Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Общество во власти медиапроцессов

Покупка
Основная коллекция
Артикул: 741367.03.01
Доступ онлайн
от 244 ₽
В корзину
Частному лицу
Бумажная книга
1 352 ₽
Купить
Купить в составе основной коллекции от 1 490 ₽
В монографии предлагается рассмотрение общества с позиций субъектности. Выдвигается утверждение, что в условиях примата медиакоммуникационных отношений современное общество находится во власти медиапроцессов. Будучи сторонником междисциплинарного подхода, автор предпринимает попытку условной дифференциации медиапроцессов с точки зрения их взаимосвязи с социополитическими процессами либо с социокультурными процессами, которые, в свою очередь, также находятся во взаимообусловленных отношениях. Анализируются наиболее резонансные кейсы 2010-х годов с применением релевантной методологии. Адресована студентам, научным работникам и специалистам в различных областях современного социогуманитарного знания.

Общество во власти медиапроцессов: Междисциплинарный взгляд на медиатизацию современности

Монография А.А. Ефанова "Общество во власти медиапроцессов" представляет собой глубокий междисциплинарный анализ влияния медиакоммуникационных отношений на современное общество. Автор, придерживаясь социологической доминанты и опираясь на концепции классиков теории массовой коммуникации (Маклюэн, Луман), а также работы российских исследователей (Давыдов, Дзялошинский, Ионин, Качкаева и др.), предлагает рассматривать общество с позиций субъектности, утверждая, что оно находится "во власти медиапроцессов". Книга адресована широкому кругу специалистов в социогуманитарных науках, студентам и всем, кто стремится понять феномен медиа и его влияние.

Медиапроцессы и социополитическая динамика

В первой главе монографии рассматривается взаимосвязь медиапроцессов с социополитическими явлениями. Автор анализирует ряд резонансных кейсов 2010-х годов, демонстрируя, как медиа формируют политическую идентификацию молодежи, репрезентируют протестные настроения и влияют на электоральный интерес. Подробно исследуются такие события, как конструирование оппозиционной активности, антикоррупционные митинги 2017 года, российско-американское противостояние в информационной войне (грузино-южноосетинский конфликт, украинский кризис, миссия в Сирии, допинговый скандал), а также эволюция медиаобраза Д. Трампа на российском телевидении.

Ефанов показывает, что медиа выступают мощным инструментом дискредитации политических акторов, используя как прямые, так и косвенные модели воздействия. На примере губернаторских выборов в Оренбургской области демонстрируется "безальтернативная альтернативность" политического дискурса, где медиа создают иллюзию выбора. Анализ президентской предвыборной кампании 2018 года выявляет особенности позиционирования кандидатов и динамику электоральных настроений, подчеркивая роль медиа в формировании "виртуальной" оппозиции. Особое внимание уделяется феномену социальной солидаризации в развитом гражданском обществе, проявляющемуся в кейсах "дела Голунова" и "московского дела", где медиамерч становится продуктом коммуникативно-культурной памяти.

Медиапроцессы и социокультурные трансформации

Вторая глава посвящена анализу медиапроцессов в контексте социокультурных изменений. Автор поднимает вопрос о роли телевидения – является ли оно манипулятором или медиатором, – склоняясь к первой позиции, подкрепленной теоретическими и эмпирическими данными. Рассматривается проблема безопасности в киберпространстве, где интернет становится основным полем для инспирирования моральных паник, концентрирующихся вокруг угрозы социальной деструкции.

Ефанов исследует трансформацию медиаконтента от "низовой" к "высокой" культуре, отмечая возрождение культурообразующей функции телевидения и популяризацию искусства через сетевые коммуникации. Анализ освещения проблемы вербовки в ИГИЛ (запрещенная в РФ организация) в оренбургских СМИ демонстрирует рецессию медиапсихоза в отношении этнофобии и терроризма. Кейс медиагероизации А. Прохоренко показывает, как медиа создают мифологизированные образы.

Монография также затрагивает "феномен Д. Шурыгиной" как пример медиапредпочтений общества потребления, где сексуализация и эстетизация контента формируют новые медиамемы. Автор анализирует взаимозависимость повестки дня телевидения и интернета, процессы оптимизации и централизации капитала на телевизионном рынке, а также технологии продвижения контента в региональном сегменте медиапространства. Особое внимание уделяется цифровизации телевидения и её влиянию на региональные медиа, а также феномену информационных шумов и хайпа как новых трендов коммуникационного пространства.

Влияние поколения Z на функционирование института медиа рассматривается как прогностическая модель, предвещающая дальнейшую персонализацию контента и изменение профессиональных качеств журналистов. Завершает главу анализ "Закона о фейковых новостях" с позиций методологической корректности, выявляя коллизии в определении понятий "фейк" и "постправда", а также фрейминг трагедии в аэропорту "Шереметьево", демонстрирующий зависимость медиа от формы собственности и её влияние на редакционную политику.

В целом, монография А.А. Ефанова предлагает комплексный и актуальный взгляд на медиатизацию современного общества, выявляя ключевые тенденции и проблемы, с которыми сталкиваются медиа и их аудитория в условиях постоянно меняющегося информационного ландшафта.

Текст подготовлен языковой моделью и может содержать неточности.

5
88
Ефанов, А. А. Общество во власти медиапроцессов : монография / А.А. Ефанов. — Москва : ИНФРА-М, 2026. — 189 с. — (Научная мысль). — DOI 10.12737/1140665. - ISBN 978-5-16-019415-8. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2237639 (дата обращения: 18.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
ОБЩЕСТВО 
ВО ВЛАСТИ  
МЕДИАПРОЦЕССОВ
А.А. ЕФАНОВ
МОНОГРАФИЯ
Москва
ИНФРА-М
202


УДК 316.77(075.4)
ББК 76.0
	
Е90
Ефанов А.А.
Е90	
	
Общество во власти медиапроцессов : монография  / А.А.  Ефанов. — Москва  : ИНФРА-М, 2026.  — 189 с.  — (Научная мысль).  — 
DOI 10.12737/1140665.
ISBN 978-5-16-019415-8 (print)
ISBN 978-5-16-108710-7 (online)
В монографии предлагается рассмотрение общества с позиций субъектности. Выдвигается утверждение, что в  условиях примата медиакоммуникационных отношений современное общество находится во  власти 
медиапроцессов. Будучи сторонником междисциплинарного подхода, автор предпринимает попытку условной дифференциации медиапроцессов 
с точки зрения их взаимосвязи с социополитическими процессами либо 
с социокультурными процессами, которые, в свою очередь, также находятся во взаимообусловленных отношениях. Анализируются наиболее резонансные кейсы 2010-х годов с применением релевантной методологии.
Адресована студентам, научным работникам и специалистам в различных областях современного социогуманитарного знания.
УДК 316.77(075.4) 
ББК 76.0
Р е ц е н з е н т ы:
О.О. Савельева, доктор социологических наук, профессор, профессор департамента интегрированных коммуникаций Национального 
исследовательского университета «Высшая школа экономики»;
Е.Н. Юдина, доктор социологических наук, профессор, профессор 
кафедры теоретической и специальной социологии Московского педагогического государственного университета
ISBN 978-5-16-019415-8 (print)
ISBN 978-5-16-108710-7 (online)
©  Ефанов А.А., 2021


Предисловие
Без всяких сомнений, современное общество не может рассматриваться вне медиатехнологий, которые инкорпорировались во все 
сферы жизни, тем самым оказывая влияние на трансформацию 
социальных институтов (преимущественно политических и культурных). Медиа давно прекратили восприниматься исключительно 
как опосредованные (mediated) источники получения информации, 
став той непосредственной средой, в которую включены все индивиды, где протекают основные социальные процессы. Можно дискутировать о степени медиатизации каждого отдельного человека, 
но отрицать сам факт глубинного влияния медиа на социум и социальную структуру кажется бессмысленным.
В контексте разрабатываемого автором настоящей книги междисциплинарного обществоведческого подхода к исследованию 
медиа (с социологической доминантой, при этом находящегося 
на стыке с политологией, культурологией, философией, психологией, лингвистикой), который прежде всего отсылает к концепциям 
классиков теории массовой коммуникации Г.М. Маклюэна (модель социокультурной динамики) и Н. Лумана (нерасчлененность 
социальных коммуникаций и медиакоммуникаций), в российской 
академической среде получая особое развитие в работах ученых 
Национального исследовательского университета «Высшая школа 
экономики» (С.Г. Давыдов, И.М. Дзялошинский, Л.Г. Ионин, 
А.Г. Качкаева, О.Н. Каширских, И.В. Кирия, Е.Г. Лапина-Кратасюк, 
М.М. Назаров, Е.Г. Ним, А.А. Новикова, Н.К. Радина, О.О. Савельева, Н.Ю. Савин, А.И. Черных, А.В. Шариков, С.А. Шомова 
и другие), предлагается рассматривать общество с позиций субъектности. Выдвигается утверждение, что в условиях примата медиакоммуникационных отношений современное общество находится 
во власти медиапроцессов. Таким образом, автором предпринимается попытка условной дифференциации медиапроцессов с точки 
зрения их взаимосвязи с социополитическими процессами либо 
с социокультурными процессами, которые, в свою очередь, также 
находятся во взаимообусловленных отношениях (как известно, политика и культура зачастую оказываются двумя сторонами одной 
медали).
Анализируются наиболее резонансные кейсы 2010-х годов 
(такие как конструирование протестных настроений в России, 
избирательные процессы в федеральном и региональном политическом пространстве, политические скандалы, формирование 
медиа образа и политического имиджа, медиапредпочтения общества потребления, влияние поколения Z на функционирование 


института медиа, телевизионная повестка дня в отражении акторов 
поля интернета, цифровизация и деструктивизация института регионального телевидения, феномен пиаризации медиа, хайп как 
новый медиакоммуникационный феномен и образуемая на его основе хайпономика, «закон о фейковых новостях» с позиций методологической корректности и т.д.).
Книга адресована студентам, научным работникам и специалистам в различных областях современного социогуманитарного 
знания, а потому будет полезна, во-первых, для использования 
в образовательном процессе при подготовке социологов, политологов, культурологов, журналистов, медиапедагогов, специалистов 
в сфере медиакоммуникаций и интегрированных коммуникаций 
(при планировании таких учебных курсов, как «Методология и методика медиаисследований», «Основы медиакультуры», «Политическая журналистика», «Политические коммуникации», «Современная коммуникативистика», «Современные исследовательские 
программы и практики в социокультурной сфере», «Социология 
журналистики», «Социология массовых коммуникаций», «Социология медиакультуры и медиаобразования» и пр.); во-вторых, для 
проведения медиаисследований междисциплинарного характера; 
в-третьих, для понимания феномена медиа и формируемых на его 
основе медиапроцессов со стороны непосредственных потребителей.


Глава 1 
МЕДИАПРОЦЕССЫ И СОЦИОПОЛИТИЧЕСКИЕ 
ПРОЦЕССЫ
ПОЛИТИЧЕСКАЯ ИДЕНТИФИКАЦИЯ МОЛОДЕЖИ ПОСРЕДСТВОМ СМИ
В настоящее время «новые медиа» оказывают особое влияние 
на современную молодежь. Совмещая в себе образовательную, коммуникативную и досуговую функции, доступные в «экспресс-режиме», 
интернет превращает молодое поколение в своего основного и постоянного потребителя. Свобода и общедоступность всемирной сети побуждает трансформацию социального портрета представителя «поколения 
XXI века», преобразуя процесс его политической идентификации.
Для решения поставленной задачи — оценки социальных изменений в результате формирования политической идентичности молодежи — использовался метод контент-анализа. Был 
проведен сравнительный анализ отражения конструирования явления оппозиционной активности молодого поколения в полях 
телевидения и интернета. Выборка осуществлялась на основе материалов информационных программ общественно-политических 
федеральных телеканалов (Первого канала («Новости», «Время»), 
ВГТРК («Россия 1», «Россия 24» («Вести»)) и НТВ («Сегодня»)), 
а также веб-ресурсов («постов» в социальных сетях «ВКонтакте» 
и «Facebook»1). Исследование проводилось на материале сюжетов, 
вышедших в эфир с 2011 по 2013 годы.
Так, в 2011 году перед парламентскими выборами (которые были 
за три месяца до президентских) начался этап становления молодого 
«прогрессивного» гражданского общества, который сопровождался 
процессом выбора будущего «лидера» новой России. В это время 
в поле политики возникли фигуры М. Прохорова и А. Навального. 
Если появление М. Прохорова в большей степени заинтересовало 
представителей так называемой основы общества — состоявшихся 
в жизни, преуспевающих адвокатов, экономистов, предпринимателей, деятелей культуры, то фигура А. Навального привлекала 
внимание, в первую очередь, родившихся на закате советской эпохи 
или немногим позднее августовского путча. На этом фоне возникает 
движение «навальновцев» — молодых людей (в основном жителей 
крупных городов), готовых следовать за своим лидером.
В свою очередь, «традиционные СМИ» (преимущественно телевидение) обратили особое внимание на конструирование оппозиционной активности общества (точнее, его отдельных групп), 
1 


когда стали ставиться под сомнение сложившиеся политические 
стереотипы, что было представлено медиаконтролерами как прямая 
угроза социальному устройству страны (риc. 1.1–1.3).
Риc. 1.1. Контекст и динамика освещения оппозиционной активности в эфире 
Первого канала
Риc. 1.2. Контекст и динамика освещения оппозиционной активности в эфире 
ВГТРК («Россия 1», «Россия 24»)
На основании проведенного контент-анализа было замечено, 
что данное явление конструируется на ряде полей (телевидения, 
интернета, политики). Однако если в интернет-пространстве из фигуры А. Навального создается образ «героя нашего времени», на0
20
40
60
80
100
120
2011
2012
2013
Ɉɛɴɟɤɬ 
ɇɚɜɚɥɶɧɵɣ
Ɉɛɴɟɤɬ 
ɧɚɜɚɥɶɧɨɜɰɵ
0
10
20
30
40
50
60
70
80
90
2011
2012
2013
Ɉɛɴɟɤɬ 
ɇɚɜɚɥɶɧɵɣ
Ɉɛɴɟɤɬ 
ɧɚɜɚɥɶɧɨɜɰɵ
«
«


деленного чертами идеального лидера прогрессивного государства, 
то с экранов телевизоров — основного агента медиавоздействия — 
он предстает как очередной оппозиционер, подвергаемый изрядной 
стигматизации, без особого упоминания о возрастных особенностях 
его сторонников.
Риc. 1.3. Контекст и динамика освещения оппозиционной активности в эфире НТВ
Если в эфире Первого канала (особенно в 2013 году), «России 1» 
и «России 24» основное внимание уделяется «нарушителю» (обыски 
в квартирах с различными обвинениями по следам крупных митингов, 
обвинения в хищении по делу о «Кировлесе», судопроизводство, обсуждения махинации с получением Навальным статуса адвоката), 
то в эфире НТВ делается акцент на политическую, а вместе с тем и социальную активность общества (точнее, его молодой, прогрессивной 
части) — освещение акции «Солидарность» на Чистопрудном бульваре, событий на Болотной площади 10 декабря 2011 года, митинга 
«За честные выборы!», мартовских протестов в дни президентских 
выборов, серии «Маршей миллионов», «Народных гуляний», разгона 
«Марша свободы», митинга-концерта на проспекте Сахарова и других 
оппозиционных движений в поддержку А. Навального — как угрозы 
разрушения сложившихся идеологических границ.
Широкий общественный резонанс в дальнейшем побудил изменения на законодательном уровне. В 2012 году депутаты Государственной думы рассмотрели и приняли Закон о митингах, увеличивающий штрафы за нарушения форм и методов выражения 
гражданских и политических позиций на публичных площадках.1
Что касается социальных изменений, согласно результатам исследования Левада-Центра*, в 2013 году наблюдается снижение уровня 
* 
Организация признана Минюстом иностранным агентом.
0
10
20
30
40
50
60
70
80
2011
2012
2013
Ɉɛɴɟɤɬ 
ɇɚɜɚɥɶɧɵɣ
Ɉɛɴɟɤɬ 
ɧɚɜɚɥɶɧɨɜɰɵ
«


политической активности россиян1, постепенно нивелируются 
протестные настроения в обществе, которые достигли своего пика 
к концу 2011 года. Вместе с тем можно констатировать падение интереса и к самой персоне А. Навального2: люди хорошо наслышаны 
о нем, и эта позиция находится в 2013 году в абсолютном максимуме 
(чему, безусловно, способствовало конструирование медиаобраза 
«нового нигилиста», а также участие Навального в выборах за кресло 
мэра Москвы (40% от всех материалов в 2013 году)), однако намечается тенденция к сокращению числа «преданных союзников», кто 
постоянно следит за политической судьбой активиста.
Таким образом, движение «навальновцев» можно расценивать 
как паническое социальное настроение, которое не представляет 
угрозу для нравственного здоровья молодежи, а конструируется как 
аффективная реакция в отношении сохранения сложившихся социальных границ, «жизнеспособности общества»3, имеющей прямую 
зависимость от поддержания политической стабильности в стране.
МЕДИАРЕПРЕЗЕНТАЦИЯ ПРОТЕСТНЫХ НАСТРОЕНИЙ В ЗЕРКАЛЕ 
СОЦИОЛОГИИ
Весна 2017 года ознаменовалась резким подъемом протестных 
настроений общества. 26 марта в 82 городах страны состоялись 
митинги против коррупции, на которых собрались более 92 тыс. 
человек4. Наиболее массовые акции проходили в Москве, СанктПетербурге, Екатеринбурге и Новосибирске. Средний возраст протестующих составлял 25 лет, что можно объяснить, исходя из потребностей молодого поколения в условиях гражданского общества, 
стремлением к формированию своей политической идентичности.
Предметом рассмотрения настоящего исследования является 
социологическое изучение стратегий медиарепрезентации протестных настроений в федеральной повестке. Был использован 
комплекс методов: контент-анализ; фрейм-анализ; интент-анализ; 
1 
Протестные настроения россиян // Аналитический центр Юрия Левады. 
2013. URL: http://www.levada.ru/24–09–2013/protestnye-nastroeniyarossiyan (дата обращения: 29.10.2013).
2 
Отношение к «Болотному делу», «Кировлесу» и акции Pussy Riot // Аналитический центр Юрия Левады. 2013. URL: http://www.levada.ru/12–09–
2013/otnoshenie-k-bolotnomu-delu-kirovlesu-i-aktsii-pussy-riot (дата обращения: 29.10.2013).
3 
Ефанов А.А. Структурная типологизация моральных паник как прецедентов 
социальной действительности // Вестник Бурятского государственного 
университета. 2014. № 6 (1). С. 68.
4 
Сколько людей вышли на митинги // Медуза.io. 2017. URL: https://meduza.
io/feature/2017/03/27/skolko-lyudey-vyshli-na-ulitsy-26-marta-i-skolkozaderzhali-karta-protesta (дата обращения: 12.04.2017).


методы математической статистики; вторичный анализ социологических исследований. Базой исследования послужили материалы 
порталов «Ria.ru», «Meduza.io», «LIFE.ru», выпуски информационных программ федеральных телеканалов («Новости», «Время» 
(Первый канал); «Вести» («Россия 1»); «Сегодня» (НТВ); «Здесь 
и сейчас» («Дождь»*)), а также посты пользователей социальных 
сетей («ВКонтакте»; «Facebook»**). Хронологические рамки исследования включают март 2017 года.
Определение понятия «протестные настроения» считается 
крайне неоднозначным, поскольку само явление имеет достаточно 
сложные и неоднородные механизмы возникновения, сочетая в себе 
признаки двух родовых понятий — «общественные настроения» 
и «протестное поведение». Изучением протестных настроений 
в контексте общественных настроений и протестного поведения занимались А.Н. Дементьева, К.А. Гулин, Н.П. Попов, С.Р. Хайкин. 
На основании их научных изысканий можно концептуализировать 
определение понятия «протестные настроения» как состояния социального недовольства, возникающего в результате «реальной или 
мнимой невозможности удовлетворения преобладающих потребностей и интересов общества»1, что выражается в «потенциальной 
склонности к участию в протестных акциях»2.
Основной предпосылкой подъема протестных настроений 
2017 года эксперт Левада-Центра* Д. Волков называет уменьшение так называемого эффекта Крыма3, что проявляется в ухудшении показателей социальных настроений россиян по сравнению 
с 2014 годом — сказываются не только ослабление эйфории и патриотического подъема, но и тяжелые последствия санкций и экономического кризиса в целом (согласно результатам опроса ЛевадаЦентра*, 60% респондентов отмечают снижение уровня жизни4).
Кроме того, социологи Левада-Центра* констатируют возросшую 
лояльность молодежи к «символам и символическим формулам» 
1 
Хайкин С.Р., Попов Н.П. Протестные настроения на Северном Кавказе: 
общее и особенное (часть I) // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2012. № 4 (110). С. 14.
2 
Гулин К.А., Дементьева А.Н. Протестные настроения населения региона 
в условиях кризиса // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. 2011. № 3. Т. 15. С. 54.
3 
Долгосрочный эффект Крыма // «Ведомости». 2017. № 4283. URL: https://
www.vedomosti.ru/opinion/articles/2017/03/17/681693-dolgosrochnii-effekt 
(дата обращения: 10.04.2017).
4 
Левада-Центр* подвел итоги 2016 года // Левада-Центр*. 2016. URL: ttp://
www.levada.ru/2016/12/19/levada-tsentr-podvel-itogi-2016-goda/ (дата обращения: 10.04.2017).
* 
** 


с одновременным ростом неодобрения деятельности председателя 
Правительства РФ Д. Медведева (за февраль 2017 года — с 33% 
до 38%)1. При этом россияне высказывают остро отрицательное отношение к коррупции (три четверти опрошенных молодых людей 
считают высшую власть в той или иной степени коррумпированной).
В указанных условиях катализатором протестных настроений 
стал размещенный на видеохостинге «YouTube.com» документальный фильм-расследование Фонда борьбы с коррупцией А. Навального «Он вам не Димон», повествующий о том, что премьерминистр России Д. Медведев якобы является центральным звеном 
многоуровневой коррупционной схемы.
Появившись на просторах интернета 2 марта 2017 года, фильм 
вызвал широкий общественный резонанс как среди акторов поля 
политики (преимущественно представителей КПРФ Г. Зюганова, 
В. Рашкина, Д. Парфенова и А. Куринного, требующих от власти 
дать «внятный ответ»2 и инициировавших парламентское расследование по изложенным фактам), так и пользователей социальных 
сетей, посты которых содержали резко негативную оценку деятельности главы кабинета министров: «Все тайное наконец-то 
стало явным» (Игорь ***); «Жаль, у нас, как в Китае, не отрубают 
руки» (Владимир ***); «Поры бы сменить пиджак на тюремную 
робу» (Святослав ***); «Умолчать не удастся. Отвечать придется 
по всей строгости закона» (Ольга ***).
Спустя три недели после обсуждения данного прецедента в виртуальном пространстве, набрав критическую массу, волна недовольства перетекла в реальные уличные протесты. Антикоррупционные 
митинги проходили в 82 российских городах. В ходе несанкционированной акции только в Москве были задержаны более тысячи 
человек3.
По результатам контент-анализа сетевых изданий были определены три стратегии медиарепрезентации митингов против коррупции, продиктованные информационной политикой:
1) детальное освещение («Meduza.io»);
2) выборочное освещение («Ria.ru»);
3) полное отсутствие информации в медиаповестке («LIFE.ru»).
1 
Чей это город? // Левада-Центр*. 2017. URL: http://www.levada.
ru/2017/03/28/chej-eto-gorod/ (дата обращения: 12.04.2017).
2 
Г.А. Зюганов: «Дайте официальный ответ на обвинения. Я бы на месте 
Медведева давно сделал это» // «Политическая партия «Коммунистическая партия Российской Федерации». 2017. URL: https://kprf.ru/activity/
anticorruption/163993.html (дата обращения: 10.04.2017).
3 
В ходе несогласованной акции в Москве задержали свыше тысячи участников // Интерфакc. 2017. URL: http://www.interfax.ru/moscow/555480 
(дата обращения: 10.04.2017).


Доступ онлайн
от 244 ₽
В корзину
Частному лицу
Бумажная книга
1 352 ₽
Купить
Купить в составе основной коллекции от 1 490 ₽