И кисть, и краски, и любовь. Женские судьбы в искусстве
Покупка
Тематика:
Искусствоведение
Издательство:
Наука
Год издания: 2025
Кол-во страниц: 426
Дополнительно
Вид издания:
Научно-популярная литература
Уровень образования:
Дополнительное профессиональное образование
ISBN: 978-5-02-041208-8
Артикул: 871523.01.99
Книга Ирины Опимах, издателя, переводчицы, журналистки - сборник рассказов о художницах, которые, несмотря на социальные барьеры, сопровождающие жизнь женщин во все времена и во всех странах, заняли достойное место в истории искусства. Эти яркие, талантливые дамы доказали, что могут создавать прекрасное не хуже мужчин. Героини книги - средневековая монахиня Хильдегарда Бингенская, ученица Микеланджело Софонисба Ангиссола, подруга Гёте Ангелика Кауфман, импрессионистка Мэри Кассат, анималистка Роза Бонёр, легендарная Фрида Кало, жена Джексона Поллока и сама замечательная художница Ли Краснер, американка Джорджия О’Киф, прославившаяся своими невероятными цветами, и многие другие известные художницы. А объединяет их одно - все они отдали свою жизнь искусству.
Тематика:
ББК:
УДК:
ОКСО:
- ВО - Бакалавриат
- 50.03.03: История искусств
- 50.03.04: Теория и история искусств
- ВО - Специалитет
- 54.05.02: Живопись
- 54.05.04: Скульптура
- 54.05.05: Живопись и изящные искусства
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
И кИсть, И краскИ, И любовь ЖенскИе судьбы в Искусстве Ирина Опимах Москва Наука 2025
УДК 929.75 ББК 85.13 О 61 В оформлении обложки использованы фрагменты автопортретов Т. Лемпицка (1925 г.) и Э. Виже-Лебрен (1790 г.) И. В. Опимах И кисть, и краски, и любовь. Женские судьбы в искусстве. – М. : Наука, 2025. – 383 с., ил. – Серия «Наука. Популярно». – ISBN 978-5-02-041208-8 Книга Ирины Опимах, издателя, переводчицы, журналистки – сборник рассказов о художницах, которые, несмотря на социальные барьеры, сопровождающие жизнь женщин во все времена и во всех странах, заняли достойное место в истории искусства. Эти яркие, талантливые дамы доказали, что могут создавать прекрасное не хуже мужчин. Героини книги – средневековая монахиня Хильдегарда Бингенская, ученица Микеланджело Софонисба Ангиссола, подруга Гёте Ангелика Кауфман, импрессионистка Мэри Кассат, анималистка Роза Бонёр, легендарная Фрида Кало, жена Джексона Поллока и сама замечательная художница Ли Краснер, американка Джорджия О’Киф, прославившаяся своими невероятными цветами, и многие другие известные художницы. А объединяет их одно – все они отдали свою жизнь искусству. ISBN 978-5-02-041208-8 © Опимах И. В., 2025 © ФГБУ «Издательство «Наука», серия «Наука. Популярно» (разработка, оформление), 2025 © ФГБУ «Издательство «Наука», редакционно-издательское оформление, 2025
ОТ АВТОРА В античных мифах можно найти объяснение самым разным явлениям нашей жизни и ответы на самые разные вопросы. Вот и на вопрос: как родилось искусство, как появилась первая картина, древние мудрецы дают совершенно однозначный ответ: живопись возникла благодаря женщине! Когда-то в давние времена в городе Коринфе жил гончар Бутад. Его дочь, прекрасная Фидия, была влюблена в юношу по имени Аристон, а он отвечал ей взаимностью. Казалось, ничто не могло омрачить счастье влюбленных, но настал день, когда Аристону пришлось отправиться на войну. И тогда Фидия, рыдая от близкой разлуки, попросила возлюбленного встать у стены так, чтобы его тень падала на нее, и обвела (наверное, углем) контуры тела любимого, дабы сохранить образ Аристона, которого, как она понимала, могла потерять навсегда. И это было только начало истории искусства, и, как утверждает античный миф, начало это было женским! Однако в истории мировой живописи немного женских имен, да и те в основном принадлежат веку ХХ, веку революций и глубочайших изменений в общественном сознании. Вряд ли среди кроманьонцев, первых в истории человечества художников, были дамы. Но шли столетия, и постепенно роль женщины в обществе и искусстве менялась. К примеру, из трудов античных писателей и историков известно о нескольких замечательных художницах. К сожалению, время не сохранило их работы, но сохранило их имена. Плиний Старший в своем фундаментальном труде «Естественная история», говоря об известных живописцах, упоминает пятерых греческих художниц (Plin. NH 35. 147–148). Это Тимарета, дочь Микона (Младшего), Эйрена, дочь и ученица живописца Кратина, Аристарета, дочь и ученица Неарха, Иайя из Кизика и «некая Олимпиада». Видимо, все они жили в эпоху эллинизма (323 г. до н. э. – 30 г. н. э.). В те времена спрос на живопись был высок,
что и породило соотвествующее предложение. В основном художницами становились дочери художников – помогая отцам, они осваивали секреты живописи и сами становились зрелыми мастерами. Бывало, что дочь могла и превзойти родителя в искусстве и славе, как случилось, по всей видимости, с Эйреной. С особенным восхищением Плиний рассказывает о Иайе из Кизика: «И ничья рука в живописи не была более быстрой, а искусство ее было такое, что по получаемой ею оплате она намного превосходила знаменитейших в это же время портретистов Сополида и Дионисия, картинами которых полны пинакотеки». (Plin. NH 35.148; пер. Г. А. Тароняна). В 1360–1374 гг. Джованни Бокаччо, автор знаменитого «Декамерона», написал труд, который назывался «De mulieribus claris» и представлял собой каталог знаменитых женщин. В него вошли самые разные дамы всех времен и народов: богини, политики, красавицы и – художницы. В этот список Бокаччо включил трех из упомянутых Плинием художниц – Тимарету, Эйрену и Иайю, причем главным он видит в них не только их художественные свершения, но и независимость, образ жизни и свободу личности. Так, Эйрена «презирала женские дела, занимаясь ремеслом отца», а Иайя хранила свою девственность, причем не по принуждению или святости, а исключительно по собственной воле – видно, чтобы ничто не отвлекало от творчества. В Средние века тоже рождались женщины талантливые и яркие. В основном культурная жизнь тогда шла в монастырях. Монахини вышивали и даже порой управляли мастерскими, где изготавливались вышивки (к примеру, Винчестерской и Кентерберийской), причем делали это очень по-мужски. А еще монахини-художницы иллюстрировали манускрипты. Так, Геррада Ландсбергская (1130–1195), настоятельница Гогенбургского монастыря, располагавшегося на горе Святой Одилии недалеко от Страсбурга, написала большую книгу, назвала
От автора ее «Сад утех» и сама же ее проиллюстрировала. Это была своеобразная энциклопедия для юных монахинь, собрание самых разных сведений и знаний, которые, как считала ученая монахиня, должна знать каждая невеста Христа. Известны и очень выразительные картины, созданные настоятельницей Рупертсбергского монастыря Хильдегардой Бингенской (1098–1179). (О ней – первая история в этой книге.) Плаутилла Нелли (1524–1588), жившая уже в XVI веке, тоже была монахиней и тоже настоятельницей монастыря – флорентийского, Святой Екатерины Сиенской. Причем ее творчество не ограничивалось лишь иллюстрированием книг – с большим удовольствием она делала большие, многофигурные картины на религиозные сюжеты. Монахиня Плаутилла, понятное дело, не могла брать уроки у других художников, а потому осваивала искусство живописи самостоятельно, копируя чужие картины. Джорджо Вазари в своих знаменитых «Жизнеописаниях наиболее знаменитых живописцев, ваятелей и зодчих» с восхищением говорил о ее полотнах, замечая, что она «могла бы создать чудесные вещи, если бы, подобно мужчинам, имела возможность учиться и заниматься рисунком и воспроизводить живую обнаженную натуру». Конечно, во все времена были дамы, баловавшиеся рисованием, но только в эпоху Возрождения появились женщины, ставшие настоящими, профессиональными художниками. Среди них – героини этой книги Софонисба Ангиссола и Артемизия Джентилески. Артемизия первой начала зарабатывать живописью на жизнь и добилась успеха, доказав, что пол в искусстве определяет далеко не все. «Женское имя художника у вас вызывает сомнения, но это пока вы не увидели, что может делать женщина, и я вам покажу…» – писала она в 1649 году своему заказчику Дону Антонио Руффо. Вот и писатель, поэт Бальдассаре Кастильоне (1478–1529) в трактате «О придворном» утверждал, что
искусством в равной мере должны владеть и мужчины, и женщины. Однако так получалось не всегда. Дело в том, что у женщин на этом пути возникали большие трудности. Художникам, особенно при создании больших полотен на исторические или библейские темы, часто случалось писать нагую натуру, а добрым христианкам это не очень-то приличествовало, и потому учиться изображать тело им не полагалось. Приходилось ограничивать себя и довольствоваться портретами, пейзажами и натюрмортами. Яркий пример такого порядка вещей, сохранявшегося очень долго, – картина И. Цоффани «Портрет членов королевской академии в натурном классе», написанный в XVIII веке, в 1772 году. Конечно же, женщин в этом высоком собрании нет: дамам не подобало оказаться в таком обществе – там же два обнаженных натурщика! Замечательной и признанной художнице Ангелике Кауфман (еще одной героине этой книги), а также менее известной сегодня ее современнице Мэри Мозер, этим двум художницам, членам Королевской академии художеств, участвовавшим в ее основании, позволено присутствовать в зале только на портретах, украшающих его стены. Немногим художницам удавалось добиться достойного места в мире искусства, и надо признать, что все они – счастливое исключение. Так уж сложилось, что живопись издавна считалась делом мужским. Да на что способны эти женщины, кроме как рожать, ублажать мужей и беречь очаг в доме, когда мужчины уходят на охоту? Вот и выдающийся мыслитель Артур Шопенгауэр (1788–1860) утверждал, что женщины в живописи совершенно бездарны, собственно, как и в других областях интеллектуальной деятельности. «Женщины не имеют ни восприимчивости, ни истинной склонности ни к музыке, ни к поэзии, ни к образовательным искусствам», – писал он. Подобного рода высказывания принимались многими на веру. Слова Шопенгауэра ложились на благодат
От автора ную почву. Большинство мужчин, да и самих женщин, считали, что главное предназначение женщины – материнство и служение мужчине, отцу семейства. Вот почему женщинам в большинстве европейских стран многие годы было запрещено учиться в художественных академиях. Только в XIX столетии женщины смогли отстоять свое право творить наравне с мужчинами. Среди импрессионистов достойное место заняли Берта Моризо и Мэри Кассат, а в 1894 году Сюзанна Валадон стала первой женщиной, принятой в Национальное общество изящных искусств Франции. Ну а в ХХ веке женщины обрели настоящий успех. Кто сегодня не знает американку Джорджию О’Киф, мексиканку Фриду Кало или русских художниц Зинаиду Серебрякову и Наталью Гончарову! Однако и ныне в обществе бытует мнение, что женщина-художница априори хуже своего коллеги мужчины, а потому «женские» произведения всегда ценятся ниже, чем «мужские», и их гораздо меньше в музеях. Только вот сегодня известно, что многие работы женщин-художниц приписывали их собратьям мужчинам – иногда специально, иногда без задней мысли, по незнанию. Так, Артемизия Джен- тилески превращалась в своего отца Орацио Джентилески, а то и в самого Караваджо, Юдит Лейстер – в Франса Халса, а работы Мариетты Робусти, дочери Тинторетто, умершей в 30 лет при родах, искусствоведы и сегодня не всегда могут отличить от работ ее прославленного отца. После такой «мужской» атрибуции работы художниц обретали цену, которую платили за шедевры, выполненные мужской рукой. В 1971 году Линда Нохлин (1931–2017), известный искусствовед, историк, профессор, преподававшая в ведущих университетах США, опубликовала работу, прославившую ее во всем мире. Называлась она так: «Почему не было великих художниц?» (Позже этот текст вошел в книгу «Женщины, искусство, власть и другие вопросы», вышедшую в 1988 году.)
Нохлин пишет: «…в истории искусства не было ни одной в высшей степени выдающейся женщины, хотя было множество интересных и очень хороших… Вот что прискорбно, и сколько бы ни происходило манипуляций историческими фактами или критическими оценками, ситуацию это не изменит, как не будет и обвинений в шовинистическом искажении истории мужчинами. Женщин, равных Микеланджело или Рембрандту, Делакруа или Сезанну, Пикассо или Матиссу, де Кунингу или Уорхолу, нет». Но вот почему так сложилось? И Нолан дает четкий ответ на этот вопрос: дело не в гениальности и умении работать отдельных людей, а в природе существующих социальных институтов и порядков. Вся организация общества на протяжении многих веков мешала женщинам реализовывать свои творческие устремления. Сегодня ситуация, конечно же, изменилась. В наше время некоторые дамы-живописцы популярны не меньше мужчин, их работы выставляются и продаются во всем мире. Но по-прежнему пробиться в мире искусства им порой очень нелегко. Эта книга – о женщинах, ставших настоящими, большими художниками. Они все необыкновенно разные, но есть нечто, что их объединяет, и это – талант, смелость и невероятная преданность искусству. Нередко у них не все складывалось в личной жизни – служение музам требовало полной отдачи, самоотверженности, самоотречения. И тогда не оставалось сил ни на мужей, ни на детей. Бывало, рядом оказывался тот, кто понимал их дар, кто мог стать опорой в трудную минуту. Приходила любовь. И это было настоящей удачей, ведь без любви нет настоящего творчества, вдохновения. Но так случалось далеко не всегда. Однако, несмотря на все трудности, они были счастливы, ведь в их жизни были и кисть, и краски, и любовь. Замечательные художницы, они блестяще доказали, что высокое творчество доступно слабому полу в неменьшей степени, чем сильному.
СВЯТАЯ ХИЛЬДЕГАРДА БИНГЕНСКАЯ, ИЛИ ХУДОЖНИЦА ИЗ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ Принято считать, что Средневековье – период в истории, когда власть над людьми крепко держала в своих руках Церковь, когда не было в мире места человеку умному, сомневающемуся, когда образование и просвещение ничего не значили и все только уважали силу. Однако сегодня ученые несколько иначе смотрят на это время. Иначе оценивают те или иные события и людей, живших в те «темные» века. Оказывается, были и тогда мыслящие, неординарные, творческие личности, чьи имена навечно остались в памяти человечества. И среди них – монахиня-бенедиктинка Хильдегарда Бингенская, философ, целительница, композитор, лингвист и удивительная, немного наивная, но очень яркая художница. –––––––––––– Хильдегарда родилась 16 сентября 1098 года. То было сложное, противоречивое время. Вся Европа бурлила в ожидании суровых испытаний. Тремя годами ранее в кафедральном соборе Клермона 18 ноября 1095 года прозвучал глас папы римского Урбана II. Папа призывал христиан помочь единоверцам на востоке и отвоевать Гроб Господень у мусульман. И его паства не могла не откликнуться на этот призыв. Люди, приезжавшие с Востока, рассказывали, как жестоки воины ислама, как безжалостно они убивают христиан – мужчин и женщин, детей и стариков. Еще в 1009 году египетский халиф Аль-Хаким, прозванный Безумным, нарушил все прежние договоренности между христианами и мусульманами о ненападении и позволил своим воинам напасть на Иерусалим. 18 октября 1009 года был разрушен храм Гроба Господня. (Правда, современные историки говорят, что, по-видимому, тогда по приказу Аль-Хакима эмир Рамалла просто передал управление храмом от традиционных христианских конфессий к несторианам и яковитам.)
Позже турки-сельджуки, преданные Аллаху, напали на Малую Азию. Византия попыталась их остановить, но… Затем воины ислама напали на армян, уничтожили их столицу Ани. А потом и сирийская Антиохия пала под их натиском. К 1084 году вся Сирия была уже под властью турок. Массовые убийства, разрушение храмов – вот так теперь жил христианский Восток. И западноевропейские христиане не могли остаться равнодушными – они пошли спасать христиан Востока. Так началась эпоха Крестовых походов. Рыцари и сеньоры, крестьяне и жители городов, бедные и богатые, взяв в руки оружие, отправились в паломничество к святым землям. Это было время необыкновенной жертвенности, готовности отдать жизнь за Веру, и она, эта Вера, помогала преодолевать все испытания и лишения, встречавшиеся на пути в Иерусалим. Этот взлет духа способствовал строительству новых храмов (только в небольшом французском Клермоне, в котором папа Урбан II призвал отвоевать Гроб Господень у мусульман и положил начало Крестовым походам, было не меньше 54 храмов!), основанию новых монастырей и их расцвету, а также рождению новых религиозных орденов. Вот в какое время родилась Хильдегарда Бенгенская. То знаменательное событие случилось в Бермерс- хайме, графстве Cпонхейм (ныне – области Германии, земле Рейн-Гессен) в 1098 году. Когда девочке исполнился год, крестоносцы взяли Иерусалим. Ее родители, Хильдеберт и Матильда, принадлежали к местной знати – отец был вассалом графа фон Шпонхайма. Хильдегарда была десятым ребенком в семье и в соответствии с обычаями того времени, став взрослой, должна была уйти в монастырь. (Вот такая своеобразная десятина.) Поначалу девочка ничем не отличалась от остальных детей. Но вскоре она стала удивлять своих родителей и их друзей. Дело в том, что ее порой посещали