенцию 1985 года о праве, применимом к трастам, и об их признании, отмечая её роль в унификации понимания траста и определении применимого права. Хотя Россия не является участником Конвенции, её положения могут служить ориентиром для отечественной судебной практики.

Автор подчеркивает, что применение иностранного права к трастовым отношениям в России возможно на основании коллизионных норм ГК РФ (ст. 1186, 1187, 1211, 1202, 1203). Однако этому препятствуют отсутствие в российском праве концепции "расщепленной собственности" и императивные нормы, например, в сфере наследственного права. Максуров предлагает внести изменения в ст. 1118 ГК РФ, чтобы приравнять учреждение иностранной структуры без образования юридического лица (траста) к завещанию, если воля гражданина выражена письменно и нотариально удостоверена. Это позволит защитить волеизъявление наследодателя и обеспечить признание наследственных трастов в РФ.

В заключение монографии А.А. Максуров делает вывод о необходимости повышения правовой определенности в вопросах признания прав бенефициаров в России. Он предлагает комплекс мер, включая обобщение судебной практики Верховным Судом РФ, разработку федерального закона о применении норм иностранного права о бенефициарной собственности и внесение изменений в гражданское и семейное законодательство. Эти шаги, по мнению автора, позволят защитить права российских граждан, ввести в экономику новые эффективные механизмы и сблизить российскую правовую систему с ведущими мировыми правопорядками.

Текст подготовлен языковой моделью и может содержать неточности.

Максуров, А. А. Бенефициарная собственность и трасты в России и за рубежом : монография. — Москва : ИНФРА-М, 2026. — 168 с. — (Научная мысль). — DOI 10.12737/2219639. - ISBN 978-5-16-021253-1. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2219639 (дата обращения: 18.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
БЕНЕФИЦИАРНАЯ 
СОБСТВЕННОСТЬ И ТРАСТЫ 
В РОССИИ И ЗА РУБЕЖОМ
А.А. МАКСУРОВ
Москва
ИНФРА-М
МОНОГРАФИЯ


УДК 34.03(075.4) 
ББК  67.404 
 
М 17
Максуров А.А.
М 17  
Бенефициарная собственность и трасты в России и за рубежом : монография. — Москва : ИНФРА-М, 2026. — 168 с. — (Научная мысль). — 
 DOI 10.12737/ 2219639.
ISBN 978-5-16- 021253-1 (print)
ISBN 978-5-16- 113960-8 (online)
В  монографии рассматривается траст как основной институт бенефициарной собственности, в рамках структурного подхода изучены 
права и обязанности участников траста.
Показаны проблемы защиты бенефициарной собственности в  Российской Федерации в ее понимании законом, доктриной и практикой. 
Разрешены теоретические и практические вопросы признания российскими судами траста в семейных, наследственных и корпоративных 
отношениях, а также пределы защиты в конкретных случаях. 
Уделено внимание правовым последствиям учреждения зарубежных трастов в  Российской Федерации, положениям международных 
актов, коллизионному регулированию.
Книга предназначена для юристов (ученых и практиков), экономистов, а также всех интересующихся вопросами управления имуществом и финансами в России и за рубежом.
УДК 34.03(075.4) 
ББК 67.404
Р е ц е н з е н т ы:
Моргунов А.П.,  доктор технических наук, профессор, заведующий 
кафедрой технологии машиностроения Омского государственного 
технического университет а;
Некрасов Ю.И.,  доктор технических наук, профессор, заведующий 
кафедрой технологии машиностроения Тюменского государственного нефтегазового университета
ISBN 978-5-16- 021253-1 (print)
ISBN 978-5-16- 113960-8 (online)
© Максуров А.А., 202 6


Введение
Актуальность темы исследования состоит в рассмотрении правового механизма бенефициарной собственности и траста в системе 
общего права англосаксонской правовой семьи и права континентальной Европы, с точки зрения его возможной адаптации в правовой системе Российской Федерации.
В юридической науке сегодня все чаще признается процесс 
глобализации экономических связей, что содержит в себе новые 
вызовы национальным правопорядкам и международному праву1. 
Несмотря на то, что политически данный процесс в последние годы 
несколько замедлился, экономическая интеграция только укрепляется, иногда даже между государствами, находящимися в скрытом 
геополитическом конфликте. Описанная ситуация связана и с введением в гражданско-правовой обиход концепции бенефициарной 
собственности, наиболее ярким проявлением которой выступают 
трасты и офшорные компании.
Бенефициарная собственность и  траст хорошо известны общему праву англосаксонской правовой семьи. В последние годы 
повышенный интерес к трастам, использованию их возможностей 
отмечается и в правовых системах европейских государств, относящихся к романо-германской правовой семье. Происходит активное 
развитие и международного права в указанной сфере.
Справедливо отметить, что Российская Федерация пока еще 
далеко отстоит от темы признания бенефициарной собственности 
и траста ввиду особенностей правовой традиции, а также уклада 
отечественной экономики, существующего в последние годы санкционного давления со стороны стран Запада не только на Россию 
как субъекта международного права, но и на ее национальных физических и юридических лиц — субъектов частного права.
Между тем «столкновение» с институтом бенефициарной собственности и траста российских экономически активных субъектов 
во  многом предрешено не  только интегративными процессами, 
но  все большим распространением такого правового механизма 
1	
Зорькин В.Д. Кризис международного права: современный контекст // Российская газета. 2014. 20 июня; Максуров А.А. Обеспечительные меры в международном гражданском процессе. М.: ИНФРА-М, 2024. С. 331; Максуров А.А. Обращения в Европейский Суд по правам человека по вопросам 
защиты права собственности: методы исследования  // Вопросы экономики и права. 2010. № 4. С. 43; Максуров А.А. Общепризнанные принципы 
и нормы международного права. Понятие и проблемы применения в Российской Федерации. М.: ИНФРА-М, 2021. С. 143.


в национальных правопорядках континентальной Европы. Неудивительно, что российские граждане и юридические лица сегодня все 
чаще вступают в трансграничные отношения и связываются с различными формами бенефициарной собственности, что, с одной стороны, предоставляет им новые экономико-правовые возможности 
удовлетворения собственных имущественных интересов, а с другой 
стороны, влечет и новые риски, связанные с использованием механизма траста, поскольку не во всех случаях можно защитить свои 
интересы в суде1.
Осмыслению тех правовых проблем, которые сегодня наблюдаются при обращении к механизму бенефициарной собственности 
и траста, а также их посильному разрешению посвящено настоящее 
исследование.
В юридической литературе присутствуют актуальные исследования по проблематике (работы В.А. Канашевского, Н.Н. Карандашевой, И.В. Гетьман-Павловой, Т.Н. Нешатаевой, Н.Ю. Ерпылевой, 
Н.В. Соколовой, А.С. Касаткиной, Л.П. Ануфриевой, З.Э. Беневоленской, Е.Ю. Коретниковой, А.Р. Патроновой, В.С. Новикова, 
С.Л. Будылина, А.И. Щукина и других). Фундаментальные труды 
по данному вопросу нередко принадлежат и иностранным авторам 
(I.  Szászy, J.J.  Fawcett, J.M.  Carruthers, M. Lupoi, J.-P.  Beraudo, 
G.L. Gretton, G. Thomas, A. Hudson, D. Hayton, D. Lebeau и проч.).
Таким образом, степень научной разработки данной проблематики может служить отправной точкой для начала полноценного 
исследования.
При работе над темой широко использовались общенаучные, 
частно-научные и иные методы исследования. Основной акцент 
при  исследовании возможности и  порядка применения иностранного механизма траста к отношениям, участниками которых 
1	
Максуров А.А. Рассмотрение Европейским Судом по правам человека дел 
о нарушении права собственности вследствие длительного неисполнения 
судебных решений // Юрист. 2010. № 5. С. 53; Максуров А.А. Соотношение 
общепризнанных принципов международного права и общепризнанных 
норм международного права // Вестник юридического факультета Южного 
Федерального Университета. Ростов-на-Дону. 2019. № 3. Т. 6. С. 43; Максуров А.А. Защита права собственности в Европейском Суде: теоретические 
основы // Законодательство и экономика. 2010. № 9. С. 28; Максуров А.А. 
Защита права собственности Европейским Судом по  правам человека 
при взыскании налогов, штрафов и иных обязательных фискальных платежей // Юрист. 2010. № 9. С. 33; Максуров А.А. Защита права собственности от необоснованного вмешательства государства в права собственника 
в  Европейском суде по  правам человека  // Международное публичное 
и частное право. 2011. № 5. С. 47.


становятся российские граждане и юридические лица, был сделан 
на различные способы анализа сложных систем.
Среди юридических методов оказались полезными метод сравнительного правоведения, историко-правовой подход, метод обобщения юридической практики, а также другие методы и приемы 
научного поиска.
Теоретическую основу исследования составляют труды отечественных и  зарубежных ученых, изучавших проблемы, отраженные в работе (труды таких исследователей, как В.А. Канашевский, Н.Н. Карандашева, И.В. Гетьман-Павлова, Т.Н. Нешатаева, 
Н.Ю. Ерпылева, Н.В. Соколова, А.С. Касаткина, Л.П. Ануфриева, 
З.Э. Беневоленская, Е.Ю. Коретникова, А.Р. Патронова, В.С. Новиков, и  других), а  правовую основу исследования образовало 
международное право, российское и зарубежное гражданское законодательство. В качестве эмпирической базы исследования выступили опубликованные и неопубликованные материалы юридической практики.
Теоретическое и практическое значение исследования определяется его актуальностью, новизной, четко сформулированными 
выводами и положениями. Практическая значимость работы состоит в том, что содержащиеся в ней выводы и предложения могут 
быть использованы в  целях повышения эффективности применения национальными судами иностранных норм, регулирующих 
трастовые отношения.
Помимо тех выводов, которые отражены в заключении к работе, 
необходимо обратить внимание и на следующие основные моменты.
Прежде всего, имеющиеся концепции правовой природы траста 
(траст как фидуциарное правоотношение и траст как обособленный 
имущественный комплекс) имеют свои достоинства и недостатки. 
Объединить некоторые достоинства и избавиться от основных недостатков предложенного учеными понимания траста можно, если 
представить его в виде особого правового механизма удовлетворения конкретного имущественного интереса. В основе данного 
механизма лежат управленческие и иные юридически значимые 
действия (деятельность) доверительного собственника в  чужом 
интересе относительно третьих лиц.
Существует неопределенность в установлении и формулировании основных сущностных признаков траста. Эту неопределенность предлагается преодолеть посредством структурного подхода 
к исследованию правовых явлений, распространенного в последние 
годы в теории права, и который до настоящего времени не применялся к трастовым отношениям.


По мнению автора, трастовые отношения (трастовый механизм) — это полиструктурное образование, предполагающее множественность структур, наиболее значимые из которых (стохастическая, рекурсивная, синергетическая, функциональная, временная, 
пространственная, психологическая, логическая, телеологическая) 
рассмотрены в работе, что позволило систематизировать информацию об основных свойствах трастового отношения. Предлагается выделять имущественный, организационный и юридический 
аспекты траста, которые наиболее полно проявляются в характеристике основных прав и обязанностей участников траста.
В трасте, как правило, но не всегда, можно вести речь об отдельных вещных и обязательственных правах либо способах удовлетворения имущественного (корпоративного) интереса, среди 
которых а) у  учредителя траста будут присутствовать ограниченные обязательственные права в  отношении доверительного 
собственника и вытекающие из прежде существовавших вещных 
прав правомочия по охране переданного в траст имущества от противоправных действий любых третьих лиц, б) у доверительного 
собственника  — это вещные права в  отношении любых третьих 
лиц, способных посягнуть на переданное в траст имущество, и обязательственные права относительно третьих лиц по сделкам, связанным с трастовым имуществом, в) у бенефициара — отдельные 
вещные правомочия по  защите переданного в  траст имущества 
от третьих лиц и обязательственные права в отношении доверительного собственника, причем как вещные, так и обязательственные 
полномочия бенефициара, скорее, являются предоставленным ему 
законом и (или) судом способом защиты своего имущественного 
и корпоративного интереса, а не субъективным гражданским (корпоративным) правом.
Близкое к зарубежному подходу понимание ключевых элементов 
механизма бенефициарной собственности сегодня в российском 
законодательстве представлено лишь на уровне налогового законодательства (в виде отождествления бенефициарного владельца 
с фактическим получателем дохода) и в рамках законодательства 
о  противодействии легализации доходов, добытых преступным 
путем (в  качестве концепции лица, осуществляющего «окончательный контроль» над  деятельностью корпорации). При  этом 
предложенное в законе понимание элементов бенефициарной собственности не едино и противоречиво, а также не в полной мере 
соответствует идее бенефициарной собственности за рубежом.
По этим причинам в настоящее время в России лишь судебная 
практика остается основным субъектом, воспринимающим кон
цепцию бенефициарной собственности и пытающимся применить 
ее при рассмотрении споров.
Российская судебная практика, в  отличие от  зарубежной, 
при положительном решении вопроса о восприятии модели бенефициарной собственности применительно к семейным отношениям 
(чаще всего при разделе имущества супругов при расторжении ими 
брака) исходит, главным образом, из определения бенефициарного 
интереса в  качестве имущественного права, подлежащего учету 
при разделе совместной собственности супругов, а не корпоративного интереса, наличие которого явно выступает в виде факультативного основания. При этом отечественная судебная практика 
нередко противоречива, а решения судов не во всех случаях надлежащим образом мотивированы, даже когда являются верными 
по существу. В целях выработки единообразия в подходе судов 
к указанным вопросам целесообразным будет обобщение Пленумом 
Верховного Суда РФ соответствующей судебной практики и принятие Постановления Пленума с рабочим названием «О практике 
признания судами концепции бенефициарной собственности», 
в котором, в числе прочего, следовало бы отразить вопросы о том, 
1) какие именно отношения и правовые механизмы следует считать отношениями в сфере бенефициарной собственности и траста, 
2) каким образом следует доказывать наличие таких отношений, 
3) к каким практическим выводам ведет факт установления трастовых (иных бенефициарных) отношений в тех или иных обстоятельствах, 4) в какой степени при разрешении гражданско-правовых 
споров можно применять по аналогии, и какие именно, нормы налогового законодательства, а также законодательства о противодействии легализации доходов, добытых преступным путем, в той 
или иной степени касающиеся отношений в сфере бенефициарной 
собственности, 5) какие нормы иностранного права в таких случаях 
следует применять российским судам и 6) относится ли к обязанностям суда в данном случае обращаться к положениям иностранного 
материального закона, и прочие вопросы.
Предлагается начать разработку изменений в гражданское законодательство Российской Федерации по вопросам бенефициарной 
собственности, не вводя концепцию бенефициарной собственности, 
как не  соответствующую общим принципиальным положениям 
российского позитивного права о  праве собственности и  иных 
вещных правах, в  действующее гражданское законодательство 
России, а касаясь вопросов столкновения национального правопорядка, включая трансграничные споры, не отражающего данную 
концепцию, с иностранными правопорядками, в которых указанная 


концепция присутствует. Такие изменения в  законодательстве 
могут происходить двумя согласованными путями одновременно.
Во-первых, следует изменить положения гражданского законодательства об объектах гражданских прав (статья 128 ГК РФ), 
включив в их перечень фактическое право на доход от бенефициарной собственности, зафиксировать права, имущественные 
и  корпоративные интересы бенефициара среди других субъективных гражданских прав и охраняемых законом интересов и т.п. 
Во-вторых, возможны разработка и принятие, на основании упомянутого выше анализа Верховным Судом РФ практики по делам 
данной категории, отдельного федерального закона, например, Федерального закона «О применении в Российской Федерации норм 
иностранного права о правах участников отношений бенефициарной собственности» или же Федерального закона «О признании 
и защите в Российской Федерации прав на получение фактического 
дохода от деятельности иностранной структуры».
Применение концепции бенефициарной собственности судами в Российской Федерации так или иначе вызвано необходимостью установления наличия связи (или ее отсутствия) между 
юридическим лицом и бенефициаром, когда один из них является 
должником и имеющегося у него имущества недостаточно для погашения требований кредиторов в полном объеме, а также реализации такой связи в виде субсидиарной (как правило) или солидарной (что реже) ответственности. Анализ судебной практики 
свидетельствует, во-первых, об участившемся использовании концепции бенефициарной собственности при рассмотрении дел российскими судами, во-вторых, об имеющейся непоследовательности 
при  обращении к  данной концепции, в-третьих, о  применении, 
в большинстве случаев, в качестве основного критерия наличия 
бенефициарной связи конкретного имущественного интереса бенефициара, а в меньшей степени и обычно в виде дополнительного критерия  — осуществления конкретным лицом контроля 
над той или иной структурой (с использованием характеристик, 
связанных с концепцией бенефициарной собственности понятий, 
предложенных российским налоговым законодательством и законодательством о противодействии легализации доходов, добытых 
преступным путем).
Подписание Гаагской конвенции о праве, применимом к трастам, 1985 г. Российской Федерацией принципиально возможно, 
хотя и не обсуждается в настоящее время. Ее ратификация не потребует внедрения в российское гражданское право чужеродной 
для него концепции «расщепленной собственности», отказа от ин
ститута доверительного управления имуществом и иных проявлений имплементации норм Конвенции в  российское законодательство, хотя и способна вызвать изменения в законодательстве 
о государственной регистрации прав на недвижимое имущество, 
транспортные средства, морские, речные и воздушные суда. Более 
того, это представляется целесообразным, по меньшей мере, для защиты интересов российских субъектов частного права.
Тем не менее даже в случае подписания и ратификации Российской Федерацией Конвенции о трастах, применение ее норм 
российскими судами будет весьма ограниченным в силу 1) наличия 
императивных и сверхимперативных норм, препятствующих применению отдельных ее положений, например, в части семейных 
и  завещательных (наследственных) трастов, 2)  существования 
«чувствительной» в данном случае оговорки о публичном порядке, 
3) противоположного, в ряде ситуаций, интереса налоговых органов. В то же время не усматривается запрета на применение положений Конвенции о трастах третейскими судами (коммерческими 
арбитражами), когда это предусмотрено регламентом суда или в арбитражном соглашении сторон.
Применение российскими судами норм иностранного права 
о  бенефициарной собственности на  основании положений п.  2 
ст. 1186, п. 9–10 ст. 1211, подп. 7 п. 2 ст. 1202 ГК РФ не только 
возможно, но  и  необходимо для  достижения целей, указанных 
в ст. 1191 ГК РФ. В силу абз. 2 п. 1 ст. 1186 ГК РФ нормы иностранного права о трастах и трастовых отношениях могут применяться и третейскими судами (коммерческим арбитражем) при наличии соответствующей отсылки к применимому праву в соглашении об учреждении траста или ином документе, выражающем 
по этому поводу волю участников траста. По сути, в последнем 
случае достаточно одной воли учредителя траста, выраженной им 
при учреждении траста и сопровождаемой молчаливым согласием 
на то доверительного собственника, принявшего после этого или 
одновременно с этим имущество в траст.
Среди практических предложений, направленных на  совершенствование порядка применения национальными судами иностранных процессуальных норм, можно указать, в числе прочих, 
на то обстоятельство, что отсутствие в семейном праве Российской 
Федерации указания на возможность учета в качестве общего имущества супругов, подлежащего разделу при расторжении ими брака, 
любых имущественных прав потенциально может умалить их права 
при рассмотрении дел о разделе имущества, как за рубежом, так 
и в России. В связи с указанным обстоятельством предлагается 


внести изменения в статью 34 Семейного кодекса Российской Федерации, дополнив ее второй пункт абзацем вторым следующего 
содержания:
«К  общему имуществу супругов относится также принадлежащее одному из супругов или им обоим фактическое право 
на  доходы, включая доходы от  использования относившегося 
ранее к их совместной собственности и впоследствии переданного 
ими (или одним из супругов) имущества в иностранную структуру, осуществляющую деятельность, направленную на  извлечение прибыли в интересах одного из супругов либо иных бенефициаров».
Фактически получаемый бенефициарный доход должен учитываться и  при  расчете размера алиментов. По  мнению автора, 
подлежит дополнению пункт 2 Перечня видов заработной платы 
и иного дохода, из которых производится удержание алиментов 
на  несовершеннолетних детей, утвержденного Постановлением 
Правительства РФ от 02.11.2021 № 1908 «О перечне видов заработной платы и иного дохода, из которых производится удержание 
алиментов на несовершеннолетних детей, и признании утратившими силу некоторых актов и отдельных положений некоторых 
актов Правительства Российской Федерации», подпунктом «т» 
следующего содержания:
«т) с доходов от использования иностранной структурой имущества в интересах данного лица».
Предложенные изменения позволят в большей степени защитить права и охраняемые законом интересы участников семейноправовых отношений.
Необходима защита волеизъявления учредителя траста — наследодателя, в связи с чем предлагается внести в пункт 1 статьи 1118 
Гражданского кодекса Российской Федерации абзац второй следующего содержания:
«К завещанию, совершенному в отношении имущества, находящегося на территории Российской Федерации, относится также 
случай учреждения гражданином иностранной организации, не являющейся юридическим лицом, и (или) передачи такой организации, а также приравненному к ней по задачам и деятельности 
физическому лицу, имущества, которое в случае смерти гражданина, его передавшего, полностью или частично перейдет указанному им при жизни выгодоприобретателю (бенефициару). Данные 
действия могут быть приравнены к завещанию, если гражданин выразил свою волю в письменной форме и этот факт был удостоверен 
нотариусом».


Доступ онлайн
от 216 ₽
В корзину
Частному лицу
Бумажная книга
1 339 ₽
Купить
Купить в составе основной коллекции от 1 490 ₽