Виртуальное коммуникационное пространство: взаимодействие власти и общества
Виртуальное коммуникационное пространство: Новые вызовы для взаимодействия власти и общества
Монография А.Б. Ромашкиной "Виртуальное коммуникационное пространство: взаимодействие власти и общества" (Москва: ИНФРА-М, 2026) представляет собой глубокий анализ трансформации политической коммуникации в условиях интенсивного развития цифровых технологий. Автор, опираясь на широкий круг теоретических концепций от античности до современности, исследует, как интернет становится ключевым ресурсом политической сферы, порождая как новые возможности для демократизации, так и беспрецедентные риски формирования цифрового контроля и тоталитаризма.
Эволюция политической коммуникации и роль интернета
В первой главе монографии Ромашкина прослеживает историческую эволюцию понимания власти и коммуникации, начиная с античных философов, таких как Платон и Цицерон, и заканчивая современными теоретиками, включая М. Кастельса, Ю. Хабермаса и М. Маклюэна. Подчеркивается, что коммуникация всегда была неотъемлемой частью функционирования институтов власти, обеспечивая легитимацию, формирование общественного мнения и управление массами. Однако с появлением и развитием средств массовой информации, а затем и интернета, характер этой коммуникации кардинально изменился.
Автор детально рассматривает классические модели политической коммуникации (Лассуэлл, Лазарсфельд, Липпман), отмечая их ограниченность в условиях новой цифровой реальности. Если традиционные СМИ функционировали преимущественно по вертикальной, асинхронной модели, где аудитория выступала объектом воздействия, то интернет-пространство порождает горизонтальные, интерактивные формы коммуникации. Это приводит к размыванию границ между частным и публичным, появлению новых субъектов влияния (владельцы платформ, ТНК, радикальные организации) и изменению механизмов формирования общественного сознания. Ромашкина акцентирует внимание на таких особенностях интернета, как экстерриториальность, трансграничность, мультимедийность и таргетированность, которые создают как потенциал для гражданского участия, так и угрозы для государственного суверенитета и стабильности политических режимов.
Цифровые технологии как инструмент власти и контроля
Во второй главе монография переходит к анализу конкретных цифровых технологий и их применения во взаимодействии власти и общества. Автор исследует, как хештеги и мемы становятся инструментами политического кодирования и мобилизации, а также формами обратной связи. Особое внимание уделяется концепции "информационных капсул", где пользователи изолируются от альтернативной информации, что усиливает поляризацию общества.
Ромашкина подробно рассматривает опыт внедрения элементов электронной демократии в различных странах (Россия, Австрия, Бразилия, Испания, США, Тайвань). Примеры краудсорсинга, электронных петиций и голосований демонстрируют потенциал цифровых технологий для повышения прозрачности, подотчетности и восприимчивости институтов власти к запросам граждан. Однако автор также выявляет риски имитации участия, когда онлайн-платформы используются для создания "иллюзии" демократии, а не для реального делегирования полномочий.
Ключевым аспектом главы является анализ технологий Big Data и их использования для персонифицированного управления общественным сознанием. Ромашкина показывает, как сбор и анализ "цифровых следов" пользователей, их психотипов (модель OCEAN) позволяет политическим акторам применять "мягкую силу" с беспрецедентной точностью. Это порождает "эпистемологическое неравенство" и создает условия для формирования новых форм цифрового контроля, где власть над информацией и алгоритмами становится определяющим фактором. Примеры блокировки аккаунтов политических лидеров в социальных сетях (Д. Трамп) и опыт "Золотого щита" в Китае иллюстрируют, как "цифровая элита" и государства могут использовать эти технологии для цензуры, подавления инакомыслия и установления нового типа тоталитаризма.
Заключение: Гибридная реальность и вызовы для будущего
В заключении монография подчеркивает, что цифровизация формирует гибридную phygital-среду, где виртуальные события имеют реальные последствия. Институты власти сталкиваются с необходимостью адаптации к этим изменениям, трансформируя свои функции и методы коммуникации. Отсутствие "цифрового суверенитета" и неспособность конкурировать с новыми акторами влияния в онлайн-пространстве ставят под угрозу стабильность политических режимов.
Ромашкина предостерегает от дегуманизации общества, вызванной перекосом в сторону технических наук и формированием технократического сознания, что делает людей более восприимчивыми к манипуляциям. Монография завершается выводом о том, что будущее взаимодействия власти и общества в виртуальном пространстве остается неопределенным, балансируя между развитием демократии и угрозой нового, скрытого цифрового тоталитаризма. Для предотвращения последнего необходим общественный контроль и создание механизмов защиты личных данных граждан.
- ВО - Магистратура
- 41.04.04: Политология
- Аспирантура
- 41.06.01: Политические науки и регионоведение
ВИРТУАЛЬНОЕ КОММУНИКАЦИОННОЕ ПРОСТРАНСТВО ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ВЛАСТИ И ОБЩЕСТВА А.Б. РОМАШКИНА Москва ИНФРА-М МОНОГРАФИЯ
УДК 32.019.5(075.4) ББК 66.05 Р69 Ромашкина А.Б. Р69 Виртуальное коммуникационное пространство: взаимодействие власти и общества : монография / А.Б. Ромашкина. — Москва : ИНФРА-М, 2026. — 178 с. — (Научная мысль). — DOI 10.12737/2032495. ISBN 978-5-16-018593-4 (print) ISBN 978-5-16-111557-2 (online) Монография посвящена коммуникационному пространству интернета как одному из ключевых ресурсов политической сферы деятельности. Описываются возникновение новых, ранее не существовавших форм и способов взаимодействия разных социальных групп, индивидов и слоев общества; формирование интерактивных площадок для общественных дискуссий, где субъекты коммуникации могут аккумулировать и артикулировать свое мнение, конструировать и менять общественное и индивидуальное сознание. Освещаются необходимость для институтов власти сохранять способность к управлению обществом, а для политической системы — реагировать на происходящие изменения; возможности персонифицированного управления пользователями на основе их психологических особенностей в интересах инициаторов коммуникации. Раскрываются мобилизационный потенциал интернет-пространства, используемый различными субъектами для привлечения различных групп населения и институтов гражданского общества к политическому участию и повышающий значимость процессов коммуникации в политическом управлении современных государств; расширение политического сегмента интернета, позволяющее использовать современные цифровые технологии для реализации различных задач, включая обеспечение устойчивости политической системы. Рассматривается цифровое коммуникационное пространство как конкурентная среда, где усиливается борьба между разными политическими акторами за владение, интерпретацию и трансляцию информации как одного из ключевых ресурсов власти, что может способствовать формированию новых тоталитарных и авторитарных режимов на основе новых технологий коммуникации. Характеризуется возможность изменения сознания индивидов с помощью информации, получаемой ими в онлайн-пространстве, для достижения целей различных акторов в реальной жизни, что придает новые смысл и значение проблеме свободы информации и коммуникации в связи с развитием технологий цифровой коммуникации. Для студентов, аспирантов и преподавателей политологических вузов и факультетов, а также широкого круга читателей, интересующихся вопросами взаимодействия власти и общества в виртуальном коммуникационном пространстве. УДК 32.019.5(075.4) ББК 66.05 Р е ц е н з е н т ы: Бродовская Е.В., доктор политических наук, доцент, главный научный сотрудник Центра политических исследований Института гуманитарных технологий и социального инжиниринга, профессор Департамента политологии Финансового университета при Правительстве Российской Федерации; Володенков С.В., доктор политических наук, доцент, профессор кафедры государственной политики факультета политологии Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова ISBN 978-5-16-018593-4 (print) ISBN 978-5-16-111557-2 (online) © Ромашкина А.Б., 2023
Введение Интенсивное развитие технологий коммуникации в XX — начале XXI в. стало одной из важнейших причин изменения условий жизни всего общества. Новые информационно-коммуникационные технологии продолжают формировать новые способы взаимодействия и общения людей разных социальных групп и слоев общества. Цифровизация пространства коммуникации затронула и политические отношения. Для адаптации к новым реалиям современного мира, сохранения возможности управлять обществом и различными процессами, происходящими в социуме, политической системе необходимо активно реагировать на различные внешние изменения. Технологическое развитие средств коммуникации с ХХ в. постепенно становится одним из факторов формирования и течения различных социальных и политических процессов, что проявляется в ходе социальных изменений. Информация и каналы ее передачи становятся ключевым ресурсом всех сфер деятельности, в том числе и политической, что ставит перед обществом и институтами власти новые цели и задачи. Интенсивные технологические изменения и цифровизация современной политической коммуникации на основе использования алгоритмов значительным образом меняют характер власти, которая становится алгоритмизированной, что приводит к формированию новых способов осуществления взаимодействия институтов политической власти и общества. Само общество не может сохранять контроль над содержанием и практикой осуществления власти, поскольку властные институты имеют возможность быстро адаптировать свою деятельность и применять современные коммуникационные технологии с целью установления цифрового контроля над обществом, что формирует потенциал трансформации политической системы, в которой утрачивается возможность общественного влияния на властные отношения. Некоторые исследователи не согласны, что технологическое развитие является причиной социального прогресса, критики теорий постиндустриального и информационного общества отмечают, что совершенствование техники и технологий, в том числе информационнокоммуникационных, является фактором появления новых проблем1. Якунин В.И., Сулакшин С.С., Багдасарян В.Э. и др. Постиндустриализм. Опыт критического анализа: монография. М.: Научный эксперт, 2012. 288 с.; Бузгалин А.В. «Постиндустриальное общество» — тупиковая ветвь социального развития? // Вопросы философии. 2002. № 5. С. 26–43; Уэбстер Ф. Теории информационного
Углубление социального расслоения и неравенства, неравномерность развития стран, дегуманизация общества и формирование новых механизмов манипуляции общественным сознанием, утрата ценностей и разрыв социальных связей между поколениями и различными социальными группами и т.д. — все это становится новыми вызовами, затрагивающими как общество в целом, так и политическую сферу, в которой принимаются важнейшие решения в жизни общества. Эти проблемы требуют системного подхода, поскольку от их решения зависят социальное развитие и прогресс. Существует и угроза формирования новых тоталитарных и авторитарных режимов на основе новых цифровых технологий коммуникации и механизмов контроля в цифровой среде, поскольку усиливается конкуренция за владение, интерпретацию и трансляцию информации как одного из важнейших ресурсов власти между различными политическими акторами. Для достижения их целей в реальной жизни может быть изменено сознание индивидов с помощью той информации, которую они получают в новой цифровой реальности, поэтому проблема свободы информации и коммуникации приобретает новый смысл и значение в связи с развитием новых информационно-коммуникационных технологий. Теоретическое изучение процессов коммуникации в интернетпространстве между институтами политической власти и общества позволит выявить как положительные тенденции применения новых цифровых технологий в политических отношениях между институтами власти и обществом, так и новые риски и угрозы, появляющиеся в связи с развитием этих технологий. общества / пер. с англ. М.В. Арапова, Н.В. Малыхиной; под ред. Е.Л. Вартановой. М.: Аспект Пресс, 2004. 400 с.; Козлова В.А. К критике теории информационного общества // Современные проблемы науки и образования. 2014. № 3. С. 680.
Глава 1. ФЕНОМЕН ПОЛИТИЧЕСКОЙ КОММУНИКАЦИИ 1.1. КОММУНИКАЦИЯ КАК ОСНОВА ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ИНСТИТУТОВ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ВЛАСТИ Разнообразные формы коммуникации в процессах функционирования институтов власти были важны со времен появления первых государств, что отмечалось мыслителями до возникновения политической науки в конце XIX — начале XX в. «Власть является реляционной способностью, которая позволяет социальному актору, имеющему соответствующую возможность, ассиметрично влиять на решения другого(-их) социального(-ых) актора(-ов) желательным для его воли, интересов и ценностей образом»1. Коммуникация является основным, но не единственным способом воздействия на большие группы людей, что позволяет политическим субъектам формировать определенные представления, взгляды и ценностные ориентиры у населения. Применяя коммуникативные методы манипуляции сознанием людей, политические акторы способны управлять их действиями и поведением в своих интересах. Формирование представлений о политике и влияние на политические убеждения своих подданных и граждан с древних времен являлись важными задачами власти, что достигалось путем создания необходимых образов в сознании людей с помощью вербальных и невербальных средств передачи информации (церемонии с их символичностью, использование различных архитектурных форм для придания величия власти и т.п.)2. При определении власти можно рассматривать ее с двух точек зрения: 1. Власть как могущество — «основное политико-социологическое понятие, характеризующее отношения зависимости или превосходства, то есть обозначающее возможность для власть имущих без 1 Кастельс М. Власть коммуникации: учеб. пособие / пер. с англ. Н.М. Тылевич; под науч. ред. А.И. Черных; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». 2-е изд., доп. М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2017. С. 55. Липпманн У. Общественное мнение / пер. с англ. Т.В. Барчуновой. М.: Институт Фонда «Общественное мнение», 2004. 384 с.; Грачев М.Н. Политическая коммуникация: понятие, сущность // Политическая коммуникативистика: теория, методология и практика / под ред. Л.Н. Тимофеевой. М.: Российская ассоциация политической науки (РАПН): Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2012. С. 77.
одобрения, против воли или несмотря на сопротивление других, навязывать и осуществлять свои цели»1. Власть может осуществляться как государственными структурами, так и общественными, но это всегда двусторонние отношения, где одна сторона располагает влиянием, а другая воспринимает, не противоречит осуществлению власти либо принуждается к исполнению ее решений. Субъект власти должен отправлять коммуникативные сигналы населению как воспринимающей стороне. Эффективная коммуникация обеспечивает трансляцию идей, ценностей, взглядов и целей политических субъектов, что обеспечивает восприятие населением влияния превосходящей стороны и ее власти. 2. Власть как насилие — «использование физического или психического принуждения к людям, а также физическое воздействие на животных или на предметы»2. Политическая система законно использует разные формы насилия с целью поддержания господствующего правопорядка, а коммуникация позволяет закрепить в общественном сознании и легитимизировать исключительное право субъекта власти на применение силы, что воспринимается гражданами как должное и не вызывает сопротивления применению насилия субъектом власти. Осуществление власти происходит двумя путями: через механизмы принуждения (или возможность его применения) и (или) через создание смысла на основе дискурсов, что становится руководством действий социальных акторов. Властные отношения всегда основаны на доминировании одной из сторон, но основания для него и институционализации властных отношений отличаются друг от друга, а потому и само представление о власти в общественном сознании зависит от различных факторов3. Использование коммуникативных методов закрепления представлений о власти в общественном сознании является тем механизмом, который позволяет руководить поведением граждан, даже если они не согласны с мнением представителей власти. Функционирование институтов власти невозможно без легитимности как «способности элиты убеждать граждан в том, 1 Политлексикон: понятие, факты, взаимосвязи: на основе нем. справ. Shubert/Klein. Das Politiklexicon / под общ. ред. В.П. Любина и Р. Крумма; науч. ред. С.В. Патрушев, Л.Е. Филиппова. М.: Российская политическая энциклопедия, 2013. С. 83. 2 Там же. С. 84. Кастельс М. Власть коммуникации: учеб. пособие / пер. с англ. Н.М. Тылевич; под науч. ред. А.И. Черных; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». 2-е изд., доп. М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2017. С. 55.
что существующие политические институты — наиболее оптимальные для общества»1. Отношения доминирования и подчинения осуществляются на основе контроля, в том числе и над дискурсом, который является одним из важнейших ресурсов власти2. Ее субъекты обладают особым знанием, на основе которого конструируются смыслы, а значит, и содержание дискурса, что позволяет контролировать общественное сознание и, следовательно, действия людей. То, каким образом обладатель власти производит дискурс и контролирует его, характеризует и осуществление управления обществом3. По мнению многих исследователей, выявить черты недемократических режимов можно на основе анализа того или иного типа коммуникации и дискурса, а также субъектов власти, которые контролируют дискурсивные и коммуникационные процессы в обществе4. Хотя политическая коммуникация как объект изучения выделилась в XX в., основы для ее рассмотрения были заложены в ходе развития всей европейской цивилизации, начиная с Античности. Идея свободы и всеобщего блага, которое достижимо с помощью правильной формы власти, лежала в основе политико-правовой мысли Древней Греции, одним из самых ярких представителей которой был Платон. По его мнению, идеальное государство — это реализация истинных идей в общественно-политической жизни, 1 Федорченко С.Н. Значение искусственного интеллекта для политического режима России: проблемы легитимности, информационной безопасности и «мягкой силы» // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: История и политические науки. 2020. № 1. С. 43. 2 Ван Дейк Т.А. Дискурс и власть: репрезентация доминирования в языке и коммуникации: пер. с англ. 2-е изд. М.: УРСС: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2015. 352 с.; Фуко М. Воля к истине: по ту сторону знания, власти и сексуальности. Работы разных лет: пер. с фр. / комм. и послесл. С. Табачниковой. М.: Касталь, 1996. 448 с.; Федорченко С.Н. Политическое кодирование: постановка проблемы и компаративистика коммуникационных технологий управления массовым сознанием // Журнал политических исследований. 2017. Т. 1. № 3. С. 44–78; Аласания К.Ю. Постмодернистская концепция власти во французской политической философии второй половины XX в. — начала XXI в. // Философия политики и права: сборник научных работ. Вып. 1 / под общ. ред. проф. Е.Н. Мощелкова, науч. ред. проф. О.Ю. Бойцова. М.: Издатель А.В. Воробьёв, 2010. С. 250–268. 3 Ван Дейк Т.А. Дискурс и власть: репрезентация доминирования в языке и коммуникации: пер. с англ. 2-е изд. М.: УРСС: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2015. 352 с. Подробнее см.: Федорченко С.Н. Автократия в цифровой вселенной: перспективы и угрозы политической легитимации // Журнал политических исследований. 2020. Т. 4. № 4. С. 12–24.
т.е. справедливое государство, граждане которого трудятся для достижения всеобщего блага, а власть осуществляют самые мудрые и благородные граждане, направляющие народ к идеалу1, что невозможно без коммуникации. Коммуникация, на наш взгляд, позволяет выполнять государству-полису воспитательную функцию на основе трансляции мифов о богах с помощью поэзии и мусических искусств, что формирует у граждан представления об идеалах благородства, справедливости и смелости, а также ценности и цели, значимые для государства. Без трансляции ценностно-смысловых категорий с помощью эффективных коммуникативных механизмов невозможно сформировать общественное сознание таким образом, чтобы оно соответствовало представлениям правящей элиты о целях и путях их достижения. Платон высказал мысль о возможности власти создавать ценности и смыслы, а также формировать иллюзорные представления о мире в результате коммуникационной деятельности. Так, миф о пещере в диалоге «Государство» можно адаптировать для анализа существующего информационного пространства. Узник пещеры, мировоззрение которого формируется тенями на стенах, ограничен в своих возможностях познания. Истина для него — только эти тени, а потому получение альтернативной информации он будет рассматривать как ложь2. Поскольку его представления о мире являются созданной иллюзией, то манипуляция со стороны заинтересованных субъектов поведением человека, у которого в сознании существуют определенные рамки и ограничена широта взгляда на мир, становится проще по сравнению с человеком, имеющим больше информации о мире (который смог «оглянуться» и «выйти из пещеры»). Управлять мнением людей могут те, у кого есть возможность получать объективную информацию, анализировать ее и интерпретировать для дальнейшей трансляции остальным людям. Поскольку истинные знания в таком случае становятся важным ресурсом власти, то люди, имеющие возможность получать объективную информацию, будут создавать смыслы и ценности для формирования массового сознания. Современные условия получения информации о политической жизни общества во многом схожи с тем, что описывал Платон в своем произведении, что показывает потенциальные риски для современного общества использования информационно-коммуникационных технологий с целью создания новых мифов и иллюзий в общественном сознании. 1 Платон. Государство // Платон. Филеб, Государство, Тимей, Критий. М.: Мысль, 1999; Платон. Законы // Платон. Законы, Послезаконие, Письма (Слово о сущем). СПб.: Наука, 2014. С. 77–407. Платон. Государство // Платон. Филеб, Государство, Тимей, Критий. М.: Мысль, 1999.
Развитие политико-правовых идей Древней Греции было продолжено в Древнем Риме. Для Цицерона самостоятельным видом политической деятельности являлась публичная коммуникация1. Однако развитие представлений о потенциале политической коммуникации произошло гораздо позже. Мыслители Древнего Рима, где получило развитие христианство, заложили основу средневековой европейской философии, в которой сущность и функции власти рассматривались с точки зрения религии. Власть, по определению Фомы Аквинского, — это божественное установление для управления низшими слоями населения, поэтому ее представители должны следовать Божественным заветам2. Коммуникационный аспект политики в этот период не выделялся мыслителями. Философские воззрения Средневековья были инструментом для создания смысловых и ценностных категорий представителями церкви, которые с помощью убеждения верующих могли легитимизировать как сами институты власти, так и их решения. Духовный кризис позднего Средневековья был причиной поиска новых ценностных основ в философско-политических учениях, что привело к возникновению новых религиозных, культурных и политико-правовых идей Реформации и Возрождения. Исключив религиозные основания появления государства и права, Н. Макиавелли рассмотрел власть как онтологическую категорию и сместил акцент изучения проблем власти от ее сущности к функционированию и управлению народом3. Его идеи прославления и возвеличивания власти были своего рода инструментом политической коммуникации, что позволяет правителю бороться за власть, удерживать и укреплять ее. Идеи Макиавелли получили свое развитие в эпоху Просвещения. Отказ от религиозных идей и развитие естественных наук отразилось в политико-правовых учениях эпохи Просвещения, в период которой получили развитие теории естественного права и общественного договора (Г. Гроций, Б. Спиноза, Т. Гоббс, Дж. Локк, Ш.-Л. Монтескье, Ж.-Ж. Руссо, И. Кант). Мыслители этого периода рассматривали необходимость ограничения природной вседозволенности и обладания правовой свободой как условие развития общества, а потому людям необходимо договориться о способах самоограничения с помощью активной коммуникации для установления государства и власти. Идеи просветителей о необходимости взаимодействия институтов власти и народа, в ходе которого общество сможет 1 Цицерон. О государстве // Цицерон. Диалоги. М.: Научно-издательский центр «Ладомир»: Наука, 1994. С. 8–88. 2 История политических и правовых учений: учебник для вузов / под общ. ред. В.С. Нерсесянца. 4-е изд. М.: Норма, 2004. 944 с. Макиавелли Н. Государь // Макиавелли Н. Государь. О военном искусстве. М.: АСТ, 2017. С. 3–138.
артикулировать свои запросы, стало началом развития механизмов обратной связи через различные формы коммуникации между институтами власти и обществом. Немецкие философы И. Кант и Г. Гегель1 по-разному рассматривали сущность и происхождение государства и власти, но особую роль морали в отношениях власти и подчинения подчеркивали оба мыслителя, поскольку считали необходимым соблюдение прав человека. Среди задач государства они выделяли воспитание граждан, что проявляется в объяснении сущности и назначении законов, и защиту граждан и правопорядка, что позволит полноценно функционировать самому государству. Все это становится возможным через активное взаимодействие институтов власти и общества, т.е. на основании коммуникации. При критическом рассмотрении идеальных моделей власти, предложенных просветителями и представителями классической немецкой философии, можно обнаружить исключительно позитивную сторону выполнения воспитательной функции государства с целью развития общества. Однако в произведениях мыслителей того времени не отражены риски завоевания власти политическими акторами, имеющими цели, не связанные с всеобщим благом, а потому не учитывается возможность формирования в сознании людей новых ценностей и мифов для возможности манипулирования их сознанием. Формирование общественного сознания в интересах тех, кто реализует власть, может приводить к злоупотреблению ею на основе дискурса2. К. Маркс и Ф. Энгельс рассматривали пропаганду и идеологию, которые являются частью информационно-коммуникационных процессов политики, как инструменты воздействия господствующего класса на массовое сознание с целью контроля над обществом3, что приобретает особое значение в условиях развития компаний, которые обеспечивают интернет-коммуникацию и контролируют большую часть информационных потоков. Идеология является формой иллюзорного сознания, создаваемого в интересах господствующего класса. Средства массовой информации как механизм внедрения в сознание людей и дальнейшего продвижения определенных идей, убеждений, ценностей, смыслов и идеалов являются важнейшей составляющей 1 Кант И. Собр. соч.: в 8 т. М.: Чоро, 1994; Гегель Г.В.Ф. Философия права: пер. с нем. / ред. и сост. Д.А. Керимов и В.С. Нерсесянц. М.: Мысль, 1990. 524 с. 2 Ван Дейк Т.А. Дискурс и власть: репрезентация доминирования в языке и коммуникации: пер. с англ. 2-е изд. М.: УРСС: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2015. 352 с. Маркс К., Энгельс Ф. Манифест Коммунистической партии // Маркс К., Энгельс Ф. Соч.: в 50 т. Т. 4. 2-е изд. С. 419–459.