Время ожидания
Покупка
Тематика:
Литературоведение. Фольклористика
Издательство:
Наука
Автор:
Деснос Робер
Изд. подгот:
Сухачев Николай Леонидович
Год издания: 2025
Кол-во страниц: 928
Возрастное ограничение: 18+
Дополнительно
Вид издания:
Монография
Уровень образования:
Дополнительное профессиональное образование
ISBN: 978-5-02-040260-7
Артикул: 871522.01.99
Имя французского поэта Робера Десноса (1900—1945) в России не слишком хорошо известно, хотя его творчество находится в одном ряду с такими прославленными фигурами в поэзии, как Л. Арагон и П. Элюар. Деснос начал публиковать свои первые стихи, когда во Франции поэзия после дадаистов (Т. Тцара, Ф. Пикабиа и др.) от нигилистического антиэстетизма в 20-е годы XX века совершила переход в сторону сюрреализма, одним из
основоположников которого стал А. Бретон. Отдав дань новому литературному течению, очень скоро Р. Деснос, в силу особенности своего поэтического дара и свойств личности, образовал свое собственное поэтическое пространство стиха, которое трудно спутать с чьим-либо другим. У Десноса чрезвычайно широкий, очень личный поэтический косм, тесно обжитый городами, морями, горами, зверями и растениями. Он простирается до бездонных глубин неба, в котором живут созвездия, туманности и космические светила. И всё это пульсирует, меняется и движется, наполняет красотой мир с его тайной всепроникающих струн. В этом же мире живут мужчины и женщины, они любят и по большей части страдают, подобием рек и ручьев вливаясь в это общемировое единство. Немного можно найти поэтов, которые столь сильно любили бы и ценили мир телесного, как Р. Деснос, которые столь
свободно в нем перемещались и прославляли бы то, что держится силой бессмертной любви. Так о мире в поэзии XX века до Десноса никто не говорил. Судьба поэта трагична. Он был арестован как участник Сопротивления и умер в концлагере Терезин в июне 1945 года. Чистота и благородство жизни и творчества Р. Десноса заслуживают высокой оценки и человеческой благодарности, свидетельством чему служит издание сборника стихов французского поэта в прекрасных переводах Н. Л. Сухачёва в серии «Литературные памятники». Для всех интересующихся поэзией и творчеством сюрреалистов.
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
РобеР Деснос ВРемя ожиДания
Р. Деснос в своем доме на улице Мазарини, 19. Фотография. Париж, 1942 г.
ROBER DESNOS ETAT DE VEILLE
РобеР Деснос ВРеМЯ оЖИДАнИЯ Издание подготовил н. Л. сухАчёВ Москва санкт-Петербург нАуКА 2025
УДК 821.133.1
ББК 84(4Фра)1
Д37
Серия основана
академиком С. И. Вавиловым в 1948 году
РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ
СЕРИИ «ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПАМЯТНИКИ»
М. Л. Андреев, В. Е. Багно (заместитель председателя),
Г. А. Велигорский (ученый секретарь), Т. Д. Венедиктова,
Е. Е. Дмитриева, Н. Н. Казанский,
Н. В. Корниенко (заместитель председателя),
А. Б. Куделин (председатель), А. В. Лавров,
А. М. Молдован, С. И. Николаев, Ю. С. Осипов,
М. А. Островский, Е. В. Халтрин-Халтурина,
К. А. Чекалов
Отве тс тве н н ый р е дакто р
В. Е. БАГНО
ISBN 978-5-02-040260-7
© Н. Л. Сухачёв, перевод, составление,
статья, примечания, 2025
© Российская академия наук и издательство «Наука», серия «Литературные
памятники» (разработка, оформление), 1948 (год основания), 2025
© ФГБУ «Издательство «Наука», редакционно-издательское оформление,
2025
LE FARD DES ARGONAUTES Les putains de Marseille ont des sœurs océanes Dont les baisers malsaines moisiront votre chair. Dans leur taverne basse un orchestre tzigane Fait valser les péris au bruit lourd de la mer. Navigateurs chantant des reftains nostalgique, Partis sur la galère ou sur le noir vapeur Espérez-vous d’un sistre ou d’un violon magique Charmer les matelots trop enclins à la peur? La légende sommeille altière et surannée Dans la bronze funèbre et dont le passé fît son trône Des Argonautes qui voilà bien des années Partirent conquérir l’oriental toison. Sur votre tombes naîtront les surnois champignons Que louangera Néron dans une orgie claudienne Ou plutôt certain soir les vicieux marmitons Découvriront vos yeux dans le corps des poissons. Partez! harpe éolienne gémit la tempête... Ils partirent un soir semé des lys lunaires. Leurs estomacs outrés teintaient tels des grelots. Ils berçaient de chansons obscènes leur colère De rut inassouvi en paillards matelots... Омоним
Маяк Аргонавтов МАЯК АРГОНАВТОВ Есть у шлюх из Марселя океанские сёстры, Их лобзаний тлетворных ваш слух ещё полн, Пока в низкой таверне с цыганским оркестром Пляшут пери под всплески тяжёлые волн. Мореходов напевы тоски заглушают порывы На галере, на судне, коптящем лазурь, Только льстивые флейты и скрипок мотивы Не утешат матросов перед ужасом бурь. Легендой замшелой, от времени смутной, Где в трауре бронзы упрочен прошлого трон, Плывут аргонавты, и вычислить трудно, Как долог их путь за восточным руном. Из ваших могил проросли шампиньоны — Их Нерон смаковал средь клавдийских пиров. И не ваши ль глаза плутовской поварёнок Извлекал с потрохами, рыбье брюхо вспоров? Плыть! эоловой арфой ревёт ураган... В лунную ночь отплыли они однажды, Ныло нутро от качки, в ушах звенело. Песни похабные, плоти баюкая жажду, Словно морские волки, пели осатанело... Омоним
Les devins aux bonnet pointus semés de lunes Clamaient aux rois en vain l’aracle ésotérique Et la mer pour rançon des douteuses fortunes Se paraît des joyaux des tyrans érotiques. — Nous reviendrons chantant des hymnes odsolètes Et les femmes voudront s’accoupler avec nous Sur la toison d’or clair dont nous ferons conquête Et les hommes voudront nous baiser les genoux. Ah! la jonque est chinoise et greque la trirèm Mais les vague est la même à l’orient comme au nord Et le vent colporteur des horizons extrêmes Regarde peu la voile où s’asseoit son essor. Ils avaient pour l’esquif une vielle gabarre Dont le bois merveilleux énonçait des oracle. Pour y entrer la mer ne trouvait pas d’obstacle Premier monta Jason s’assit et tint la barre. Mais Orphée sur la lyre attestait les augures; Corneilles et corbeaux hurlant rauque leur peine De l’ombre de leur vol rayaient les sarcophagues Endormis au lointain de l’Egypte sereine. Chaque fois qu’une vague épuisée éperdue Se pâmait sur le ventre arrondi de l’esquif Castor baisait Pollux chastement attentif À l’appel des alcyons amoureux dans la nue.