Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Концепты «Жизнь» и «Смерть» в художественной картине мира В.П. Астафьева

Покупка
Артикул: 618367.03.99
Доступ онлайн
280 ₽
В корзину
Монография посвящена исследованию ключевых концептов «Жизнь» и «Смерть» как элементов художественной картины мира русского прозаика второй половины XX - начала XXI в. В. П. Астафьева - виднейшего представителя той прозы, которую долгое время условно именовали «деревенской». Автор книги показывает, что в произведениях писателя органично сочетаются философичность, социальный пафос, углубленный психологизм, отражаются наиболее важные слагаемые современного народно-национального бытия. Особое внимание в книге уделяется образным репрезентантам концептов «Жизнь» и «Смерть». Монография адресована лингвистам, литературоведам, студентам и всем, кто интересуется творчеством В. П. Астафьева.
Осипова, А. А. Концепты «Жизнь» и «Смерть» в художественной картине мира В.П. Астафьева : монография / А. А. Осипова. - 3-е изд., стер. - Москва : ФЛИНТА, 2025. - 200 с. - ISBN 978-5-9765-1429-4. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2223237 (дата обращения: 18.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
А.А. Осипова 
КОНЦЕПТЫ 
«Жизнь» и «Смерть»  
В ХУДОЖЕСТВЕННОЙ 
КАРТИНЕ МИРА 
В.П. АСТАФЬЕВА 
Монография 
3-е издание, стереотипное
Москва
Издательство «ФЛИНТА» 
2025


УДК 821.161.1 
ББК 83.3(2=411.2)6 
О74 
Р е ц е н з е н т : 
д-р филол. наук, проф. С.Г. Шулежкова 
(г. Магнитогорск) 
О74 
Осипова А.А. 
 Концепты «Жизнь» и «Смерть» в художественной картине мира 
В.П. Астафьева : монография / А.А. Осипова.  — 3-е изд., стер. —  Москва : 
ФЛИНТА, 2025. — 200 с. — ISBN 978-5-9765-1429-4. — Текст : электронный.
Монография 
посвящена 
исследованию 
ключевых 
концептов 
«Жизнь» и «Смерть» как элементов художественной картины мира русского 
прозаика второй половины XX – начала XXI в. В.П. Астафьева – виднейшего 
представителя 
той 
прозы, 
которую 
долгое 
время 
условно 
именовали 
«деревенской». Автор книги показывает, что в произведениях писателя органично 
сочетаются философичность, социальный пафос, углубленный психологизм, 
отражаются наиболее важные слагаемые современного народно-национального 
бытия. Особое внимание в книге уделяется образным репрезентантам концептов 
«Жизнь» и «Смерть». Монография адресована лингвистам, литературоведам, 
студентам и всем, кто интересуется творчеством В.П. Астафьева.
УДК 821.161.1 
ББК 83.3(2=411.2)6 
ISBN 978-5-9765-1429-4 
© Осипова А.А., 2021
© Издательство «ФЛИНТА», 2021 


 
СОДЕРЖАНИЕ 
 
ВВЕДЕНИЕ........................................................................................................... 4 
 
ГЛАВА I. Концепт «Жизнь» как элемент русской языковой картины  
мира и художественной картины мира В. П. Астафьева........................16 
1.1. Концепт «Жизнь» в языковой картине мира (по лексикографи- 
ческим данным) ......................................................................................16 
1.2. Концепт «Жизнь» в художественной картине мира  
В. П. Астафьева .......................................................................................23 
1.2.1. Ядерная зона........................................................................24 
1.2.2. Околоядерная зона..............................................................39 
1.2.3. Периферийная зона.............................................................57 
 
ГЛАВА II. Концепт «Смерть» как элемент русской языковой картины 
мира и художественной картины мира В. П. Астафьева........................68 
2.1. Концепт «Смерть» в языковой картине мира (по лексикографи- 
ческим данным).......................................................................................68 
2.2. Концепт «Смерть» в художественной картине мира  
В. П. Астафьева .......................................................................................72 
2.2.1. Ядерная зона........................................................................74 
2.2.2. Околоядерная зона..............................................................88 
2.2.3. Периферийная зона.............................................................128 
 
ГЛАВА III. Образные вербализаторы концептов  
«Жизнь» и «Смерть» в творчестве В. П. Астафьева................................147 
 
ЗАКЛЮЧЕНИЕ ...............................................................................................180 
 
ЛИТЕРАТУРА .................................................................................................183 
 
 
 
 
 
 


 
ВВЕДЕНИЕ 
 
Изучение концептов является одним из актуальных направлений в лингвистике последних десятилетий. Об этом свидетельствуют теоретические исследования концепта (см. [Лихачев 1993; Карасик 1996; Бабушкин 1997; Булыгина, Шмелев 1997; Слышкин 1999, 2000; Стернин 2001; Алефиренко 2002, 
2003; Григорьев 2003; Болдырев 2004; Крючкова 2004; Никитин 2004; Рудакова 
2004; Прохоров 2009; Попова, Стернин 2010; Голованова 2011] и др.), а также 
значительное количество работ, посвященных описанию конкретных концептов 
(см. [Бабурина 1998; Шаховский, Панченко 1999; Белобородова 2000; Красс 
2000; Никитин 2002; Севрюгина 2002; Зайнуллина 2003; Колокольцева 2003; 
Рябова 2003; Чекалина 2003; Анохина 2004; Корносенков 2008; Юрьева 2008; 
Александрович 2009; Семенов 2009; Савенкова 2011] и др.). Отдельные концепты, ключевые в картине мира народа, вызвали наибольший интерес и стали 
предметом рассмотрения нескольких исследователей (например, «Война» [Долгополов 2003; Венедиктова 2004; Першина 2010], «Любовь» [Данькова 2000; 
Воркачев 2003; Чурилина 2007; Соловьева 2009], «Память» [Кубрякова 1991; 
Шулежкова 2003а, 2003б; Шаталова 2005], «Труд» [Токарев 2000, 2003; Жуков 
2004; Чернова 2004]). 
 
Настоящая работа посвящена анализу концептов «Жизнь» и «Смерть», 
которые занимают важное место в ряду ценностных понятий носителей русского языка. Названные концепты уже описывались лингвистами как отдельно, так 
и в сопоставлении [Павлович 1996; Юминова 1999; Дзюба 2001; Хо Сон Тэ 
2001; Чернейко 2001; Бычкова 2004; Чумак 2004; Ипанова 2005; Кудрина 2005; 
Исина 2007; Лоскутова 2009; Черных 2009; Щаренская 2009]. Выбор концептов 
«Жизнь» и «Смерть» как объекта исследования обусловлен их важностью в 
русской национальной картине мира. По словам Л. А. Шестак, существуют исходные, первичные концепты, из которых затем развиваются все остальные. 
«Наиболее существенные концепты организуют само концептуальное пространство и выступают как главные рубрики его членения. Основными консти
туентами концептуальной системы являются объект восприятия и его части: 
изменение (движение и действие с объектом), место (пространство), время и 
признаки объектов и действий» [Шестак 2003: 17]. В настоящей монографии 
продолжается изучение концептов «Жизнь» и «Смерть» как базовых концептов 
русской национальной картины мира. 
При всем многообразии определений концепта в исследованиях различной направленности, в том числе и собственно лингвистических, одно его свойство представляется бесспорным − абсолютная антропоцентричность (принадлежность сознанию субъекта − коллективного и индивидуального). Человек 
становится «центром координат, определяющих предмет, задачи, методы, ценностные ориентации современной лингвистики» [Попова Е. 2002: 69]. Язык, в 
свою очередь, также является «насквозь антропоцентричным». Он осмысливается в наши дни «как обусловленное культурой и переживаемое в индивидуальном сознании знание о мире, проявляющееся в коммуникативной деятельности» [Карасик 2009: 5].  
 Введение в рамки лингвистических исследований термина «концепт» 
явилось «результатом сдвига в ориентациях: от трактовки смысла как абстрактной сущности, формальное представление которой отвлечено и от автора высказывания, и от его адресата», к изучению смысла, существующего в человеке 
и для человека [Фрумкина 1992: 30; 1995: 89]. Сегодня нельзя дать ответы на 
главные вопросы языкознания вне рассмотрения принципов, регулирующих и 
определяющих познавательную деятельность человека. Ныне когнитивисты 
убеждены, что язык по-прежнему можно рассматривать как систему – но не как 
замкнутое автономное образование, а как нечто, коррелирующее с другими 
системами, к которым имеет отношение человек. В основе когнитивного отношения к языку лежит понимание и изучение языка как «средства формирования 
и выражения мысли, хранения и организации знания в человеческом сознании, 
обмена знаниями» [Болдырев 2004: 19]. Язык − это окно в окружающий мир и 
духовный мир человека, в его интеллект, это средство доступа к тайнам мысли
тельных процессов. В связи с этим цель когнитивной лингвистики состоит в 
том, чтобы посредством языка проникнуть в формы разных структур знания и 
описать существующие между ними и языком зависимости, смоделировать, насколько это возможно, сами эти структуры, их содержание и связи, внося вклад 
в общую теорию интеллекта. При этом лингвисты стараются подойти к решению проблем сообща, «объединяя усилия разных наук и вырабатывая как некоторую общую систему допущений (assumptions), так и критически пересматривая накопившиеся по этому поводу знания в свете новейших достижений наук, 
которые ранее были неизвестны» [Кубрякова 2004: 9].  
Несмотря на большое число лингвистических, лингвокультурологических, литературоведческих трудов, посвященных описанию концептов, в теории концепта остается немало нерешенных вопросов. Одним из таких вопросов 
является соотношение концепта и понятия. Здесь намечается два основных 
подхода (см. обзор, например, в работах [Карасик 1996: 6; Савенкова 2002: 118–
122] и др.). Сторонники первого отождествляют концепт и понятие. Такое понимание восходит к разработке теории концепта, начало которой положил русский философ С. А. Аскольдов-Алексеев, понимавший концепт как «содержание акта сознания», как «мысленное образование, которое замещает нам в процессе мысли неопределенное множество предметов одного и того же рода»
[Аскольдов 1997: 267], и считавший, что основная функция концептов − заместительная. Трактовка термина «концепт» является схожей в философии и в
лингвистике, но нельзя назвать ее тождественной. В философии «концепт (лат.
conceptus − ‘понятие’) − содержание понятия, его смысловая наполненность в
отвлечении от конкретно-языковой формы его выражения. Концепт − «это точка пересечения («совпадения», «скопления», «сгущения») своих составляющих», «образ мысли» и в то же время «неразделимость конечного числа разнородных составляющих» [Новейший филос. словарь 2001: 503–504].
Знания понятийного характера являются составными частями концепта, 
но, как отмечает Р. М. Фрумкина, «...одному и тому же имени (слову) в психике 


 
разных людей могут соответствовать разные ментальные образования <...> за 
одним и тем же словом данного языка в сознании разных людей могут стоять 
разные концепты» [Фрумкина 1992: 3]. Различия одноименных концептов в 
сознании разных людей не могут быть объяснены с позиции «уравнивания» 
концепта и понятия, в связи с чем в лингвистике сформировался другой подход 
к определению соотношения концепта и понятия, согласно которому «концепт 
шире и объемнее понятия» [Алефиренко 2002: 17]. В. И. Карасик рассматривает 
концепт как многомерное ментальное образование и отмечает в нем три измерения − образное («зрительные, слуховые, тактильные, вкусовые, воспринимаемые обонянием характеристики предметов, явлений, событий, отраженных 
в нашей памяти»), понятийное («языковая фиксация концепта, его обозначение, 
описание, признаковая структура, дефиниция, сопоставительные характеристики данного концепта по отношению к тому или иному ряду концептов, которые 
никогда не существуют изолированно») и ценностное (важность этого психического образования и для индивидуума, и для коллектива) [Карасик 2001: 8]. 
Ю. С. Степанов также указывает на сложность структуры концепта: «С одной 
стороны, к ней принадлежит все, что принадлежит строению понятия; а с другой стороны, в структуру концепта входит все то, что и делает его фактом культуры − исходная форма (этимология), сжатая до основных признаков содержания история; современные ассоциации; оценки и т. д.» [Степанов 1997: 40]. 
 
Многие ученые, понимая близость терминов «понятие» и «концепт», пытаются их развести. Так, например, С. Г. Воркачев, обобщая точки зрения на 
концепт и его определения в лингвистике, приходит к следующему заключению: «Концепт − это единица коллективного знания/сознания (отправляющая к 
высшим духовным ценностям), имеющая языковое выражение и отмеченная 
культурной спецификой». Общим в этом определении остается родовой признак − принадлежность к области идеального, видовые же отличия (форма знания/сознания − логическая/рациональная, психологическая/образная, языковая) 
«нейтрализуются, а их место занимают вербализованность и этнокультурная 


 
маркированность» [Воркачев 2004: 70]. Причину терминологизации лексемы 
«концепт» С. Г. Воркачев видит в потребности «этнокультурной авторизации 
семантических единиц − соотношении их с языковой личностью» [Там же: 71]. 
В. В. Колесов пишет: «...понятие есть приближение к концепту, это явленность 
концепта в виде одной из его содержательных форм» [Колесов 2004: 20]. 
 
Несмотря на то, что теории концепта в современной лингвистике посвящены работы многих ученых, в лингвистических исследованиях так и не возникло общепризнанного определения термина «концепт», единого подхода к 
методике анализа языкового материала. Периоды утверждения термина «концепт» в науке достаточно подробно анализируются в работе А. В. Рудаковой 
[Рудакова 2004: 23–24]. В настоящее время также существуют различные толкования термина «концепт» (это и «многомерный сгусток смысла», и «смысловой квант бытия», и «ген культуры» [Ляпин 1997: 16–17], и «некая потенция 
значения» [Лихачев 1993: 6], и «сгусток культуры в сознании человека; то, в 
виде чего культура входит в ментальный мир человека» [Степанов 1997: 40]; 
это − «эмбрион мыслительной операции» [Аскольдов 1997: 273]). 
Концепт хранится в долговременной памяти и может быть восстановлен в 
словах, не совпадающих буквально с воспринятым, но таких, в которых сконцентрирован тот же смысл, который содержался в логическом интеграле полученного высказывания [Жинкин 1982]. В процессе коммуникации усваивается 
то или иное контекстуальное значение или смысл как часть концепта; в дальнейшем, если это необходимо, коммуникант подбирает для него подходящую 
речевую форму. Синонимические ряды позволяют быстро сделать соответствующий выбор, из чего следует, что в языке нет ничего избыточного, лишнего. 
С другой стороны, воспринимаемый дискурс может сжаться в концепт, содержащий смысловой сгусток всего текстового отрезка.  
 
Как совокупность всего знания об объекте или явлении концепт отличается от понятия (в особенности научного) и значения (как языковой сущности) 
тем, что является базовым перцептивно-когнитивно-аффективным образовани
ем динамического характера, подчиняющимся закономерностям психической 
жизни человека [Залевская 2001: 39]. Данный психолингвистический подход к 
осмыслению феномена концепта несколько отличен от лингвокультурологического направления, при котором концепты характеризуются как первичные 
культурные образования, являющиеся выражением объективного содержания 
слов, имеющие смысл и поэтому транслируемые в различные сферы бытия человека, в частности, в сферы понятийного, образного и деятельностного освоения мира [Карасик 2001: 77]. 
Хотя в трудах лингвистов (Н. Д. Арутюновой, Р. И. Павилениса, 
А. Вежбицкой, Д. С. Лихачева, Е. С. Кубряковой, В. Н. Телии, С. Г. Воркачева, 
Ю. С. Степанова и др.) концепт рассматривался как синоним понятия, впоследствии Ю. С. Степановым «была замечена нежесткость связи понятия с его знаковой формой и сделан шаг к сближению с современной логикой. В дальнейшем при этом сближении понятие (концепт) стало выводится из употребления 
разных слов и конструкций...» [БЭС 2000: 383–384]. Процедуру «выведения» 
понятия (концепта), за основу которого «берутся и предложения, и их номинализации, и существительные конкретного и общего значения с учетом контекста употребления», Ю. С. Степанов называет «концептуальным анализом». Задача такого анализа − «сделать концепты более определенными» [Там же: 384]. 
В нашем исследовании вслед за Л. А. Шестак концепт рассматривается 
как «ментальное образование полевой структуры с инвариантной коллективно 
выработанной и понятийно структурированной, оформленной ядерной частью 
и индивидуальной ассоциативно-мерцающей периферийной» [Шестак 2003: 
165]. Он включает в себя, помимо знаний понятийного характера, образную и 
ценностную составляющие. 
В настоящее время в концептуальных исследованиях четко выделяется 
несколько подходов:  


 
 
– психологический (С. А. Аскольдов-Алексеев и Д. С. Лихачев, полагающие, что возникновение концепта видится в столкновении словарного значения 
с личным и народным опытом);  
 
– логический (Н. Д. Арутюнова и др., отразившие свои взгляды в сборниках «Логический анализ языка»; суть подхода проявляется в противопоставлении научного и «наивного» знания);  
 
– философский (В. В. Колесов и др. лингвисты, которые рассматривают 
концепты как основные единицы национальной ментальности, представленной 
в языке);  
 
– лингвокультурологический (Ю. С. Степанов, В. И. Карасик, утверждающие, что концепт − это основная ячейка культуры в ментальном мире человека, которая хранит значимые осознаваемые типизируемые фрагменты опыта. Концепт обладает сложной структурой, и ключевые концепты являются 
константами культуры; В. А. Маслова, В. В. Воробьев, использующий термин 
«лингвокультурема» и полагающие, что «язык не только связан с культурой: он 
растет из нее и выражает ее» [Маслова 2001: 28]. Последняя точка зрения предполагает изучение всех пластов языка: диалектов, просторечия, арго, фразеологизмов, паремий и др.);  
 
– интегративный (отражен в работах С. Х. Ляпина, Г. Г. Слышкина, 
С. Г. Воркачева, которые рассматривают концепт как многомерное культурно 
значимое социопсихическое образование в коллективном сознании, имеющее 
языковое выражение);  
 
– лингвоантропологический (представлен в работах М. П. Одинцовой, 
О. С. Иссерс, Л. Б. Никитиной и др., которые в центр исследования ставят человека в его разных ипостасях);  
 
– когнитивный (представлен в работах Е. С. Кубряковой, И. А. Стернина, 
Н. Н. Болдырева и др., считающих основной целью «посредством постижения 
языка проникнуть в формы разных структур знания и описать существующие 
между ними и языком зависимости» [Болдырев 2004: 23]).  


Доступ онлайн
280 ₽
В корзину