Формирование системы противодействия «российской информационной угрозе» на западе (2014-2019 гг.): концептуальный и институциональный аспекты

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ 
УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ 
«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА И 
ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РОССИЙСКОЙ 
ФЕДЕРАЦИИ» 
 
СРЕДНЕРУССКИЙ ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ – ФИЛИАЛ 
 
 
 
 
 
П. А. Меркулов, О. В. Малахова, В. С. Царик  
 
 
 
 
 
ФОРМИРОВАНИЕ СИСТЕМЫ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ  
«РОССИЙСКОЙ ИНФОРМАЦИОННОЙ УГРОЗЕ»  
НА ЗАПАДЕ (2014-2019 гг.): 
КОНЦЕПТУАЛЬНЫЙ И ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЙ 
АСПЕКТЫ 
 
 
Научная монография 
 
 
 
 
 
 
 
Орел 
2024 

УДК 004.056.53:341.24 
ББК 32.972.53 
         М 52 
 
Рекомендовано к изданию ученым советом Среднерусского института 
управления – филиала РАНХиГС 
 
Рецензенты: 
В. В. Огнева – доктор политических наук, профессор, профессор кафедры 
«история, политология и государственная политика» Среднерусского института 
управления – филиала ФГБОУ ВО «Российская академия народного хозяйства 
и государственной службы при Президенте Российской Федерации»; 
И. А. Батанина – доктор политических наук, профессор, директор Института 
гуманитарных и социальных наук ФГБОУ ВО «Тульский государственный 
университет». 
 
П. А. Меркулов, О. В. Малахова, В. С. Царик  
Формирование системы противодействия «российской информационной 
угрозе» на западе (2014-2019 гг.): концептуальный и институциональный 
аспекты: Научная монография. – Орел: Издательство Среднерусского 
института управления – филиала РАНХиГС, 2024. – 280 с. 
ISBN 978-5-93179-785-4 
 
Монография представляет собой результаты длительного и скрупулёзного 
отслеживания идейных основ, организационной составляющей и поведения 
движущих субъектов формирования концепта «российской информационной 
угрозы» в западном научном дискурсе. В работе показано как антироссийски 
настроенные силы на Западе сформировали представление о России как 
экзистенциальной угрозе западному жизнеустройству и инициировали принятие на 
национальном и наднациональном уровнях целого ряда мер, нацеленных номинально 
на сдерживание этой мнимой угрозы, а на деле – на нанесение максимального 
имиджевого ущерба России, вплоть до её десубъективизации. Анализируется 
создание механизмов, блокирующих озвучивание российской или лояльной России 
точки зрения в западном информационном пространстве: современных форм 
цензуры, центров распространения «единственно верных» прозападных нарративов, 
ограничений социальных медиа, преследования лояльных к России активистов, 
исключения из эфира российских СМИ, ориентированных на западного потребителя. 
УДК 004.056.53:341.24 
ББК 32.972.53 
 
 
 
 
 
 
© Коллектив авторов, 2024 
© Среднерусский институт управления – 
ISBN 978-5-93179-785-4                               филиал РАНХиГС, 2024 
М 52 

СОДЕРЖАНИЕ 
 
Введение …………………………………………………………. 4 
 
 
 
1 Конструирование «российской информационной угрозы» в 
западной политологической мысли ………………………………… 
 
28 
 
1.1 
Формирование 
представления 
о 
«российской 
информационной 
угрозе» 
в 
западном 
политическом 
пространстве в 2007-2013 гг. ………………………………….. 
 
 
28 
 
1.2 Дискурс о «гибридной войне» как концептуальная основа 
противодействия «российской информационной угрозе» …… 
 
37 
 
1.3 Развитие представления о «российской информационной 
угрозе» в рамках теории «гибридной войны» ………………. 
 
61 
 
 
 
2 Становление институциональной инфраструктуры западной 
системы противодействия «российской информационной угрозе» 
после украинского кризиса (2014-2016 гг.) ……………………….. 
 
 
82 
 
2.1 
Формирование 
политико-институциональных 
рамок 
информационного 
противодействия 
России 
западными 
межгосударственными объединениями ……………………… 
 
 
82 
 
2.2 
Особенности 
реагирования 
на 
«российскую 
информационную угрозу» органами власти государств 
Запада ……………………………………………………………. 
 
 
116 
 
 
 
3 Развитие институционального измерения западной системы 
противодействия «российской информационной угрозе» после 
президентских выборов в США (2017-2019 гг.) ………………….. 
 
 
143 
 
3.1 Развитие механизмов противодействия «российской 
информационной 
угрозе» 
в 
США 
после 
избрания  
Д. Трампа ………………………………………………………. 
 
 
143 
 
3.2 
Выстраивание 
и 
укрепление 
институциональной 
инфраструктуры 
противодействия 
«российской 
информационной угрозе» в европейских государствах ……… 
 
 
170 
 
3.3 
Эволюция 
институциональных 
механизмов 
информационного 
противодействия 
России 
на 
уровне 
западных межгосударственных объединений ……………….. 
 
 
189 
 
 
 
 
Заключение ……………………………………………………… 215 
 
Список литературы …………………………………………….. 
226 
 

ВВЕДЕНИЕ 
 
Актуальность исследования. В 2014-2021 гг. в западном 
публичном пространстве регулярно звучали обвинения России в 
применении 
деструктивных 
методов 
информационного 
влияния, 
которым 
приписывали 
экстраординарную, 
практически 
экзистенциальную, угрозу национальной безопасности и общественной 
стабильности государств Запада. Эти обвинения получили не только 
значительный медийный резонанс, но и экспертно-академическое 
обоснование, а, с течением времени, и политическое оформление, 
превратившись в одну из не подлежащих сомнению констант западного 
дискурса и немаловажную составляющую общего конфронтационного 
курса в отношении нашей страны, развёрнутого Западом после кризиса 
2014 г. На базе данных обвинений была выстроена целая система 
противодействия «российской информационной угрозе», состоящая из 
формальных и полуформальных государственных и международных 
механизмов, а также целой сети внегосударственных структур и 
инструментов, чьей функцией являлось выявление и нейтрализация 
якобы распространяемых российским руководством дезинформации, 
пропаганды и «фейковых новостей». 
Это была не классическая информационная война, понимаемая как 
действия 
по 
нанесению 
ущерба 
противнику 
с 
помощью 
информационных средств воздействия, например, дезинформации 
госаппарата или деморализации населения. Это явление иного порядка, 
связанное не столько с воздействием собственно на политическую 
систему и общество Российской Федерации, сколько с закреплением 
определённых идеологем и установок в отношении нашей страны в 
западном политическом пространстве. Фактически, конструирование 
образа России как абсолютного деструктора, ведущего «гибридную 
агрессию» против либерального миропорядка, и создание специальных 
органов, призванных её отражать, в корне изменили в отношении России 
порядок формирования политики Запада, его институтов и государств, 
сложившийся в постбиполярный период и представлявший собой, пусть 
и не очень устойчивый, баланс между ограниченно кооперативными 
подходами 
традиционных 
российских 
партнёров 
в 
Европе 
и 
конфронтационным дискурсом, продвигаемым Великобританией и 
рядом новых членов НАТО и ЕС из числа государств ЦентральноВосточной Европы. По мере оформления системы противодействия 
«российской 
информационной 
угрозе» 
антироссийский 
конфронтационный дискурс приобрёл качество магистрального вектора 
политического курса Запада в отношении России. Благодаря этому, на 
момент начала специальной военной операции (СВО) на Украине и 

перехода геополитической конфронтации с РФ в «горячую» фазу, Запад 
уже 
выстроил 
полноценный 
механизм 
подавления 
любых 
положительных 
в 
отношении 
России 
позиций, 
позволивший 
в 
относительно сжатые сроки добиться разрыва кооперативных связей с 
Россией в экономической, научной и культурной плоскостях, несмотря 
на объективные потери от такого разрыва для собственной экономики и 
безопасности. 
Для российской дипломатии и политической науки формирование 
подобной 
системы 
информационного 
противодействия 
стало 
неожиданным и довольно серьёзным вызовом, который нельзя 
недооценивать, 
игнорировать 
или 
списывать 
сугубо 
на 
внутриполитическую конъюнктуру некоторых западных стран. Однако 
приходится констатировать, что к настоящему моменту этот вызов так и 
не получил должного академического осмысления и политического 
ответа, соответствующего его значимости для реализации национальных 
интересов России и её внешнеполитического курса. Это обуславливает 
необходимость 
комплексного 
изучения 
процесса 
инициирования, 
формирования и эволюции системы противодействия «российской 
информационной угрозе» на Западе во всех её аспектах и проявлениях, в 
систематизации имеющихся фактических данных для понимания 
механизмов функционирования данной системы и её деструктивных 
эффектов для статуса и авторитета России на международной арене. Это 
позволит, в том числе, сформировать адекватную оценку текущего 
положения дел во взаимодействии с коллективным Западом с учётом 
целей и задач СВО и возможностей договорных путей достижения этих 
целей. 
Под «российской информационной угрозой» в данной работе 
подразумевается не конкретный термин из западной политической 
риторики, а совокупность действий в информационной сфере, в которых 
обвиняли Россию, её политическое руководство и граждан в западном 
медиапространстве после 2014 г. и которые расценивались как угроза 
политической стабильности и либерально-демократическому порядку. В 
неё входят так называемая «российская пропаганда», деструктивная 
работа «русских хакеров», ботов и троллей, «российское вмешательство» 
во внутренние политические процессы в западных странах и ведущаяся 
Россией «кибервойна со свободным миром». 
Масштабность исследуемого феномена обусловила необходимость 
сфокусироваться на наиболее важных, на наш взгляд, его компонентах, а 
именно концептуальном и институциональном аспектах западной 
системы противодействия «российской информационной угрозе» на её 
государственном и межгосударственном уровнях. В то же время 
практический аспект её функционирования и задействованные в ней 

внегосударственные механизмы остались за рамками данной работы и 
могут стать предметом дальнейших исследований этой крайне 
актуальной и интересной проблематики. 
Степень 
научной 
разработанности 
темы. 
Несмотря 
на 
многочисленные публикации по темам, затрагиваемым в данной работе 
(«гибридная война», политическое использование информационных 
технологий, возвращение к открытой политике «сдерживания» России и 
др.), сама по себе проблема становления на Западе системы 
противодействия «российской информационной угрозе» практически не 
изучалась в том ключе, в котором она сформулирована в данном 
исследовании, причём как в западной академической науке, так и в 
российской. В большинстве академических источников «гибридная 
война» и обусловленные ею формы информационного противоборства 
рассматриваются как самостоятельные, объективно существующие, 
онтологически 
независимые 
элементы 
политической 
реальности, 
сущностные и содержательные аспекты которых нуждаются в отдельном 
изучении. В них не допускается возможность использования данного 
концепта в политическом и академическом дискурсе не для отображения 
или 
описания, 
а 
для 
создания 
соответствующей 
политической 
реальности, задания необходимых концептуальных рамок, в которых 
практические факты, события и процессы будут неизбежно работать на 
поддержание концепта и его объективацию вне зависимости от воли 
акторов. 
В настоящем исследовании изучаются этапы, уровни и субъекты 
процесса конструирования «российской информационной угрозы» в 
западном публичном пространстве, исходя из понимания того, что 
данный процесс имел целенаправленный, проектный характер и 
продвигался как на официальном, так и в экспертно-академическом 
дискурсивном поле. По этой причине, опираясь на широкий массив 
разнообразных 
источников, 
авторы 
не 
столько 
используют 
содержательную часть их утверждений для развития на их основе 
собственных научных выводов, уточняющих или опровергающих 
предложенное ими описание, сколько рассматривают их как материал 
для отслеживания развития определённого дискурса, который стал 
частью проекта формирования «российской информационной угрозы». 
Указанные 
источники 
можно 
ранжировать 
по 
нескольким 
признакам. Главный – характер публикации: академические работы, 
экспертные и аналитические материалы различных негосударственных 
организаций (НГО), публикации в СМИ и на различных Интернетресурсах. Особое место занимают специфические «псевдоэкспертные» 
источники – оформленные в академическом стиле статьи и доклады не в 
регулярных, периодических рецензируемых научных журналах, а в 

специальных тематических сборниках и выпусках, издаваемых под 
эгидой и при финансовой поддержке структур НАТО и ЕС, 
политизированными 
неправительственными 
организациями, 
партийными структурами западных стран. Возможность западного 
истеблишмента мобилизовать ресурсы для быстрого создания большого 
массива текстов с однотипными выводами, вводимых в экспертное 
пространство под видом научных (хотя они не проходят стандартного 
процесса анонимного рецензирования), а затем их тиражирования и 
популяризации в СМИ, обязательного регулярного воспроизводства в 
политическом дискурсе, создаёт предпосылки для более лёгкого 
управления долгосрочным политическим курсом соответствующих стран 
и закрепления его желательных элементов через сконструированный в 
обществе и политическом классе консенсус. 
Другой признак – авторство материалов (западное и украинское, 
российское). Возможно также ранжирование работ в зависимости от 
занимаемой автором позиции в пропаганде симпатий либо антипатий к 
России, предлагаемых им мер разрешения противоречий. При этом в 
некоторых 
случаях 
работы, 
написанные 
в 
нейтральном 
или 
пророссийском ключе, также играли немалую роль в конструировании 
«российской 
информационной 
угрозы», 
если 
они 
исходили 
из 
объективного характера «гибридной войны» и поддерживали нарратив о 
том, что Россия на самом деле ведёт подобного рода «войну» в 
отношении Запада. 
Ключевую 
роль 
в 
становлении 
дискурса 
о 
«российской 
информационной угрозе» сыграла серия широко растиражированных 
публикаций от имени экспертов различных НГО, где вбрасывались 
основные месседжи с отточенными запоминающимися формулировками 
и с нужной идеологической подпиткой. На первом этапе основной поток 
публикаций был посвящён тематике «гибридной войны», имеющей 
информационную составляющую среди прочих, но постепенно акцент 
переводился на собственно «информационную угрозу» со стороны 
России, 
которая, 
однако, 
по-прежнему 
рассматривалась 
как 
составляющая 
«гибридной 
агрессии», 
что 
позволяло 
обострить 
восприятие «угрозы». 
Тезис о «войнах нового поколения», будто бы инициированных 
Москвой, был подробно раскрыт в апреле 2014 г. в работе Я. Берзиньша1; 
расстановка нужных акцентов была проведена в статье П. Померанцева2 
                                                 
1 Bērziņš J. Russia’s New Generation Warfare in Ukraine: Implications for Latvian Defense Policy / 
Bērziņš J. // National Defence Academy of Latvia Center for Security and Strategic Research Policy Paper. 
April 2014, no 02. 13 p. URL: https://www.sldinfo.com/wp-content/uploads/2014/05/New-GenerationWarfare.pdf 
2 Pomerantsev P. How Putin Is Reinventing Warfare / P. Pomerantev // Foreign Policy. 2014, May 5. 
URL: https://foreignpolicy.com/2014/05/05/how-putin-is-reinventing-warfare/. 

и 
«аналитическом» 
докладе 
А. 
Илларионова 
на 
заседании 
Парламентской ассамблеи НАТО в Вильнюсе3. После отождествления 
этого явления с понятием «гибридные войны», возникшим в недрах 
американской 
стратегической 
мысли4, 
концепцию 
«российской 
гибридной войны» как целостного многоаспектного действия (с упором 
на «некинетическую» составляющую) развивал М. Галеотти5.  
Одновременно с разработкой концепта «российской гибридной 
агрессии» и в тесном взаимодействии с ним развивалось и представление 
об 
информационной 
составляющей 
этой 
«агрессии», 
якобы 
представляющей не меньшую угрозу, чем любые другие враждебные 
действия. Первыми акцентировали внимание на «информационной 
угрозе» России как составляющей «гибридной войны» И. Даржевская в 
мае 2014 г.6, П. Померанцев и М. Вайс в сентябре 2014 г. и позднее7. 
                                                 
3 Illarionov A. Speech by Mr. Andrei Illarionov at NATO Parliamentary Assembly. Committee on 
Economics and Security. 31 May 2014 / A. Illarionov // Livejournal.com. 11 июня 2014. URL: 
https://aillarionov.livejournal.com/696630.html 
4 См., в частности: Mattis J. Future Warfare: The Rise of Hybrid Wars / J. N. Mattis, F. Hoffman // 
U.S. Naval Institute, Proceedings Magazine. November 2005, Vol. 132, No. 11. P. 30-32; Hoffman F. G. 
Conflict in the 21-st Century. The Rise of Hybrid Wars / F. G. Hoffman. Arlington: Potomac Institute for 
policy studies, 2007. 72 p.; Hoffman F. G. Further Thoughts on Hybrid Threats / F. G. Hoffman // Small Wars 
Journal. 2009. March 02. URL: http://smallwarsjournal.com/jrnl/art/further-thoughts-on-hybrid-threats ; 
Hoffman F. G. Hybrid Warfare and Challenges / F. G. Hoffman // Joint Forces Quarterly. 2009. Issue 52. p. 
34-39. URL: http://smallwarsjournal.com/documents/jfqhoffman.pdf ; Hybrid Warfare: Fighting Complex 
Opponents from the Ancient World to the Present / W. Murray, P.M. Mansoor (eds.). Cambridge: Cambridge 
University Press, 2012. 321 p.; Gates R. A Balanced Strategy: Reprogramming the Pentagon for a New Age / 
R. 
A. 
Gates 
// 
Foreign 
Affairs. 
2009. 
Vol. 
8, 
Issue 
1. 
p. 
28-40. 
URL: 
https://www.comw.org/qdr/fulltext/0901gates.pdf ; Glenn R. W. Thoughts on “Hybrid” Conflict / R. W. 
Glenn // Small Wars Journal. 2009. URL: http://smallwarsjournal.com/mag/docs-temp/188-glenn.pdf ; Glenn 
R. W. All Glory Is Fleeting. Insights from the Second Lebanon War / R. W. Glenn. Santa Monica, Ca Rand: 
National Defense Research Institute, 2012. 97 p. URL: https://www.rand.org/pubs/monographs/MG7081.html ; Sadowski D. Beyond the “Hybrid” Threat: Asserting the Essential Unity of Warfare / D. Sadowski, J. 
Becker // Small Wars Journal. 2010. January 7. URL: http://smallwarsjournal.com/blog/journal/docstemp/344-sadowski-etal.pdf ; De Wijk R. Hybrid Conflict and the Changing Nature of Actors / R. De Wijk // 
The Oxford Handbook of War / Y. Boyer, J. Lindley-French (eds.). Oxford: Oxford University Press, 2012. P. 
359-373. 
5 Galeotti M. ‘The ‘Gerasimov doctrine’ and Russian Non-Linear War’ / M. Galeotti // In Moscow’s 
shadows. 2014. 6 July. URL: https://inmoscowsshadows.wordpress.com/2014/07/06/the-gerasimov-doctrineand-russian-non-linear-war/ ; Galeotti M. I’m Sorry for Creating the ‘Gerasimov Doctrine’ / M Galeotti // 
Foreign Policy. 2018. 5 March. URL: https://foreignpolicy.com/2018/03/05/im-sorry-for-creating-thegerasimov-doctrine/ ; Galeotti M. Controlling Chaos: How Russia Manages Its Political War in Europe / M. 
Galeotti // European Council on Foreign Relations Brief. August 2017. URL: https://ecfr.eu/wpcontent/uploads/ECFR228_-_CONTROLLING_CHAOS1.pdf ; Galeotti M. Hybrid war or gibridnaya voina? 
Getting Russia’s non-linear military challenge right / M. Galeotti. Mayak Intelligence, 2016. 100 p.; Galeotti 
M. The mythical ‘Gerasimov Doctrine’ and the language of threat / M. Galeotti // Critical Studies on Security. 
2018. Vol. 7, Issue 2. P. 157-161. 
6 Darczewska J. The Anatomy of Russian Information Warfare. the Crimean Operation, a Case Study 
/ 
J. 
Darczewska 
// 
OSW 
Point 
of 
View 
Number 
42. 
May 
2014. 
URL: 
https://www.osw.waw.pl/sites/default/files/the_anatomy_of_russian_information_warfare.pdf  
7 Pomerantsev P. The Menace of Unreality: How the Kremlin Weaponizes Information, Culture and 
Money. / P. Pomerantsev, M. Weiss // A Special Report presented by The Interpreter, a project of the Institute 
of 
Modern 
Russia. 
URL: 
https://imrussia.org/media/pdf/Research/Michael_Weiss_and_Peter_Pomerantsev__The_Menace_of_Unrealit
y.pdf ; Lucas E. Winning the Information War. Techniques and Counter-strategies to Russian Propaganda in 

Установочными 
либо 
часто 
встречающимися 
в 
тематике 
информационных войн авторами стали М. Л. Яйтнер и П. Маттсон, К. 
Жиль, Дж. Шерр, Н. Попеску, А. Полякова8. Кроме того, большую роль 
сыграли 
несколько 
тематических 
сборников, 
подготовленных 
специально созванными авторскими коллективами при НАТО либо в 
ассоциированных с ним структурах и неправительственных «мозговых 
центрах», 
специальные 
расследования, 
заказанные 
американским 
сенатом9. В этих разноплановых сборниках обычно освещались сразу 
многие аспекты рассматриваемой проблемы, что позволяло черпать из 
                                                                                                                                                     
Central and Eastern Europe / E. Lucas, P. Pomeranzev // A Report by CEPA’s Information Warfare Project in 
Partnership 
with 
the 
Legatum 
Institute. 
August 
2016. 
70 
p. 
URL: 
https://li.com/wpcontent/uploads/2016/08/winning-the-information-war-full-report-pdf.pdf ; Weiss M. The Baltic elves taking 
on 
pro-Russian 
trolls 
/ 
M. 
Weiss 
// 
The 
Daily 
Beast. 
2016. 
21 
March. 
URL: 
https://www.thedailybeast.com/the-baltic-elves-taking-on-pro-russian-trolls . 
8 Jaitner M. Applying Principles of Reflexive Control in Information and Cyber / M. L. Jaitner, MAJ. 
H. Kantola // Journal of Information Warfare. 2016. Vol 15, No. 4. P. 27-38; Jaitner M. L. Russian 
Information Warfare: Lessons from Ukraine / M. L. Jaitner // Russian Agression aganst Ukraine / K. Geers 
(ed.). 
Tallinn: 
NATO 
CCD 
COE 
Publications, 
2015. 
P. 
87-94. 
URL: 
https://ccdcoe.org/uploads/2018/10/Ch10_CyberWarinPerspective_Jaitner.pdf 
; 
Jaitner 
M. 
Russian 
Information Warfare of 2014. / M. Jaitner // 2015 7th International Conference on Cyber Conflict: 
Architectures in Cyberspace / M. Maybaum, A.-M. Osula, L. Lindström (Eds.). Tallinn: NATO CCD COE 
Publications, 2015. P. 39-52; Giles K. Countering Russian Information Operations in the Age of Social Media 
/ K. Giles //| Council on Foreign Relations. November 21, 2017. URL: https://www.cfr.org/report/counteringrussian-information-operations-age-social-media ; Giles K. “Information Troops” – a Russian Cyber 
Command? / K. Giles // 2011 3rd International Conference on Cyber Conflict. C. Czosseck, E. Tyugu, T. 
Wingfield (Eds.). Tallinn, Estonia, 2011, P. 45-60; Giles K. Countering Russian Information Operations in the 
Age of Social Media / K. Giles // Council on Foreign Relations. November 21, 2017, 28.07.2018. URL: 
https://www.cfr.org/report/countering-russian-information-operations-age-social-media ; Giles K. The Next 
Phase of Russian Information Warfare / K Giles // Tallinn: NATO Strategic Communications Centre of 
Excellence. 2015. 16 p. URL: https://www.stratcomcoe.org/next-phase-russian-information-warfare-keir-giles 
; Sherr J. Russia: managing contradictions / J. Sherr // America and a Changed World: A Question of 
Leadership / R. Niblett (ed.). London: Chatham House/Wiley Blackwell, 2010. P. 162-184. URL: 
https://www.chathamhouse.org/sites/default/files/public/Research/Americas/us0510_sherr.pdf ; Popescu N. 
Russia’s Soft Power Ambitions / N. Popescu // Centre for European Policy Studies. Policy Brief. 2006 
October, No. 115. 4 p. URL: http://aei.pitt.edu/11715/ ; Fried D. Democratic Defense Against Disinformation 
/ 
D. 
Fried, 
A. 
Polyakova 
// 
Atlantic 
Council 
– 
Eurasia 
Center. 
February 
2018. 
URL: 
https://www.atlanticcouncil.org/in-depth-research-reports/report/democratic-defense-against-disinformation/ ; 
Polyakova A. The Future of Political Warfare: Russia, the West, and the Coming Age of Global Digital 
Competition / A. Polyakova, S. Boyer // Brookings – Robert Bosch Foundation Transatlantic Initiative. arch 
2018. 24 p. URL: https://www.brookings.edu/research/the-future-of-political-warfare-russia-the-west-and-thecoming-age-of-global-digital-competition/ ; Polyakova A. The Kremlin Trojan Horses. Russian Influence in 
Greece, Italy, and Spain / A. Polyakova, M. Kounalakis, A. Klapsis et al. // Atlantic Council – Eurasia Center. 
November 2017. 36 p. URL: https://www.atlanticcouncil.org/in-depth-research-reports/report/the-kremlin-strojan-horses-2-0/  
9 NATO’s Response to Hybrid Treats. / G. Lasconjarias and J. A. Larsen (eds.). Rome: NATO 
Defense colledge, 2015. URL: https://www.files.ethz.ch/isn/195405/fp_24.pdf ; Hacks, leaks and disruptions 
– Russian cyber strategies / N. Popescu, S. Secriery (Eds.) // EU ISS Chaillot papers. 2018. No. 148. URL: 
https://www.iss.europa.eu/sites/default/files/EUISSFiles/CP_148.pdf ; A Civil-Military Response to Hybrid 
Threats / E. Cusumano, M. Corbe (eds.). Palgrave Macmillan, Springer, 2018. 320 p.; Information Sharing in 
Military Operations / I. Goldenberg, J. Soeters, W. H. Dean (eds.). Springer, 2017. 274 p.; Information 
warfare. The pattern of aggression / I. Chifu, O. Nantoi (eds.). Bucharest: The Publishing House of the 
Institute of Political Sciences and International Relations “Ion I. C. Brătianu” of the Romanian Academy, 
2016. 554 p.; DiResta R. The Tactics & Tropes of the Internet Research Agency. Report on the Internet 
Research Agency commissioned by the U.S. Senate Intelligence Committee / R. DiResta, K. Shaffer, D. 
Ruppel et al. New Knowledge, 2018. URL: https://www.yonder-ai.com/resources/the-disinformation-report/  

них идеи для специализированных публикаций по тем или иным 
аспектам. 
Многие академические работы по данной тематике, которые стали 
издаваться позже (примерно с середины 2015 г.), опирались на тезисы 
упомянутых установочных текстов и развивали их; масштабность 
подобной публикационной активности обеспечивалась, в том числе, 
авторами-военнослужащими США и союзников по НАТО, странпретендентов на членство в страны НАТО; те же идеи повторялись в 
магистерских дипломных работах западных военных и гражданских 
ВУЗов10. Не имея познавательной ценности, не сообщая никакого нового 
научного результата, этот поток текстов, тем не менее, создавал общее 
впечатление 
о 
«российской 
гибридной 
войне» 
и 
«российской 
информационной 
агрессии» 
как 
о 
самоочевидной 
истине, 
неопровержимом явлении. В этом же русле написаны работы украинских 
авторов, наиболее показательной из которых является статья Е. Магды11. 
В концептуальном плане они следуют общей западной тенденции, но 
антироссийский настрой выражают в более концентрированной форме. 
В 
то 
же 
время, 
наряду 
с 
текстами, 
повторяющими 
и 
перефразирующими 
установочные 
материалы 
с 
раздуванием 
«российской угрозы», некоторые академические работы могли включать 
содержательный разбор того или иного аспекта информационного 
противоборства, либо нетривиальные рекомендации относительно 
использования 
различных 
технологий 
противостояния, 
как 
то: 
особенности российской пропаганды на Украине12, «вмешательство» РФ 
                                                 
10 Raugh D. L. "Is the Hybrid Threat a True Threat?" / D. L. Raugh // Journal of Strategic Security. 
2016. Vol. 9, No. 2. P. 1-13. URL: https://scholarcommons.usf.edu/jss/vol9/iss2/2/ ; Shakarian P. The 2008 
Russian Cyber Campaign against Georgia / P. Shakarian // Military Review. November-December 2011, P. 
62-68; Thiele R. D. The New Colour of War – Hybrid Warfare and Partnerships / R. D. Thiele // ISPSW 
Strategy Series: Focus on Defense and International Security. Oct 2015. Issue No. 383; Banasik M. Russia's 
Hybrid War / M. Banasik // Science & Military. 2016. No. 2. P. 39-47; M. Banasik. A Changing Security 
Paradigm. New Roles for New Actors – The Russian Approach / M. Banasik // Connections. 2016. Vol. 15, 
No. 4, 2016, P. 31-43; M. Banasik. Russia’s Hybrid War in Theory and Practice / M. Banasik // Journal on 
Baltic Security. 2016. Vol. 2, Issue 1. P. 157-182; Veljovski G. The danger of “hybrid warfare” from a 
sophisticated adversary: the Russian “hybridity” in the Ukrainian conflict / G. Veljovski, N. Taneski, M. 
Dojchinovski // Defense & Security Analysis. 2017. Vol. 33, Issue 4. P. 292-307.; Wiśniewski J. Ukrainian 
Crisis – Example of a Hybrid War (General Lessons)/ J. Wiśniewski // Zeszyty Naukowe AON. 2015. No. 4 
(101). P. 175-187; Jones K. M. Cyber war: the next frontier for NATO. Master’s Thesis / K. M. Jones // 
Monterey, 
California: 
Naval 
Postgraduate 
School, 
March 
2015. 
URL: 
https://calhoun.nps.edu/handle/10945/45201 ; Danyk Y. Hybrid War High-tech, Information and Cyber 
Conflicts / Y. Danyk, T. Maliarchuk, Ch. Briggs // Connections. Spring 2017. Vol. 16, No. 2. P. 5-24; Mölder 
H. Information Warfare as the Hobbesian Concept of Modern Times – The Principles, Techniques, and Tools 
of Russian Information Operations in the Donbass / H. Mölder, V. Sazonov // The Journal of Slavic Military 
Studies. 2018. Vol. 31, No. 3. P. 308-328.  
11 Магда E. Гибридная агрессия России в Украине: уроки для Европы / Е. Магда // Wschód 
Europy • Восток Европы • East of Europe. 2016. Vol 2, No. 2. С. 85-95. 
12 Kruk K. Analyzing the Ground Zero. What Western Countries Can Learn from Ukrainian 
Experience of Combating Russian Disinformation / K. Kruk // European Values Kremlin Watch Report. 
11.12.2017. 24 p. URL: https://www.europeanvalues.net/wp-content/uploads/2017/12/Analyzing-the-GroundZero..pdf ; Cyber War in Perspective: Russian Aggression against Ukraine / Kenneth Geers (Ed.) // NATO