Россия-Беларусь: перспективы интеграции и стратегии развития Союзного государства (к 20-летию подписания Договора о создании Союзного государства) (13 декабря 2019 г.)
Покупка
Тематика:
Международные экономические отношения
Издательство:
Дело (РАНХиГС)
Под ред.:
Ливцов Виктор Анатольевич
Год издания: 2020
Кол-во страниц: 220
Дополнительно
Сборник подготовлен по материалам выступлений участников международной научно-практической конференции на тему: «Россия-Беларусь: перспективы интеграции и стратегии развития Союзного государства» (13 декабря 2019 г.), организованной Среднерусским институтом управления - филиалом РАНХиГС. В сборнике представлены исследования профессорско-преподавательского состава, аспирантов и студентов, посвященные
перспективам интеграции и стратегиям развития Союзного государства.
Материалы публикуются в авторской редакции.
Тематика:
ББК:
УДК:
ОКСО:
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА И ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ СРЕДНЕРУССКИЙ ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ – ФИЛИАЛ РОССИЯ-БЕЛАРУСЬ: ПЕРСПЕКТИВЫ ИНТЕГРАЦИИ И СТРАТЕГИИ РАЗВИТИЯ СОЮЗНОГО ГОСУДАРСТВА к 20-летию подписания Договора о создании Союзного государства (13 декабря 2019 года) ОРЕЛ 2020
ББК 65.9(2Рос+Беи)я43
Р 76
Рекомендовано к изданию Ученым Советом
Среднерусского института управления – филиала РАНХиГС
Составитель: Ульянова Е.А.
Россия-Беларусь: перспективы интеграции и стратегии развития
Союзного государства (к 20-летию подписания Договора о
создании Союзного государства) (13 декабря 2019 г.). Под
редакцией В.А. Ливцова. – Орёл: Изд-во Среднерусского института
управления – филиала РАНХиГС, 2020. – 220 с.
ISBN 978-5-93179-649-9
Сборник подготовлен по материалам выступлений участников
международной научно-практической конференции на тему: «РоссияБеларусь: перспективы интеграции и стратегии развития Союзного
государства» (13 декабря 2019 г.), организованной Среднерусским
институтом управления – филиалом РАНХиГС.
В
сборнике
представлены
исследования
профессорскопреподавательского состава, аспирантов и студентов, посвященные
перспективам
интеграции
и
стратегиям
развития
Союзного
государства.
Материалы публикуются в авторской редакции.
ББК 65.9(2Рос+Беи)я43
© Среднерусский институт управления –
ISBN 978-5-93179-649-9 филиал РАНХиГС, 2020
Р 76
ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ УДК 327 ПОЛИТИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН ПОСТСОВЕТСКОЙ УКРАИНЫ НА ФОНЕ ИНТЕГРАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ И СТРАТЕГИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ СОЮЗНОГО ГОСУДАРСТВА РОССИЯ-БЕЛАРУСЬ: БАЗОВЫЕ КОНЦЕПТЫ Нечаев Дмитрий Николаевич профессор Воронежского филиала ФГБОУ ВО «Российского экономического университета им. Г.В. Плеханова» e-mail: ekonomik@list.ru Аннотация: в настоящее время проект союзного государства Россия-Беларусь переживает новый этап своего развития. Это связано с рядом внешних и внутренних факторов, в том числе, с событиями на Украине. Нестабильная политическая ситуация в соседнем государстве не могла не повлиять на Беларусь и деятельность местных активистов. В статье рассматриваются базовые концепты влияния событий на Украине в рамках концепции «вызов-ответ». Ключевые слова: failedstate, несостоявшееся государство, вызовответ. Политический проект союзного государства Россия-Беларусь, который, с одной стороны, развивается контрастно и противоречиво, с другой стороны, все же имеет позитивную динамику, имеет цель не только экономической интеграции двух республик, но и сохранения цивилизационной идентичности, особого культурного кода. И логично, что данные интеграционные процессы отвечают не только интересам двух постсоветских республик, но и стратегическим целям населения двух территорий. Игнорирование этой стратагемы может привести к сложным социально- экономическим катаклизмам формируемого союзного государства, но к повторению особого политического трека Украины, которая стала особым политическим феноменом на постсоветском пространстве. И без ряда научных концептов ее настоящее и будущее осознать и спрогнозировать невозможно. Понимание политического феномена Украины дает цивилизационный подход ряда ученых А. Тойнби, О. Шпенглера, Н.Я. Данилевского[1] и др. К примеру, в начале 90-х годов ХХ века С.
Хантингтон в рамках выделения 8 цивилизаций относил Россию, Украину и Беларусь к славянско-православной цивилизации, которая коренным образом отличается от западной, иудеохристианской. При этом основными критериями в определении цивилизаций являются: язык, религия и история. К этому же тезису С. Хантингтон добавлял, что «на глобальном, или макро-, уровне возникают конфликты между стержневыми государствами – между основными государствами, принадлежащими к различным цивилизациям» [2]. Таким образом, 20 лет, прошедшие после выхода исследования С. Хантигтона «Столкновение цивилизаций», не только подтвердили, но и укрепили мнение научного и экспертного сообщества об обострении конфликта между западной и славянско-православными цивилизациями, где на линии межцивилизационных разломов оказалась Украина, чья политическая элита стремиться переместить страну в западную цивилизацию. При этом, по оценкам того же С. Хантингтона, перемещение страны между цивилизациями в современных условиях практически невозможно»[3]. Кстати, и С. Хантингтон обращает внимание на тенденцию «ослабления государств и появления обанкротившихся стран» [4]. Рассматривая проблематику цивилизаций, А. Тойнби, О. Шпенглер, Н.Я. Данилевский, С. Хантингтон, имея небольшие различия в выделении типов цивилизаций, их подходы были схожи в общем рассмотрении. Однако данный подход вовсе не означает некую истину В. Истерли, что, к примеру, инновационная экономика появляется лишь в культурной среде с наличием индивидуальных детерминант, несогласия и протеста и что любая помощь странам с иной культурой, нежели западной, вовсе не означает «верный подход к проблеме экономического роста» [5]. Исследуя проблематику цивилизационного подхода применительно к Украине логично сформулировать следующий вопрос. А возможен ли гипотетический переход Украины, как государства, из славянскоправославной цивилизации в иудео-христианскую (западную) цивилизацию, с населением, представляющим собой три основных компонента: русскими, русским украинцами и украинскими украинцами? В 2003 году широкому общественному мнению Украины и России было представлено исследование Л. Кучмы «Украина не Россия» [6], в котором глава постсоветской Украины доказывает, что Украина состоялась как государство и в повестке дня стоит вопрос об институционализации политической нации «украинцы». Вместе с тем, вопрос о состоятельности молодого государства достаточно сложный. Еще в 80-е годы ХХ века, когда проблематика государства, государственности (stateness) и государственной состоятельности (statecapacity), заняла одно из центральных мест в
западной политической науке, М. Манн выделял два основных критерия состоятельности: принуждающую (деспотическую) и инфраструктурную способности. В то же время западный автор справедливо полагает, что «многие бедные страны являются нациями – государствами лишь в воображении своих элит, но никак не в реальности»[7], и где суверенитет и национальная идентичность являются иллюзорными. Кстати, по оценкам западных институтов, Украина в 2019 году стала одной из бедных государств Европы, находясь недалеко от Молдовы. Отечественные политологи А.С. Ахрименко, И.Е. Горельский, А.Ю. Мельвиль, во многом соглашаясь с М. Манном, выделяют три базовые государственные способности – военно-принуждающую, экстрактивную (фискально-экономическую) и административно-бюрократическую. Кстати, как полагают авторы, реализуя свою экстрактивную способность и получая необходимые ресурсы для функционирования государства, это отнюдь «не обязательно предполагает эффективность их использования»[8]. Анализируя ситуацию на постсоветской Украине в период с 2014 по 2019 год важно отметить следующие общепризнанные факты: выход Крыма после государственного переворота 2014 года (евромайдан) и его вхождения по результатам референдума в состав РФ, наличие внутренних расколов и военный конфликт на Донбассе, институционализация ДНР и ЛНР, как непризнанных государственных образований, что не может в полной мере говорить в выполнении Украиной ряда способностей. Более того, в разрезе типологии Ч. Тилли о наличии сильных государств («правители и другие политические акторы нейтрализуют независимых внутренних соперников государственной власти, управляют армией и устанавливают контроль над природными ресурсами»[9]), государств средней силы и слабых государств, можно предположить, что Украина в разрезе критериев автора не является ни сильным государством, ни государством средней силы. Исследуя понятие «слабого государства», как противовес «сильного государства», «преуспевающего» (succeed) государства, мы неизбежно приходим к концепту не сложившегося, несостоявшегося государства - failedstate, который ввели в научный оборот Г. Хелман и С. Ратнер. Ведь именно failedstate, по мнению российского исследователя О.В. Подвинцева, находится в состоянии коллапса, когда государство «не может выполнять свои основные функции и воспроизводить условия собственного дальнейшего существования» [10]. Еще в 2007 году автор, выделяя примеры таких государств, политкорректно и абстрактно называет ближнее зарубежье. При этом ссылаясь на статью «Украина идет к расколу?» английского публициста Т. Рида дает образное
сравнение некоторых соседей в таком разрезе: «некоторые из них украшают ее границы как страшное ожерелье из отрезанных ушей» [11]. Наличие failedstate рядом с государствами-цивилизациями представляет для последних тревожный симптом, требующим реакции в системе А. Тойнби «вызов-ответ», В частности, в 1999 году в США в Стратегии нацбезопасности не только появился данный феномен, но и предложены варианты его микширования, как одной из явных угроз. В 2004 году Институт Брукинса разработал «индекс суверенитета», в котором используется более ста критериев для оценки способности проблемных государств «осуществлять свои функции» [12]. Разумеется, решения проблем failedstate возможно в рамках нескольких сценариев. Один из них – укрепление этих государств в рамках эффективной внутренней и внешней политики («устойчивое государство»). Это концепт и политическая практика «TerraIrredenta» (невозвращенная земля), возникшая как идея и течение во второй половине ХIХ века в отношении территорий с италоговорящим населением, когда они входили в состав Австро-Венгрии и Швейцарии. Научный подход в исследовании многогранной проблематики ирредентизма находит отражение на работах зарубежных политологов, в частности Д. Хоровица [13]. В современной политической науке концепт «TerraIrredenta» базируется на триаде Роджерса Брубейкера, который после 1990 годы выделил два сценария: 1) «к выходу за рамки государства-нации» [14] (СССР, СФРЮ, ЧССР), 2) вхождения части единого народа в одно целое (объединенная Германия). Р. Брубейкер считает, что ирредентизм представляется конфликтом, как правило, с участием трех сторон (пример Украины 2014 – 2019 гг.): 1) государства, в котором сильны тенденции к национализму (правящий политическая элита на Украине, составляющая меньшинство); 2) этнического русского компонента, исповедующего принцип национального самоопределения, с непризнанными мировым сообществом ДНР и ЛНР; 3) внешнего государства (РФ), разделенный народ которого в Луганске и Донецке считает Россию своей Родиной, а себя полагает этнически сопричастным ему. Вместе с тем, было бы преждевременным считать распад государства Украина. В данном контексте имеет смысл выделить несколько причин для замедления данных процессов. Во-первых, это конструирование правящим режимом на Украине эффективной политической мифологии, концепта укрепления устойчивости государства-нации, которую (мифологию, мифы) К. Фалд называл, с одной стороны, «идеологически маркированным рассказом о событиях прошлого, настоящего и прогнозируемого будущего», с другой стороны «миф есть форма объяснения» [15].
Во-вторых, это достаточно эффективное конструирование украинской идентичности (самобытности) ее носителями (пассионарными националистами), которое со второй половины 80-х годов ХХ века по настоящее время проходило по два этапа (типология М. Кастельса). От «самобытности сопротивления до самобытности, устремленной в будущее (projectidentity)» [16]. При этом национализм (в том числе украинский) по выражению Б. Яка лучше понимать, как «смесь чувств особого попечения и лояльности к членам нашей нации с убеждениями о важности национального сообщества в нашей жизни» [17]. И то, что произошло с процессами этнической и гражданской идентичности (политический режим на Украине, как нам представляется не разделял эти понятия), убедительно показывает украинский исследователь Володымыр Кулык. Данный автор подчеркивает следующий доминирующий политический тренд советской и постсоветской Украины: «присоединение Западной Украины в 1939-1945 годах влило в советизированный организм (имеется ввиду УССР-авт.) свежую кровь национального сознания» [18]. И еще один ракурс исследуемой нами проблемы, которая представляет собой отдельный концепт. Это концепт «мемориальной культуры» (культуры памяти». Как один из сценариев, в случае демонтажа государства Украины, как политического проекта, или переформатирования данного государства в усеченных границах, этнически заряженные носители украинства будут реализовывать то, что немецкий теоретик культурной памяти А. Ассман [19] называет превращение травматического прошлого (разумеется, это пока прогнозируемое будущее) вы предмет политического и экономического торга. Список литературы: 1. Тойнби А. Дж. Постижение истории: Сборник /Дж. А. Тойнби /Пер. с англ. Е.Д. Жаркова. 2-е изд. – М.: Айтис-пресс, 2002. – 640 с. 2. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций /С. Хантингтон //Геополитика: Антология. – М.: Академический проект; Культура, 2006. – С.603. 3. Украина: зона нестабильности? Ее будут втягивать в НАТО любой ценой, но у страны нет шансов стать членом Евросоюза // Российская газета. – 2009. – 6 февраля. – С. 6. 4. Хантингтон С. Там же. – С.597. 5. Истерли В. В поисках роста: Приключения и злоключения экономистов в тропиках. /В. Истерли / Пер. с англ. В. Сонькина. – М.: Институт комплексных стратегических исследований, 2006. – С. 41.
6. Кучма Л. Украина – не Россия /Л. Кучма. – М.: Издательство «Время», 2003. – 560 с. 7. Манн М. Источники социальной власти: в 4-х т. Глобализации, 1945-2011 годы /М. Манн; Пер. с англ. А.В. Лазарева; под науч.. ред. Д.Ю. Карасева. – М.: Издательский дом «Дело», 2018. – С. 616. 8. Ахременко А.С. Как и зачем измерять и сравнивать государственную состоятельность разных стран мира? Теоретикометодологические основаия /А.С. Ахременко, И.Е. Горельский, А.Ю. Мельвиль // Полис. – 2019. – №2. – С. 8-23. 9. Тилли Ч. Демократия /Ч. Тилли /Пер с англ. Т.Б. Менская. – М.: АНО «Институт общественного проектирования», 2007. – 264 с. 10. Подвинцев О.Б. Идея «несостоявшихся государств» в российском постимперском контексте /О.Б. Подвинцев // Научный ежегодник Института философии и права Уральского отделения РАН. – 2007. – № 7. – С. 204- 214. 11. Там же. – С. 213. 12. Хуторская В. «Несостоявшиеся» государства – угроза международной безопасности /В. Хуторская. // Право и управление. ХХIвек. – 2012. – №2. – С. 98- 102. 13. Horowitz D.L. Ethnic Groups in Conflict / D.L. Horowitz. – Berkeley and Los Angeles: University of California Press, 1985. 698 p. 14. Брубейр Б.Этничность без групп. / Пер. с англ. И. Борисовой. – М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2012. – 408 с. 15. Флад К. Политический миф, Теоретическое исследование. /К. Флад /Пер с англ. А. Георгиевой. – М.: Прогресс-Традиция, 2004. – 264 с. 16. Кастельс М. Могущество самобытности. Социальные преобразования в обществе сетевых структур /М. Кастельс //Новая постиндустриальная волна на Западе. Антология. / Под редакцией В.Л. Иноземцева. – М.: Аcademia, 1999. С. 296 – 308 с. 17. Як Б. Национализм и моральная психология сообщества /Б. Як /Пер. с англ. К. Бандуровского; Науч. ред. перевода М. Дондуковской. – М.: Изд-во Института Гайдара, 2017. 520 с. С. 351. 18. Кулык В. Национализм на Украине. 1986-1996 годы //Национализм в поздне- и посткоммунистической Европе: в 3 т. Т. 2. Национализм в национальных государствах. /Под общ. Ред. Э. Яна. – М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2010. – С. 101-126. 19. Ассман А. Новое недовольство мемориальной культурой /А. Ассман /пер. с нем. Б. Хлебникова. – М.: Новое литературное обозрение, 2016. – 232 с.
УДК 342:35 РЕФОРМИРОВАНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ: ПОТЕНЦИАЛ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ РОССИЙСКИХ ПРАКТИК Меркулов Павел Александрович профессор Среднерусского института управления – филиала ФГБОУ ВО «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ» e-mail: politgmu@mail.ru Малахова Оксана Владимировна доцент Среднерусского института управления – филиала ФГБОУ ВО «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ» e-mail: o.v.malahova@mail.ru Соколов Вадим Вячеславович доцент Среднерусского института управления – филиала ФГБОУ ВО«Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ» e-mail: politgmu@mail.ru Аннотация: в статье предпринимается попытка анализа проблем реформирования государственной службы Республики Беларусь с точки зрения возможностей использования опыта и апробированных практик модернизации системы государственной службы Российской Федерации. Ключевые слова: государственное управление, государственная служба, система государственной службы, правовое регулирование государственной службы, Российская Федерация, Республика Беларусь. Формирование и полноценное функционирование Союзного государства связано с необходимостью «создания единого экономического пространства для обеспечения социальноэкономического развития на основе объединения материального и интеллектуального потенциалов государств-участников и использования рыночных механизмов функционирования экономики» [1]. Это, в свою очередь, требует создание эффективной универсальной системы
государственного управления, адаптированной к специфике стран – участниц Союзного государства. При этом очень важным представляется сохранение национальных традиций, учет особенностей административных систем и накопленного управленческого опыта. Оптимистичный сценарий формирования единой системы государственного управления предполагает координацию основных процессов администрирования на основе анализа функционирования системы публичного управления. Этому способствует тот факт, что Российская Федерация и Республика Беларусь реализуют во многом схожие процессы в различных сферах государственного регулирования. Так, Россия вслед за Республикой Беларусь реализовала ряд мероприятий по дерегулированию: упрощена регистрация субъектов хозяйствования, принят ряд мер по совершенствованию контрольной и надзорной деятельности, существенно упрощено налоговое законодательство, продолжается комплекс мероприятий в рамках «регуляторной гильотины», реформирования системы государственной службы и повышения эффективности гражданской службы. Формирование универсальной, но при этом оптимальной для двух государств системы органов государственного управления потребует и унификации законодательства о государственной службе, позволяющее, в том числе, проводить единую кадровую политику. В этой связи необходимо отметить значительный путь, который прошла Российская Федерация в процессе формирования национального законодательства в сфере государственной службы. По сути процесс реформирования с разной степенью интенсивности протекает с 2001 года, когда контуры новой системы государственной службы были опубличены в тексте Концепции реформирования государственной службы Российской Федерации и были затем трансформированы в комплекс нормативноправовых актов как федерального, так и регионального уровня регулирования. Как и во многих государствах мира, основными целями реформирования государственной службы Российской Федерации стали: «кардинальное повышение ее эффективности в интересах развития гражданского общества и укрепления государства, создание целостной системы государственной службы с учетом исторических, культурных, национальных и иных особенностей Российской Федерации»[2]. Задекларированные цели и направления реформирования института государственной службы Российской Федерации, зафиксированные в Концепции были поэтапно реализованы в рамках федеральных программ: «Реформирование государственной службы Российской Федерации (2003–2005 гг.)» (была впоследствии продлена на 2006–2007 гг.), «Реформирование и развитие системы государственной службы