Александр Александрович Максимов (1874–1928)
Покупка
Тематика:
Основы медицинских знаний
Издательство:
Наука
Автор:
Манских Василий Николаевич
Отв. ред.:
Попов В. С.
Год издания: 2025
Кол-во страниц: 209
Дополнительно
Вид издания:
Монография
Уровень образования:
ВО - Специалитет
ISBN: 978-5-02-041159-3
Артикул: 868336.01.99
Эта книга - первая полная биография, детально описывающая научные достижения и непростую судьбу выдающегося русского и американского гистолога Александра Александровича Максимова (1874-1928). А. А. Максимов известен не только как выдающийся специалист в области изучения клеточных событий кроветворения и воспаления, но и как талантливый мастер гистологической техники и художник, рисунки которого продолжают использоваться для иллюстрирования современных учебников и руководств. Данная книга предназначена для всех, кто интересуется историей науки, гистологией, патологической анатомией, а также неравнодушен к шедеврам научной иллюстрации.
Тематика:
ББК:
УДК:
ОКСО:
- ВО - Магистратура
- 32.04.01: Общественное здравоохранение
- ВО - Специалитет
- 31.05.01: Лечебное дело
- 32.05.01: Медико-профилактическое дело
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
СЕРИЯ «НАУЧНО-БИОГРАФИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА» РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК Основана в 1959 году РЕДКОЛЛЕГИЯ СЕРИИ И ИСТОРИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКАЯ КОМИССИЯ ИНСТИТУТА ИСТОРИИ ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ И ТЕХНИКИ им. С.И. ВАВИЛОВА РАН ПО РАЗРАБОТКЕ НАУЧНЫХ БИОГРАФИЙ ДЕЯТЕЛЕЙ ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ И ТЕХНИКИ: академик РАН М. А. Пальцев (председатель редколлегии), доктор исторических наук Р. А. Фандо (зам. председателя редколлегии), доктор исторических наук О. А. Валькова (ученый секретарь редколлегии), академик РАН Ю. А. Золотов, академик РАН Ю. Ф. Лачуга, академик РАН Я. Г. Лобачевский, академик РАН Ю. В. Наточин, член-корреспондент РАН И. А. Захаров-Гезехус, член-корреспондент РАН Ю. М. Батурин, доктор физико-математических наук В. П. Визгин, доктор физико-математических наук С. С. Демидов, доктор биологических наук Т. И. Ульянкина, доктор биологических наук О. П. Белозеров, доктор медицинских наук А. В. Владзимирский, доктор географических наук В. А. Широкова, доктор технических наук В. П. Борисов, доктор технических наук А. В. Постников, доктор исторических наук С. С. Илизаров, доктор исторических наук К. В. Иванов
Александр Александрович МАКСИМОВ 1874-1928 В.Н. Манских МОСКВА НАУКА 2025
УДК 616-018 ББК 5г М23 Манских В. Н. Александр Александрович Максимов (1874–1928) / В. Н. Манских; отв. редактор В. С. Попов. – М.: Наука, 2025. – 187 с. – (Науч.-биограф. лит.) – ISBN 978-5-02-041159-3 (в пер.). Эта книга – первая полная биография, детально описывающая научные достижения и непростую судьбу выдающегося русского и американского гистолога Александра Александровича Максимова (1874–1928). А. А. Максимов известен не только как выдающийся специалист в области изучения клеточных событий кроветворения и воспаления, но и как талантливый мастер гистологической техники и художник, рисунки которого продолжают использоваться для иллюстрирования современных учебников и руководств. Данная книга предназначена для всех, кто интересуется историей науки, гистологией, патологической анатомией, а также неравнодушен к шедеврам научной иллюстрации. ISBN 978-5-02-041159-3 © Российская академия наук и изда тельство «Наука», серия «Научно биографическая литература» (раз работка, оформление), 1959 (год основания), 2015 © Манских В. Н., 2025 © ФГБУ «Издательство «Наука», редак ционно-издательское оформление, 2025
Предисловие В истории науки Александр Максимов – фигура, своеобразная до чрезвычайности. Даже ответ на вопрос «Так кто же Вы, Александр Максимов?» оказывается совсем не таким простым. Основоположник учения о стволовых клетках? Нет, это заблуж- дение, хотя и достаточно часто встречающееся на страницах посвященных ему биографических статей. Автор унитарной теории кроветворения? И этот ответ будет не вполне правильным, не говоря о том, что сегодня уже не каждый специалист в области гематологии (науки о крови) сможет адекватно объяснить, что же в действительности представляла собой унитарная теория и чем она принципиально отличалась от альтернативных концепций. Наверное, Максимов открыл какой-нибудь факт или феномен, носящий его имя? И этого о нем сказать не получится, тем более что некоторые установленные им факты просто не нашли подтверждения при дальнейшем развитии науки. Но, может, он был совсем особым, ярким представителем знаменитой первой волны белой эмиграции? В какой-то степени – да, хотя Максимов никогда не был на территориях, занятых белыми армиями, политикой он не занимался, да и история его эмиграции очень неясна. Очень трудно точно определить, почему имя Александра Максимова не кануло в Лету. И если приглядеться внимательнее к этому феномену, то оказывается, что он носит весьма сложный научно-культурный характер. Здесь будет все: восторженные оценки достижений коллегами-современниками (ныне оценка этих достижений не так однозначна), конъюнктурная реклама в наше время (та самая слава первооткрывателя «модных» ныне стволовых клеток), удачное место «на правильной стороне истории» (речь, конечно, об унитарной теории кроветворения, главным апологетом которой был Максимов), крайне – до карикатурности – своеобразная внешность и личность, причем парадоксально привлекающими оказываются даже такие, обычно отталкивающие черты, как высокомерие, педантизм и избыточная любовь к служебному мундиру. Здесь мы поставили точку, но вовсе не для того, чтобы закончить перечисление, а только чтобы отделить от других один из главных, на наш взгляд, факторов, обеспечивших Максимову бессмертие. Речь идет
о потрясающем, практически не имеющем равных таланте к созданию гистологических иллюстраций – как в оригинальных работах, так и, что очень важно, в обзорах и классических учебниках. Пожалуй, нет ни одной посвященной А. А. Максимову публикации, где не содержалась бы заслуженная похвала его рисункам. Таких примеров множество – начиная от личного письма профессора университета Цинциннати Ч. Фута (18 июня 1927 г.): «Ваши иллюстрации являются наиболее красивыми среди большого количества рисунков, что попадали в поле моего зрения с 1910 года, я чрезвычайно завидую Вашей способности создавать такие красивые и в то же время правдивые микроскопические ландшафты» 1 – до заметки в современном руководстве по гистологической технике: «Мог ли бы кто-нибудь создавать рисунки, которые были бы также полезны, как цветные микрофотографии? Хорошо, вероятно, не в наше время, но каждый, кто видел рисунки Максимова, которые иллюстрируют его учебник (в дальнейшем – Блума и Фоусетта), понимает, что такое возможно. Не многие, вероятно, очень мало кто может рисовать как Максимов, но каждый может пользоваться рисунками для того, чтобы помочь себе изучить гистологические препараты» 2. Кстати говоря, упоминание рисунков Максимова в руководстве по гистотехнике вовсе не случайно – такое высокое качество иллюстраций возможно только при виртуозной технике изготовления препаратов, и во многом непревзойденная техническая репутация Максимова (легенды о которой бытовали даже в 70-х годах прошлого века) зиждется именно на впечатлении от этих иллюстраций. Более того, значительное, если не подавляющее большинство цитирований Максимова на протяжении всего ХХ в. – это именно цитирование его рисунков в монографиях, руководствах и учебниках (от книг классика гистологии А. А. Заварзина до последних изданий учебника для врачей под редакцией Ю. И. Афанасьева и Н. А. Юриной). Можно сказать, что в этом отношении бессмертие работ Максимова может быть доказано с вещественной, криминалистической точностью. Жанр этой книги далек от принятого в подобных случаях панегирика, равно как и от сухого стиля энциклопедической статьи. Странно, но до сих пор о А. А. Максимове не вышло ни одной крупной работы на русском языке – только короткие статьи, в большинстве своем повторяющие друг друга 3. И хотя настоящая рабо1 Деев Р. В. Научное наследие Александра Максимова и современность // Клеточная трансплантология и тканевая инженерия, 2005, № 1. С. 4–8. 2 Maynard R., Downes N., Finney B. Histological Techniques: An Introduction for Beginners in Toxicology. – Royal Society of Chemistry, 2014. 3 Самой пространной (хотя и весьма рыхлой, и не лишенной многих лакун и неточностей) публикацией до сих пор остается 200-страничная диссертация Christian
та основывается главным образом на опубликованных материалах,
в ней предпринята попытка обобщить и критически осмыслить все
накопленные в литературе данные, впервые приводятся материалы
из некоторых упущенных из виду источников (в частности, это касается данных о семье ученого), а также содержится первая полная
библиография опубликованных работ Максимова. Эта библиография примерно на 20% шире предыдущих списков, и в ней впервые
приводятся полные выходные данные для всех публикаций, включая и те редкие издания, ссылки на которые на протяжении столетия
давались неверно или неточно, в том числе и самим Максимовым!
Автор предпринял попытку дать периодизацию творчества
А. А. Максимова, проследить внутреннюю логику и охарактеризовать содержание всех его значительных публикаций (в том числе
ранних и поздних работ, которые часто лишь называют при перечислении). Кроме того, кажется весьма интересной и оригинальной идея подробно разобрать «кухонные» секреты легендарной
максимовской гистологической техники, кое-что из которой может
и сегодня не без пользы применяться в лабораторной практике. Вся
эта, достаточно изысканная по современным меркам техника, была
опробована в лаборатории автором, так что суждения в этом разделе
во многом опираются на личный опыт. Наконец, будет показано, как
эти три компонента – «стволовая клетка», «унитарная теория кроветворения» и «творчество А. А. Максимова» соотносятся между
собой в контексте его и нашего времени.
В настоящей книге при упоминании любой публикации
А. А. Максимова дается ссылка на ее номер в списке опубликованных работ, заключенный в {фигурные скобки}, все ремарки, ссылки
на литературу и расшифровки даются в [квадратных скобках].
Работа над этой книгой оказалась настолько же захватывающей и интересной, насколько сложной и трудоемкой. В частности,
пришлось разыскать все опубликованные А. А. Максимовым работы в старых книгах и журналах (полного комплекта которых нет
даже в крупнейших российских библиотеках), на трех европейских
языках (с устаревшей, а часто и с просто оригинальной авторской
терминологией). Иногда эти работы уже оказывались отсканированы в приемлемом качестве (простейший и нечастый случай), иногда их удавалось найти в каталогах Российской государственной
библиотеки (конечно, не оцифрованных), проявляя чудеса поисковой библиографической изобретательности, или в немецких библиотеках, выкупить (после не всегда простых переговоров) на сайтах
Samkiewitz на немецком языке – «Alexander Maximows Beitrag zur Theorie der
monophyletischen Blutentstehung», Kattowitz, 1998.
типа Amazon.com или Abebooks.com и даже откопать на чердаках, среди груд никому не нужного книжного хлама, покрытого пылью многих десятилетий и голубиным пометом. Многие источники, в том числе и некоторые экземпляры, послужившие для настоящего издания, уже недоступны, поскольку переполненные библиотеки отправили эти «устаревшие и маловостребованные» издания на глубокую консервацию («штабелирование») или на уничтожение. Изначально книга была задумана и реализована как биография с приложением большого альбома – собрания всех рисунков А. А. Максимова из его опубликованных работ с оригинальными подписями и их переводом на русский язык. К сожалению, оказалось невозможным включить это приложение в настоящее издание. В заключение хотим поблагодарить члена-корреспондента РАН А. Н. Лукашова, А. В. Красикову и Д. К. Обухова за помощь в поиске некоторых труднодоступных и редких изданий, а также профессора Е. В. Шеваля за обсуждение рукописи и существенные замечания.
Ч а с т ь I Жизненный путь Глава 1 От рождения до гимназии (1874–1882) Всякому, кто берется писать о А. А. Максимове, неизменно приходится столкнуться с крайним дефицитом биографических данных и с гигантскими, часто странными лакунами, а то и с откровенным мифотворчеством. Отчасти это связано, вероятно, с тем, что этот ученый отличался крайней закрытостью и оставался «человеком в футляре» даже для ближайшего окружения. По этой причине мы имеем очень немногочисленные и в основном внешние впечатления о Максимове, отраженные в воспоминаниях знавших его людей. С другой стороны, Максимов, как эмигрант, был в СССР на положении персоны нон грата (хотя этот статус не стоит чересчур преувеличивать), и мысль о публикации сборника избранных сочинений (как это было сделано для «первого советского гистолога» А. А. Заварзина) или биографической книги любому чиновнику показалась бы откровенно нелепой (показательно, что вся советская литература о Максимове ограничивается отдельными статьями 1920-х и 1970–1980-х годов). Новое же отечество Максимова, США, никогда не считало его своим классиком (в отличие, например, от приютившей И. И. Мечникова Франции) и прагматично ограничилось лишь изданием наиболее коммерчески значимой части наследия – учебника гистологии для врачей 4. Выходит, что ситуация с Максимовым вполне естественная, ведь никаких пово4 Правда, здесь стоит сделать оговорку: в одной публикации кафедры гистологии ВМА [26] без всяких библиографических данных утверждается, что в США к столетию со дня рождения А. А. Максимова была издана мемориальная монография, экземпляр которой имеется в библиотеке кафедры. Надо, однако, заметить, что это настолько редкое и малотиражное издание, что все попытки найти упоминание о нем в интернете или в каталогах крупных библиотек оказались безрезультатными. Существует мемориальный сборник статей, изданный к годовщине смерти А. А. Максимова [193] финансировавшим его исследования фондом Дугласа Смита, эта книга относится к чрезвычайным библиографическим редкостям.
дов для глубоких изысканий в отношении его биографии раньше
просто не возникало. Это несколько напоминает историю математика Эвариста Галуа, интерес к которому возник также спустя много
десятилетий после смерти и биография которого столь же загадочна
и содержит множество лакун.
Особенно густым туманом покрыто все, что связано с семьей
и ранними годами жизни А. А. Максимова. Удивительное начинается с самого первого и, казалось бы, простого пункта – с точной
даты рождения. В автобиографии (Curriculum vitae), приложенной
к докторской диссертации, Максимов сообщает, что он родился
в семье купца, православного вероисповедания, в 1874 г. {13}. Некоторые источники, в частности, некролог, написанный учеником
Максимова по Военно-медицинской академии (ВМА) Н. Г. Хлопиным, уточняют дату рождения – 4/17 февраля [132]. Надо полагать,
что во время написания некролога Хлопин имел перед собой все
необходимые документы архива кафедры гистологии ВМА. Однако
десятилетия спустя заведующий той же кафедрой – А. А. Клишов –
тоже пишет статью о Максимове. И даже печатает ее в том же самом
журнале, где опубликован некролог за подписью Хлопина, в «Архиве анатомии, гистологии и эмбриологии». И в списке литературы
у Клишова есть ссылка на этот некролог. Но вот странность: дата
рождения Максимова в статье Клишова указана иная – 4/16 февраля
1874 г. [43]. Можно было бы счесть причиной этого различия банальную опечатку, если бы публикации в западных журналах [148,
155, 156, 158, 170, 196, 197], первоисточником которых является
некролог за авторством чикагского ученика Максимова Уильяма
Блума [152], не указывали радикально иную дату – 22 января. Та же
дата стоит и в краткой биографической справке, приложенной к каталогу фонда Максимова в архиве Чикагского университета [189].
Еще иногда называют дату 3 февраля [44] или 3 февраля / 22 января [141]. Точку в этой истории, по-видимому, поставил Р. В. Деев
[31], который впервые указал дату рождения (22 января) со ссылкой на первоисточник – разысканное им метрическое свидетельство
о рождении и крещении А. А. Максимова [55].
Трудно сказать, с чем связана путаница с датой рождения, но
вероятнее всего, с непривычкой к новому календарю в 1929 г.,
когда родоначальник путаницы Хлопин писал некролог. Крещен А. А. Максимов был 10 марта 1874 г. в Екатерининской церкви
при Императорской академии художеств [55]. Этот последний момент нельзя не счесть символическим: как будет видно далее, крещен был один из выдающихся художников, хотя и специфического,
гистологического толка.
Факт рождения в семье купца был указан в автобиографии самим А. А. Максимовым (а не в семье служащего, как это указано