Развитие современного региона: вопросы науки и практики. Выпуск 14
Покупка
Тематика:
Регионоведение
Издательство:
Дело (РАНХиГС)
Год издания: 2021
Кол-во страниц: 161
Дополнительно
Вид издания:
Сборник
Уровень образования:
Дополнительное профессиональное образование
ISBN: 978-5-8180-0615-4
Артикул: 868834.01.99
Сборник содержит статьи по материалам XIV международной студенческой научно-практической конференции, проведенной 30-31 марта 2021 г. факультетом политико-правового управления Поволжского института управления имени П.А. Столыпина. В публикациях анализируются политико-правовые и социальные аспекты развития современного региона, закономерности и принципы управления им. Предлагаются инновационные модели в системе регионального управления. Для студентов, аспирантов, преподавателей, а также всех интересующихся вопросами регионального развития.
Тематика:
ББК:
УДК:
ОКСО:
- ВО - Бакалавриат
- 41.03.02: Регионоведение России
- ВО - Магистратура
- 41.04.02: Регионоведение России
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА и ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ при ПРЕЗИДЕНТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» ПОВОЛЖСКИЙ ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ имени П.А. СТОЛЫПИНА Развитие современного региона: вопросы науки и практики Сборник научных статей Выпуск 14 Саратов 2021
УДК 332.1:323(470+571)
ББК 65.04:66.3(2Рос)
Р 17
Развитие современного региона: вопросы науки и практики [Текст] : сб. науч. статей. – Саратов: Поволжский институт
управления имени П.А. Столыпина – филиал РАНХиГС, 2021.
Вып. 14. – 160 с.
ISBN 978-5-8180-0615-4
Сборник содержит статьи по материалам XIV международной студенческой научно-практической конференции, проведенной 30–31 марта 2021 г. факультетом политико-правового управления Поволжского
института управления имени П.А. Столыпина.
В публикациях анализируются политико-правовые и социальные
аспекты развития современного региона, закономерности и принципы
управления им. Предлагаются инновационные модели в системе регионального управления.
Для студентов, аспирантов, преподавателей, а также всех интересующихся вопросами регионального развития.
Ред а к ц и о н н а я кол л е г и я :
Е.Ю. Сергеева, канд. юрид. наук, доцент;
Е.Ю. Стриганкова, канд. филос. наук, доцент (отв. редактор);
О.Ю. Абакумов, канд. ист. наук, доцент;
О.Б. Батраева, канд. социол. наук, доцент;
Е.Б. Хорольцева, канд. филос. наук, доцент;
П.А. Зеленский, канд. юрид. наук, доцент.
Печатается по решению
редакционно-издательского совета
© Поволжский институт управления
имени П.А. Столыпина –
филиал РАНХиГС, 2021
Р 17
ISBN 978-5-8180-0615-4
Формирование политико-правового пространства региона Е.Ю. Стриганкова, кандидат философских наук, доцент Поволжский институт управления имени П.А. Столыпина – филиал РАНХиГС Конструирование коммуникативного пространства регионального вуза: современные тенденции Революция в коммуникации творит для нас новый мир Чарльз Кули Человек коммуникативен по своей природе, коммуникация является его неотъемлемой, сущностной характеристикой и условием его социального существования. Деятельность индивида как полноценного члена общества во многом обусловлена степенью и успешностью его социализации. Успешность социализации, в свою очередь, зависит от эффективности коммуникации, выстроенной в контексте социальной жизнедеятельности объекта социализации, от трансформации личного «Я» в активного субъекта социальных взаимодействий. В процессе коммуникации происходит самоидетификация индивида, осознание им уникальности своего личного «Я» и признание уникальности другого (теория «зеркального Я» Ч. Кули). Процесс первичной социализации ребенок проходит в семье, вторичная социализация происходит в социальных институтах (школа, институт и т.д.) [1].
Образовательное пространство вуза является зеркальным отражением социального пространства и не может не подвергаться воздействию основных тенденций его развития. При этом важен учет как глобальных тенденций развития социума, так и его региональных характеристик. Региональный вуз является в этом отношении симбиозом характеристик его зависимости от федерального уровня и академической свободы регионального уровня. Конструирование образовательного пространства регионального вуза должно проходить с учетом основных принципов образовательной политики головного кампуса, однако абсолютное доминирование механизмов реализации данных принципов может привести к утрате региональной идентичности и оказать негативное влияние на эффективность вуза в целом. В данном контексте следует заявлять не об унификации, а о единстве многообразия, учете специфики регионального пространства (политического, экономического, социокультурного). При конструировании образовательного пространства регионального вуза создается сложная коммуникативная структура, способная быстро адаптироваться к внешним изменениям, транслировать собственную систему ценностей вовне и успешно адаптировать новые элементы, поступающие из внешней среды. Миропорядок, связанный с современными процессами глобализации и информатизации, меняет содержание пространства современного социума, в том числе преобразуя соотношение техногенной и культурной составляющих. В связи с этим в содержании социального пространства проявляются два достаточно специфических вида: «коммуникационное пространство» и «коммуникативное пространство». Категориальный статус данных понятий не определен достаточно четко, что приводит к их синонимичному использованию, в связи c этим целесообразно представить авторские дефиниции данных феноменов. Коммуникационное пространство технократично по своей природе, оно структурируется информационно-коммуникационными системами, являющимися элементами информационной среды, которая рассматривается с точки зрения хранимой и циркулирующей в нем информации. Целеполагающая основа – обеспечение передачи информации.
Коммуникативное пространство социокультурно по своей природе, оно структурируется коммуникативными системами, являющимися элементами медийно-информационной среды, которая рассматривается как смыслообразующая часть культуры. Целеполагающая основа – создание и осмысление информации [2]. Остановимся на проблеме конструирования коммуникативного пространства вуза, которое, с одной стороны, является частью коммуникативного пространства общества, а с другой стороны, имеет свою собственную структуру, состоящую из многочисленных коммуникативных связей и академических взаимоотношений. Определяя современные тенденции коммуникативного пространства социума, отметим, что теория коммуникации, эволюционировав за последние несколько десятилетий в метатеорию коммуникации, продолжает наращивать свой понятийный аппарат; исследования коммуникации в парадигме формирования идеи информационного общества создают методологические предпосылки для разработки новых категорий (ICT-технологии; кибер-среда; виртуальное коммуникационное и коммуникативное пространство; цифровое сообщество; интернет-социализация; аватар-идентификация; виртуальное «Я»; онлайн-репрезентация). Вместе с тем если принять во внимание прогнозы по поводу перспектив формирования информационного общества, сделанные Д. Беллом и О. Тоффлером еще в последней четверти XX в., то приходится констатировать, что они оказались несостоятельными. Их ограниченность проявилась прежде всего в том, что увеличение информации, как выяснилось на практике, не влечет автоматического увеличения знаний. Именно концепт «знание» является тем смыслообразующим понятием, на основе которого структурируется вся система информационного общества в ее гуманистической коннотации. Утопичность идеи общества знаний подтверждается признанием факта – значимость информации не эквивалентна увеличению объема информации. Иными словами, современная ситуация информационного контента – «информации много, знаний мало». Несмотря на это, инновацией XXI в. представлены формируемые в сети академические интернет-сообщества. Информационный
бум, в основе которого лежит использование компьютерных сетей Интернета и интранета вуза, придает коммуникации компьютерно-опосредованный характер, а взаимодействия, проявляющиеся в данной модели, имеют некоторые особенности, например, «цифровой академический дискурс». Современная сетевая организация глобализирующегося мирового общества находится в процессе формирования. При этом отмечается, что традиционные вертикальные связи в построении организационных структур (например, «центр – периферия», «начальник – подчиненный», «преподаватель – студент») уступают место сетевым горизонтальным структурам, формируется новая сетевая идентичность. Сетевые связи становятся самодостаточными и не нуждаются в каких-либо руководящих инстанциях. Трансформация традиционной идентичности в ее сетевую форму происходит за счет роста и усложнения коммуникации, можно наблюдать, как технократичность коммуникационного пространства влияет на изменения социокультурную сущность коммуникативного пространства. Новая сетевая идентичность, по мнению А.В. Назарчука, становится похожей на систему давно существующих сообществ (партий, кланов, тайных обществ, альянсов и клубов) [3]. В связи с этим логично обратиться к определению социального статуса, фиксирующему соотносительное положение человека в социальной системе, включающее права и обязанности и вытекающие отсюда взаимные ожидания поведения. Существует мнение, что, если в физическом обществе информация о социальном статусе человека рассматривается как приоритетная, то для интернет-сообщества социальный статус играет гораздо меньшую роль, так как изначально коммуникация в компьютерных сетях строится, исходя из равноправия участников. Однако без учета социального статуса участников взаимодействие само по себе носит искусственный либо провокационный характер. Снижение неопределенности может быть достигнуто при учете коммуникативной функции языка, таким образом следует признать, что одним из индикаторов социального статуса является речевое поведение. Заметим, что социальная ситуация и тип интеракции наблюдаются в речи, а ролевые отношения, в свою оче
редь, определяют коммуникативную сеть, социальную интеракцию и тип интеракции, что помогает нивелировать риски. Электронно-индустриальная основа массовой культуры, о перспективах которой говорил Г.М. Маклюэн, в реальности привела к дисфункции системы коммуникации, создавшей новое рискогенное пространство, которое в настоящее время обозначается как пространство коммуникативных рисков. Предлагаем следующую классификацию коммуникативных рисков информационного социума: Риски информационной перенасыщенности. Интенсификация и усложнение человеческой деятельности и коммуникации, рост их многократной опосредованности в условиях научно-технической революции ведут к повышению уровня нервного напряжения человека, который должен приспосабливаться к частой смене ситуаций, все более быстро и точно реагировать на различного рода сигналы, в сжатые сроки осмысливать огромный поток информации. В этих условиях стремление человека к сохранению эмоциональной непосредственности в ее первозданной чистоте может привести к сильнейшим нервным стрессам, способным оказывать отрицательное, даже разрушительное воздействие на психическое и физическое здоровье. Риски инструментализации коммуникации. В новой коммуникативной ситуации очевидна угроза обеднения и инструментализации коммуникации, подчиняющей гуманитарные цели человеческого общения служебным задачам его технического исполнения [4]. Риски преобладания стратегической рациональности. В традиционных коммуникативных практиках взаимодействие выстраивается на определенном балансе эмоционального и рационального компонентов. Одним из социально-психологических изменений, порождаемых процессом социализации, оказывается тенденция торможения эмоциональной реакции и возрастание значимости рациональной составляющей, которая может в определенных ситуациях приобретать стратегический характер. Риски информационной маргинальности. Технизация коммуникации в эпоху глобализации облегчает осуществление комму
никации, но способна вести к отчуждению тех, кто имеет возможность коммуницировать глобально, от тех, кто такой возможности не имеет. Суть возникшей в коммуникативном пространстве информационного социума рискогенной ситуации заключается в конфликте между формой и содержанием социальной коммуникации в процессе становления и развития информационного общества. Данный конфликт требует разрешения как в формальном, так и в содержательном плане. По форме – проявилась необходимость создания новой социальной структуры коммуникативного пространства, которая способна справиться с эффектом информационной перенасыщенности. По содержанию – обозначилась необходимость «реабилитации» общения в статусе вида коммуникативной деятельности, ответственного за аккумуляцию, хранение и передачу духовной культуры [5]. Коммуникативные отношения в образовательном пространстве направлены на формирование целостной личности студента, развитие ее коммуникативных способностей и удовлетворение коммуникативных потребностей. При конструировании коммуникативного пространства вуза целесообразно учитывать следующие тенденции: 1. В современном мире, в век информатизации и глобальных перемен, происходит процесс переоценки ценностей специалистов. Более востребованным является не тот, кто обладает большим набором знаний, а тот, кто способен к переобучению, изменению. В американской литературе даже появилась особая единица измерения устаревания знания специалиста – период полураспада компетентности, когда по мере появления новой информации компетентность специалиста снижается на 50%. Это значит, знание перестает быть самоценностью, а становится лишь материалом для осмысления, средством для решения других задач [6]. 2. Создание коммуникативной общности требует приложения усилий всех участников коммуникативного действия. Коммуникативное пространство академической общности конструируется совместно и выстраивается не вертикально, а горизонтально, с учетом целей и ожидаемого эффекта образовательного процесса.
Одним из условий возникновения общего является, с точки зрения автора, наличие установки на взаимопонимание, которое выступает в качестве координатора действий. Д. Дьюи называл образование процессом «передачи опыта посредством общения, которое есть процесс соучастия в опыте, превращающий его в общее достояние». 3. Самосознание педагогической ответственности должно являться неотъемлемой чертой личности педагога. Самосознание, как когнитивная и психологическая характеристика формирования личности, проявляется сначала в социально-психологических, затем нравственных и в правовых границах поступков. Степень ответственности определяет степень социализации личности. Степень педагогической ответственности определят степень профессионализма и его этической составляющей. 4. Коммуникативная образовательная система должна представлять возможности самореализации каждому участнику коммуникативного процесса. Любая деятельность является одновременно преобразованием внешней действительности и преобразованием внутреннего мира студента, раскрытием его способностей и склонностей. 5. Заявлять о коммуникативной эффективности образовательного процесса целесообразно только в том случае, если образовательная коммуникация позволяет позитивно использовать врожденные способности студента в значимых для общества видах деятельности, способствует адаптации приобретенных студентом знаний к современной ситуации социума и формирует компетенции, позволяющие студенту успешно участвовать в обмене опытом как полноправному члену профессионального сообщества. Высшее образование не может быть замкнутым, существующим в качестве изолированной социальной реальности. Объективная потребность в формировании интеркультурных основ воспитания новых поколений требует основательных усилий учебных заведений различного типа по обогащению содержания процесса не только общечеловеческими ценностями, но и ценностями современной интеркультурной коммуникации. Новая коммуникативная ситуация выявляет потребность в
формировании личности нового типа – социально активной коммуникативной личности, обладающей коммуникативной и коммуникационной компетенцией, личность XXI в. Библиографический список 1. Кули Ч.Х. Человеческая природа и социальный порядок. М., 2000. 2. Устьянцев В.Б. Введение в социальную рискологию. Саратов, 2010. 3. Назарчук А.В. Новая коммуникативная ситуация: рождение сетевого общества // Философия и будущее цивилизации: тезисы докладов и выступлений IV Российского философского конгресса. Москва, 24–28 мая 2005 г.: в 5 т. М., 2005. Т. 3. 4. Крейг Р. Теория коммуникации как область знания // Компаративистика III: альманах сравнительных социогуманитарных исследований. СПб., 2003. 5. Стриганкова Е.Ю. Коммуникация и социализация в формирующемся информационном обществе: социально-философская рефлексия процессов взаимодействия // Вестник ПАГС. 2014. № 3 (42). С. 116–123. 6. Дьюи Дж. Демократия и образование. М., 2000. Г.В. Вершицкая, кандидат юридических наук, доцент; В.С. Бондина, студент Поволжский институт управления имени П.А. Столыпина – филиал РАНХиГС Использование искусственного интеллекта при изучении личности серийных убийц В криминалистической науке при расследовании преступлений для получения значимой информации об обстоятельствах преступного деяния используются различные методы. Один из них – метод искусственного интеллекта. Именно с его разработкой, внедрением и активным применением связан значительный прорыв в деятельности по раскрытию и расследованию преступлений.