Дата С. Когда жизнь начинается заново
Покупка
Основная коллекция
Тематика:
Современная российская литература
Издательство:
Zerde Publishing
Автор:
Клиновская Айгуль
Год издания: 2026
Кол-во страниц: 292
Возрастное ограничение: 16+
Дополнительно
Вид издания:
Художественная литература
Уровень образования:
Дополнительное образование взрослых
ISBN: 978-601-81159-1-2
Артикул: 871320.01.99
Жизнь не любит сослагательного наклонения, но если бы ты узнал дату собственной смерти — как изменилось бы твоё отношение к самому себе? Куда и к кому ты пойдёшь, как отделишь важное от проходящего? Четверым героям, которые могли бы никогда не встретиться, одновременно сообщили дедлайн — буквально пограничную линию их жизни. Осталось решить, что делать с этим знанием. Может быть, это неудачная злая шутка пробегавшего мимо чудака? А вдруг это шанс начать всё с чистого листа?
Тематика:
ББК:
УДК:
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Айгуль Клиновская Дата С Когда жизнь начинается заново Астана, 2026
ISBN 978-601-81159-1-2 © Клиновская А., 2024 © Zerde Publishing, 2026 УДК 821 (574) ББК 84 (5Каз-Рус) К-49 Клиновская А. К-49 Дата С : Когда жизнь начинается заново / Айгуль Клиновская. — Астана : Zerde Publishing, 2026. — 291 с. ISBN 978-601-81159-1-2 Жизнь не любит сослагательного наклонения, но если бы ты узнал дату собственной смерти — как изменилось бы твоё отношение к самому себе? Куда и к кому ты пойдёшь, как отделишь важное от проходящего? Четверым героям, которые могли бы никогда не встретиться, одновременно сообщили дедлайн — буквально пограничную линию их жизни. Осталось решить, что делать с этим знанием. Может быть, это неудачная злая шутка пробегавшего мимо чудака? А вдруг это шанс начать всё с чистого листа? УДК 821 (574) ББК 84 (5Каз-Рус) Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в интернете и в корпоративных сетях, а также запись в память ЭВМ для частного или публичного использования, без письменного разрешения владельца авторских прав.
С любовью и благодарностью посвящается моей маме
Часть I
Кто куда, а я за кашей — Вы что, в лесу?! Можно потише? — Извините, апа й 1. Роза захлопнула окно. Апай. Дожила. Теперь в свои ягодные сорок пять она апай, которая гоняет полуночников. Раньше соседка Олимпиада Винуновна зычным голосом наводила порядок — у той и тушканчик мимо не проскочит, — но нынче старушка уже не та. С наступлением весны бесследно пропадала тишина. Молодёжь со всего города съезжалась на променад по прогулочной улице Жибек Жолы, которую в миру называли алматинским Арбатом, потом перетекала во дворы. Об лепляла лавочки, скрипела качелями, гоготала и материлась, иногда дралась. Утро началось рано. Кот по кличке Йося плевать хотел на ночные бдения, потому устроил тыгыдык, пройдясь ураганом по комнате. Представление продолжилось у пустой миски, где он заунывным тенорком намекал, что не ел уже практически неделю. — Ой, не надо делать голодающее лицо, — приговаривала Роза, насыпая корм. Кот захрустел, задвигал левой частью морды, так как справа отсутствовал клык. Ох, не вовремя тогда у него разболелся зуб, в самый разгар жесточайшего карантина! Поначалу Йося водил лапами у пасти, словно пытаясь что-то вытащить, потом и вовсе стал раздирать челюсть когтями. Роза схватила его и помчалась в ветеринарную клинику. Пустые улицы, на дорогах полицейские кордоны, передвижение по городу только со специальным разрешением. Но женщину с безумными глазами и кота с окровавленной мордой 1 Уважительное обращение к старшей по возрасту женщине. — Здесь и далее перевод с казахского, если не указано иное.
никто не остановил. Хотя Роза была полна решимости прорываться к айболитам с боем. Погладила в приступе нежности шерстяной бок; кот нервно дёрнул спиной, что означало: «Поесть дала — отвали, женщина». — Вот же гад, — усмехнулась Роза. За окном разливалась зел ёной нежностью весна. Птахи, спрятавшиеся в листве, выводили звонкие рулады, которых днём и не услышишь из-за городского шума. Картинка неуловимо светлела, делалась чётче, постепенно наполняясь красками и звуками нового дня. С работой, которая так и осталась удалённой с начала пандемии, Роза редко выглядывала наружу. Сегодня точно выйдет. За кашей. Накануне в разговоре с одноклассницей, уехавшей после окончания школы в Россию, вспомнили перловку в консервной банке. Сразу пахну ло дымом костра, жжёной верблюжьей колючкой, знойным духом уже выгоревшей от июльского солнца степи. В детстве, когда ходили в походы, та каша была наиболее желанной частью маршрута. На привале банку криво вспарывали ножом и опрокидывали содержимое в котелок. Ждали, пока разогреется, прислушиваясь к журчанию ручья и собственных животов, а после оголтело скребли ложками, потому что самое вкусное намертво прилипало к стенкам. Субботним утром на Арбате было пусто. Умильно- ласковое солнце ещё не проснулось окончательно. Роза прошлась туда-сюда, наматывая шаги, затем присела на скамейку с удлинённой спинкой. На такой приятно расположиться полулёжа, что уже и сделал усатый дедок в клетчатой рубашке и жилетке, зашторив очи полудрёмой и вытянув ноги в штанах цвета хаки. Если вокруг глазеть прискучит, можно запрокинуть голову и понаблюдать, как просыпающееся солнце подсвечивает золотом зелёный шатёр, который раскинуло над скамейкой толстенное дерево. С гудением мимо пронёсся на электросамокате курьер с огромным голубым коробом
за спиной. Роза проводила его завистливым взглядом. Она давно мечтала прокатиться на новомодном агрегате, но стеснялась, поэтому лишь вздохнула и продолжила смотреть по сторонам, размышляя, какой же славный у них город. Даже мысль о молодёжи, которая ночью бессовестно куролесила, а сейчас где-то отсыпалась, не портила настроения. Внезапно неуловимо что-то переменилось, будто на уже бодрое солнце накинули платок. Листочки поблёкли, утратили свою игривость, стали серыми. Мир вокруг разом поскучнел, небо затянуло завесой из плотных, невесть откуда набежавших туч, а на фигурной плитке Арбата тут и там стали появляться влажные кляксы. Дождь, как прилежная горничная, надумал с утра омыть сонные окна и смахнуть пыль с алматинских улиц. «Дышится-то так здорово! Пересижу. Видимо, он ненадолго», — решила Роза, подбирая под себя ноги в мокасинах. Дремавший дед проснулся, закрутил головой и тоже подтянул ноги. Тут же под спасительный навес из листьев нырнула девушка. Длинные чёрные волосы подколоты в небрежный пучок, пара прядей выбилась из общего хаоса на голове. На тёмно- синей толстовке — витиеватая надпись, не разобрать. Широкие штаны оверсайз, видимо, чтобы скрыть лишний вес. Роза и сама частенько пользовалась таким трюком. — Как в сказке, где звери под грибом от дождя прятались, — подал голос старик. Женщины посмотрели на него в недоумении. Девушка в силу возраста — на вид ей было не больше тридцати — вряд ли сказку знала. Роза что-то такое смутно припомнила, поэтому из вежливости ограничилась нейтральным: «Да-а». Дед между тем вытянул руку и подставил кончики пальцев под идущий стеной дождь. — Тёплый, — констатировал он с удовольствием. На это ему уже никто не ответил. И без того немноголюдный Арбат опустел. Мимо, хохоча, пробежала парочка с огромным ротвейлером. Долговязый парень держал ладони домиком над головой девчонки,
а чёрный пёс шлёпал тяжёлыми лапами и тормозил хозяев, чтобы отряхнуться. Кто-то жался под козырьками магазинов, кто-то улепётывал от дождя со всех ног, прикрывшись рюкзаком. А трое пережидали под деревом. — Смотрите, — старик указал рукой на странную фигуру, которая неслась зигзагами, делая гигантские прыжки через арбатские клумбы. Троица наблюдала за передвижением неопознанного объекта в ярком головном уборе, пока тот не добежал до них и не втиснулся на скамейку между женщинами. — А вы уже пробовали наш донер? Самый вкусный в городе! — парень в ядовито- жёлтой кепке принялся трясти аляпистыми буклетами. — Я вегетарианка, — любительница оверсайза отодвинулась от мокрого соседа. Кепка-вырвиглаз живо развернулась к Розе. — А вы кушаете мясо? Или я попал на сходку веганов под деревом? И, прежде чем та успела ответить, сунул ей жухлую от дождя листовку. Вопросительно глянул на деда — тот без слов протянул руку. Парень поднял вверх палец, передал и ему счастливый пропуск к самому вкусному донеру в городе. Снова обернулся к девушке: — Я слышал, что красавицам обязательно нужно есть мясо. Типа в нём много витаминов, аминокислот, минералов, полезных для женского органи… Черноволосая хмыкнула и перебила: — Твой донер — прямо кладезь пользы, как я погляжу. — Конечно! — с жаром отозвался парнишка. — А что такое кладезь? Роза не удержалась и прыснула. Взглянула на деда — тот тоже улыбался. — Шучу. Знаю я, что такое кладезь. — Шустряк был доволен, что скамейка оживилась. — А чего ты вот так бежал? — Роза поводила в воздухе рукой, изображая зигзаг.
— Надеялся, что так на меня меньше капель попадёт, — пожал плечами парнишка. Рядом со скамейкой поравнялся бегун, надёжно укрытый от дождя чёрной ветровкой с капюшоном. Замедлил движение, не переставая переминаться на месте. Видимо, тоже хотел спрятаться от внезапных осадков, но коробочка была уже полна. Не поворачивая головы, он что-то произнёс. Ливень, с азартом лупивший по листьям, украл его слова. — Что вы сказали? — переспросил парень, протягивая листовку. — Пробовали наш донер? — Двадцать второе октября, — уже громче повторил мужчина. Парень озадаченно покрутил головой, глядя на соседей по укрытию. Роза пожала плечами, дед безмолвствовал, вегетарианка теребила влажную прядь волос. — Вы кому говорите? И что это — двадцать второе октября? — поинтересовался шустряк в кепке. Незнакомец повернулся и отчеканил каждое слово: — Дата вашей смерти. Блеснул из-под капюшона улыбкой и побежал дальше, за секунды растворившись в шумливом дожде. Глядя ему вслед, скамейка притихла, но ненадолго. — Вот сволочь. — Роза выдернула из сумочки пачку влажных салфеток, принялась остервенело протирать руки. — Такой день испоганил. — Вы его знаете? — спросил парнишка. — Нет. Больной какой-то. — Сейчас весна, обострение у психов, — подала голос девушка. Дед сидел истуканом и никак не реагировал на происходящее. Парень покосился на него и спросил: — А это не ваш знакомый с плоскими шутками? Тот покачал головой. Роза швырнула истерзанную салфетку в урну, распаляясь всё больше и больше: — Как можно бросать такие слова незнакомым людям?