Уголовно-правовая ответственность за незаконное проведение искусственного прерывания беременности и противоправный оборот эмбрионов
Собственные конкурсы:
- АКАДЕМУС, 2025, Юридические науки, Лауреат
Уголовно-правовая ответственность за незаконное прерывание беременности и оборот эмбрионов: вызовы современности
Монография И.Н. Маркиной "Уголовно-правовая ответственность за незаконное проведение искусственного прерывания беременности и противоправный оборот эмбрионов" (Москва: ИНФРА-М, 2026) представляет собой комплексное исследование актуальных проблем правового регулирования в сфере репродуктивного здоровья и биоэтики. Автор анализирует российское и зарубежное законодательство, выявляет пробелы и предлагает пути совершенствования уголовно-правовых норм, направленных на защиту жизни и здоровья женщин, а также на противодействие незаконному обороту человеческих эмбрионов.
Неэффективность противодействия незаконным абортам
Введение монографии акцентирует внимание на неэффективности существующего уголовно-правового противодействия незаконному проведению искусственного прерывания беременности в России. Отмечается широкое распространение нелегальных абортов, что негативно влияет на демографическую ситуацию и репродуктивное здоровье женщин. Приводятся статистические данные, демонстрирующие значительное количество абортов, в том числе проводимых при неизвестных обстоятельствах, что указывает на высокую латентность преступлений по статье 123 УК РФ. Автор подчеркивает, что проблема абортов является глобальной, но в России она усугубляется недостаточной эффективностью правовых механизмов.
Зарубежный опыт: от дифференциации до полного запрета
Первая глава монографии посвящена сравнительно-правовому анализу уголовного законодательства различных стран в отношении незаконного прерывания беременности. Автор исследует подходы стран бывшего СССР, Европы, Северной и Латинской Америки, Восточной Азии и Ближнего Востока. Выявляются как общие тенденции (например, расположение норм в главах о преступлениях против жизни и здоровья), так и существенные различия. Отмечается, что в некоторых странах (например, Эстония, Казахстан) существуют отдельные главы, посвященные незаконному прерыванию беременности, что свидетельствует о высоком социально-правовом значении этой проблемы.
Особое внимание уделяется дифференциации ответственности в зависимости от квалификации субъекта преступления, срока беременности, условий проведения процедуры и наличия согласия женщины. В ряде стран (Латвия, Литва, Эстония) используется более широкая формулировка "лицо, не имеющее права на проведение искусственного прерывания беременности", что, по мнению автора, упрощает квалификацию. В некоторых юрисдикциях криминализированы не только сам незаконный аборт, но и понуждение к нему, самоаборт, а также согласие женщины на незаконную процедуру. Отдельно рассматривается подход США, где жизнь человека получает уголовно-правовую защиту с момента зачатия, и мусульманского права, где ответственность дифференцируется в зависимости от стадии развития и пола плода.
Объективные и субъективные признаки в российском праве
Вторая часть первой главы углубляется в анализ объективных и субъективных признаков состава преступления, предусмотренного статьей 123 УК РФ. Автор подробно рассматривает дискуссии о непосредственном объекте преступления, склоняясь к позиции, что им является жизнь и здоровье женщины, которым создается реальная угроза. Обсуждается вопрос о потерпевшей, ее согласии на процедуру и его влиянии на квалификацию.
Значительное внимание уделяется объективной стороне, где автор, опираясь на судебную практику, аргументирует, что состав преступления по части 1 статьи 123 УК РФ является формальным, и преступление считается оконченным с момента совершения действий, направленных на прерывание беременности, независимо от наступления результата. Это позволяет квалифицировать покушение на незаконный аборт. Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом в отношении самого деяния и неосторожностью в отношении возможных тяжких последствий.
Противоправный оборот эмбрионов: новая угроза
Вторая глава монографии посвящена проблеме противоправного оборота эмбрионов, в том числе полученных в результате искусственного прерывания беременности. Автор подчеркивает, что развитие биотехнологий и ВРТ порождает новые этические и правовые вызовы. Приводятся примеры потребительского отношения к человеческим эмбрионам в мире, их использования в пищевой, косметической и фармацевтической индустриях.
Анализируются международные документы, осуждающие коммерциализацию человеческих органов и тканей, а также зарубежное законодательство, регулирующее оборот эмбрионов (Турция, Азербайджан, Киргизия, Молдова, Испания, Италия, США, Китай, Германия, Бельгия, Дания, Латвия, Великобритания, Канада, Франция). Отмечается, что многие страны вводят строгие запреты на создание эмбрионов для исследовательских целей, их куплю-продажу и использование в коммерческих целях.
В российском контексте автор указывает на нерешенность проблемы незаконного оборота эмбрионов, отсутствие комплексного правового регулирования их статуса. Подчеркивается риск коммерциализации эмбриональных тканей, что может привести к росту абортов с целью получения биоматериала. Приводятся "вопиющие" случаи незаконного оборота эмбрионов в России. Автор выступает за признание особого статуса эмбрионов и необходимость введения уголовной ответственности за их куплю-продажу, незаконное приобретение, содействие сделкам и проведение абортов с целью получения эмбрионов.
Совершенствование российского законодательства
Третья глава монографии посвящена особенностям квалификации незаконного проведения искусственного прерывания беременности и предложениям по совершенствованию статьи 123 УК РФ. Автор проводит отграничение незаконного аборта от смежных составов преступлений, таких как причинение тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК РФ) и убийство (ст. 105 УК РФ). Особое внимание уделяется разграничению с убийством малолетнего лица, где ключевым является момент начала уголовно-правовой охраны жизни человека.
Предлагаются конкретные изменения в статью 123 УК РФ, направленные на расширение круга криминализуемых деяний. В частности, предлагается дополнить диспозицию части 1 статьи 123 УК РФ следующими признаками: "вне медицинской организации, имеющей на это право", "при наличии медицинских противопоказаний". Также предлагается ввести новую часть 1¹ в статью 123 УК РФ, предусматривающую повышенную ответственность за незаконное проведение искусственного прерывания беременности при сроке свыше двадцати двух недель, учитывая повышенную опасность для жизни и здоровья женщины на поздних сроках.
В заключении монографии автор резюмирует, что проблемы незаконных абортов и противоправного оборота эмбрионов требуют дальнейшего научного изучения и проработки. Предложенные изменения направлены на усиление защиты прав и интересов женщин, а также на предотвращение неэтичных практик в сфере репродуктивных технологий.
- Среднее профессиональное образование
- 40.02.02: Правоохранительная деятельность
- 40.02.04: Юриспруденция
- ВО - Бакалавриат
- 40.03.01: Юриспруденция
- 40.03.02: Обеспечение законности и правопорядка
- 44.03.05: Педагогическое образование (с двумя профилями подготовки)
- ВО - Магистратура
- 38.04.01: Экономика
- ВО - Специалитет
- 10.05.04: Информационно-аналитические системы безопасности
- 37.05.02: Психология служебной деятельности
- 38.05.01: Экономическая безопасность
- 38.05.02: Таможенное дело
- 40.05.01: Правовое обеспечение национальной безопасности
- 40.05.02: Правоохранительная деятельность
- 40.05.03: Судебная экспертиза
- 40.05.04: Судебная и прокурорская деятельность
УГОЛОВН О-ПРАВОВАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НЕЗАКОННОЕ ПРОВЕДЕНИЕ ИСКУССТВЕННОГО ПРЕРЫВАНИЯ БЕРЕМЕННОСТИ И ПРОТИВОПРАВНЫЙ ОБОРОТ ЭМБРИОНОВ И.Н. МАРКИНА Москва ИНФРА-М 2026 МОНОГРАФИЯ
УДК 343.211(075.4) ББК 67.408.111.5 М 26 Маркина И.Н. М 26 Уголовн о-правовая ответственность за незаконное проведение искусственного прерывания беременности и противоправный оборот эмбрионов : монография / И.Н. Маркина. — М осква : ИНФРА-М, 2026. — 164 с. — (Научная мысль). — DOI 10.12737/ 2217095. ISBN 978-5-16- 021215-9 (print) ISBN 978-5-16- 113931-8 (online) Настоящее монографическое исследование посвящено обзору отдельных положений российского и зарубежного законодательства, предусматривающих ответственность за незаконное производство процедуры искусственного прерывания беременности, а также противоправный оборот человеческих эмбрионов. Проанализированы объективные и субъективные признаки состава преступления, предусмотренного статьей 123 Уголовного кодекса Российской Федерации, указаны основания отграничения деяния от смежных составов, а также намечены пути совершенствования законодательства, регулирующего правоотношения в рассматриваемой сфере. Книга предназначена для студентов, аспирантов и преподавателей юридических вузов и факультетов, научных работников, а также сотрудников правоохранительных органов. УДК 343.211(075.4) ББК 67.408.111.5 А в т о р: Маркина И.Н., кандидат юридических наук, старший преподаватель Московского финансово-юридического университета МФЮА Р е ц е н з е н т ы: Букалерова Л.А., доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры частного права Государственного университета управления; Шагиева Р.В., доктор юридических наук, профессор, первый проректор Российского университета адвокатуры и нотариата имени Г.Б. Мирзоева ISBN 978-5-16- 021215-9 (print) ISBN 978-5-16- 113931-8 (online) © Маркина И.Н., 2026
Введение В настоящее время наблюдается определенная неэффективность уголовно-правового противодействия незаконному проведению искусственного прерывания беременности, что способствует широкому распространению нелегального легкого источника дохода для акушеров, врачей-гинекологов, работающих зачастую в коммерческих медицинских организациях, и для иных лиц, противоправно их производящих. Развитие жизнеохранительной функции семьи включает в себя совершенствование правового противодействия незаконному прерыванию беременности и создание мер по ее сохранению. Проведение искусственного прерывания беременности, особенно незаконного, напрямую влияет на демографическую ситуацию в стране. В Концепции государственной семейной политики в Российской Федерации на период до 2025 г., утвержденной распоряжением Правительства РФ от 25 августа 2014 г. № 1618-р1, подчеркивается, что одним из факторов, негативно влияющих на репродуктивное здоровье женщин, остается прерывание беременности, а решение задач по укреплению института семьи, возрождению и сохранению духовно-нравственных традиций семейных отношений включает в себя, помимо всего, реализацию комплекса мер по дальнейшему снижению числа преждевременного прерывания беременности. Указом Президента РФ от 22 ноября 2023 г. № 875 2024 год в Российской Федерации объявлен Годом семьи2. Проблема снижения рождаемости в России была предметом неоднократных обсуждений в 2023 и 2024 гг., где обращалось особое внимание на необходимость противодействия, в том числе правового, абортам, что подчеркивал в своих выступлениях Президент РФ В.В. Путин3. По официальной статистике Министерства здравоохранения России, в 2018 г. зафиксировано более 600 тыс. случаев прерывания беременности, из которых примерно в 24 тыс. случаев такая проце1 Собр. законодательства Рос. Федерации. 2014. № 35, ст. 4811. 2 Собр. законодательства Рос. Федерации. 2023. № 48, ст. 8560. 3 См., например: Путин В.В. Выступление на встрече с членами Общественной палаты РФ и председателями региональных общественных палат 3 ноября 2023 г. URL: https://72.ru/text/politics/2023/11/03/72881003 (дата обращения: 09.01.2024); Указ Президента Рос. Федерации от 7 мая 2024 г. № 309 «О национальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года и на перспективу до 2036 года». URL: http:// publication.pravo.gov.ru/document/0001202405070015?index=1 (дата обращения: 08.05.2024).
дура проводилась при неизвестных обстоятельствах, что свидетельствует о явном или завуалированном незаконном характере. Всего в России в 2020 г. было проведено 553 500 абортов, в 2021 г. — 518 700, а в 2022 г. — 503 8091. За восемь месяцев 2023 г. за счет средств ОМС было проведено 183,4 тыс. абортов2. В 2024 году за счет ОМС было произведено более 250 тыс. абортов3. Точное число производимых в стране нелегальных абортов не известно, есть две статистики — официальная и неофициальная, и согласно второй в стране происходит до 1,5 млн прерываний беременности за счет деятельности коммерческих клиник4, а по другим данным — до 6 млн в год5. К этим цифрам надо добавить не выявленные, латентные незаконные факты прерывания беременности вне медицинских учреждений. Общественная опасность преступных абортов заключается в том, что их последствия имеют явно выраженное, крайне пагубное влияние на демографическую ситуацию, которая изменяется в худшую сторону. Так, в 2020 г. произошло сокращение численности постоянного населения страны на 503 539 человек, в 2021 г. — на 475 684 человека, в 2022 г. — на 532 637, в 2023 г. численность населения сократилась на 296 635 человек, а в 2024 году — на 122 4646. По данным Федеральной службы государственной статистики на 1 января 2023 г. в России проживало 146,45 млн человек, а к 1 января 2046 г. население страны составит 138,77 млн человек7. Аборты — проблема не только российская, ежегодно во всем мире регистрируется примерно 14 млн абортов, из них: в Китае — 1 Здравоохранение в России. 2023: Статистический сборник / Росстат. М., 2023. С. 63. 2 В ФОМС сообщили о сокращении числа абортов, проводимых за счет средств фонда. URL: https://www.interfax.ru/russia/927886 (дата обращения: 09.01.2024). 3 В Минздраве заявили о снижении числа абортов более чем в 3,5 раза за 10 лет. URL: https://azbyka.ru/news/v-minzdrave-zajavili-o-snizheniichisla-abortov-bolee-chem-v-3-5-raza-za-10-let (дата обращения: 20.06.2025). 4 Материалы парламентских слушаний по демографическим вопросам 11 ноября 2023 г. URL: https://www.kommersant.ru/doc/6323525 (дата обращения: 09.01.2024). 5 См.: Мизулина Е. В России налажен бизнес на абортах. URL: https://www. pravmir.ru/elena-mizulina-v-rossii-nalazhen-biznes-nabortax/?ysclid=lr0pfe k1yg347553954 (дата обращения: 09.01.2024). 6 Витрина статистических данных: Общий прирост постоянного населения. URL: https://showdata.gks.ru/report/278934 (дата обращения: 01.10.2024). 7 URL: https://rosstat.gov.ru/folder/313/document/220709 (дата обращения: 01.10.2024).
6 928 218, в США — 1 347 840, в Индии — 978 298, на Украине — 250 608, в Японии — 249 961, в Великобритании — 217 787, во Франции — 197 6461. Прерывания беременности тесно связаны с заболеваниями женщин, невозможностью в будущем иметь детей и даже повышенной смертностью женщин, в частности от различных проблем со здоровьем (болезней сердца и кровеносной системы) в течение года и более после прерывания беременности. Риск смерти после потери беременности (искусственной или естественной) высок и в отношении смертей от внешних причин: самоубийств, убийств и несчастных случаев. Некоторые смерти после абортов связаны с психологическими последствиями данной процедуры в результате саморазрушительного поведения. Смертность, связанная с абортом, выше, чем смертность, связанная с естественным выкидышем2. Хотя официальная статистика материнской смертности от абортов, начатых или начавшихся вне лечебного учреждения, а также неустановленного характера не столь высока: в 2020 г. зарегистрировано 26 смертей женщин, в 2021 г. — 11, а в 2022 г. — 23. Уменьшить количество абортов могло бы законодательное сокращение сроков, при которых разрешено прервать нежелательную беременность по социальным показаниям. Этот вопрос широко обсуждался осенью 2023 г., однако решение не было принято. При этом, по мнению экспертов ВОЗ, официальный запрет прерывания беременности может привести к росту числа криминальных абортов, и в России в том числе4. Статистика судебного департамента при Верховном Суде РФ о количестве осужденных по ст. 123 УК РФ показывает, что данная статья имеет низкую эффективность, а преступления — высокую латентность. Так, за 5 лет было осуждено всего 3 человека, причем по части третьей этой статьи в 2018, 2019 и 2021 гг. В этой связи представляется, что для эффективного противодействия незакон1 How Many Abortions per Year in the World 2023. URL: https:// worldpopulationreview.com/economics/how-many-abortions-per-year-in-theworld (accessed 09.01.2024). 2 См. об этом: Кухтенкова О. Аборты и материнская смертность. URL: https://ifamnews.com/ru/abort-i-materinska-smertnost-cast-ii (дата обращения: 09.01.2024). 3 Здравоохранение в России. 2023: Статистический сборник / Росстат. М., 2023. С. 63. 4 См.: Ерофеева Л. В России увидели риск роста числа криминальных абортов. URL: https://lenta.ru/news/2023/10/27/crimeabortion/?ysclid=lq1 7o83syl214789487 (дата обращения: 09.01.2024).
ному проведению искусственного прерывания беременности необходимо совершенствовать редакцию ст. 123 УК РФ. Другой существенной проблемой является потенциальная возможность использования в незаконной фармакологической, косметологической, трансплантологической и научной деятельности биомедицинских клеточных продуктов биологического материала, полученного путем прерывания процесса развития эмбриона или плода человека, что нашло отражение в принятом Всемирной медицинской ассоциацией в 1989 г. Заявлении о трансплантации эмбриональной ткани1. Такой материал может быть получен, помимо иных способов, в результате незаконного проведения искусственного прерывания беременности, что дополнительно обосновывает необходимость как борьбы с таковым, так и разработку мер по противодействию незаконному обороту эмбрионов в целом. Беременность, которая потом тайно прерывается для незаконного оборота эмбрионов, по мнению отдельных исследователей, стала одним из доходных бизнесов в России. В настоящее время нет уголовно-правовых запретов для фактической торговли гаметами и эмбрионами. Несмотря на принятие Федерального закона от 23 июня 2016 г. № 180-ФЗ «О биомедицинских клеточных продуктах»2, предусматривающего недопустимость использования для разработки, производства и применения биомедицинских клеточных продуктов биологического материала, полученного путем прерывания процесса развития эмбриона или плода человека или нарушения такого процесса (п. 5 ч. 3), в России, как заявляют отдельные исследователи, существует незаконный рынок продажи стволовых клеток, полученных из эмбрионов абортированных женщин. Абортивный материал идет на стволовые клетки, на фармакологические, косметологические цели, и спрос на такой материал огромный3. Возможно, изменить ситуацию в этой области в лучшую сторону можно в том числе посредством изменения регламентации уголовной ответственности за незаконное проведение искусственного прерывания беременности для получения эмбрионов и установления запрета на оборот эмбрионов. Российский законодатель может обратиться к опыту зарубежных стран, например, Уголовный кодекс Франции содержит раздел 3 «Защита человеческого эмбриона», состоящий из 16 статей. В этой связи с целью совершенствования отечественного уголовного законодательства важно проанализировать уголовное законодательство 1 URL: https://studfile.net/preview/4021244/page:74 (дата обращения: 11.04.2024). 2 Официальный интернет-портал правовой информации. URL: www.pravo. gov.ru (дата обращения: 04.08.2023). 3 См.: Мизулина Е. В России налажен бизнес на абортах.
зарубежных стран и выявить эффективные методы, направленные на противодействие подобным криминальным явлениям. Вышесказанное позволяет сделать вывод, что повышение эффективности уголовно-правовых мер противодействия криминальным абортам на сегодняшний день особенно актуально для защиты здоровья и жизни женщин, прежде всего это касается репродуктивного здоровья, что повлечет за собой также улучшение демографической обстановки в России.
Глава 1. УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НЕЗАКОННОЕ ИСКУССТВЕННОЕ ПРЕРЫВАНИЕ БЕРЕМЕННОСТИ В РОССИИ И ЗА РУБЕЖОМ 1.1. УГОЛОВНО-ПРАВОВЫЕ МЕРЫ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ НЕЗАКОННОМУ ПРОВЕДЕНИЮ ИСКУССТВЕННОГО ПРЕРЫВАНИЯ БЕРЕМЕННОСТИ ПО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН Обратимся к анализу уголовного законодательства стран бывшего СССР. Схожесть социально-правовых черт, правовой традиции и особенностей исторического развития стран бывшего СССР обуславливает уместность сравнения подхода их и отечественного законодателя к вопросу регулирования ответственности за проведение искусственного прерывания беременности (аборта). В основном, нормы, регулирующие этот вид преступлений, содержатся в главах и разделах уголовных законов, посвященных преступлениям против жизни и здоровья, что связывает их с российской аналогичной нормой (статья 123 Уголовного кодекса Российской Федерации). В частности, это относится к законодательствам Республики Азербайджан1, Республики Армения2, Республики Беларусь3, Кыргызской Республики4, Республики Молдова5, Республики Таджикистан6, Республики Турк1 Уголовный кодекс Республики Азербайджан 1999 г. URL: http://www. unodc.org/tldb/pdf/Azerbaijan_Criminal_Code_in_Russian_Full_text.pdf (дата обращения: 09.04.2023). (Далее — УК Азербайджана.) 2 Уголовный кодекс Республики Армения 2021 г. URL: http://geum.ru/ next/art-269435.leaf-9.php (дата обращения: 09.04.2023). (Далее — УК Армении.) 3 Уголовный кодекс Республики Беларусь 1999 г. URL: http://bel-kodeksy. com/uk_rb/371.htm (дата обращения: 09.04.2023). (Далее — УК Беларуси.) 4 Уголовный кодекс Кыргызской Республики 2021 г. URL: http://www.wipo. int/edocs/lexdocs/laws/ru/kg/kg144ru.pdf (дата обращения: 09.03.2023). (Далее — УК Кыргызстана.) 5 Уголовный кодекс Республики Молдова 2002 г. URL: http://online.zakon.kz/ Document/?doc_id=30394923 (дата обращения: 09.03.2023). (Далее — УК Молдовы.) 6 Уголовный кодекс Республики Таджикистан 1998 г. URL: http://www. mmk.tj (дата обращения: 09.03.2023). (Далее — УК Таджикистана.)
менистан1 и Республики Украина2. Однако среди исследованных автором национальных правовых систем три относят рассматриваемое преступное деяние не к преступлениям против жизни, а к создающим опасность для здоровья и (или) жизни (аналогичным образом именуются и соответствующие главы кодексов) — в Республике Грузия3, в Литовской Республике4, в Республике Узбекистан5. В свою очередь, латвийский законодатель хоть и использует тот же подход, но разделяет по разным главам преступления против жизни и против здоровья, к последним и относя проведение незаконного аборта6. Среди исследованных законодательных систем стоит отметить те, где в рамках кодексов предусмотрены отдельные разделы, посвященные незаконному прерыванию беременности. Например, Пенитенциарный кодекс Эстонской Республики7 — его четвертый раздел именуется «Незаконное искусственное прерывание беременности» и включает четыре статьи (125–128), устанавливающие ответственность за различные составы преступлений, связанных с незаконным прерыванием беременности — злонамеренное искусственное прерывание беременности, противозаконное, а также прерывание беременности на позднем сроке и непосредственная дача согласия или разрешения на аборт без наличия такого права. По схожим причинам можно выделить и Уголовный кодекс Рес1 Уголовный кодекс Республики Туркменистан 1997 г. URL: http://online. zakon.kz/Document/?doc_id=31295286#pos=1707;-156 (дата обращения: 09.03.2023). (Далее — УК Туркменистана.) 2 Уголовный кодекс Республики Украина 2001 г. URL: http://meget.kiev. ua/kodeks/ugolovniy-kodeks/razdel-1-14/ (дата обращения: 09.03.2023). (Далее — УК Украины.) 3 Уголовный кодекс Республики Грузия 1999 г. URL: https://matsne.gov.ge/ ru/document/download/16426/143/ru/pdf (дата обращения: 09.03.2023). (Далее — УК Грузии.) 4 Уголовный кодекс Литовской Республики 2002 г. URL: http://www. pravo.vuzlib.su/book_z794_page_46.html (дата обращения: 09.03.2023). (Далее — УК Литвы.) 5 Уголовный кодекс Республики Узбекистан 1994 г. URL: Uzbekistan_ CC_1994_am_ru.pdf (дата обращения: 09.03.2023). (Далее — УК Узбекистана.) 6 Уголовный кодекс Латвийской Республики 1999 г. URL: https://likumi.lv/ doc.php?id=88966 (дата обращения: 09.03.2023). (Далее — УК Латвии.) 7 Пенитенциарный кодекс Эстонской Республики 2001 г. URL: http://www. juristaitab.ee/sites//files/elfinder/ruseadused/%D0%9F%D0%95%D0%9D% D0%98%D0%A2%D0%95%D0%9D%D0%A6%D0%98%D0%90%D0%A0%D 0%9D%D0%AB%D0%99%20%D0%9A%D0%9E%D0%94%D0%95%D0%9A %D0%A1_01.05.2015.pdf (дата обращения: 09.03.2023). (Далее — ПК Эстонии.)
публики Казахстан1 — в его рамках законодателем выделена целая глава (12-я), предусматривающая ответственность за преступления ятрогенного характера, в том числе незаконное производство аборта. Тем не менее сам факт расположения рассматриваемой нормы в той или иной главе или разделе в различных правовых системах не дает основания связывать это с каким-то прямым юридическим значением — более вероятно, что решение законодателя в таком случае обычно обусловлено его социально-правовой позицией. Кроме того, по результатам изучения уголовного законодательства стран СНГ можно сделать вывод о практически дословном воспроизведении в нем признаков субъекта преступления («лицо, не обладающее соответствующим высшим медицинским образованием»), установленных отечественным законодателем в рамках диспозиции ч. 1 ст. 123 УК РФ — в частности, подобное имеет место в уголовных кодексах Республики Туркменистан, Республики Таджикистан2, Республики Казахстан, Республики Кыргызстан (ч. 2 ст. 120, ч. 2 ст. 123, ч. 1 ст. 319 и ч. 2 ст. 116 соответственно). В ряде других стран СНГ законодатель использует синонимичные формулировки — в частности, слово «соответствующее» заменено на «специальное» в кодексах Республики Молдова, Республики Азербайджан и Республики Армения. Аналогично — в ч. 1 ст. 134 УК Украины (стоит отметить, что этой же статьей установлена ответственность за проведение незаконной стерилизации). То есть круг субъектов сужен, что не представляется оправданным, учитывая общественную опасность такого преступного деяния. В свою очередь, законодатель Республики Беларусь, в сравнении с отечественной нормой, конкретизирует профиль высшего образования, которого не должно быть у субъекта преступления для должной квалификации, указывая, на профиль «Здравоохранение». В странах бывшего СССР статья об уголовной ответственности за незаконное абортирование конструируется иначе: в качестве признака субъекта преступного посягательства используется наличие или отсутствие у него права на производства аборта — в качестве примера можно привести ч. 2 ст. 135 УК Латвии и ч. 1 ст. 126 УК Эстонии. Объективной стороной преступления выступает производства лицом, не имеющим на то законного права, искусственного прерывания беременности по воле беременной женщины. В уго1 Уголовный кодекс Республики Казахстан 2014 г. URL: http://online.zakon. kz/m/Document/?doc_id=31575252#sub_id=3920000 (дата обращения: 09.03.2023). (Далее — УК Казахстана.) 2 Абдуллаева Р.А. Медицинская преступность в Республике Таджикистан: автореф. дис. … д-ра юрид. наук: 12.00.08. Душанбе, 2023. С. 13.