Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Кооперативная игра и гармоничное управление. Исследование становления демократии в Китае

Покупка
Артикул: 873923.01.99
Доступ онлайн
399 ₽
В корзину
книге освещаются современные демократические преобразования в Китае через призму теории кооперативной игры. Теоретическую часть дополняет анализ реализаций различных видов демократий.
Пэн, Ц. Кооперативная игра и гармоничное управление. Исследование становления демократии в Китае : монография / Пэн Цзунчао, Ма Бэнь, Лю Таосюн ; пер. с кит. А. Н. Булдыгеровой, Д. О. Курлович. - 2-е изд. – Москва : Международная издательская компания «Шанс» : Минск : Восточная культура, 2025. - 290 с. – ISBN 978-5-907854-23-9. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2242489 (дата обращения: 18.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Кооперативная игра и гармоничное 
управление: исследование  
становления демократии в Китае
Пэн Цзунчао, Ма Бэнь, Лю Таосюн
Перевод с китайского
Минск
Москва
2025
2-е издание, электронное


УДК 323+321.74
ББК 66.03(5Кит)
П97
П97
Пэн, Цзунчао.
Кооперативная игра и гармоничное управление. Исследование становления 
демократии в Китае / Пэн Цзунчао, Ма Бэнь, Лю Таосюн ; пер. с кит. А. Н. Булдыгеровой, Д. О. Курлович. — 2-е изд., эл. — 1 файл pdf : 290 с. — Москва : Международная издательская компания «Шанс»; Минск : Восточная культура, 2025. — 
Систем. требования: Adobe Reader XI либо Adobe Digital Editions 4.5 ; экран 10". — 
Текст : электронный.
ISBN 978-5-907854-23-9
В книге освещаются современные демократические преобразования в Китае через 
призму теории кооперативной игры. Теоретическую часть дополняет анализ реализаций различных видов демократий.
УДК 323+321.74 
ББК 66.03(5Кит)
Электронное издание на основе печатного издания: Кооперативная игра и гармоничное 
управление. Исследование становления демократии в Китае / Пэн Цзунчао, Ма Бэнь, 
Лю Таосюн ; пер. с кит. А. Н. Булдыгеровой, Д. О. Курлович. — Москва : Международная издательская компания «Шанс»; Минск : Восточная культура, 2023. — 288 с. — 
ISBN 978-5-907447-32-5. — Текст : непосредственный.
В соответствии со ст. 1299 и 1301 ГК РФ при устранении ограничений, установленных техническими средствами защиты авторских прав, правообладатель вправе требовать от нарушителя возмещения убытков или выплаты компенсации.
ISBN 978-5-907854-23-9
© ООО «Восток Бук», 2023
© ООО «Международная издательская 
компания «Шанс», 2023
© ООО «Издательство университета 
Цинхуа», 2023
© ООО «Издательство «Восточная 
культура», 2023
Перевод с китайского А. Н. Булдыгеровой, Д. О. Курлович
本书受到中华社会科学基金
(Chinese Fund for the Humanities and Social Sciences) 资助


Предисловие автора
Демократия кажется глубоким вопросом, однако попробуем рассмотреть ее на примере из повседневной жизни. Обычно друзья, собираясь вместе, поднимают вопрос: кто заказывает блюда? По нашей 
китайской привычке заказывает тот, кто оплачивает счет. Один человек 
решает за всех, а другие присутствующие друзья обычно не могут ему 
возразить. На Западе же, как правило, каждый заказывает свое блюдо, 
при этом каждый ест из своей посуды. Какой же из этих двух способов демократичный? Очевидно, что с точки зрения прямого участия 
западный способ является демократичным. Китайский метод кажется 
единовластием и  диктатурой одного человека, но также нельзя сказать, что он полностью недемократичный, так как тот, кто заказывает 
и платит, возможно, автоматически или временно был наделен полномочиями друзей, которые хотят прийти на встречу. Заказывая блюда, он 
представляет всех, и здесь речь идет о своего рода представительной 
демократии. Если человек, который заказывает, хорошо знает вкусы 
и привычки каждого из друзей, умеет сочетать продукты и при этом обладает опытом заказа блюд, то его решение, возможно, будет отвечать 
потребностям всех. После начала проведения политики реформ и открытости мы переняли многие методы из жизни и культуры Запада, 
включая способ оплаты и  заказа блюд во время дружеской встречи, 
но сейчас, когда прошло более 30 лет, изменились ли наши основные 
привычки и способы во время встречи? В них нет каких-то коренных 
перемен. И это наводит на размышления. С одной стороны, на уровне наличия или отсутствия демократии в наших привычках явно есть 
недемократические моменты, если посмотреть с другого угла, они необязательно недемократичны, с другой — любая наша привычка формируется в одночасье и существует на протяжении долгого времени, 
и зачастую ее сложно полностью изменить. Даже в случае необходимости преобразований, возможно, необходимо учитывать вопрос влияния 
уже имеющихся историко-культурных традиций.


После поступления в  докторантуру Пекинского университета 
в 1996 году я сразу уделил особое внимание исследованиям развития 
демократической политики в Китае. В то время это были сравнительные исследования, посвященные системе прямых выборов народных 
представителей. В 1999 году я приехал в университет Цинхуа, чтобы 
заняться последокторскими исследованиями. Несмотря на то, что ключевой сферой был процесс государственного управления и  государственной политики, в то время я в основном занимался исследованием 
китайской системы общественных слушаний. Центральной темой был 
вопрос демократизации принятия решений в  Китае. Эти исследования неизбежно требовали сравнения Китая и Запада. Проводя сравнение, я постепенно осознал, что различия самой по себе системы несомненно важны, но вопрос различий в идеологических концепциях 
и историко-культурных традициях, которые стоят за системой, нельзя 
игнорировать. Например, в процессе привлечения конкурсной системы отбора кадров в китайские выборы и процессе привлечения системы состязательности в суде в общественные слушания в Китае можно 
столкнуться с такими устойчивыми культурными барьерами, как почитание сдержанности и отказ от афиширования. Поэтому демократическая система какого-либо государства может по-настоящему укорениться и эффективно функционировать только в полном соединении 
с его культурными традициями.
Весной 2006 года мне посчастливилось принять участие в организованном нашим институтом новом уроке MPA «Идеи и практика традиционного управления государством в Китае». Несмотря на то, что 
в прошлые университетские годы я изучал такие предметы, как историю древней политической мысли в Китае, историю политической системы, из-за того, что я не получал специального образования по исторической специальности и впоследствии не проводил специальных исследований в этой сфере, участвовать в этом уроке было действительно 
крайне сложно — было такое чувство, что от меня требуют невозможного. Так или иначе, именно из-за давления этого курса у меня появилась возможность с позиции государственного управления освежить 
некоторые знания об идеях и практике традиционного управления государством в Китае — например, об идеях о народе как основе и гармоничном сотрудничестве. Впоследствии в 2006–2007 учебных годах 
мне вновь улыбнулась удача, и я получил от государственного фонда 
для обучения за границей и университета Цинхуа грант на программу 
«Молодые преподаватели 1:1». Проектная группа Азии школы управления им. Джона Ф. Кеннеди Гарвардского университета занималась 


исследованиями в области экстренного и антикризисного управления 
двух стран. В то время доктор Лю Таосюн находился там с визитом 
и проводил исследования, он хорошо разбирался в экономической науке и теории игр. У нас было много возможностей вместе обсудить различные научные вопросы, а также провести совместные исследования 
в области стратегий подготовки к крупному эпидемическому кризису. 
Нужно упомянуть, что мы вместе специально присутствовали в  качестве вольнослушателей на восьми уроках знаменитого профессора 
политологии данной школы Джейн Мэнсбридж, которые дали нам возможность систематично изучить разные виды западной демократической доктрины. Ввиду этого, учитывая сильную потребность развития 
китайской демократической политики в демократической теории, мы 
сразу же пришли к мысли вместе подать заявление в Государственный 
фонд общественных наук на проект по исследованию темы китайской 
демократической модели через призму китайского традиционного 
мышления и кооперативной игры — «Кооперативная игра и гармоничное управление — исследование стратегий будущих реформ политической системы кооперативно-гармоничной демократии Китая». Нас 
невероятно обрадовало то, что тема нашего совместного ходатайства 
в 2007 году получила специальное утверждение. После возвращения 
в Китай, как только Ма Бэнь прибыл в мой институт для проведения 
последокторского исследования, мы сразу же занялись специальным 
изучением данной области. Именно его приезд, а также мощная поддержка со всех сторон позволили этому проектному исследованию 
успешно реализоваться и быть законченным в назначенные сроки.
Сегодня современники вновь фокусируются на том, как эффективно продвигать стратегии развития демократической политики в Китае, 
то есть на том, сможет ли Китай сформировать в будущем модель развития социалистической демократической политики, реально обладающую собственными территориальными и культурными особенностями. В настоящее время все больше ученых отчетливо осознают, что 
в ходе развития демократической политики в Китае нельзя просто перенимать западную либеральную демократию, для которой характерны чрезмерный акцент на индивидуальные права и свободы и многопартийная конкуренция. В то же время нельзя ограничиваться традиционной социалистической моделью демократии. Несмотря на большое 
количество преимуществ последней, например, таких как способность 
сосредотачивать силы для великих дел, маленькое количество пустых 
споров и высокая эффективность, ее самое большое ограничение заключается в том, что власть слишком сильно концентрируется в ру
ках партии, организаций высшего уровня и  руководства. С момента 
начала проведения политики реформ и открытости эта модель постоянно преобразовывалась и  совершенствовалась, обретая все больше 
составляющих с китайской спецификой. Ее достижения в управлении 
несомненны. Нам все время недоставало теоретического обобщения 
относительно того, действительно ли обладает эта модель особенностями китайской культуры. Например, основной моделью западной капиталистической демократии обычно называют «либеральную демократию» — какой же, в конце концов, должна быть социалистическая 
демократия с китайской спецификой? Как конкретно ее осуществить? 
Мы не можем остановиться на обобщении на уровне таких основных 
принципов, как «демократический централизм» и «органичное сочетание партийного руководства, народа как хозяина и управления страной 
в соответствии с законом». Нам необходимы теоретические представления с собственными культурными особенностями. 
На данный момент развитие демократической политики в  Китае 
нуждается в новых путях мышления; то, как, исходя из уровня демократической макротеории, четко предложить такую модель демократии, которая позволит выбраться из оков нынешней модели и при этом 
преодолеет культ либеральной демократии, имеет важное теоретическое и практическое значение для будущего развития китайской демократии. Джон Нейсбитт в книге «Китайские мегатренды» уже говорил 
о том, что китайская модель демократии представляет из себя вертикальную демократию. Этот вывод безусловно свеж, однако он почти не 
обнаруживает того, в чем кроются культурные особенности китайской 
демократической модели. В настоящей книге мы полагаем, что будущая социалистическая модель демократии в Китае будет строиться как 
«кооперативно-гармоничная демократия»: будет учитывать основные 
ценности демократии, например, то, что государственная власть берет 
свое начало в народе, так и полностью раскрывать моральные ресурсы, 
исходя из традиционных китайских идей о сотрудничестве и гармонии 
и народе как основе. Помимо этого, она будет использовать такой передовой образ мышления, как современная кооперативная игра, для 
того, чтобы провести систематический, глубокий нормативный анализ 
и опытные исследования в области создания будущей модели демократии Китая. 
Основываясь на реальных потребностях развития китайской демократии и прогрессе соответствующих научных исследований, в настоящей книге мы проведем анализ и сравнение теории и системных изменений либеральной и социалистической моделей демократии, затем рас
смотрим ценностное значение традиционных китайских идей о народе 
как основе, а также о сотрудничестве и гармонии; развивающую ценность современной теории кооперативной игры для кооперативно-гармоничной демократии, используем идею о кооперативной игре, чтобы 
выявить исторический опыт демократической трансформации (например, опыт Испании), после чего сделаем первые предположения относительно основных понятий, принципов, содержания, форм и  этапов 
кооперативно-гармоничной демократии; затем с позиции теории кооперативно-гармоничной демократии проведем специальный систематический анализ случаев практики демократических реформ в Китае — прямые выборы кандидатов на пост главы поселка в Хунхэ, демократические беседы в Вэньлине и внутрипартийная демократия в Яане; наконец, придем к соответствующим выводам и предоставим политические 
предложения.
Исходя из наших исследований, мы считаем, что для развития демократической политики в Китае необходимо в полной мере использовать 
такие ресурсы, как традиционные китайские идеи о народе как основе, 
о гармонии и сотрудничестве, а также теорию и методы современной 
кооперативной игры, по-настоящему отдавать силы на осуществление 
органичного слияния и  объединения партийного руководства, идеи 
о народе как главном хозяине и управления в соответствии с законом. 
Необходимо как усиленно продвигать демократическое развитие внутри партии, так и постепенно повышать политический статус, а также 
возможность и уровень участия в политической жизни демократических партий. В частности, можно рассмотреть привлечение демократических партий к участию в правящей партии под руководством КПК 
с  целью усилить и  усовершенствовать многопартийное сотрудничество под руководством КПК и  систему политических консультаций, 
активно продвигать строительство системы упорядоченного политического участия граждан в представительной и делиберативной демократии, ядром которой будет система Собрания народных представителей, 
использовать последовательные методы для устойчивой реализации 
будущего развития китайской кооперативно-гармоничной социалистической демократии.
Пэн Цзунчао, профессор и проректор 
Института государственного управления 
университета Цинхуа.
28 января 2013 года


Введение
В последнее время Китай взволнован из-за яда деспотии, которая длилась на протяжении тысячелетий... 
принцип народовластия, вероятно, не сможет исправить 
ситуацию. 
Сунь Ятсен
У Китая есть недостаток, к тому же очень большой 
недостаток, который заключается в отсутствии демократии. Китайский народ очень нуждается в  демократии... Только при наличии демократии Китай сможет 
сделать дальнейшие шаги.
Мао Цзэдун
Без демократии нет социализма и  нет социалистической модернизации.
Дэн Сяопин
Развитие политического строя социалистической демократии и  создание социалистической политической 
культуры  — важные задачи всестороннего строительства среднезажиточного общества. 
Цзян Цзэминь


Народная демократия — то яркое знамя, которое наша 
партия всегда твердо и  высоко несет. За годы реформ 
и открытости мы, на основе обобщения положительного 
и  отрицательного опыта, накопленного в  процессе развития социалистической демократии, подчеркиваем, что 
жизнь социализма — в народной демократии. Мы твердо 
верим в то, что вся власть у нас в стране принадлежит 
народу, и непрерывно продвигаем реформу политической 
системы, благодаря чему в строительстве политического 
строя социалистической демократии произошли огромные сдвиги. Успешно открыт и сохранен путь развития 
политического строя социализма с китайской спецификой 
и задано правильное направление для осуществления самой широкой народной демократии.
Ху Цзиньтао
I. Почему этот вопрос важен?
В современном мире, вероятно, нет такой страны, которая бы осмелилась открыто противиться демократической политике. Даже государствам с диктаторскими режимами приходится прикрываться демократией, чтобы их управление было обоснованным, законным и авторитетным. Амартия Сен говорил: «На протяжении всего XIX века 
теоретики демократии считали достаточно естественным обсуждать, 
соответствует ли демократическому режиму та или иная страна». Это 
мышление изменилось лишь в XX веке после понимания, что сам вопрос поставлен неверно: не нужно определять, соответствует ли страна 
демократии; скорее, необходимо, чтобы она стала ей соответствовать 
в процессе политического развития»1. Сейчас, в XXI веке, нет причин 
не признавать универсальность демократии. Можно сказать, что демократия является корнем власти современных стран, основой политической власти современных стран, ключевым моментом, который 
отличает современную политику от древней. Поэтому с точки зрения 
процесса развития политики разных периодов, начиная с традиционного и заканчивая современным обществом, демократия — ключевое 
содержание и главная цель развития современной политики. 
1 Сен, А. Демократия как универсальная ценность // Исследования современного 
Китая. – 2000. – № 2.


Несмотря на то, что демократия стала непреложным законом в политике современного общества, споры о ней никогда не прекращались. 
В  вопросе внутреннего содержания демократии не удалось прийти 
к консенсусу. Говорят, можно выделить около сотни понятий демократии. Почему же в человеческом понимании демократии существуют 
такие большие различия? Это связано с тем, что демократия сама по 
себе является «сущностно оспариваемым»2 и «объясняемым»3 понятием, то есть относительно нее ведутся широкие споры, ее по-разному 
объясняют, так как у каждого свое мнение и прийти к общепринятому 
подходящему понятию невозможно.
Различное понимание демократической политики влияет на то, 
какую политическую систему выбирает страна, а также на реальную 
модель работы. Подобно тому, как не существует двух одинаковых листьев в мире, так и не существует демократических стран, в которых 
применялись бы совершенно одинаковые демократические политические системы. Можно сказать, что сколько существует государств, 
столько существует и моделей демократии. Успешная модель демократии каждой страны является не только продуктом реальной социальной среды, но и имеет глубокие корни в исторических традициях этой 
страны. «Демократия всех государств, которые в ней преуспели, основывается на уровне развития их общества и экономики, политической 
системе и культурной среде. Поэтому можно сказать, что каждое государство имеет собственную модель демократии»4. 
В древности в Китае не было демократических традиций, в период 
Новой истории не удалось построить образцовое демократическое государство, для страны, в которой абсолютизм имел длинную историю,  — 
демократия зачастую была лишь вводившим в  заблуждение словом. 
2 Essentially Contested Concepts / W. B. Gallie // Proceeding of the Aristotelian Society. – 
1955–1956. № 56. – С. 167–197.
3 Дворкин разделял определяемые, естественные и объясняемые концепции. К первым 
относились понятия, которыми все люди пользуются совместно, то есть те, относительно формулировок которых сложилось единое или недвусмысленное мнение. Например, мы можем точно определить, что холостяк — это неженатый мужчина; подобное 
определение является ясным и понятным, к тому же имеет универсальный характер — 
все холостяки являются неженатыми мужчинами, а все неженатые мужчины являются 
холостяками. Ко вторым относились объекты, которые имеют определенную физическую или биологическую структуру, например, камень, дерево, лев. К последним 
относились понятия, которые получались в результате переосмысления и объяснения 
определенной социальной практики. См.: Hart’s Postscript and the Character of Political 
Philosophy / Dworkin R. // Oxford Journal of Legal Studies. – 2004. – № 4. – С. 37.
4 Чжэн Юннянь. Переосмысление демократии для быстрой и благоприятной демократизации Китая // Ляньхэ цзаобао. – 2008. 


Доступ онлайн
399 ₽
В корзину