Царство и Слава. К теологической генеалогии экономики и управления
Покупка
Тематика:
История философии
Издательство:
Издательство Института Гайдара
Автор:
Агамбен Джорджо
Год издания: 2019
Кол-во страниц: 553
Дополнительно
Вид издания:
Монография
Уровень образования:
Дополнительное профессиональное образование
ISBN: 978-5-93255-521-7
Артикул: 713831.02.99
В данной работе Джорджо Агамбена многолетнее исследование генеалогии власти, предпринятое в рамках проекта Homo sacer, достигает своей развязки. Автор показывает, что нынешнее господство экономики и управления во всех сферах общественной жизни черпает свои основания в раннехристианской парадигме тринитарной теологии, изначально связанной с проблематикой ойкономии, то есть способа божественного управления миром. Неслучайно поэтому, что современная власть — это не только «управление», но и «слава», а церемониальные, литургические и славословные аспекты, которые мы привыкли рассматривать как рудименты прошлого, в действительности и по сей день составляют основу власти на Западе. Базируясь на анализе литургических аккламаций и церемониальных символов власти — от трона и короны до пурпура и ликторских пучков — Агамбен в новом свете представляет функционирование консенсуса и медиа в современных демократиях. Эта книга призвана коренным образом обновить наши представления о связи политики и экономики.
Тематика:
ББК:
УДК:
ОКСО:
- ВО - Бакалавриат
- 47.03.01: Философия
- ВО - Магистратура
- 47.04.01: Философия
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Н О В О Е Э К О Н О М И Ч Е С К О Е М Ы Ш Л Е Н И Е
Giorgio Agamben Il Regno e la Gloria Per una genealogia teologica dell'economia e del governo Homo sacer, n, 2
Джорджо Агамбен Царство и Слава К теологической генеалогии экономики и управления Перевод с итальянского Дарьи Фарафоновой (гл. 1–8), Екатерины Смагиной (Приложение) Под научной редакцией Данилы Раскова, Александра Погребняка, Дарьи Фарафоновой Издательство Института Гайдара МОСКВА · САНКТ-ПЕТЕРБУРГ · 2019
УДК 1 ББК 87 А23 Агамбен, Дж. Царство и Слава. К теологической генеалогии экономики и управления [Текст] / Джорджо Агамбен; пер. с ит. Д. C. Фарафоновой (гл. 1–8), Е. В. Смагиной (приложение); под науч. ред. Д. Е. Раскова, А. А. Погребняка, Д. С. Фарафоновой. — М.; СПб: Изд-во Института Гайдара; Факультет свободных искусств и наук СПбГУ, 2019. — 552 с. ISBN 978-5-93255-521-7 В данной работе Джорджо Агамбена многолетнее исследование генеалогии власти, предпринятое в рамках проекта Homo sacer, достигает своей развязки. Автор показывает, что нынешнее господство экономики и управления во всех сферах общественной жизни черпает свои основания в раннехристианской парадигме тринитарной теологии, изначально связанной с проблематикой ойкономии, то есть способа божественного управления миром. Неслучайно поэтому, что современная власть — это не только «управление», но и «слава», а церемониальные, литургические и славословные аспекты, которые мы привыкли рассматривать как рудименты прошлого, в действительности и по сей день составляют основу власти на Западе. Базируясь на анализе литургических аккламаций и церемониальных символов власти — от трона и короны до пурпура и ликторских пучков — Агамбен в новом свете представляет функционирование консенсуса и медиа в современных демократиях. Эта книга призвана коренным образом обновить наши представления о связи политики и экономики. Original title Il Regno e la Gloria © 2007 and 2009 by Giorgio Agamben. All rights reserved © Издательство Института Гайдара, 2019 А23 УДК 1 ББК 87
СОДЕРЖАНИЕ Предисловие · 9 1. Две парадигмы · 13 Порог · 36 2. Тайна экономики · 39 Порог · 91 3. Бытие и действие · 95 Порог · 113 4. Царство и правление · 117 Порог · 179 5. Провиденциальная машина · 184 Порог · 235 6. Ангелология и бюрократия · 241 Порог · 275 7. Власть и слава · 279 Порог · 324 8. Археология славы · 327 Порог · 415 Приложение. Экономика в Новое время · 427 1. Закон и чудо · 429 2. Невидимая рука · 455
Библиография · 470 ДАРЬЯ ФАРАФОНОВА Джорджо Агамбен. Язык философии и философия языка · 482 От переводчика · 506 АЛЕКСАНДР ПОГРЕБНЯК Джорджо Агамбен о тайне экономики · 512 Именной указатель · 543
Oeconomia Dei vocamus illam rerum omnium administrationem vel gubernationem, qua Deus utitur, inde a condito mundo usque ad consummationem saeculorum, in nominis sui Gloriam et hominum salutem*1. J. H. Maius. Oeconomia temporum veteris Testamenti Chez les cabalistes hébreux, malcuth ou le règne, la dernière des séphiroth, signifiait que Dieu gouverne tout irresistiblement, mais doucement et sans violence, en sorte que l’homme croit suivre sa volonté pendant qu’il exécute celle de Dieu. Ils disaient que le peché d’Adam avait été truncatio malcuth a ceteris plantis; c’est-à-dire qu’Adam avait retranché la dernière des séphires en se faisant un empire dans l’empire2. G. W. Leibniz. Essais de théodicée3 Нужно различать право на верховную власть и ее осуществление, ибо они могут существовать раздельно, как, например, когда тот, кто обладает правом, не может или не хочет сам участвовать в решении споров или в обсуждении каких-то дел. Ведь иной раз * Перевод c латыни выполнен В. А. Гуторовым при участии Д. С. Фарафоновой. Постраничные примечания даны пере- водчиком. Цитируемые переводы соответствуют вариантам, представленным Агамбеном. 1. Мы называем божественной экономикой администрирование или управление всем сущим, которое Господь применяет с самого сотворения мира до окончательного свершения времен во славу Своего имени и во спасение людей (лат.). 2. У еврейских каббалистов Malcuth, или царство, последняя из сефирот, обозначает то, что Бог управляет всем беспрепятственно, но благостно и без насилия, так что человек думает, будто он исполняет свою волю, между тем как он исполняет волю Божию. Они говорили, будто грех Адама заключался в truncatio malcuth a caeteris plantis; то есть в том, что Адам отделил от древа последнюю из сефирот, чтобы создать себе царство в царстве [Божием] (фр.). 3. Г. В. Лейбниц. Теодицея.
цари не могут заниматься делами по возрасту, а иной раз, если даже могут, предпочитают осуществлять свою власть через помощников и советников. А там, где право на власть и ее осуществление разделены, там государственное правление похоже на установленное правление миром, в силу которого Бог, этот всеобщий перводвигатель, производит через ряд вторичных причин все, что совершается в природе. Там же, где обладающий правом власти желает сам участвовать во всех судах, совещаниях и общественных действиях, такого рода администрирование можно было бы сравнить с тем, которое осуществлял бы Бог, пожелавший вопреки установленному порядку непосредственно проявить себя во всяком деле. Т. Гоббс. О гражданине Покуда мир существует, ангелы будут начальствовать над ангелами, люди — над людьми, бесы — над бесами; но когда все будут собраны вместе, тогда всякое начальство упразднится. Glossa ordinaria (ad I Cor., 15, 24)4. Ахер увидел, что Метатрону было даровано позволение сидеть и записывать заслуги Израиля. Сказал он: «Учили меня, согласно традиции, что в вышнем мире не сидят, не соперничают, не отворачиваются и не устают. Быть может — Боже упаси! — существуют два божества5». Талмуд. Хагига 15а Sur quoi la fondera-t-il l’économie du Monde qu’il veut gouverner?6 B. Pascal. Pensées7 4. Толкование на 1 Кор. 15:24 (лат.). 5. У Агамбена: due poteri (две власти). 6. На основе чего создаст он экономику мира, которым он желает управлять? (фр.). 7. Б. Паскаль. Мысли.
Предисловие Настоящая работа ставит себе целью исследовать вопрос о том, каким образом и почему власть на Западе приняла форму ойкономии, то есть управления людьми. Таким образом, она располагается в плоскости исследований Мишеля Фуко в области генеалогии управленчества, в то же время силясь прояснить внутренние причины, по которым эти исследования не были завершены. Тень, которую теоретическое осмысление настоящего отбрасывает на прошлое, значительно выходит здесь за хронологические рамки, коими Фуко ограничил свою генеалогию, простираясь до ранних веков христианского богословия, к которым относится первая, приблизительная разработка учения о триединстве в форме ойкономии. Поместить управление в его теологический locus1 в тринитарной ойкономии не означает попытку объяснить его через иерархию причин, словно теология по определению обладает более высоким генетическим статусом; это значит показать, каким образом диспозитив тринитарной ойкономии может образовывать привилегированное пространство наблюдения за тем, как функционирует и артикулируется — одновременно изнутри и снаружи — управленческая машина. Ибо именно в нем элементы, или полярности, через которые артикулируется эта машина, 1. Locus (лат.) — место.
являют себя, так сказать, в их парадигматической форме. Исследование генеалогии, или, как раньше было принято говорить, природы власти, на Западе длится уже более десяти лет, открывшись серией «Homo sacer», и достигает таким образом своей развязки, во всех смыслах определяющей. Двоякая структура управленческой машины, которая в «Чрезвычайном положении» (2003) представлена в виде корреляции между auctoritas и potestas, обретает здесь форму сочленения Царства и Правления и в итоге приводит к возможности исследования самой связи — значение которой изначально не было учтено — между ойкономией и Славой, между властью как эффективным правлением и менеджментом и властью в ее церемониальном и литургическом аспекте — два момента, любопытным образом проигнорированные как политическими философами, так и политологами. Даже исторические исследования, посвященные знакам отличия и литургиям власти, от Петерсона до Канторовича, от Алфёлди до Шрамма, упустили из виду эту связь, оставляя в стороне все же весьма очевидные вопросы: почему власть нуждается в славе? Если она в своей сущности есть сила и способность к действию и управлению, почему она принимает жесткую, громоздкую, «величественную» форму церемоний, аккламаций и протоколов? Какова связь между экономикой и Славой? Эти вопросы — на уровне политических и социологических исследований, по всей видимости обреченные лишь на банальные ответы, — будучи рассмотренными в их теологическом аспекте, позволили различить в отношении между ойкономией и Славой нечто вроде предельной структуры западной управленческой машины. Анализ литургических возгласов и слaвословий, ангельских званий и песнопе