Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Россия-Беларусь: перспективы интеграции и стратегии развития Союзного государства (к 20-летию подписания Договора о создании Союзного государства) (13 декабря 2019 г.)

Покупка
Артикул: 863903.01.99
Доступ онлайн
200 ₽
В корзину
Сборник подготовлен по материалам выступлений участников международной научно-практической конференции на тему: «Россия-Беларусь: перспективы интеграции и стратегии развития Союзного государства» (13 декабря 2019 г.), организованной Среднерусским институтом управления - филиалом РАНХиГС. В сборнике представлены исследования профессорско-преподавательского состава, аспирантов и студентов, посвященные перспективам интеграции и стратегиям развития Союзного государства. Материалы публикуются в авторской редакции.
Россия-Беларусь: перспективы интеграции и стратегии развития Союзного государства (к 20-летию подписания Договора о создании Союзного государства) (13 декабря 2019 г.) : монография / под ред. В. А. Ливцова. – Орёл: Изд-во Среднерусского института управления – филиала РАНХиГС, 2020. – 220 с. - ISBN 978-5-93179-649-9. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2220657 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
 
ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ 
ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ 
ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ 
 
РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА 
И ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ 
ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 
 
СРЕДНЕРУССКИЙ ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ – ФИЛИАЛ 
 
 
 
 
РОССИЯ-БЕЛАРУСЬ:  
ПЕРСПЕКТИВЫ ИНТЕГРАЦИИ И 
СТРАТЕГИИ РАЗВИТИЯ  
СОЮЗНОГО ГОСУДАРСТВА 
 
к 20-летию подписания  
Договора  
о создании Союзного государства 
 
(13 декабря 2019 года) 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
ОРЕЛ 2020 


 
ББК 65.9(2Рос+Беи)я43 
          Р 76 
 
Рекомендовано к изданию Ученым Советом 
Среднерусского института управления – филиала РАНХиГС 
 
 
Составитель: Ульянова Е.А. 
 
 
 
 
Россия-Беларусь: перспективы интеграции и стратегии развития 
Союзного государства (к 20-летию подписания Договора о 
создании Союзного государства) (13 декабря 2019 г.). Под 
редакцией В.А. Ливцова. – Орёл: Изд-во Среднерусского института 
управления – филиала РАНХиГС, 2020. – 220 с. 
ISBN 978-5-93179-649-9 
 
 
 
 
Сборник подготовлен по материалам выступлений участников 
международной научно-практической конференции на тему: «РоссияБеларусь: перспективы интеграции и стратегии развития Союзного 
государства» (13 декабря 2019 г.), организованной Среднерусским 
институтом управления – филиалом РАНХиГС. 
В 
сборнике 
представлены 
исследования 
профессорскопреподавательского состава, аспирантов и студентов, посвященные 
перспективам 
интеграции 
и 
стратегиям 
развития 
Союзного 
государства. 
Материалы публикуются в авторской редакции. 
ББК 65.9(2Рос+Беи)я43 
 
 
 
 
 
 
 
© Среднерусский институт управления – 
ISBN 978-5-93179-649-9                    филиал РАНХиГС, 2020 
Р 76 


 
ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ 
 
УДК 327 
 
ПОЛИТИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН ПОСТСОВЕТСКОЙ УКРАИНЫ НА 
ФОНЕ ИНТЕГРАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ И 
СТРАТЕГИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ СОЮЗНОГО ГОСУДАРСТВА 
РОССИЯ-БЕЛАРУСЬ: БАЗОВЫЕ КОНЦЕПТЫ 
 
Нечаев Дмитрий Николаевич 
профессор 
Воронежского филиала 
ФГБОУ ВО «Российского экономического университета  
им. Г.В. Плеханова»  
e-mail: ekonomik@list.ru 
 
Аннотация: в настоящее время проект союзного государства 
Россия-Беларусь переживает новый этап своего развития. Это связано с 
рядом внешних и внутренних факторов, в том числе, с событиями на 
Украине. Нестабильная политическая ситуация в соседнем государстве не 
могла не повлиять на Беларусь и деятельность местных активистов. В 
статье рассматриваются базовые концепты влияния событий на Украине в 
рамках концепции «вызов-ответ». 
Ключевые слова: failedstate, несостоявшееся государство, вызовответ. 
 
Политический проект союзного государства Россия-Беларусь, 
который, с одной стороны, развивается контрастно и противоречиво, с 
другой стороны, все же имеет позитивную динамику, имеет цель не 
только экономической интеграции двух республик, но и сохранения 
цивилизационной идентичности, особого культурного кода. И логично, 
что данные интеграционные процессы отвечают не только интересам 
двух постсоветских республик, но и стратегическим целям населения 
двух территорий. Игнорирование этой стратагемы может привести к 
сложным 
социально- 
экономическим 
катаклизмам 
формируемого 
союзного государства, но к повторению особого политического трека 
Украины, 
которая 
стала 
особым 
политическим 
феноменом 
на 
постсоветском пространстве. И без ряда научных концептов ее настоящее 
и будущее осознать и спрогнозировать невозможно.  
Понимание 
политического 
феномена 
Украины 
дает 
цивилизационный подход ряда ученых А. Тойнби, О. Шпенглера, Н.Я. 
Данилевского[1] и др. К примеру, в начале 90-х годов ХХ века С. 


 
Хантингтон в рамках выделения 8 цивилизаций относил Россию, Украину 
и Беларусь к славянско-православной цивилизации, которая коренным 
образом отличается от западной, иудеохристианской. При этом 
основными критериями в определении цивилизаций являются: язык, 
религия и история. К этому же тезису С. Хантингтон добавлял, что «на 
глобальном, 
или 
макро-, 
уровне 
возникают 
конфликты 
между 
стержневыми государствами – между основными государствами, 
принадлежащими к различным цивилизациям» [2].  
Таким образом, 20 лет, прошедшие после выхода исследования С. 
Хантигтона «Столкновение цивилизаций», не только подтвердили, но и 
укрепили мнение научного и экспертного сообщества об обострении 
конфликта между западной и славянско-православными цивилизациями, 
где на линии межцивилизационных разломов оказалась Украина, чья 
политическая элита стремиться переместить страну в западную 
цивилизацию. При этом, по оценкам того же С. Хантингтона, 
перемещение страны между цивилизациями в современных условиях 
практически невозможно»[3]. Кстати, и С. Хантингтон обращает 
внимание 
на 
тенденцию 
«ослабления 
государств 
и 
появления 
обанкротившихся стран» [4]. 
Рассматривая проблематику цивилизаций, А. Тойнби, О. Шпенглер, 
Н.Я. Данилевский, С. Хантингтон, имея небольшие различия в выделении 
типов цивилизаций, их подходы были схожи в общем рассмотрении. 
Однако данный подход вовсе не означает некую истину В. Истерли, что, к 
примеру, инновационная экономика появляется лишь в культурной среде 
с наличием индивидуальных детерминант, несогласия и протеста и что 
любая помощь странам с иной культурой, нежели западной, вовсе не 
означает «верный подход к проблеме экономического роста» [5].  
Исследуя проблематику цивилизационного подхода применительно 
к Украине логично сформулировать следующий вопрос. А возможен ли 
гипотетический переход Украины, как государства, из славянскоправославной 
цивилизации 
в 
иудео-христианскую 
(западную) 
цивилизацию, с населением, представляющим собой три основных 
компонента: русскими, русским украинцами и украинскими украинцами? 
В 2003 году широкому общественному мнению Украины и России было 
представлено исследование Л. Кучмы «Украина не Россия» [6], в котором 
глава постсоветской Украины доказывает, что Украина состоялась как 
государство и в повестке дня стоит вопрос об институционализации 
политической нации «украинцы».  
Вместе с тем, вопрос о состоятельности молодого государства 
достаточно сложный. Еще в 80-е годы ХХ века, когда проблематика 
государства, 
государственности 
(stateness) 
и 
государственной 
состоятельности (statecapacity), заняла одно из центральных мест в 


 
западной политической науке, М. Манн выделял два основных критерия 
состоятельности: принуждающую (деспотическую) и инфраструктурную 
способности. В то же время западный автор справедливо полагает, что 
«многие бедные страны являются нациями – государствами лишь в 
воображении своих элит, но никак не в реальности»[7], и где суверенитет 
и национальная идентичность являются иллюзорными. Кстати, по 
оценкам западных институтов, Украина в 2019 году стала одной из 
бедных государств Европы, находясь недалеко от Молдовы.  
Отечественные политологи А.С. Ахрименко, И.Е. Горельский, А.Ю. 
Мельвиль, во многом соглашаясь с М. Манном, выделяют три базовые 
государственные способности – военно-принуждающую, экстрактивную 
(фискально-экономическую) 
и 
административно-бюрократическую. 
Кстати, как полагают авторы, реализуя свою экстрактивную способность 
и получая необходимые ресурсы для функционирования государства, это 
отнюдь 
«не 
обязательно 
предполагает 
эффективность 
их 
использования»[8].  
Анализируя ситуацию на постсоветской Украине в период с 2014 по 
2019 год важно отметить следующие общепризнанные факты: выход 
Крыма после государственного переворота 2014 года (евромайдан) и его 
вхождения по результатам референдума в состав РФ, наличие внутренних 
расколов и военный конфликт на Донбассе, институционализация ДНР и 
ЛНР, как непризнанных государственных образований, что не может в 
полной мере говорить в выполнении Украиной ряда способностей. Более 
того, в разрезе типологии Ч. Тилли о наличии сильных государств 
(«правители и другие политические акторы нейтрализуют независимых 
внутренних соперников государственной власти, управляют армией и 
устанавливают контроль над природными ресурсами»[9]), государств 
средней силы и слабых государств, можно предположить, что Украина в 
разрезе критериев автора не является ни сильным государством, ни 
государством средней силы.  
Исследуя понятие «слабого государства», как противовес «сильного 
государства», «преуспевающего» (succeed) государства, мы неизбежно 
приходим к концепту не сложившегося, несостоявшегося государства - 
failedstate, который ввели в научный оборот Г. Хелман и С. Ратнер. Ведь 
именно 
failedstate, 
по 
мнению 
российского 
исследователя 
О.В. 
Подвинцева, находится в состоянии коллапса, когда государство «не 
может выполнять свои основные функции и воспроизводить условия 
собственного дальнейшего существования» [10]. Еще в 2007 году автор, 
выделяя примеры таких государств, политкорректно и абстрактно 
называет ближнее зарубежье. При этом ссылаясь на статью «Украина 
идет к расколу?» английского публициста Т. Рида дает образное 


 
сравнение некоторых соседей в таком разрезе: «некоторые из них 
украшают ее границы как страшное ожерелье из отрезанных ушей» [11]. 
Наличие 
failedstate 
рядом 
с 
государствами-цивилизациями 
представляет для последних тревожный симптом, требующим реакции в 
системе А. Тойнби «вызов-ответ», В частности, в 1999 году в США в 
Стратегии нацбезопасности не только появился данный феномен, но и 
предложены варианты его микширования, как одной из явных угроз. В 
2004 году Институт Брукинса разработал «индекс суверенитета», в 
котором используется более ста критериев для оценки способности 
проблемных государств «осуществлять свои функции» [12].  
Разумеется, решения проблем failedstate возможно в рамках 
нескольких сценариев. Один из них – укрепление этих государств в 
рамках эффективной внутренней и внешней политики («устойчивое 
государство»). Это концепт и политическая практика «TerraIrredenta» (невозвращенная земля), возникшая как идея и течение во второй половине 
ХIХ века в отношении территорий с италоговорящим населением, когда 
они входили в состав Австро-Венгрии и Швейцарии. Научный подход в 
исследовании 
многогранной 
проблематики 
ирредентизма 
находит 
отражение на работах зарубежных политологов, в частности Д. Хоровица 
[13].  
В современной политической науке концепт «TerraIrredenta» 
базируется на триаде Роджерса Брубейкера, который после 1990 годы 
выделил два сценария: 1) «к выходу за рамки государства-нации» [14] 
(СССР, СФРЮ, ЧССР), 2) вхождения части единого народа в одно целое 
(объединенная Германия). Р. Брубейкер считает, что ирредентизм представляется конфликтом, как правило, с участием трех сторон (пример 
Украины 2014 – 2019 гг.): 1) государства, в котором сильны тенденции к 
национализму (правящий политическая элита на Украине, составляющая 
меньшинство); 2) этнического русского компонента, исповедующего 
принцип национального самоопределения, с непризнанными мировым 
сообществом ДНР и ЛНР; 3) внешнего государства (РФ), разделенный 
народ которого в Луганске и Донецке считает Россию своей Родиной, а 
себя полагает этнически сопричастным ему.  
Вместе с тем, было бы преждевременным считать распад 
государства Украина. В данном контексте имеет смысл выделить 
несколько причин для замедления данных процессов. Во-первых, это 
конструирование 
правящим 
режимом 
на 
Украине 
эффективной 
политической 
мифологии, 
концепта 
укрепления 
устойчивости 
государства-нации, которую (мифологию, мифы) К. Фалд называл, с 
одной стороны, «идеологически маркированным рассказом о событиях 
прошлого, настоящего и прогнозируемого будущего», с другой стороны 
«миф есть форма объяснения» [15].  


 
Во-вторых, 
это 
достаточно 
эффективное 
конструирование 
украинской 
идентичности 
(самобытности) 
ее 
носителями 
(пассионарными националистами), которое со второй половины 80-х 
годов ХХ века по настоящее время проходило по два этапа (типология М. 
Кастельса). 
От 
«самобытности 
сопротивления 
до 
самобытности, 
устремленной в будущее (projectidentity)» [16]. При этом национализм (в 
том числе украинский) по выражению Б. Яка лучше понимать, как «смесь 
чувств особого попечения и лояльности к членам нашей нации с 
убеждениями о важности национального сообщества в нашей жизни» 
[17].  
И то, что произошло с процессами этнической и гражданской 
идентичности (политический режим на Украине, как нам представляется 
не 
разделял 
эти 
понятия), 
убедительно 
показывает 
украинский 
исследователь 
Володымыр 
Кулык. 
Данный 
автор 
подчеркивает 
следующий 
доминирующий 
политический 
тренд 
советской 
и 
постсоветской Украины: «присоединение Западной Украины в 1939-1945 
годах влило в советизированный организм (имеется ввиду УССР-авт.) 
свежую кровь национального сознания» [18]. 
И еще один ракурс исследуемой нами проблемы, которая 
представляет собой отдельный концепт. Это концепт «мемориальной 
культуры» (культуры памяти». Как один из сценариев, в случае 
демонтажа государства Украины, как политического проекта, или 
переформатирования данного государства в усеченных границах, 
этнически заряженные носители украинства будут реализовывать то, что 
немецкий теоретик культурной памяти А. Ассман [19] называет 
превращение 
травматического 
прошлого 
(разумеется, 
это 
пока 
прогнозируемое будущее) вы предмет политического и экономического 
торга.  
 
Список литературы: 
1. Тойнби А. Дж. Постижение истории: Сборник /Дж. А. Тойнби 
/Пер. с англ. Е.Д. Жаркова. 2-е изд. – М.: Айтис-пресс, 2002. – 640 с. 
2. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций /С. Хантингтон 
//Геополитика: Антология. – М.: Академический проект; Культура, 2006. 
– С.603.  
3. Украина: зона нестабильности? Ее будут втягивать в НАТО 
любой ценой, но у страны нет шансов стать членом Евросоюза // 
Российская газета. – 2009. – 6 февраля. – С. 6.  
4. Хантингтон С. Там же. – С.597.  
5. Истерли В. В поисках роста: Приключения и злоключения 
экономистов в тропиках. /В. Истерли / Пер. с англ. В. Сонькина. – М.: 
Институт комплексных стратегических исследований, 2006. – С. 41.  


 
6. Кучма Л. Украина – не Россия /Л. Кучма. – М.: Издательство 
«Время», 2003. – 560 с.  
7. Манн М. Источники социальной власти: в 4-х т. Глобализации, 
1945-2011 годы /М. Манн; Пер. с англ. А.В. Лазарева; под науч.. ред. 
Д.Ю. Карасева. – М.: Издательский дом «Дело», 2018. – С. 616.  
8. Ахременко 
А.С. 
Как 
и 
зачем 
измерять 
и 
сравнивать 
государственную состоятельность разных стран мира? Теоретикометодологические основаия /А.С. Ахременко, И.Е. Горельский, А.Ю. 
Мельвиль // Полис. – 2019. – №2. – С. 8-23. 
9. Тилли Ч. Демократия /Ч. Тилли /Пер с англ. Т.Б. Менская. – М.: 
АНО «Институт общественного проектирования», 2007. – 264 с.  
10. Подвинцев 
О.Б. 
Идея 
«несостоявшихся 
государств» 
в 
российском постимперском контексте /О.Б. Подвинцев // Научный 
ежегодник Института философии и права Уральского отделения РАН.  
– 2007. – № 7. – С. 204- 214. 
11. Там же. – С. 213.  
12. Хуторская 
В. 
«Несостоявшиеся» 
государства 
– 
угроза 
международной безопасности /В. Хуторская. // Право и управление. 
ХХIвек. – 2012. – №2. – С. 98- 102.  
13. Horowitz D.L. Ethnic Groups in Conflict / D.L. Horowitz.  
– Berkeley and Los Angeles: University of California Press, 1985. 698 p.  
14. Брубейр Б.Этничность без групп. / Пер. с англ. И. Борисовой.  
– М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2012. – 408 с. 
15. Флад К. Политический миф, Теоретическое исследование. /К. 
Флад /Пер с англ. А. Георгиевой. – М.: Прогресс-Традиция, 2004. – 264 с. 
16. Кастельс 
М. 
Могущество 
самобытности. 
Социальные 
преобразования в обществе сетевых структур /М. Кастельс //Новая 
постиндустриальная волна на Западе. Антология. / Под редакцией В.Л. 
Иноземцева. – М.: Аcademia, 1999. С. 296 – 308 с.  
17. Як Б. Национализм и моральная психология сообщества /Б. Як 
/Пер. с англ. К. Бандуровского; Науч. ред. перевода М. Дондуковской. – 
М.: Изд-во Института Гайдара, 2017. 520 с. С. 351.  
18. Кулык 
В. 
Национализм 
на 
Украине. 
1986-1996 
годы 
//Национализм в поздне- и посткоммунистической Европе: в 3 т. Т. 2. 
Национализм в национальных государствах. /Под общ. Ред. Э. Яна. – М.: 
Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2010. – С. 101-126. 
19. Ассман А. Новое недовольство мемориальной культурой /А. 
Ассман /пер. с нем. Б. Хлебникова. – М.: Новое литературное обозрение, 
2016. – 232 с. 


 
УДК 342:35 
 
РЕФОРМИРОВАНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ 
РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ: ПОТЕНЦИАЛ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ 
РОССИЙСКИХ ПРАКТИК 
 
Меркулов Павел Александрович 
профессор 
Среднерусского института управления – филиала 
ФГБОУ ВО «Российская академия народного хозяйства и 
государственной службы при Президенте РФ» 
e-mail: politgmu@mail.ru 
 
Малахова Оксана Владимировна 
доцент 
Среднерусского института управления – филиала 
ФГБОУ ВО «Российская академия народного хозяйства и 
государственной службы при Президенте РФ» 
e-mail: o.v.malahova@mail.ru 
 
Соколов Вадим Вячеславович 
доцент 
Среднерусского института управления – филиала 
ФГБОУ ВО«Российская академия народного хозяйства и 
государственной службы при Президенте РФ» 
e-mail: politgmu@mail.ru 
 
Аннотация: в статье предпринимается попытка анализа проблем 
реформирования государственной службы Республики Беларусь с точки 
зрения возможностей использования опыта и апробированных практик 
модернизации системы государственной службы Российской Федерации.  
Ключевые слова: государственное управление, государственная 
служба, система государственной службы, правовое регулирование 
государственной службы, Российская Федерация, Республика Беларусь. 
 
Формирование 
и 
полноценное 
функционирование 
Союзного 
государства 
связано 
с 
необходимостью 
«создания 
единого 
экономического 
пространства 
для 
обеспечения 
социальноэкономического развития на основе объединения материального и 
интеллектуального потенциалов государств-участников и использования 
рыночных механизмов функционирования экономики» [1]. Это, в свою 
очередь, 
требует 
создание 
эффективной 
универсальной 
системы 


 
государственного управления, адаптированной к специфике стран – 
участниц Союзного государства. При этом очень важным представляется 
сохранение 
национальных 
традиций, 
учет 
особенностей 
административных систем и накопленного управленческого опыта.  
Оптимистичный 
сценарий 
формирования 
единой 
системы 
государственного управления предполагает координацию основных 
процессов администрирования на основе анализа функционирования 
системы публичного управления. Этому способствует тот факт, что 
Российская Федерация и Республика Беларусь реализуют во многом 
схожие процессы в различных сферах государственного регулирования. 
Так, Россия вслед за Республикой Беларусь реализовала ряд мероприятий 
по дерегулированию: упрощена регистрация субъектов хозяйствования, 
принят ряд мер по совершенствованию контрольной и надзорной 
деятельности, существенно упрощено налоговое законодательство, 
продолжается 
комплекс 
мероприятий 
в 
рамках 
«регуляторной 
гильотины», реформирования системы государственной службы и 
повышения эффективности гражданской службы. 
Формирование универсальной, но при этом оптимальной для двух 
государств системы органов государственного управления потребует и 
унификации законодательства о государственной службе, позволяющее, в 
том числе, проводить единую кадровую политику. В этой связи 
необходимо отметить значительный путь, который прошла Российская 
Федерация в процессе формирования национального законодательства в 
сфере государственной службы. По сути процесс реформирования с 
разной степенью интенсивности протекает с 2001 года, когда контуры 
новой системы государственной службы были опубличены в тексте 
Концепции 
реформирования 
государственной 
службы 
Российской 
Федерации и были затем трансформированы в комплекс нормативноправовых актов как федерального, так и регионального уровня 
регулирования.  
Как и во многих государствах мира, основными целями 
реформирования государственной службы Российской Федерации стали: 
«кардинальное повышение ее эффективности в интересах развития 
гражданского общества и укрепления государства, создание целостной 
системы государственной службы с учетом исторических, культурных, 
национальных и иных особенностей Российской Федерации»[2]. 
Задекларированные цели и направления реформирования института 
государственной службы Российской Федерации, зафиксированные в 
Концепции были поэтапно реализованы в рамках федеральных программ: 
«Реформирование государственной службы Российской Федерации 
(2003–2005 гг.)» (была впоследствии продлена на 2006–2007 гг.), 
«Реформирование 
и 
развитие 
системы 
государственной 
службы 


Доступ онлайн
200 ₽
В корзину