Реализация функции предварительного расследования в уголовном судопроизводстве

Реализация функции предварительного расследования  
в уголовном судопроизводстве

НОРМА 
ИНФРА-М
Москва, 2026
Д. П. Попов,
О. А. Максимов
Реализация функции  
предварительного  
расследования  
в уголовном  
судопроизводстве

УДК	343.132
ББК	 67.411
	
П58
Авторы
Денис Павлович Попов, кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовно-правовых дисциплин Челябинского государственного университета.
Олег Александрович Максимов, доктор юридических наук, доцент, заведующий кафедрой уголовного процесса Ульяновского государственного университета.
Рецензенты
В. Н. Григорьев, доктор юридических наук, профессор, профессор 
кафедры уголовного процесса Ульяновского государственного университета.
А. Ю. Епихин, доктор юридических наук, профессор, профессор 
кафедры уголовного процесса и криминалистики Казанского (Приволжского) федерального университета.
Попов Д. П.
Реализация функции предварительного расследования в уголовном судопроизводстве : монография / Д. П. Попов, О. А. Максимов.  — Москва : Норма : ИНФРА-М, 2026.  — 192  с.  — 
DOI 10.12737/2216230.
ISBN 978-5-00156-451-5 (Норма)
ISBN 978-5-16-021161-9 (ИНФРА-М, print)
ISBN 978-5-16-113905-9 (ИНФРА-М, online)
Авторы монографии, анализируя актуальные проблемы современной теории 
уголовно-процессуальных функций, заключают, что закрепленная в УПК РФ концепция трех уголовно-процессуальных функций не соответствует потребностям 
современного российского общества. Последовательно отстаивается позиция о 
необходимости закрепления в действующем законодательстве функции предварительного расследования, главным назначением которой будет обеспечение защиты прав, свобод и законных интересов лиц, вовлекаемых в уголовное судопроизводство. Предлагается понятие и раскрывается содержание функции предварительного расследования, система принципов реализации данной функции.
Для практикующих юристов, сотрудников правоохранительных органов, интересующихся современными проблемами отечественного уголовного судопроизводства, а также студентов, аспирантов и преподавателей юридических вузов.
УДК 343.132 
ББК 67.411
ISBN 978-5-00156-451-5 (Норма) 
ISBN 978-5-16-021161-9 (ИНФРА-М, print)      © Попов Д. П., Максимов О. А., 
ISBN 978-5-16-113905-9 (ИНФРА-М, online)       2026	
П58

Введение
Начатые на рубеже XX—XXI вв. процессы глобального реформирования российской государственности, политической, социально-экономической и духовно-нравственной составляющих сфер жизни происходили под лозунгами либерально-демократических ценностей, искоренения идей коллективизма, провозглашения индивидуальных прав  
и свобод человека высшей ценностью, находящейся над интересами государства и общества, и др. Наиболее подверженным имплементации 
либеральной идеологии оказалось российское законодательство и в 
еще большей степени — российское уголовное судопроизводство. 
Более чем 20-летний опыт правоприменения положений Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) 
показал, что формирование новой уголовно-процессуальной состязательной идеологии, а также предпринятые попытки законодательного 
форматирования средств ее реализации породили много вопросов, но 
так и не изменили ранее существовавшие парадигмы научного мышления, не задали уголовно-процессуальной практике новый вектор развития. В научной среде отмечается, что в результате нововведений российский уголовный процесс находится в состоянии антагонизма законодательных идей и невозможности воплощения их в жизнь на 
практике, поскольку полноценно внедрить эффективную состязательную модель досудебного производства в российский уголовный процесс так и не удалось. На это указывает оставшаяся неизменной структура досудебного производства и доминирующее положение в ней 
следственных и прокурорских органов, концепция единого уголовного дела, институты доказательственного права, возбуждения и прекращения уголовного дела, предъявления обвинения и др. Концептуально 
основываясь на идеях состязательности, сейчас весь этот механизм отдан исключительно в руки обвинения, что в итоге не в полной мере 
способствует объективному разрешению дела.
Правоохранительные органы, имеющие в своей структуре подразделения, осуществляющие предварительное расследование, предпринимают попытки устранения дисбаланса между предусмотренной законом 

Введение
и реально осуществляемой лицом, производящим предварительное расследование, уголовно-процессуальной функцией на законодательном уровне 
и на уровне ведомств.
Поглощение обвинением функции лица, расследующего уголовное 
дело, вступает в существенное противоречие не только с легитимным 
определением понятия следователя как основного субъекта, осуществляющего данную деятельность, отраженным в ст. 38 УПК РФ, где уголовное преследование даже не упоминается, но и с такими понятиями, как «предварительное расследование», «предварительное следствие», «следственное действие», «доказывание» и др. Реализация 
широкого комплекса полномочий в период от принятия сообщения о 
преступлении до направления прокурору дела для утверждения обвинительного заключения (акта, постановления) или до прекращения 
уголовного дела выражает функцию предварительного расследования, 
которая по своему содержанию не совпадает с обвинением. На обоснованность наделения лица, производящего расследование, функцией 
предварительного расследования указывают: 1) социальное предназначение органов предварительного расследования в обществе; 2) специфические условия и направленность их процессуальной деятельности; 
3) особый порядок и последовательность выполнения процессуальных 
действий и принятия процессуальных решений. 
Следует отметить, что содержание функции предварительного расследования в современный период основывается на совершенно иных 
реалиях, не связанных с существовавшими в советский период, — закрепленных в Конституции Российской Федерации положениях  
о первичности среди государственно охраняемых ценностей прав  
и свобод человека. Вопросы, касающиеся новых научных подходов  
к осмыслению теоретико-прикладных проблем реализации функции 
предварительного расследования, создания научно обоснованной и социально ориентированной модели дальнейшего развития форм уголовно-процессуальной деятельности по расследованию преступлений, 
разработки принципов, средств и способов реализации данной деятельности, приобрели крайне высокую теоретическую и практическую значимость. 
В приведенном контексте тема исследования представляется весьма актуальной, а ее результаты — востребованными как уголовнопроцессуальной наукой, так и правоприменительной практикой.

в уголовном судопроизводстве:  
понятие, содержание и принципы реализации
§ 1. Понятие и задачи функции  
предварительного расследования
Вопрос об основной функции лица, производящего предварительное 
расследование, которую он de jure и de facto осуществляет в ходе досудебного производства по уголовному делу, является одним из самых 
дискуссионных в теории уголовно-процессуального права на протяжении продолжительного времени.
Вначале целесообразно обратиться к некоторым историческим и 
общетеоретическим аспектам понятия функционализма в уголовном 
процессе1. 
Основной тенденцией терминологического оформления кодифицированных нормативных правовых актов последних двух десятилетий стало 
стремление законодателя внести в их текст ясность посредством введения норм, раскрывающих содержание основных понятий (терминов).  
К числу таких правоположений в российском законодательстве относятся: ст. 11«Институты, понятия и термины, используемые в настоящем Кодексе» Налогового кодекса РФ, ст. 2 «Определения» Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, ст. 6 «Понятия и термины, применяемые в настоящем Кодексе» Бюджетного кодекса РФ и ряд других. 
Не стал исключением и УПК РФ, ст. 5 «Основные понятия, используемые в настоящем Кодексе» которого содержит перечень, состоящий 
из нескольких десятков понятий, которые, по мнению российского законодательного органа, являются основными. Этот перечень фактически представляет собой краткий словарь уголовно-процессуальных 
терминов2, обеспечивает логическую стройность нормативного мате1  См. подробнее: Горленко В. А. Дефиниция уголовного преследования в российском 
законодательстве (историко-правовой аспект) // История государства и права. 2008. 
№ 18. С. 5—8. 
2  См.: Смирнова К. Н. Основные понятия Уголовно-процессуального кодекса 
Российской Федерации: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Челябинск, 2013. С. 20.

риала, способствует лучшему пониманию правовых предписаний, унифицирует правоприменительную деятельность, обеспечивает единство 
и согласованность всей правовой системы1. Вместе с тем анализ положений ст. 5 УПК РФ показывает, что в определении основных понятий 
встречаются термины, не имеющие законодательного разъяснения. Так, 
п. 45 ст. 5 УПК РФ указывает, что стороны — это участники уголовного судопроизводства, которые на основе состязательности выполняют 
функции обвинения (уголовного преследования) и защиты от обвинения. Принцип состязательности, установленный в ст. 15 УПК РФ, расширяет представление о функциональной характеристике уголовно-процессуальной деятельности, предусматривая, что «функции обвинения, 
защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо». 
В диспозициях норм, закрепляющих основные понятия и содержание принципа состязательности, законодатель, используя термин «функция», ограничивается лишь указанием на их (функций) существование 
и систему (количество), при этом не стремясь внести ясность в само 
определение данного термина2. 
Термин «функция» имеет латинское происхождение (лат. «functio» — 
выполнение, совершение). Данный термин обозначает явление, зависящее от другого и изменяющееся по мере изменения этого другого явления. Также функция определяется как обязанность, круг деятельности, 
роль, значение чего-нибудь3. В философии функция определяется как 
круг деятельности, назначение, роль в системе4. Синонимами термина 
«функция» являются «работа», «назначение», «обязанность»5.
Исторические предпосылки возникновения первых концепций о функциональной модели уголовно-процессуальной деятельности традиционно связывают с политическими и правовыми реформами второй половины XIX в., в числе которых была и реформа уголовного судопроизводства, завершившаяся принятием 20 ноября 1864 г. Устава уголовного 
1  См.: Арямов А. А., Руева Е. О. Формулирование юридических дефиниций (на примере антикоррупционного законодательства РФ) // Lex russica. 2017. № 8. С. 90.
2  См.: Стельмах В. Ю. Необходимость развития теоретических представлений об 
уголовно-процессуальных функциях // Российская юстиция. 2020. № 1. С. 28—29; Попов Д. П. Уголовно-процессуальные функции: проблемные вопросы, определения, понятия // Правопорядок: история, теория, практика. 2018. № 1. С. 57.
3  См.: Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка / под ред. Л. И. Скворцова. 
26-е изд. М., 2010. С. 688. 
4  См.: Данильян О. Г. Философия права: учебник. М., 2005. С. 409. 
5  См.: Александрова З. Е. Словарь синонимов русского языка: практический 
справочник. М., 2001. С. 537.

судопроизводства1 (далее — УУС). Одной из прогрессивных и демократических идей УУС стало провозглашение в нем принципа состязательности, который нашел выражение в стадии судебного разбирательства2. 
Положения о состязательности были предусмотрены в ст. 630—632 гл. V 
«Об условиях производства дела в судебных заседаниях» раздела IV книги второй. 
Разделяя прогрессивные идеи законотворцев своего времени, И. Я. Фойницкий и В. К. Случевский писали: «Подобно тому, как в экономической жизни смешение труда по мере развития культуры сменяется высшим в исторической преемственности порядком разделения труда, и в 
уголовном процессе с развитием государственной жизни вырабатываются особые органы для каждой процессуальной функции»3; «для возможности полноты судебной власти законодательство включило в число лиц судебного ведомства не только судей, но и тех лиц, которые отправляют функции, хотя и не чисто судебного свойства, но близко к ним 
прикасающиеся. Таковы прокуратура, адвокатура, судебные следователи, судебные приставы и судебные рассыльные»4.
Соглашаясь с воззрениями ученых, полагаем, что эти статьи УУС и стали побудительным мотивом для введения в научный оборот термина «уголовно-процессуальная функция».
Изучение существующих на сегодняшний день концепций позволяет констатировать отсутствие в научной среде единства мнений относительно понятия «уголовно-процессуальная функция». Анализ научных 
интерпретаций данного термина позволяет с той или иной долей условности выделить два подхода. 
В рамках первого научного подхода П. С. Элькинд определила уголовно-процессуальные функции как «выраженные в соответствующих 
направлениях уголовно-процессуальной деятельности специальное назначение и роль его участников»5. Р. Д. Рахунов рассматривал процессуальную функцию как «круг деятельности одного или нескольких 
участников уголовного процесса, осуществляемой в силу того положе1  См.: Судебные уставы 20 ноября 1864 года: в 4 ч. Ч. 2: Устав уголовного 
судопроизводства. [1864]. 
2  См.: Илюхина В. А. Принцип состязательности сторон в уголовном судопроизводстве 
России и Армении (сравнительно-правовой анализ) // Уголовное судопроизводство. 
2022. № 1. С. 37—38. 
3  Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства: т. 1—2. Т. 1. СПб., 1896. С. 594. 
4  Случевский В. К. Учебник русского уголовного процесса: в 2 ч. / под ред. В. А. Томсинова. Ч. I: Судоустройство. М., 2014. С. 398. 
5  Элькинд П. С. Сущность советского уголовно-процессуального права. Л., 1963. 
С. 54.

ния, которое данный участник занимает в процессе»1. В определении 
С. В. Романова процессуальная функция также определяется как «место и роль участника уголовного процесса в достижении цели и решении задач конкретного этапа уголовного процесса и, соответственно, 
уголовного процесса в целом»2. Имеются и иные определения функции 
как проделанной работы3. 
Особенностью данного научного подхода к определению и содержанию исследуемого понятия является выведение в число имманентных 
признаков «специальное назначение участника», его «фактическое положение», «место», «роль в уголовном судопроизводстве». На наш 
взгляд, приведенные определения так же, как и характеризующие их 
признаки, представляются неполными. 
Уголовное судопроизводство — это не простая совокупность статусов, фактических (статичных) положений его участников, ролей участников с набором предоставленных им прав и возложенных обязанностей. 
Уголовное судопроизводство — это прежде всего урегулированный нормами права специализированный вид социальной деятельности множества входящих в нее субъектов, преследующих разрешение конкретных 
задач, направленных на достижение общего назначения уголовного судопроизводства (ст. 6 УПК РФ). Именно направленность уголовно-процессуальной деятельности участников на разрешение конкретных задач, 
стоящих перед ними в процессе реализации уголовно-процессуальных 
правоотношений, лежит в основе предметно-целевого определения назначения деятельности каждого участника, а исходя из этого — наделения его специальными правами, обязанностями и ответственностью4. 
В процессе реализации правоотношений участники уголовного процесса используют не весь спектр предоставленных им законом прав и 
обязанностей, а лишь ту их часть, которая им необходима для движе1  Рахунов Р. Д. Участники уголовно-процессуальной деятельности. М., 1961. С. 23.
2  Романов С. В. Понятие, система и взаимодействие процессуальных функций  
в российском уголовном судопроизводстве: дис. … канд. юрид. наук. М., 2007. С. 41—42.
3  См., например: Давлетов А. А., Азаренок Н. В., Асанов Р. Ш. Проблема функций 
следователя в уголовном процессе // Российский юридический журнал. 2019. № 4. С. 61.
4  См.: Уголовно-процессуальная деятельность в досудебном производстве / науч. ред. 
В. А. Семенцов. Краснодар, 2023. С. 47—48; Гладышева О. В. Ответственность следователя // Юридический вестник Кубанского государственного университета. 2020. № 3.  
С. 39—44; Она же. Ответственность органов досудебного производства: проблемы определения и применения в уголовном судопроизводстве // Актуальные вопросы производства предварительного следствия в современных условиях совершенствования уголовнопроцессуального законодательства: сб. науч. тр. Всерос. науч.-практ. конф. М., 2023.  
С. 64; Семенцов В. А. Уголовно-процессуальная ответственность следователя // Вестник 
Уральского юридического института МВД России. 2020. № 4. С. 32.