Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Казнь протопопа Аввакума. Историческое расследование

Покупка
Артикул: 871652.01.99
Доступ онлайн
500 ₽
В корзину
Протопоп Аввакум Петров (1620-1682), выдающийся писатель и религиозный деятель XVII века, принадлежит к числу наиболее ярких фигур русской истории. Новая книга петербургского писателя, философа и историка Кирилла Кожурина посвящена последнему, пустозерскому периоду жизни протопопа Аввакума, а также такому непростому вопросу, как причины казни «пустозерской четверицы» (протопопа Аввакума и его соузников диакона Феодора, инока Епифания и священника Лазаря) в 1682 году. Основываясь на разнообразном фактическом материале, автор пытается разобраться в сути церковного конфликта середины XVII века и выяснить роль и место в этом конфликте протопопа Аввакума и его единомышленников.
Кожурин, К. Я. Казнь протопопа Аввакума. Историческое расследование : монография / К. Я. Кожурин. - 2-е изд. - Санкт-Петербург : Евразия, 2025. - 254 с. - (Parvus libellus). - ISBN 978-5-8071-0731-2. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2238204 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов




Санкт-Петербург
К. Я. Кожурин
КАЗНЬ ПРОТОПОПА 
АВВАКУМА 
Историческое 
расследование 
2-е издание, электронное


УДК УДК 929Аввакум
ББК 63.3(2)44
К58
К58
Кожурин, Кирилл Яковлевич.
Казнь протопопа Аввакума. Историческое расследование / К. Я. Кожурин. — 2-е изд., эл. — 1 файл pdf : 254 с. — 
Санкт-Петербург : Евразия, 2025. — (Parvus libellus). — Систем. требования: Adobe Reader XI либо Adobe Digital 
Editions 4.5 ; экран 10". — Текст : электронный.
ISBN 978-5-8071-0731-2
Протопоп Аввакум Петров (1620–1682), выдающийся 
писатель и религиозный деятель XVII века, принадлежит 
к числу наиболее ярких фигур русской истории. Новая книга петербургского писателя, философа и историка Кирилла 
Кожурина посвящена последнему, пустозерскому периоду 
жизни протопопа Аввакума, а также такому непростому вопросу, как причины казни «пустозерской четверицы» (протопопа Аввакума и его соузников диакона Феодора, инока 
Епифания и священника Лазаря) в 1682 году. Основываясь 
на разнообразном фактическом материале, автор пытается 
разобраться в сути церковного конфликта середины XVII века и выяснить роль и место в этом конфликте протопопа 
Аввакума и его единомышленников.
УДК УДК 929Аввакум 
ББК 63.3(2)44
Электронное издание на основе печатного издания: Казнь протопопа Аввакума. Историческое расследование / К. Я. Кожурин. — Санкт-Петербург : Евразия, 2023. — 256 с. — (Parvus 
libellus). — ISBN 978-5-8071-0583-7. — Текст : непосредственный.
В соответствии со ст. 1299 и 1301 ГК РФ при устранении ограничений, 
установленных техническими средствами защиты авторских прав, правообладатель вправе требовать от нарушителя возмещения убытков или 
выплаты компенсации.
ISBN 978-5-8071-0731-2
© Кожурин К. Я., 2022
© Юрченко К. А., дизайн обложки, 
2023
© Оформление, ООО «Издательство 
«Евразия», 2023


Августин Блаженный, задаваясь вопросом 
о  смысле Священной Истории, писал в  знаменитом трактате «О граде Божием»: «Итак, 
два града созданы двумя родами любви: земной  — любовью к  себе, дошедшею до презрения к  Богу; небесный  — любовью к  Богу, 
дошедшей до презрения к  себе. Первый полагает славу свою в  самом себе, второй  — 
в Господе. Ибо тот ищет славы от людей, а для 
этого величайшая слава — Бог, свидетель совести. Тот в славе своей возносит главу, а этот 
говорит Богу своему: Ты, Господи... слава моя, 
и  возносяй главу Мою (Пс.  3, 4). Тем правит 
похоть господствования, в  этом служат друг 
другу по любви. Тот любит в своих лучших людях свою же силу, а этот говорит: Возлюблю Тя, 
Господи, крепосте моя! (Пс. 17, 2)»1. В извечном 
противостоянии двух градов видел блаженный Августин таинственную основу и  смысл 
всемирной истории — историю борьбы божественного и мирского.
Один из двух дошедших до нас автографов 
«Жития» протопопа Аввакума, находящийся в  составе так называемого Пустозерского 


сборника И. Н. Заволоко и  являющийся четвертой и  последней авторской редакцией 
этого бессмертного произведения, содержит 
в своей вступительной части любопытный отрывок — это так называемая геометрическая 
притча аввы Дорофея из его 6-го поучения 
«О еже не судити искренему» («О том, чтобы 
не судить ближнего»):
«Положи ми круг быти на земли, якоже начертание некое обло, от прехождения остна, глаголетжеся свойственне остен, еже 
посреднее круга, даже до остна. Положите 
убо ум ваш во глаголемое: сей круг разумейте ми быти мир, самое же, еже посреде круга, — Бога; стезя же, яже от круга идущая и до 
среды путия, сиречь жития человеческая, 
поелику убо входят святии к  среде, желающе приближитися Богу, по равеньству входа 
близ бывают и Бога, и друг другу, и елико приближаются Богу, приближаются и друг другу; 
и  елико приближаются друг другу, приближаются к Богови. Такожде разумейте и отлучение: егда бо оставят себе от Бога и возвратятся на внешняя, яве есть, яко елико исходят 
и удаляют себе от Бога, толико удаляются друг 
от друга, и елико удаляются друг от друга, толико удаляются и от Бога. Се таково есть естество любве: поелику убо есмы вне и не любим 
Бога, потолику имамы отстояние кождо ко искреннему. Аще ли же возлюбим Бога, елико 
приближаемся к  Богу любовию, яже к  Нему, 
толико соединеваемся любовию к  ближнему, 


и  елико соединеваемся искреннему, толико 
соединеваемся Богу. Бог да сподобит нас послушати полезная нам и творити я, а не гневатися друг на друга, ниже яритися»a.
a	
Текст приводится по изданию: Житие протопопа Аввакума. Издание подготовили Н. С. Демкова и Л. В. Титова. СПб., 2019. С. 64. В современном 
русском переводе этот текст звучит так: «Представьте себе круг, начертанный на земле, средина 
которого называется центром, а  прямые линии, 
идущие от центра к окружности, называются радиусами. Теперь вникните, что я буду говорить: предположите, что круг сей есть мир, а  самый центр 
круга — Бог; радиусы же, т. е. прямые линии, идущие от окружности к центру, суть пути жизни человеческой. Итак, на сколько святые входят внутрь 
круга, желая приблизиться к  Богу, на столько, по 
мере вхождения, они становятся ближе и  к  Богу, 
и  друг к  другу; и  сколько приближаются к  Богу, 
столько приближаются и  друг к  другу; и  сколько 
приближаются друг к другу, столько приближаются 
и к Богу. Так разумейте и об удалении. Когда удаляются от Бога и  возвращаются ко внешнему, то 
очевидно, что в той мере, как они исходят от средоточия и  удаляются от Бога, в  той же мере удаляются и друг от друга; и сколько удаляются друг 
от друга, столько удаляются и от Бога. Таково естество любви: на сколько мы находимся вне и не любим Бога, на столько каждый удален и от ближнего. 
Если же возлюбим Бога, то сколько приближаемся 
к Богу любовью к Нему, столько соединяемся любовью и с ближним; и сколько соединяемся с ближним, столько соединяемся с Богом. Господь Бог да 
сподобит нас слышать полезное и исполнять оное; 
ибо по мере того, как мы стараемся и заботимся об 


Остальная часть листа авторской рукописи занята рисунком Аввакума, который иллюстрирует притчу аввы Дорофея и  сопровождается следующими надписями: в центре 
круга охристой краской иноком Епифанием 
написано слово «Бог», около пяти фигур, изображенных в  круге охристой же краской написано «святый»; около двух верхних фигур 
вне круга  — «Паисей патриарх сребролюбец 
продал Христа и Макар льстец, бабо<еб> (далее обрыв листа)»; около трех нижних фигур 
вне круга: слева — «Павел сый митрополит», 
в  центре  — «Окаянный митрополит, бабо… 
(окончание слова замазано чернилами), патриарх, удаливыйся от Бога», справа — «Архи- 
епископ Иларион».
В данном случае и  блаженный Августин, 
и  авва Дорофей, и  протопоп Аввакум поразному говорят об одном: любовь к  Богу 
и ближнему — это основной императив человеческой жизни и  основное ее предназначение. И  жизнь, и  смерть Аввакума являют собой ярчайшее подтверждение этой главной 
евангельской заповеди.
В посланиях, отправляемых Аввакумом из 
пустозерского заточения, из земляной ямы 
к единомышленникам и духовным чадам, поражает особенность, подмеченная еще одним 
из первых его биографов В.  А.  Мякотиным, 
исполнении слышанного, и Бог всегда просвещает 
нас и научает воле Своей».


Автограф Аввакума с карикатурами 
на никонианских архиереев


особенность, вообще присущая всей жизни 
огнепального протопопа — как человека и как 
духовного отца. «Как в  догматических и  полемических произведениях Аввакума выступают наружу его недюжинная эрудиция и диалектические способности, как его проповедь 
и поучения отличаются своей простотой, меткостью наблюдений и  энергией выражения, 
так в  наставлениях, обращенных им к  ближайшим своим ученикам, крупную характерную черту составляет глубоко-любовное отношение к  ним, поразительная деликатность 
в  обращении с  чувствами человека. Он так 
мягко и нежно дотрагивается в этих случаях 
до душевных ран человека, так умеет соединить порицание и даже наказание с ободрением и  поддержкой, что в  нем пришлось бы 
признать замечательно тонкого психолога, 
если бы для объяснения этой нравственной 
чуткости у  нас не имелось более простого 
пути в признании его человеком с богато развитой духовной организацией, с глубоко любящим сердцем»2.
Даже осуждая своих духовных чад за тяжкие грехи и  налагая на них суровую епитимью, Аввакум вместе с  тем заботится о  том, 
чтобы в  их душах не поселилось уныние  — 
еще более страшный грех. Подобное отношение, несомненно, привлекало к  Аввакуму многих, и  многие, видя такие отношения 
духовного учителя и  учеников, обращались 
к отстаиваемой ими старой вере. «Насколько 


Доступ онлайн
500 ₽
В корзину