Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Богатство цвета в русском языке

Покупка
Основная коллекция
Артикул: 786543.05.01
К покупке доступен более свежий выпуск Перейти
Частному лицу
Бумажная книга
1 755 ₽
Купить
Купить в составе основной коллекции от 1 490 ₽

Собственные конкурсы:

  • АКАДЕМУС, 2022, Гуманитарные науки, Победитель, II место
В монографии исследованы прямые обозначения цвета со всевозможными способами трансляции цветовых характеристик: эмоциональными, образными, игровыми, оттеночными. Дается анализ различных предметов, олицетворяющих цвет (животные и растения, пищевые продукты и минералы, ткани и явления природы). Анализируются некоторые утраченные в современном русском языке цветообозначения. Цвет в живописи, иконописи, художественной прозе, поэзии, разговорном дискурсе, науке, медицине, производстве, фольклоре также входит в структуру книги. На протяжении всего повествования подчеркнута удивительная тонкость русского языка в передаче цветовой палитры. Может быть полезна студентам, аспирантам и преподавателям филологических вузов и факультетов, а также всем читателям, интересующимся вопросами цветообозначения.

Введение и концептуальные основы исследования

Монография В.К. Харченко посвящена богатству цветовых обозначений в русском языке, рассматривая их многообразие, исторические утраты и современные проявления. В начале подчеркивается, что культура цвета включает в себя не только технические и художественные аспекты, но и фольклор, диалекты, научные дискурсы, а также эмоциональные и образные способы передачи цветовых характеристик. Автор ставит задачу выявить прототипичные и утраченные цветообозначения, а также исследовать способы их передачи в различных контекстах.

Методы и приемы изучения цветовой палитры

В книге подробно описаны методы анализа богатства цветообозначений: от поиска прототипов и исторических утрат до использования интуитивных и контекстуальных подходов. Особое внимание уделяется светлотным характеристикам (светло-, тёмно-), суффиксам -ОВАТ/-ЕВАТ, уменьшительно-ласкательным формам, а также эмоциональной окраске и игровым моделям. Анализ показывает, что богатство русского языка в передаче цвета достигается через многообразие способов, от простых слов до сложных, многосложных и метафорических выражений.

Структура и виды цветообозначений

Простые и сложные обозначения

  • Односложные: белый, красный, зелёный, чёрный, коричневый, голубой, желтый, розовый и др.
  • Двусложные и трёхсложные: голубовато-серый, красно-оранжевый, зелёно-голубой, кроваво-алый, изумрудно-зеленый, янтарно-оранжевый, пурпурно-фиолетовый, кроваво-красный и др.
  • Многосложные (до 4-5 компонентов): например, желто-серый, красно-зелёный, голубо-серебристо-золотой, кроваво-алый, янтарно-розовый, изумрудно-коричневый, сине-зеленый.

Эти модели позволяют выразить тончайшие оттенки и нюансы, что особенно важно для художественной, научной и фольклорной лексики.

Особенности передачи цвета

  • Использование метафор, сравнений, образных выражений (например, «золотой», «огненный», «жемчужный», «карамельный»).
  • Описания объектов природы, животных, растений, минералов, предметов и одежды с точными оттенками.
  • Эвфемизмы и окказиональные слова, передающие эмоциональный или стилистический оттенок (например, «красно-алый», «красно-рыжий», «каменисто-красный»).
  • Влияние контекста и дискурса на восприятие и интерпретацию цвета, что усиливает выразительность.

Исторические и утраченные обозначения

Автор показывает, что в русском языке существовали многочисленные старинные и диалектные названия цветов, такие как «бакан», «пюсовый», «рефть», «сиреневато-красный», «каменисто-красный», «каменный», «кафтанный» и др., которые со временем вышли из употребления или стали профессиональными терминами. Их возвращение и использование в современном языке расширяет палитру и помогает точнее передавать оттенки.

Цветовые обозначения в различных дискурсах

Художественный дискурс

  • Передача цвета через палитру, колорит, гамму, многоцветность.
  • Использование терминов «атласный», «зеркальный», «перламутровый», «искристый», «флюоресцентный», «глубокий», «многогранный».
  • Анализ картин, икон, художественной прозы и поэзии показывает богатство и вариативность цветовых решений.
  • Важна точность в передаче оттенков, их сочетаний и светлотных характеристик.

Научный дискурс

  • Стремление к точности и измеряемости (колориметрия, спектральные характеристики).
  • Использование специальных терминов: «кадмиевый», «опалесценция», «кремовый», «красно-золотой», «синий кобальт», «зеленовато-оливковый».
  • Описание минералов, камней, растений, животных с точными оттенками, что способствует научной объективности.

Медицина

  • Цвет как диагностический признак (пятна, раны, слизистые, кожа).
  • Использование терминов «беловато-жёлтый», «желтушный», «красноватый», «серовато-зелёный», «кроваво-красный», «красно-алый».
  • Важность точного описания для диагностики и мониторинга состояния.

Песня и фольклор

  • Цвет в песнях и народных сказках служит символом, метафорой, эмоциональным акцентом.
  • Использование образных выражений: «красное солнце», «синие ночи», «золотой закат», «красная заря», «багровый закат», «зеленое море».
  • Цветовые ассоциации усиливают эмоциональную выразительность.

Диалекты и детский дискурс

  • В диалектах и детской речи широко представлены народные и устаревшие названия: «кура», «золото», «рыжеватый», «смуглый», «кафтанный», «каменистый», «красно-алый».
  • Использование суффиксов -ЕНЬК-, -ОНЬК-, -ОВАТ/-ЕВАТ, что придает словам ласковый, эмоциональный оттенок.
  • В детской речи цвет часто связан с образами, ассоциациями, эмоциями, что способствует развитию художественного восприятия.

Значение и перспективы исследования

Автор подчеркивает, что богатство цветовой лексики в русском языке — результат длительной исторической эволюции, культурных традиций и стилистических особенностей. В современном мире важно сохранять и развивать эти богатства, расширяя словарный запас, используя новые контексты, интегрируя заимствования и профессиональные термины. В перспективе — создание полноценных словарей, анализ диалектных и региональных особенностей, а также изучение роли цвета в междискурсивных связях, художественной и научной коммуникации.

Итог

Монография демонстрирует, что русский язык обладает богатой и тонкой системой цветообозначений, включающей простые, сложные, метафорические, исторические и диалектные формы. Эта система постоянно пополняется, развивается и служит мощным инструментом художественного, научного и бытового выражения. Исследование подчеркивает важность сохранения и расширения этого богатства для полноценного отражения мира и культуры в языке.

Текст подготовлен языковой моделью и может содержать неточности.

Харченко, В. К. Богатство цвета в русском языке : монография / В.К. Харченко. — Москва : ИНФРА-М, 2026. — 233 с. — (Научная мысль). — DOI 10.12737/1895948. - ISBN 978-5-16-018691-7. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2218817 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
БОГАТСТВО ЦВЕТА 
В РУССКОМ ЯЗЫКЕ
В.К. ХАРЧЕНКО
МОНОГРАФИЯ
Москва 
ИНФРА-М
2026


УДК  811.161.1(075.4)
ББК  81.411.2
	
Х22
Харченко В.К.
Х22	 	
Богатство цвета в русском языке : монография  / В.К.  Харченко.  — Москва  : ИНФРА-М, 2026. — 233  с.  — (Научная мысль).  — 
DOI 10.12737/1895948.
ISBN 978-5-16-017895-0 (print)
ISBN 978-5-16-110905-2 (online)
В монографии исследованы прямые обозначения цвета со всевозможными способами трансляции цветовых характеристик: эмоциональными, 
образными, игровыми, оттеночными. Дается анализ различных предметов, 
олицетворяющих цвет (животные и  растения, пищевые продукты и  минералы, ткани и явления природы). Анализируются некоторые утраченные в  современном русском языке цветообозначения. Цвет в живописи, 
иконописи, художественной прозе, поэзии, разговорном дискурсе, науке, 
медицине, производстве, фольклоре также входит в  структуру книги. 
На протяжении всего повествования подчеркнута удивительная тонкость 
русского языка в передаче цветовой палитры.
Может быть полезна студентам, аспирантам и преподавателям филологических вузов и факультетов, а также всем читателям, интересующимся 
вопросами цветообозначения.
УДК  811.161.1(075.4)
ББК  81.411.2
ISBN 978-5-16-017895-0 (print)
ISBN 978-5-16-110905-2 (online)
©  Харченко В.К., 2022


 
 
Предисловие 
Культура цвета как его многообразие предполагает включение самых 
различных проекций и в прошлое (пюсовый цвет), и в ближайшее будущее, 
которое уже сегодня закладывается на уровне моделей, фасонов, марок: 
машина цвета «зеленый сад». Культура как многообразие требует некоторых 
экскурсов в экзотику других языков (бланжевый, серизовый, шарлаховокрасный) и в энциклопедизм предков-профессионалов (шпейзовый, «сон 
разбойника», таусинный), требует экскурсов в закрытые, табуированные 
языки (бубновый) и в специальные тексты, например: у патологоанатомов 
есть термин леденцовая печень. Наконец, требует экскурсов в фольклор 
(лазоревый). 
Культура цвета как его многообразие предполагает широчайшее 
использование цветовой палитры в различных лексико-грамматических 
классах слов. Здесь действуют имена существительные: золото волос, имена 
прилагательные (красно-золотые – так ответила 30 декабря 2021 года 
реализатор елочных украшений на вопрос радиоведущего, какие цвета 
предпочитают покупатели), глаголы: …Выбелим железо о сырую землю 
(А. Кольцов), наречия: Тигр, о тигр, светло горящий в глубине полночной 
чащи… (перевод С.Я. Маршака). Примеры множатся… 
Цветовое зрение – величайший подарок природы человеку, и следы 
этого многоцветия таятся и умножаются в языке, собственно, об этом и 
книга. Известна проекция на японскую культуру, когда дети, обучающиеся 
по системе «Ироритай», во втором классе владеют 240 оттенками цвета, 
могут назвать их, определить. «Все двести сорок цветов имеют свои названия 
и номера, и поэтому знания легко контролируются. К шестому классу 
учащиеся уже различают цвета: тяжелые – легкие, прозрачные – глухие, 
густые – негустые, холодные – теплые, сильные – слабые, жесткие – мягкие 
и т.д. В следующих трех классах они занимаются вопросами цветовой 
гармонии, добиваются ее реализации во всех возможных вариантах 
(контрастные – сближенные, ослабленные – обостренные, спектральные – еле 
подцвеченные и т.д.). <…> Изучение цвета (а также формы) на таком уровне 
дает возможность довольно широко развить различительные и аналитические 
возможности зрения, что приносит человеку огромную пользу в дальнейшей 
жизни. И токарь, и хирург, и ученый-экспериментатор – все профессии, где 
нужна 
тонко 
развитая 
наблюдательность, 
получают 
от 
подобного 
образования несомненную пользу. Причем, повторю, цель здесь – не просто 
совершенствование технических возможностей зрения, а развитие мозга, 
особых ассоциативных форм мышления» [Онуфриенко 1993: 116]. 


 
 
Наши специалисты по окраске тканей различают до 40 оттенков 
чёрного цвета, что обычному человеку просто недоступно (Наука и жизнь, 
2012, № 4). А все-таки попробуем перечислить хотя бы некоторые оттенки 
черного цвета. Эбонитовый (ярко-черный), угольный (матово-черный), 
антрацитовый (насыщенно-черный с сильным блеском), аспидный (черносерый). Продолжим перечень: графитовый (цвет мокрого асфальта), цвет 
торфа, цвет черной икры, пиратский черный цвет, цвет воронова крыла 
(иссиня-черный). Здесь же множество ассоциативных признаков: цвет 
черноплодной рябины (очень темный сине-фиолетовый), цвет чернослива 
(очень темный коричнево-фиолетовый), цвета бычьей крови (черный цвет с 
красным отливом). Мы уже не говорим об оттенках черного цвета в 
карточных азартных играх и в жаргонах: бардадым (король черной масти в 
карточных играх), клуши – пики, черная карточная масть, карамазый – 
черномазый, чернявый. 
Цвет издавна привлекал ученых, и не только ученых. Существует 
огромная литература, посвященная теории и практике цвета. Мы читаем и 
узнаем много интересного. «Самый успокаивающий синий цвет. Фиолетовый 
подавляет психические процессы. Зеленый – ускоренное возбуждение 
вначале, но имеет продолжительный эффект, особенно заметный, когда 
действует постоянно. Зеленый наименее утомляет и позволяет сохранить 
работоспособность» [Занис 1974]. «Есть некая крепкая связь между такими 
явлениями, как свет, запах, звук и цвет. Ничто нам не дает такого 
наслаждения, как краски. Французы Эредиа, Леконт де Лиль достигли 
необыкновенного совершенства в описаниях» (К. Паустовский. Наедине с 
осенью). Некоторые композиторы, в частности А.Н. Скрябин, пытались 
соединить музыку и цвет. 
Так что тема «Богатство цвета» кажется неподъемной, однако мы 
попытаемся проложить свой путь к исследованию этого богатства. 
Цвет: что изучается и на что мы будем ориентироваться 
Выше было написано: «Цвет издавна привлекал ученых, и не только 
ученых. Существует огромная литература, посвященная теории цвета». 
Правила написания монографий требуют пояснения к сказанному. Откроем 
сначала диссертацию О.Б. Ермаковой. 
Ермакова О.Б. Концептуализация цвета в русском языке. Дисс. 
…канд. филол. наук. 
М., 
1976. 
345 с. 
Это 
мощное 
исследование, 
действительно раскрывающее концептуализацию цвета в русском языке. 
Исследователь цитирует в своей работе, в том числе, зарубежных ученых: 


 
 
В. Berlin, P. Kay. Basic Color Terms Their Universality and Evolution 
Berkeley and Los Angeles University of California Press, 1969. 
Color Categories in Thought and Language Cambridge, 1997. 
Cognitive Linguistics // The MIT Encyclopedia of the Cognitive Sciences 
Edited by Robert A Wilson and Frank Kei, 2001. 
Анализ авторефератов диссертаций позволил установить процесс 
освещения цвета и света, как было представлено в автореферате 
Н.В. Разумковой. Процитируем этот фрагмент, внеся некоторые графические 
изменения и расшифровывая аббревиатуры. Итак, Н.В. Разумкова. Лексикосемантическое поле цвета и света как когнитивно-поэтический феномен (на 
материале произведений К. Батюшкова и О. Мандельштама). Автореф дис. 
… канд.филолог.наук, Тюмень, 2009. 
Отдельные фрагменты цветовой картины мира были изучены 
отечественными 
лингвистами: 
Р.В. Алимпиевой, 
Н.Б. Бахилиной, 
А.А. Брагиной, B.C. Фоминой (состав цветообозначений и семантическая 
структура); 
А.П. Василевичем, 
P.M. Фрумкиной 
(психолингвистический 
аспект); В.Г. Гаком, В.Г. Кульпиной, В.А. Московичем (сопоставительный 
анализ), Д.Г. Мальцевой (цветообозначения в составе фразеологизмов), 
Е.В. Рахилиной (когнитивный аспект). Весьма плодотворны результаты 
зарубежных лингвистов: Б. Берлина, П. Кея (система цветовых универсалий), 
А. Вежбицкой 
(проблема 
концептуализации 
цвета), 
Э. Рош 
(теория 
прототипов). Определенные области богатого языкового мира света и тьмы 
подвергались исследованию в трудах О.М. Воевудской (сопоставительный 
аспект), Т.В. Григорьевой (концептуальный анализ диады 'свет' и 'тьма'), 
З.Г. Кеворковой 
(словообразовательное 
гнездо 
лексемы 
'свет'), 
И.С. Куликовой 
(атрибутивные 
именные 
световые 
прилагательные), 
Н.Ф. Пелевиной (СП со значением 'свет'). Светоцветовое пространство в 
художественных текстах служит опорой решению многих проблем теории 
поля и картины мира. См.: диссертации Е.В. Губенко (лирика Б. Пастернака), 
Ю.А. Карташовой (лирика И. Северянина), Э.Р. Миассаровой (произведения 
М. Пруста и А. Белого), С.Г. Носовец (цикл рассказов «Весна в Фиальте» 
В. Набокова), И.Е. Цегельник (поэзия И. Бродского), И.И. Чумак-Жунь 
(поэзия И. Бунина). 
Действительно, цвет являлся и является излюбленным объектом 
изучения, о чем свидетельствуют не только обозначенные работы, но и 
последующие. Кстати, работа И.И. Чумак-Жунь на украинском языке была 
посвящена, как указано, поэзии И. Бунина: Чумак-Жунь И.И. Лексикосемантическое поле цвета в языке поэзии И.А. Бунина: Состав, структура, 


 
 
функционирование. Дис. …канд. филолог. наук, Киев, 1996. 214 с. Но стоит 
ли удивляться, что и после такой работы интерес к цвету в изображении  
И.А. Бунина не угасал? О.А. Мещерякова. Авторская концептосфера и ее 
репрезентация средствами цвето- и светообозначения в цикле рассказов 
И.А. Бунина «Темные аллеи». Автореф. дис. …канд. филолог. наук. 2002. 
О.А. Мещерякова. Семантика перцепции в аспекте художественной когниции 
И.А. Бунина. Дис. …д-ра филолог.наук, Елец, 2011. 458 с. Даже у одного и 
того же автора интерес к цвето-световым характеристикам у И.А. Бунина 
перерастал в написание докторской диссертации. 
Многие работы посвящены цвету и свету в произведениях различных 
писателей, например: Г.С. Скороспелкина Архетип цвета в поэтике 
А. Ахматовой // Анна Ахматова. Поэтика: российский и европейский 
контекст. СПб., 2001. С. 139-154; Э.Р. Миассарова. Функционирование 
светоцветовой концептосферы в текстах (на материале произведений 
М. Пруста и А. Белого). Дисс… канд. филол. наук, Чебоксары, 2006. 261 с.; 
Ю.А. Карташова. Функционально-семантическое цвето-световое поле в 
лирике Игоря Северянина. Автореф. дис. …канд. филолог. наук. Барнаул, 
24 с.; Т.А. Ермаковская Лексико-семантическое цвето-световое поле в прозе 
Б.С. Зайцева. Автореф. дис… канд. филолог. наук. 2011. 22 с. 
Особо отметим вышедшую недавно и переведенную на русский язык 
книгу Кассии Сен-Клер «Тайная жизнь цвета» [Сен-Клер 2018], в которой 
прекрасно 
представлены 
 
75 цветовых 
оттенков, 
расположенных 
в 
соответствии с их «родоначальником»: черный цвет, белый, красный и т.д. 
Мы вернемся к некоторым из этих и других работ в ходе своего 
изложения, но сейчас подчеркнем еще раз главное: наша книга сделана на 
основе работы: В.К. Харченко. Словарь цвета: полная версия: около 
6,5 тысяч слов в 12,5 тысячах контекстов. Белгород: ИД «БелГУ» НИУ 
«БелГУ», 2021. 656 с., а также на привлечении некоторых новых материалов, 
вышедших после издания словаря или не вошедших в словарь по своим 
дискурсивным свойствам: детский дискурс, цвет камней, цвет в диалектах, 
цвет в производстве, цвет в песне, цвет в фольклорных формах. Фрагмент 
словаря дан в Приложении к работе. 
Развитие отечественной лексикографии должна осуществляться при, 
казалось бы, незаметном, но реальном влиянии традиций В.И. Даля в 
составлении словарей, что может проявляться в совокупности следующих 
характеристик. Во-первых, это обращение к русскому языку в целом, во всех 
его звеньях, то есть равный учет писателей известных и совсем новых. Вовторых, это одинаковое уважение к узуальным и окказиональным 
словоупотреблениям на том основании, что окказиональное слово может со 


 
 
временем стать узуальным. Наконец, в-третьих, это исследование семантики 
(в нашем случае – семантики цвета) в далеких дискурсах: фольклорном, 
научном, медицинском и других. В настоящее время все сказанное особенно 
значимо в связи, казалось бы, с угасающим интересом к русскому языку и 
повышенным интересом к современным, этически подозрительным фактам, к 
изучению интернет-коммуникации, молодежного сленга, что в семантике 
цвета не проявляется, но влияет на общую оценку русского языка, русского 
слова. Такое триединство требований-условий может коснуться и самой 
структуры словаря в целом и словарной статьи в частности. 
Итак, перед нами изданный в БелГУ «Словарь цвета: полная версия: 
около 6,5 тысяч слов в 12,5 тысячах контекстов» (ИД «НИУ БелГУ» НИУ 
«БелГУ», 2021. 656 с. 41,0 печ.л.) [Харченко 2021]. Кроме своего назначения 
этот словарь цвета позволяет представить, как создаются палитры цвета. По 
воскресеньям служили в золотых1, несколько поношенных ризах. Но 
Рождество – в светло-золотых, сиявших как солнце; на Николин день – в 
тёмно-золотых, отливавших апельсинным цветом. В канун Рождества 
надевали серебряные ризы, блестевшие как снег и сверкавшие голубыми 
искрами; в Крещенье – литые серебряные ризы, сиявшие как зеркало… 
(С. Соловьев). 
Словарь 
давал 
возможность 
заглянуть 
в 
прошлое: 
...Несравненной силы и чистоты сине-голубой цвет, подобного которому не 
было ни до ни после Рублева и который слывет под названием «рублёвского 
голубца» (Н. Дёмина). Издание электронное, есть версия в e-library,  но 
главное в словаре  – это сами наименования цвета. Представим небольшой 
отрывок из этого словаря. 
Защитный. Защитная окраска. О цвете животного, совпадающем с 
цветом среды. Удивительно интересно было сидеть в полутьме на корточках, среди 
любопытствующих рептилий. Все детёныши были ровного шоколадно-коричневого цвета 
– защитная окраска, которую они сохраняют, пока не вырастут. (Дж. Даррелл). 
Серозелёный. Я стоял в дверях, ломая обеими руками свою защитного цвета офицерскую 
фуражку… (В. Катаев). О цвете глаз. Шутл. На нём была полинявшая военная 
гимнастёрка со споротыми погонами, а на лице – такого же защитного цвета глаза, 
большие и весёлые почти до наглости (И. Грекова). 
Заяснеть. Становиться ясным, хорошо различимым. Мокрый блеск заяснел 
на витринах, на окнах, на трубах: первая стручка хлынула из водосточной трубы… 
(А. Белый). 
Заячье-серый. Слабо серый, цвета летней заячьей шкурки. [Варианты 
допустимого окраса вандейского бассет-гриффона] Может быть сплошным (заячьесерый, серый, палевый… трёхцветным (чёрный, белый и рыжий; белый, заячий и рыжий, 
белый, серый и рыжий). (Дж. Палмер).  
                                                          
1 Здесь и далее все выделения полужирным – наши. В.Х. 


 
 
Звезда. Цвета звёзд. Прозрачно мерцающий. О воде. Кажется, что если 
вглядеться в аквамарин, то увидишь тихое море с водой цвета звёзд (К. Паустовский). 
Звездиться. Поблескивать, как звезда. Любуется звездящейся снежинкой… (В. 
Дмитриев). 
Звёздно. Как звезда, звёзды. У Бернара, впервые смутившись, поднесла согнутую 
в локте руку к своему лицу и, звёздно сверкнув глазами, сказала вдруг покорно, уныло и 
тихо… (В. Кожевников). 
Звездно-лиловый. О небесах ночью. [«Ночь в нижнем лагере»] Я там не был, но 
это, / наверно, чертовски красиво – / черно-белые вихри / на звездно-лиловом ковре! 
(Ю. Ключников). 
Звёздно-серебристый. 
С 
серебристыми 
звёздами. 
О 
ясном 
ночном 
просторе. ...Это было похоже на ночь, проведённую у моря, когда сначала всё сливается 
в однотонную, звёздно-серебристую пустоту, но незадолго до рассвета море вдруг 
начинает слабо отделяться от неба... (В. Катаев). 
Звёздочка. В звёздочку. О «геометрии» иноцветового рисунка на ткани. 
…Дополните брючный костюм длинным топом «в звёздочку» (Burda, 1995, №4).  
В ходе работы над «Словарем цвета полная версия» мы постепенно 
пришли к следующим, для нас в чем-то неожиданным выводам. Работа над 
словарем цвета показала, что в современной лексикографии вполне можно 
снять ряд ограничений и действовать во славу русского слова. Некоторые 
ограничения мы снимали в ходе, в процессе работы над словарем, а к 
некоторым подходили осторожнее, с прицелом на будущее. 
Снять диктат времени с лексикографического материала: «ушло» – 
значит ату его из словаря? Нет, оно было, оно принадлежало русскому языку, 
и не исключено, что оно может быть востребовано и вновь окажется в 
активном словаре языка. Бакан. Растительная прозрачная лаковая краска 
малинового или лилового оттенка из древесины красильных деревьев: 
сандала, красного, или фернамбукового… (Н. Замятина). Наблюдается 
сейчас и примеры стилизации под народную речь. В чужой душе, как в 
глухом лесу в растёмным-тёмную ноченьку, не сразу разберёшься 
(Е. Пермитин). …Не нужны развлечения и шум курортов Ривьеры, а нужна 
тишина, запахи трав, альпийский колокольчик на шее далёкой коровы и синьпрозелень уникального озера, с самой чистой в Италии пресной водой… 
(Д. Рубина).  
Снять 
диктат 
профессиональной 
ограниченности 
с 
лексикографического материала. На научной конференции 29 апреля 2022 
года прозвучал доклад профессора И.А. Подюкова о сборе лексики шахтеров 
в Пермском крае [Подюков 2022: 18]. Я узнала, что шахтеры, спускаясь в 
шахту, обязательно здоровались с завалом, без этого они не начинали 
работать. Оказалось, что у шахтеров был черный юмор (Что такое смерть? 
Это на три дня тебя поднимут на свет белый, а потом опять опустят…). 


 
 
Но и для словаря цвета тоже нашлось «профессиональное употребление»: 
отравленные, черно-желтые реки. Конечно, сейчас всего этого уже нет, но 
оно было, а значит, принадлежит русскому языку, русскому слову. 
Снять 
диктат 
территориальной 
ограниченности 
с 
лексикографического материала. Лисеть – буреть, желтеть. Дождь 
намочит, так лисеет все сено. Другие примеры: желто-горячий – 
оранжевый; белотал – ива белая, серебристая ветла; жаровый – огненнокрасный; гардальный – желто-коричневый; лазоревый цветок – тюльпан. 
Диалекты русского языка, конечно, уменьшились, но совсем не исчезли, и 
многое из них заслуживает нашего пристального внимания. 
Снять 
диктат 
типизированности 
(узуализации) 
с 
лексикографического материала. Учет, скажем так, принципиально равный, 
как для узуального словоупотребления, так и для окказионализмов, которые 
бывают исключительно выразительными. Уважение к русскому языку в 
целом – это учет всех его авторов, как известных, так и не очень известных, 
но пользующихся родным, русским языком. Идет опора на контексты из 
С.А. Есенина, И.А. Бунина, но также на контексты из произведений 
А. Титова, З. Воскресенской, Э. Шима, В. Ветровой. О красном вечере 
задумалась дорога (С. Есенин). Здесь царство снов. На сотни вёрст 
безлюдны / Солончаков нагие берега. / Но воды в них – небесно-изумрудны / 
И шёлк песков белее, чем снега (И. Бунин). И отметил забавный факт: 
вишневые дрова горят розовым пламенем, сливовые – синим (А. Титов). А 
вот порознь я их [голубей] путала. Оба сизо-серые, подкрылья и нижняя 
часть спины белые (З. Воскресенская). Идет по глубокой пылище, черпая 
босоножками; ноги уже серые и мохнатые до колен, и голубая юбка 
становится плюшево-серой (Э. Шим). Я хочу уснуть и видеть / Сон лиловосерый… (В. Ветрова). 
Снять 
диктат 
ограничения 
переводной 
литературы 
с 
лексикографических материалов. Мы включили в свой словарь переводные 
контексты (в ряде случаев с указанием переводчика) на том основании, что 
здесь русский язык претерпевает развитие, становится многообразнее, ярче. 
Они [глаза] напоминали два черных камешка, что нередко выносят на берег 
волны и что, полежав на солнце, принимают тускло-серый оттенок 
(Х. Свенсен). [О Ван Гоге] Его палитра обогащается светлыми красками: 
изумрудно-зелёной, кобальтом, который он называет «божественным 
цветом», и кармином – «цветом красного вина, таким же жарким и 
одухотворённым, как само вино» (А. Перрюшо). 
Снять диктат дискурсивной ограниченности с лексикографического 
материала. Фактором, объединяющим разные оттенки цвета в единое 


 
 
пространство русского языка, может стать и становится исследование 
семантики цвета в различных дискурсах: научном и фольклорном, 
медицинском и производственном, детском и диалектном, военном и 
разговорном. Золотисто-жёлтая Цефеида и её голубоватый спутник в 
телескоп выглядят очень красиво… (Ф. Зигель). Где стрела та лежит, так 
от ней луч печет, Будто в день от красного от солнышка, Да в ночи то от 
светлого от месяца» (Гильфердин). При дифтерийном поражении кожи 
ранка долго не заживает и покрывается серовато-грязной плёнкой 
(Домоводство, 1965). В Китае были секреты изготовления фарфора. 
Никогда не узнать, как добивались позолоты на фарфоре» (ТВ, «Культура», 
18.04.2022). Пузырьковая кровь такая красная-прекрасная! (Сергей Б., 11 л. 
3 м.).  Ярко-красный, алый цвет передает диалектное прилагательное 
червончатый. [Архангельск. Поезд № 15. Женщина лет 48 по сотовому:] 
Представляешь: 23 вагона – и все битком! А весь вокзал был в чёрных 
фуражках! И с двумя звёздами, и… (27.09.2013). Водитель видит следы 
недавнего ДТП, говорит женщине-профессору:] О! Опять красные 
стеклышки! (2005 г.). 
Получается, что все смешалось в доме Облонских? Действительно, 
такое смешение наблюдается, но без него не будет оптимального отношения 
к русскому языку, отношения полноценного, весомого, значимого и – 
сегодня, сейчас, в эпоху, когда русский язык в ряде стран превращается в 
диалект, едва ли не в пиджин, – особенно актуального. Ср. выступление в 
защиту русского языка в Приднестровье профессора Е.А. Погорелой он-лайн 
на конференции в Арзамасе [Погорелая 2021: 342-343]. В Китае говорят: 
кризис – это всегда открытие возможностей, поэтому мы, «смешивая», то 
есть, объединяя, подходим к главному. На лексикографическом материале 
можно приветствовать диктат многоохватного, масштабного подхода к 
русскому языку. Здесь широчайший спектр возможностей, которые мы уже 
частично 
охарактеризовали. 
Русскому 
человеку 
при 
любой 
работе 
свойственна широкая мера допустимых действий: нужно взять все или 
ничего [Лотман 1992]. 
Действительно, снятие всех перечисленных ограничений может 
означать, что мы берем «все» (и сразу же тонем в своем словаре!), но при 
реальном, оптимальном подходе это как раз и будет лучшее претворение 
русского языка, русского слова в том или ином тематическом аспекте. Мы 
берем, действительно, многое, в первую очередь, отлавливая как раз то, что 
нам нравится, и чего, может быть, нет в известных словарях. Конечно, здесь 
нужна развернутая система помет, отсылающих названное явление в сомн 


К покупке доступен более свежий выпуск Перейти
Частному лицу
Бумажная книга
1 755 ₽
Купить
Купить в составе основной коллекции от 1 490 ₽