Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Формирование психологических компетенций в процессе обучения иностранному языку

Покупка
Основная коллекция
Артикул: 866853.01.99
Доступ онлайн
500 ₽
В корзину
Рассмотрено понятие и техники интегрированного обучения иностранному языку. Проанализированы научные публикации и учебники, созданные для обучения иностранному языку и психологии с использованием методик CLIL, ESP, EMI на примере темы «Стрессоустойчивость». Раскрыто содержание тренингов стрессоустойчивости, разработана серия пилотных уроков по теме, даны методические рекомендации. Для преподавателей английского, аспирантов действующих направлений, желающих развить у студентов (В1+) психологическую грамотность и привнести в свои занятия тренинговые элементы.
Формирование психологических компетенций в процессе обучения иностранному языку : монография / Д. А. Акулинина, В. Е. Буланов, О. В. Ломакина, И. Е. Ильина. – Москва ; Вологда : Инфра-Инженерия, 2025. - 108 с. – ISBN 978-5-9729-2303-8. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2226136 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
ФОРМИРОВАНИЕ  
ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ КОМПЕТЕНЦИЙ  
В ПРОЦЕССЕ ОБУЧЕНИЯ ИНОСТРАННОМУ ЯЗЫКУ 
 
 
 
Монография 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Москва    Вологда 
«Инфра-Инженерия» 
2025 


 
УДК 811 
ББК 81.2 
Ф79 
 
 
 
 
Авторы: 
Акулинина Д. А., Буланов В. Е., Ломакина О. В., Ильина И. Е.  
 
Рецензенты: 
кандидат филологических наук, доцент кафедры зарубежной филологии  
и прикладной лингвистики ФГБОУ ВО «Тамбовский государственный университет  
им. Г. Р. Державина» Куксова Наталия Александровна; 
кандидат филологических наук, доцент кафедры русской филологии  
ФГБОУ ВО «Тамбовский государственный технический университет» 
Глазкова Марина Михайловна 
 
 
 
 
 
 
 
 
  
Ф79  
Формирование психологических компетенций в процессе обучения иностранному языку : монография / [Акулинина Д. А. и др.]. – 
Москва ; Вологда : Инфра-Инженерия, 2025. – 108 с. : ил., табл. 
ISBN 978-5-9729-2303-8 
 
Рассмотрено понятие и техники интегрированного обучения иностранному 
языку. Проанализированы научные публикации и учебники, созданные для обучения иностранному языку и психологии с использованием методик CLIL, ESP, EMI 
на примере темы «Стрессоустойчивость». Раскрыто содержание тренингов стрессоустойчивости, разработана серия пилотных уроков по теме, даны методические рекомендации. 
Для преподавателей английского, аспирантов действующих направлений, желающих развить у студентов (B1+) психологическую грамотность и привнести в свои 
занятия тренинговые элементы. 
 
УДК 811 
ББК 81.2 
 
 
 
ISBN 978-5-9729-2303-8 
” Издательство «Инфра-Инженерия», 2025 
 
” Оформление. Издательство «Инфра-Инженерия», 2025 
 


 
Îãëàâëåíèå 
 
Введение ...................................................................................................................... 4 
 
Глава 1. ЧТО ТАКОЕ CLIL? .................................................................................. 7 
1.1. Определение и история CLIL, смежные подходы (ESP, EMI, CBI) ............ 7 
1.2. Основные понятия и принципы CLIL ........................................................... 10 
1.3. Сильные и слабые стороны CLIL .................................................................. 19 
1.4. CLIL в обучении психологии ......................................................................... 23 
1.4.1. Эксперименты на эффективность CLIL в обучении психологии ........ 23 
1.4.2. CLIL программы по психологии ............................................................. 26 
 
Глава 2. ТРЕНИНГ СТРЕССОУСТОЙЧИВОСТИ 
КАК ТЕОРЕТИЧЕСКОЕ НАПОЛНЕНИЕ УРОКА ........................................ 40 
2.1. Тренинги стрессоустойчивости в российской школе .................................. 40 
2.2. Анализ учебников, совмещающих обучение психологии 
и английскому языку на примере темы «Стрессоустойчивость» ..................... 58 
2.2.1. EMI ............................................................................................................. 59 
2.2.1. СLIL ............................................................................................................ 63 
2.2.3. ESP .............................................................................................................. 67 
2.3. Фреймворк курса стрессоустойчивости для старших школьников ........... 70 
 
Заключение ............................................................................................................... 74 
 
Список использованных источников .................................................................. 77 
 
Приложения .............................................................................................................. 82 
 
 
 
 
 
 
 


 
Ââåäåíèå 
 
Начать эту работу можно с цитаты, которая представляет изучение языка 
и психологии прямой дорогой к счастью. Ее автором является римский император-стоик Марк Аврелий, и звучит она так: «Если тебя печалит что-нибудь 
внешнее, то не оно тебе досаждает, а твое о нем суждение» [1, часть 3, стих 47]. 
Если обучение языку параллельно развивает мышление на нем, можно ли в процессе сделать это языковое мышление инструментом эмоциональной саморегуляции?  
То, как мы мыслим на языке – зона ответственности дискурсивного и стратегического компонента коммуникативной компетенции. Формирование дискурсивной компетенции подразумевает, что обучающийся будет использовать иностранный язык для прояснения актуальных для него вопросов, в процессе обучаясь основам логики, риторики и критического мышления [15, c. 10]. Посмотрим на реалии преподавания языка сегодня: унифицирующая форма подготовки к ЕГЭ, на которую ориентируются учебники, настаивает на использовании 
шаблонов (напр. четкая структура эссе, стандартизированные темы, обязательное наличие определенных linking words). Обучение языку, формирующееся вокруг сдачи ЕГЭ, с одной стороны, дает устойчивую базу мыслительных конструктов, с другой – делает мышление на втором иностранном языке чужеродным набором формальностей. 
Согласно исследованию М. В. Архиповой от 2016 года [21, c. 178], 60 % 
старших школьников называют основной мотивацией в изучении языка его 
необходимость для профессиональной самореализации, в то время как познавательный мотив составляет лишь 24,6 %. Получается, что стратегический компонент коммуникативной компетенции привносится главным образом извне 
и создается искусственно (цель коммуникации – сдать экзамен). Не связанный 
с личностными целями, язык не персонифицируется, не интегрируется в мышление ученика и часто не актуализируется даже при поступлении в университет, хотя академическая работа постоянно подталкивает к его использованию. 
Как следствие – язык так и не становится инструментом мышления.  
В то же время большинство ребят, активно пользующихся иностранным 
языком еще в школе, используют его для общения по своим запросам или сферам интереса (внутренняя мотивация, индивидуальный дискурс). Благодаря 
этому они формируют интуитивные грамматические конструкции и персонифицированный, актуализирующийся в процессе общения вокабуляр. Но какой 
дискурс может быть максимально индивидуализированным, и вместе с тем достаточно универсальным, чтобы создать долгосрочную мотивацию у каждого? 


 
Чтобы ответить на этот вопрос, вернемся к профессиональной самореализации как поверхностной, но все-таки присвоенной учениками долгосрочной 
мотивации. В 2019 году ОЭСР (Организация экономического сотрудничества 
и развития), опубликовала доклад, согласно которому залогом профессиональной успешности в VUCA world (volatile, uncertain, complex, and ambiguous) 
является сочетание мягких и твердых навыков [55]. Согласно их докладу от 
2015 года, обязательные для профессионалов развитых стран мягкие навыки 
включают в себя как когнитивные (память, внимательность, рациональное мыш- 
ление), так и эмоциональные навыки (саморегуляция, навыки личной эффективности, коммуникативные навыки). Развивать их рекомендуется с детского сада 
через игру, проектную деятельность и тренинги [54, c. 36].  
Среди программ английского для детей, позиционирующих себя как направленные на развитие эмоционального интеллекта и критического мышления есть: серия учебников Super minds (Herbert Puchta, Günter Gern gross, Peter 
Lewis Jones), серия I LOVE ENGLISH (Валерия Мещерякова) и Clumsy (Наталья Поддубная). Все они нацелены на внешкольную работу и возрастную груп- 
пу до 14 лет. У студентов младших курсов материалы для развития критического мышления и эмоционального интеллекта в основном интегрируются в учебники по бизнес-английскому. Для учеников старших классов таких материалов практически нет.  
А актуальность их высока. С одной стороны, дискурсивные навыки 
(в т. ч. критическое мышление) в процессе подготовки к ЕГЭ максимально 
формализуются, эмоциональный интеллект развивается только если через проектную деятельность. В то же время, исследование Б. Кейсара показывает: 
решения, принятые на иностранном языке, меньше подвержены ошибкам мышления, более системны и аналитичны за счет дистанции между эмоцией и иноязычным мыслительным концептом [23]. 
В этой работе акцент будет сделан на формирование навыка эмоциональной саморегуляции и стрессоустойчивости. Во-первых, умение обращаться со стрессом оказывает серьезное влияние на успешность результатов ЕГЭ 
[6, c. 80]. Во-вторых, согласно исследованию Д. Талеви у 23 % студентов, переболевших COVID-19, повысился уровень тревожности [64].  
Цель исследования – разработать мини-курс, направленный на интеграцию достижение двойного эффекта: формирования стрессоустойчивости и совершенствования языковых навыков.  
Объектом исследования является процесс обучения старшеклассников 
и заинтересованных людей иностранному языку и психологии. 


 
Предмет исследования – интегрированное обучение иностранному языку 
на примере темы стрессоустойчивость. 
Гипотеза исследования: старшеклассники и студенты улучшат навыки 
говорения, чтения и слушания в процессе интегрированного изучения иностранного языка и психологии (на примере сегмента тренинга по формированию стрессоустойчивости). 
Основываясь на этой гипотезе, выделим следующие задачи:  
1) рассмотреть понятие и техники интегрированного обучения иностранному языку; 
2) проанализировать теоретические работы и учебники, созданные для 
обучения иностранному языку и психологии с использованием методик CLIL, 
ESP, EMI на примере темы стрессоустойчивость; 
3) проанализировать содержание тренингов стрессоустойчивости; 
4) разработать серию тестовых уроков по теме; 
5) выделить методические рекомендации и зоны дальнейших исследований. 
Для проверки гипотезы используются следующие методы: изучение психологической и педагогической литературы, анализ учебных пособий, изучение российского и зарубежного опыта преподавания психологии в процессе 
обучения иностранному языку, моделирование. 
Результатом проведенного исследования станет мини-курс психологической саморегуляции на английском, который можно использовать в рамках 
дополнительного образования, включать в расписание языковых школ, фрагментарно включать в университетский курс английского для психологов как 
деятельностный компонент обучения. Можно поддержать этим курсом и са- 
мих преподавателей: согласно исследованию P. Macintyre, уровень стресса в период Covid учителя иностранных языков оценили на 3 балла из 4 [49]. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


 
Ãëàâà 1 
 
×ÒÎ ÒÀÊÎÅ CLIL? 
 
В первой главе будут рассмотрены понятие и техники интегрированного 
обучения иностранному языку и психологии в следующих разрезах: 
1) определение и история CLIL, смежные подходы (ESP, EMI и CBI); 
2) основные понятия и принципы CLIL; 
3) сильные и слабые стороны CLIL; 
4) CLIL в обучении психологии. 
 
 
1.1. Îïðåäåëåíèå è èñòîðèÿ CLIL, 
ñìåæíûå ïîäõîäû (ESP, EMI, CBI) 
 
Для того, чтобы выбрать наиболее подходящий нашей цели подход для интегрированного преподавания психологических тренингов, последовательно рассмотрим четыре близкородственных подхода – ESP, EMI, CBIи CLIL. Каждый 
из них работает и с языком, и с предметом. Однако фокусы внимания разные.  
1. Иностранный язык для специальных целей (ESP – English for Specific 
Purposes). 
Т. Хантинсон и А. Уотерс [42, с. 23], видят суть ESP в следующем: 
–  подбор материала, исходя из профессионального запроса студентов;  
– формирование лингвистической компетенции (терминология, контекстно необходимая грамматика, особенности синтаксиса и структуры дискурса). 
ESP исторически фокусировался на чтении иностранной литературы и развитии академических компетенций, отчего когнитивная, коммуникативная и межкультурная компетенции в нем практически не отражены. Вместе с тем, ESP – 
наиболее популярный подход среди авторов учебников по психологии. В нем 
написано 11 из имеющихся в свободном доступе 13 учебников по психологии 
и английскому языку, а именно:  
1)  Иксанова Г. Р., Благовещенская А. А. English for students of psychology: Учебно-методическое пособие [3]; 
2)  Mikheeva, Natalia, Zakoyan, Lilit. Английский язык для психологов [51]; 
3)  Никошкова Е. В. Английский язык для психологов [11]; 
4)  Bran R., Pele A. English for students of psychology [24]; 
5)  Short, J. English for psychology [62]; 


 
6)  Е. В. Никошкова, К. А. Печкуров, З. В. Печкурова; Учебное пособие 
по английскому языку для студентов психологов [12]; 
7)  Е. А. Кокорина. Английский язык для психологов-педагогов: учебник [5]; 
8)  Коваленко П. И. Английский язык для психологов [4]; 
9)  О. Ю. Ольшванг. Английский язык для психологов [13]; 
10)  Е. А. Макарова. Английский язык для психологов: учебник и практикум для академического бакалавриата [9]; 
11)  Gilliland, Timothy, Dooley, Jenny «Career paths: Psychology» [35]. 
Несмотря на отсутствие в ESP необходимых для интеграции тренинга 
методологических оснований, последние два учебника будут рассмотрены для 
сравнения в пункте 2.2.3. Их выбор обусловлен тем, что только в них нашлась 
информация по теме «стрессоустойчивость».  
2. Преподавание профильных дисциплин на иностранном языке (EMI – 
English Medium Instruction). 
Согласно Али Каракасу [44], EMI в основном используется в университетах неанглоговорящих стран, и нацелен на углубление академических компетенций студентов и развитие академической интернационализации. Как и CLIL, 
он может углублять или дублировать предметное содержание курса на родном языке, но акцента на развитии языковых навыков в нем нет, язык – лишь 
средство обучения. В России этот метод используется для преподавания профильных классов в языковых школах (например, страноведение в Гимназии 12, 
Тамбов). 
В рамках этой работы будет рассмотрен учебник – Psychology a self –
Teaching guide авторов Frank J. Bruno, Ph. D [33]. Он отличается от прочих наличием в нем нескольких этапов работы со смысловым содержанием главы. 
Так как одна из глав непосредственно относится к содержанию тренинга, было 
решено включить его в список литературы для анализа как пример предметориентированных заданий по теме эмоции. 
3. Контентно-ориентированное обучение (CBI – Content-Based Instruction). 
Практически синонимичное CLIL название методики содержит в себе и 
не менее схожий генезис – CLIL появился в 90-е как часть программы обучения европейцев второму родному языку, а CBI – тогда же, для преподавания 
английского во франкоговорящей Канаде и билингвальных образовательных 
инициатив для иммигрантов в Северной Америке [25, c. 331]. Содержание подхода также двухфокусно: Страйкер и Ливер считают, что это «холистичный 
и глобальный подход к образованию в иностранном языке с фокусом на изучение языка через предмет, но не на предмет как таковой» [63, с. 6]. Вместе с тем 
Крэндал и Тукер [30, c. 83] определяют CBI как «интегрирующий подход к обу
 
чению предмету на языке <…!, также с акцентом на когнитивные и академические навыки» CBI, как и CLIL используется на всех ступенях обучения языку, 
как и CLIL является «зонтичным» подходом, собирающим под свое крыло 
множество техник и особенностей предметного преподавания. В этом контексте хочется вспомнить слова одного из основных представителей CLIL, 
Ду Койл: «В моем видении будущего CLIL, такой концепт или термин даже 
не будет использоваться, гармонично войдя в более холистическое и плюралистическое видение преподавания языка» [65, c. 89]. 
На данный момент заметных работ, на стыке между CBI и психологией 
обнаружить не удалось. Однако, учитывая популярность этого подхода в Америке можно рассчитывать на развитие и исследование этой отрасли в дальнейшем. 
4. Предметно-языковое интегрированное обучение (CLIL – Contentand 
Language Integrated Learning). 
Термин «CLIL» был введен Дэвидом Маршем в 1994 году чтобы описать 
«образовательный подход с двумя целями: овладение языком и овладение предметом, когда дополнительный язык (additional language) используется для преподавания профессионального предмета (content)» [29, c. 1]. 
Предпосылками к появления этого подхода стала языковая политика ЕС, 
согласно которой гражданам ЕС стоило владеть родным языком и двумя иностранными. С политической точки зрения, это должно было способствовать мобильности специалистов внутри ЕС. С позиции образовательной инициативы, 
было важно сделать существующие подходы преподавания языка более компетентностно-ориентированными [47].  
Основными чертами CLIL Родионова Е. В. считает следующие элементы, 
представленные в статье: интегративный подход, «теорию двух порогов», 4 С, 
теорию BICS/CALP, таксономию образовательных целей Б. Блума, компетентностный подход. Эти понятия будут более подробно рассмотрены в пункте 1.2. 
Согласно Хилларду, на CLIL сильнейшим образом повлияли идеи ESP, проектной работы, TBL (Task-Based Learning), коммуникативный и лексический метод. 
Главная цель CLIL – создание «аутентичной обстановки для сознательного (meaningful) обучения, где учащиеся могут вовлечься в исследование мира, 
в процессе используя иностранный язык» [34, c. 12]. Вместе с тем предполагается, что учащиеся будут замечать язык через взаимодействие и совместную 
деятельность, а не изучение грамматики, что переводит фокус на коммуникативный метод с приоритетом на предметное понимание. 
 


 
Несмотря на это, CLIL позиционируется как подходящий ученикам, не- 
имеющим высокого уровня владения языком. Предполагается, что они будут 
учить язык параллельно с предметом. Это возможно благодаря балансу рецептивных и продуктивных активностей, практике во всех ключевых навыках 
(чтение, письмо, говорение, слушание) а также возможности встраивать предметное содержание CLIL уроков в предметную программу на родном языке, 
углубляя ее содержание [29]. 
Развивавшийся «снизу», как инициатива в норвежских и финских средних школах, СLIL распространился на языковые лагеря и высшее образование 
далеко за пределы Европы.  
Будучи еще совсем молодым, этот подход уже исследуется и используется для разработки курсов в российских вузах. Так, П. В. Сысоев [17] выделил следующих авторов: Сысоев П. В., Завьялов В. В. (элективный языковой 
курс «Introduction to Law»), Чучалин А. И., Амерханова О. О. (CLIL курс экономики в вузе), Салехова Л. Л. (CLIL курс математики в вузе), Крылов Э. Г. 
(CLIL курс инженерным дисциплинам в вузе). При этом сфера CLIL и обучения 
психологии в России пока исследована недостаточно. Что же касается работ зарубежных ученых, они будут подробнее рассмотрены в пункте 1.4. 
 
 
1.2. Îñíîâíûå ïîíÿòèÿ è ïðèíöèïû CLIL 
 
В этом пункте будет рассмотрена методологическая база CLIL, а именно: 
концепция 4C (+ таксономия Блума и квадрант Камингса) и базовые принципы CLIL. 
1. Интегративная составляющая CLIL проявляется не только через междисциплинарные связи, но и взаимопроникающее синергетическое взаимодействие современных образовательных тенденций внутри подхода. Именно такой 
является модель 4 «С» (Content, Communication, Cognition, Culture), создающая 
концептуальную основу подхода. Давайте последовательно рассмотрим каждый компонент.  
Content (Содержание) 
Как и в традиционном обучении, предметная составляющая CLIL строится на тех знаниях, которые у обучающихся уже есть. Она может их расширять, углублять, добавлять новые грани, таким образом повышая мотивацию 
и языковую активность учащихся. По словам Родионовой Е. В., содержатель- 
 


Доступ онлайн
500 ₽
В корзину