Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Историческая психология: пропедевтические очерки, эссе и суждения. Избранные труды. Том 1

Покупка
Артикул: 864293.01.99
Доступ онлайн
300 ₽
В корзину
Научное издание Королёва Анатолия Акимовича, доктора исторических наук, профессора, главного научного сотрудника Среднерусского института управления - филиала Академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, профессора кафедры истории и регионоведения Московского гуманитарного университета, заслуженного деятеля науки РФ, академика РАЕН, посвящено рассмотрению места и роли нарождающейся синтетической отрасли научного знания, имеющего двуединый характер, детище материнских дисциплин - истории и психологии. Автор предложил оригинальную концепцию предметного (проблемного) поля. В отличие от аналогичных трудов по названию, работа лишена абстрактного философствования, основывается на изучении менталитета Человека Исторического, его мотивов, установках, ценностных ориентациях в различные исторические эпохи.
Королев, А. А. Историческая психология: пропедевтические очерки, эссе и суждения. Избранные труды. Том 1 : монография / А. А. Королев. – Орёл : Издательство Среднерусского института управления – филиала РАНХиГС, 2020. - 297 с. – ISBN 978-5-93179-662-8. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2221442 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
СРЕДНЕРУССКИЙ ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ – 
ФИЛИАЛ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА 
И ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ 
ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 
МОСКОВСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
Королёв А. А.
ИСТОРИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ: 
ПРОПЕДЕВТИЧЕСКИЕ ОЧЕРКИ, 
ЭССЕ И СУЖДЕНИЯ
Избранные труды
ТОМ 1
Орёл, 2020


УДК 159.9:93
ББК  88.1
 
К 68
Рекомендовано к изданию учёным советом 
Среднерусского института управления – филиала РАНХиГС
Рецензенты:
Меркулов П. А. – доктор исторических наук, 
кандидат философских наук, профессор, директор Среднерусского института 
управления – филиала Российской академии народного хозяйства 
и государственной службы при Президенте РФ
Карабущенко Н. Б. – доктор психологических наук, профессор, 
зав. кафедрой психологии и педагогики 
Российского университета дружбы народов
Королёв А. А.
К 68 
 Историческая психология: пропедевтические очерки, эссе и суждения. Избранные труды. Том 1. – Орёл: Издательство Среднерусского 
института управления – филиала РАНХиГС, 2020. – 296 с.
ISBN 978-5-93179-662-8
Научное издание Королёва Анатолия Акимовича, доктора исторических наук, 
профессора, главного научного сотрудника Среднерусского института управления – филиала Академии народного хозяйства и государственной службы при 
Президенте РФ, профессора кафедры истории и регионоведения Московского 
гуманитарного университета, заслуженного деятеля науки РФ, академика РАЕН, 
посвящено рассмотрению места и роли нарождающейся синтетической отрасли научного знания, имеющего двуединый характер, детище материнских дисциплин – истории и психологии. Автор предложил оригинальную концепцию 
предметного (проблемного) поля. В отличие от аналогичных трудов по названию, 
работа лишена абстрактного философствования, основывается на изучении менталитета Человека Исторического, его мотивов, установках, ценностных ориентациях в различные исторические эпохи.
ББК 88.1
ISBN 978-5-93179-662-8 
© Королёв А. А., 2020
©  Среднерусский институт управления – 
филиал РАНХСиГС, 2020


СОДЕРЖАНИЕ
ОТ АВТОРА  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .  4
РАЗДЕЛ 1. Я так вижу, или Концептуальный поиск 
предметного поля исторической психологии . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .  9
1.1.  Вера Александровна Кольцова – ученый, наставник  
и доброй души человек . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .9
1.2.  Историческая психология как интегральная отрасль 
человекознания. Некоторые вопросы теории и методологии . . . . . . . . . . .18
1.2.1. Теория – путеводная звезда  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .18
1.2.2. Психоистория . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .23
1.2.3. Историческая психология – качественная дисциплина . . . . . . . . . . .25
1.2.4. Как количеством измерить качество?  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .27
1.2.5. Методология – соцветие научных подходов, методов, 
инструментов  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .30
1.2.6. Категории и понятия: каркас и реперные точки исследования . . . .52
1.2.7. Источники  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .62
1.2.8. Взгляд психолога. Историографические заметки  . . . . . . . . . . . . . . .66
1.2.9. Взгляд историка. Историографические заметки  . . . . . . . . . . . . . . .71
1.3.0. Историческая психология: внутривидовой диалог . . . . . . . . . . . . . . .83
1.3.1. Межвидовая (межпредметная) интеграция: трилог и полилог . . . .93
Summaries . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .103
РАЗДЕЛ 2. Историогенез и проблемы российского менталитета . . . . . . .124
2.1.  Российская цивилизация в глобальном и локальном измерении 
(социально-духовный ракурс). . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .124
2.2. Менталитет – проблема межпредметная . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .153
РАЗДЕЛ 3. Очерки, статьи, эссе разных лет . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .179
3.1.  Человек в ином обличье, или Купанье в чужой славе 
(самозванцы в России: история и современность) . . . . . . . . . . . . . . . . . . .179
3.2.  Разноликий мир русского масонства 
(масоны вчера, сегодня... завтра?..) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .202
3.3.  Личность в истории (социально-психологический взгляд). 
Жизнь без них немыслима, скучна и пресна (гении и таланты) . . . . . . . .219
РАЗДЕЛ 4. «Где, укажите нам, отечества отцы, которых мы должны 
принять за образцы?» (психология элит в прошлом и настоящем) . . . . .240
4.1. Элита в России через призму исторической психологии . . . . . . . . . . . . . .240
4.2.  «Новые кочевники» и российская предпринимательская 
и управленческая элита . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .249
4.3. Российская элита: время и бремя перемен  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .263
РАЗДЕЛ 5. «Не сотвори себе кумира» (деструктивные секты 
как способ психологического насилия) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .271


ОТ АВТОРА
Есть необходимость объясниться с читателями по нескольким 
причинам. Во-первых, наступил такой рубежный этап в моей жизни, 
когда пришло время с высоты прожитых лет обозреть и подвести 
некоторые итоги научно-исследовательской и преподавательской 
работы в области исторической психологии. Во-вторых, выбрать из 
моих 460 научных работ именно те, которые отвечали бы содержанию и духу этой старо-новой отрасли человекознания. В-третьих, 
почему такое название: пропедевтические очерки, эссе и суждения. 
Да все просто. Я не претендую на роль эдакого всезнающего мэтра, 
а хочу ввести читателя (особенно молодого – студента) в мир поиска 
находок и блужданий в лоне нарождающейся научной дисциплины, 
получившей свое признание, отграничение от других отраслей научного знания, короче: свое конституционное оформление с соответствующими атрибутами (методы, понятия, источники и т. д.) Отсюда 
пропедевтика – введение в специальность. Жанр эссе – некий концентрат научных постулатов, «ума холодных наблюдений и сердца 
горестных замет», исторических параллелей, аллюзий и аналогий – 
позволяет передать личностно-чувственный опыт, а суждения как 
форма запечатления мысли – пережитое, философски окрашенное 
бытие. В-четвертых, коль это избранные труды, значит, нужен некий 
путеводитель по тексту, мотивационный и исторический комментарий появления в физическом и духовно-нравственном мире того 
или иного опуса. В-пятых, некоторые фрагменты этого издания несут следы эссеистики (по меткому выражению безымянного автора, 
«размышлизмов», суждений, не отлитых в строгую семантическую 
и логическую форму).
Историческая психология для меня как историка «одна, но пламенная страсть»: и важнейший научный интерес, и хобби, которое 
реализовывалось на протяжении нескольких десятков лет в виде 
спецкурса «История и психология: неумолчный диалог в Московском гуманитарном университете». Кроме того, на факультете международных отношений я читал спецкурсы по глобалистике и геополитике.
Будучи зав. кафедрой истории, я, не скрою, использовал свой авторитет и влияние на формирование повестки научных конференций с акцентом на историко-психологические аспекты. Например, 
«Террор и терроризм: исторические и психологические аспекты» 
(2008 г.), организованную МосГУ, Институтом психологии РАН, 
Академией федеральной службы наказания, Межрегиональной общественной организацией «Казачье братство».


В определенной степени проведение ряда научных форумов 
объяснялось ситуативным подходом. Так, мне довелось выступать 
в РУДН на защите докторской диссертации Н. Б. Карабущенко (ныне 
зав. кафедрой психологии этого вуза) в качестве неофициального 
оппонента. Привлекла тематика: не избитая, актуальная, имеющая 
отношение практически к каждому. Несмотря на то, что понятие 
«элита» вошло в политический лексикон, словари как образец для 
подражания в поведении и образе жизни, к сожалению, за элитой 
у нас и на Западе закрепилось понятие, имеющее административные, управленческие, командные функции. Содержательная сторона деятельности этих людей – функционеров, правящей элиты не 
остается неизменной. Исследователи-элитологи прогнозируют, что 
в ближайшее время произойдет не эволюционный переход, где «властвует хронополитика, а прошлое и будущее разделяет фазовый переход, основные активы российской квазиэлиты в мире будущего – 
обуза, а не потенциал».1
По мнению Е. С. Лариной, в ближайшие 10-15 лет, а возможно 
и раньше, произойдет резкое деление мира не по географическому, 
а по временному или технологическому признаку. Структура господствующей небольшой элиты передовых в технологическом отношении стран (0,3-0,5 % населения), так называемых holders (холдеров). 
Эта группа будет состоять из разработчиков алгоритмов, программ, 
технологий. Именно они станут, – пишет Ларина, – обладателями 
гибридного интеллекта и улучшенных физиологических носителей (тел) на основе достижения синтетической биологии... Порядка 5-10% населения стран – технологических лидеров составит 
staff -персонал». Что касается остального населения развитых стран 
Запада, что оно превратится в Lamers (ламеров), т. е. людей, не нужных для воспроизводства в «прекрасном новом мире».2
Исходя из комплекса обстоятельств (личных, общественных и научных) я предложил коллегам из учебных и научных учреждений 
провести общероссийскую конференцию «Элита России в прошлом 
и настоящем: Социально-психологические и исторические аспекты» 
(2010 г.)
Затем аналогичные научные форумы проводились еще дважды. 
В жизни, как в армии, кто предложил то или иное решение, тот и 
выполняет. Пришлось готовить заглавные доклады, которые и помещены в данном сборнике.
Нельзя обойти вниманием серии материалов, посвященных молодежной проблематике. Первые публикации мои появились в районной газете Ясногорского района Тульской области (1957 г.). Они 
были посвящены Всемирному фестивалю молодежи и студентов 


в Москве, повседневной жизни средней школы № 1, которую я заканчивал. В этом же году появились корреспонденции в областной 
газете «Молодой коммунар» о работе юных биологов на пришкольном участке под руководством старейшего учителя О. И. Тутовой. 
Как сейчас помню название этой публикации «Экспериментируют, 
дерзают, учатся». Во время учебы в ТГПИ им. Л. Н. Толстого, будучи 
зам. редактора многотиражной газеты «За педагогические кадры», 
пописывал на студенческие темы. После окончания вуза – работал 
непосредственно с молодежью в обкоме комсомола, в «Молодом 
коммунаре», в ЦК ВЛКСМ. Значительный отрезок моей жизни (почти 50 лет) связан с ВКШ при ЦК ВЛКСМ, Институтом молодежи, 
Московским гуманитарным университетом. Долгое время возглавлял молодежную кафедру. Докторская диссертация была посвящена 
воспитанию молодежи. Научное руководство, подготовка монографий, статей, аннотирование докторских и кандидатских диссертаций, подготовка дипломов для комсомольского руководства и т. д. – 
всего не счесть.
Ряд моих статей и монографий был навеян тем, что я был участником ряда значительных событий, жил внутри них, использовал метод 
включенного внимания. Это, конечно, афганская война, ветераном 
которой я являюсь. В 1980-81 гг. служил по ведомству Министерства иностранных дел, отправлял функции политического советника 
посольства СССР в ДРА. Одновременно был деканом молодежного 
факультета Института общественных наук ЦК НДПА, зав. кафедрой 
строительства Народно-демократической партии Афганистана и зав. 
кафедрой строительства Демократической организации молодежи 
Афганистана. Наряду с другими материалами по афганской войне 
(войне без флангов и тыла, по-существу – партизанской) опубликовал статью «Афганский синдром».
И еще. Пришлось изнутри отчасти прикоснуться к внутренней 
жизни русского масонства. Будучи председателем Государственной 
аттестационной комиссии на историческом факультете Московского открытого университета им. М. А. Шолохова, я познакомился 
с трудами масоноведов – преподавателей этого учебного заведения 
С. П. Карпачёвым (у которого я был внештатным оппонентом по докторской диссертации, посвященной российским масонам конца 19 – 
начала 20 вв.) и И. В. Сучковым. Через них я вышел на сообщество 
российских (8 из 12) масоноведов. С их помощью провел круглый 
стол по проблемам русского тайного общества. По итогам вышел 
сборник научных трудов.3
Как это принято в диссертационных работах (а ваш покорный 
слуга более 20 лет руководил докторским советом по истории), начи
нают с освещения теоретических, методологических, историографических и источниковедческих аспектов проблемы. А что значит – решить проблему? По моему разумению, это значит найти путь (пути) 
ее решения – от незнания к знанию, найти своего рода путеводную 
звезду, освещающую дорогу в страну познания.
Что же касается философского конкретно-исторического содержания фундаментальных категорий и понятий, то начинаю повествование (после теоретико-методологических штудий) с проблемы 
становления и развития российского менталитета (этноменталитета) как основополагающей категории социогуманитарного знания, 
в частности историко-психологического. Без понимания его сущности, содержания и структуры нельзя охарактеризовать духовность 
Человека Исторического как специфического способа психической 
жизни, как выражение человечности.
Менталитет как духовно-нравственная субстанция не существует 
в безвоздушном пространстве, влияет на весь спектр мотивов, установок, ценностных ориентаций, на социальное поведение как отдельного индивида, так и группы, общности. Этноменталитет проявляется в образе той или иной страны и населяющего ее народа (народов), 
в национальном характере, национальной (русской) идее и т. д.
В чем новизна данной работы? Во-первых, сделана попытка собрать воедино взгляды, структурировать их, историков, психологов 
и их смежников (философов, культурологов, социологов и т. д.) на 
предмет, структуру, методы, историографию, источники. Во-вторых, 
в отличие от предшественников, которые самокритично оценивают 
свои труды в отрыве от конкретно-исторических событий, я стремился привлечь событийный материал. Например, «Самозванцы в 
России в прошлом и настоящем: социокультурный и историко-психологический подход». Примечательно, что характерные черты русского народа проявляются в переломные, переходные эпохи, в периоды так называемых Смут, «нестроений», следуя церковному языку. 
Смуты имеют обыкновение на Руси (России) происходить через 
500–600 лет. К сожалению, в данном сборнике (ввиду их большого 
объема) я не смогу поместить работы: 
– Формирование криминального менталитета в России: история 
и современность. Научная монография. Орел, 2018;4
– На той далекой, на Гражданской... (Гражданская война. 1917–
1922 гг.). Орел, 2019;5
– Событие, которое потрясло мир: Великая российская революция 1917 г. Орел, 2019;6
Указанные работы написаны через призму исторической психологии.


В-третьих, основательно прописана тема «Роль личности в истории» с учетом социально-психологических, духовно-нравственных 
аспектов и историко-событийного контекста.
В-четвертых, особенностью моего взгляда как исследователя 
исторической психологии является ризомный подход к изучению 
деятельности и психологии Человека Исторического – человека как 
давно ушедших эпох, так человека современного с проступающими чертами человека будущего, «глобального человека». Старался 
(не знаю, удалось или нет) «вчувствоваться» в переживаемую нами 
эпоху, наполнить ее живыми, действующими современниками, уникальными по своей сути, а не статистическими и социологическими 
единицами измерения, наделенными волей и сознанием существами 
с господствующими в тот или иной период уманастроениями, радостями и тревогами, надеждами и огорчениями конкретной группы 
людей и социума в целом.
И последнее. В книгоиздании укоренилась традиция – заканчивать вводное слово комплиментарной частью. Автор благодарит 
всех, кто участвовал в подготовке издания. Прежде всего – рецензентов (в данном случае – Меркулова Павла Александровича и Карабущенко Наталью Борисовну), а также тех, кто обеспечивал технологическую подготовку научного издания – Ростовцеву Елену 
Викторовну, а также Мацуева Алексея Никитовича.
Научное издание дается в авторской редакции.


РАЗДЕЛ 1 
Я ТАК ВИЖУ, ИЛИ КОНЦЕПТУАЛЬНЫЙ 
ПОИСК ПРЕДМЕТНОГО ПОЛЯ 
ИСТОРИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ
1.1. Вера Александровна Кольцова – ученый, 
наставник и доброй души человек
В сферу моих научных интересов проблемы исторической психологии попали около 40 лет назад, когда я начал читать лекции 
по отечественной истории на факультете психологии. Стремление 
населить историю людьми, очеловечить ее, почувствовать колорит 
ушедших эпох побудило меня включать в текст лекций сюжеты, связанные с формированием русского (российского) менталитета в первые столетия истории государства Российского. При характеристике 
самодержавия использовал метод психологического анализа биографий (психобиографий). Благо в 90-е годы ХХ века в России начали 
разрабатывать первоначальную историю с опорой на идеи Фрейда. 
Автор проекта – Д. М. Володихин, профессор МГУ.7
Использованы материалы конференций, проведенных Институтом российской истории РАН: «Российская история: проблемы менталитета» (1994) и «Менталитет и политическая история России» 
(1996). Большим подспорьем явились материалы постоянно действующего с 1994 г. «круглого стола» «Россия и мир: проблемы взаимовосприятия». Безусловно, для разработки как методологических, 
так и конкретных историко-психологических проблем большое значение имеют труды Международных конференций по исторической 
психологии: Российское сознание: Психология, феноменология, 
культура (Самара, 1994); Российская ментальность России в прошлом и настоящем (Самара, 1994); Провинциальная ментальность 
России в прошлом и будущем (Самара, 1997).
Освещая историю Октябрьской революции, я опирался на труд 
проф. Вал. В. Журавлева о социально-психологических типах, 
участвующих в русских революциях.8
Значительно продвинулись историки, которые работают в жанре исторической антропологии по проблеме «Человек на войне. Человек в экстремальных условиях»9. Это и Б. Н. Земцов10, и Е. С. Сенявская11, которая особенно преуспела в изучении психологии войн 
ХХ века. В последнее время она продуктивно занималась проблемами военно-исторической антропологии. Проведено несколько заседаний общероссийского «круглого стола» «Военно-историческая 


антропология».12 Вышли в свет материалы этих заседаний. Среди 
них статья автора на тему: «Афганский синдром: истоки формирования и пути преодоления» (см. также Королев А. А. «Афганский 
синдром» как социально-психологический феномен современной 
России//История психологии и историческая психология: состояние 
и перспективы развития: Сб. тезисов. М., 2001).
Дальше – больше, как гласит пословица «Аппетит приходит во 
время еды». Стало тесно в рамках отечественной истории. Я начал 
читать спецкурс «История и психология: неумолчный диалог» на 
первом курсе психологического факультета.
Видимо, на пути у каждого встречаются такие люди, которые, как 
небесные светила, сами исчезли в необозримом космическом пространстве, и продолжают излучать свет, нести душевное тепло современникам и потомкам. Такого образного сравнения, безусловно, 
заслуживает Вера Александровна Кольцова, доктор психологических наук, профессор, заместитель директора Института психологии 
РАН. В её личности органически сплелись самые высокие душевные 
и профессиональные начала: широкий набор этических и нравственных качеств, доброта, требовательное доверие – такое противоречивое качество, в котором уживались поистине евангельская любовь 
к людям, и неумолимый спрос с них же за порученное дело.
С Верой Александровной меня счастливая судьба свела в начале 90-х, когда нам пришлось работать в только что созданном Институте молодёжи. Вместе с ней из академического института на 
психфак пришла плеяда его ведущих сотрудников: А. Л. Журавлёв, 
Ю. Н. Олейник, А. К. Крылов и др. Каждый из нас читал свою дисциплину. Не скажу, что сразу, исподволь происходило научное сближение в области профильных дисциплин – истории и психологии. 
Видимо, не без влияния трудов французских учёных (школы «Аналлов», И. Мейерсона и др.), которые пытались очеловечить историю, 
ввести в историю персонажей со своими страстями, переживаниями, культурой, традициями, обычаями, умонастроениями, короче, 
выявился тренд к историческому синтезу, межпредметному анализу, 
стремлению к человеческому, антропологическому измерению как 
современности, так и минувшего, у меня закралось желание идти 
в ногу со временем, разработать и читать курс, в котором бы превалировали историко-психологические сюжеты. За советом я обратился 
к В. А. Кольцовой: не хотелось путаться у неё в ногах, благо она читала курс «Исторической психологии» на четвертом курсе. Порешили: 
я буду читать свой курс на первом курсе как пропедевтический, вводящий в историческую психологию, вводящий студентов в богатый 
мир Человека Исторического, опираясь в основном на исторические 


Доступ онлайн
300 ₽
В корзину