Сравнительное конституционное обозрение, 2025, № 1 (162)
научно-аналитичесий журнал
Покупка
Тематика:
Конституционное (государственное) право
Издательство:
ООО "Центр конституционных исследований"
Наименование: Сравнительное конституционное обозрение
Год издания: 2025
Кол-во страниц: 207
Дополнительно
Тематика:
ББК:
УДК:
ОКСО:
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Том 34 № 1 (162) 2025 НАУЧНО-АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ Учредитель О. Б. Сидорович Издатель ООО «Центр конституционных исследований» Редакционный совет А. С. АВТОНОМОВ (Институт международного права и экономики им. А. С. Грибоедова) А. БЛАНКЕНАГЕЛЬ, сопредседатель (Университет им. Гумбольдта, Германия) Н. А. БОГДАНОВА (Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова) А. Е. ВАШКЕВИЧ (Европейский гуманитарный университет, Литва) Е. В. ГРИЦЕНКО (Санкт-Петербургский государственный университет) А. В. ДОЛЖИКОВ (Санкт-Петербургский государственный университет) И. П. КЕНЕНОВА (Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова) А. И. КОВЛЕР (Институт законодательства и сравнительного правоведения) М. А. КРАСНОВ (НИУ «Высшая школа экономики») А. Н. МЕДУШЕВСКИЙ, сопредседатель (НИУ «Высшая школа экономики») Р. УИТЦ (Ройял Холлоуэй, Лондонский университет, Великобритания) С. ХОЛМС (Нью-Йоркской университет, США) А. ШАЙО (Венгерская академия наук, Венгрия) А. М. ЧИРНИНОВ (Институт философии и права УрО РАН) Редакционная коллегия И. А. АЛЕБАСТРОВА (независимый эксперт) А. П. ЕВСЕЕВ (Российский государственный университет правосудия) И. А. КРАВЕЦ (Новосибирский государственный университет) О. Н. КРЯЖКОВА ( Российский государственный университет правосудия) Б. НОБЛ (Университетский колледж Лондона, Великобритания) У. ПартлетТ (Университет Мельбурна, Австралия) А. Г. РУМЯНЦЕВ (независимый юрист-исследователь) А. В. САЛЕНКО (Балтийский федеральный университет имени Иммануила Канта) Д. СМИЛОВ (Софийский университет, Болгария) А. А. ТРОИЦКАЯ (Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова) Т. М. ХРАМОВА (независимый эксперт) П. ЧЕЙСТИ (Колледж Св. Антония, Оксфордский Университет, Великобритания) Главный редактор О. Б. СИДОРОВИЧ (ООО «Центр конституционных исследований») Заместители главного редактора А. Г. РУМЯНЦЕВ (независимый юрист-исследователь) А. А. ТРОИЦКАЯ (Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова) Редакторы Д. А. МАМАЕВ М. СИДОРОВИЧ © ООО «Центр конституционных исследований», 2025 ЭТАЖИ ДЕМОКРАТИИ ЦИФРОВАЯ ДЕМОКРАТИЯ И ЕЁ ОСОБЕННОСТИ: 4 ОПЫТ ЕВРОПЕЙСКИХ СТРАН Александр Черкасов ПУТЕШЕСТВИЕ ПО ГЕРМАНИИ НЕМЕЦКИЙ КОНСТИТУЦИОННЫЙ ДИЗАЙН: 21 ОСНОВНОМУ ЗАКОНУ ГЕРМАНИИ — 75 ЛЕТ Александр Саленко КОНСТИТУЦИОНАЛИЗМ И ДЕЛИБЕРАТИВНОЕ УЧАСТИЕ ИНСТИТУТ АССАМБЛЕЙ ГРАЖДАН, 37 CABILDO ABIERTO И ДЕЛИБЕРАТИВНОЕ УЧАСТИЕ В СОВРЕМЕННЫХ ГОСУДАРСТВАХ Игорь Кравец ПРАВО И РЕЛИГИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ФИНАНСИРОВАНИЕ 62 РЕЛИГИОЗНЫХ СЛУЖИТЕЛЕЙ: МОДЕЛИ И ПЕРСПЕКТИВЫ ИХ РАЗВИТИЯ Игорь Пибаев МЕСТНОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ МУНИЦИПАЛЬНАЯ РЕФОРМА В РОССИИ 95 В КОНТЕКСТЕ МИРОВЫХ МОДЕЛЕЙ ОРГАНИЗАЦИИ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ В ФЕДЕРАТИВНЫХ СИСТЕМАХ Вадим Корольков ИНФОРМАЦИОННЫЕ СВОБОДЫ В МАССОВОМ ОБЩЕСТВЕ ФЕЙКОВЫЕ НОВОСТИ НА РЫНКЕ ИДЕЙ: 120 КРИТИЧЕСКИЙ ВЗГЛЯД НА АМЕРИКАНСКУЮ ТЕОРЕТИЧЕСКУЮ ДИСКУССИЮ Александр Кульнев ПРОТИВОСТОЯНИЕ ЦИФРОВЫХ ПЛАТФОРМ И ГОСУДАРСТВА: 150 БЛОКИРОВКА СОЦСЕТИ X (TWITTER) В БРАЗИЛИИ Андрей Булгаков PRAXIS ВСПОМОГАТЕЛЬНЫЕ РЕПРОДУКТИВНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ: 163 НЕОЧЕВИДНЫЕ ПРЕДЕЛЫ ЗАЩИТЫ Александра Троицкая, Ольга Шевченко КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОЕ ПЛАЦЕБО: 184 АНАЛИЗ ПОЗИЦИИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ В ПОСТАНОВЛЕНИИ ОТ 26 СЕНТЯБРЯ 2024 ГОДА № 41-П О ПРАВЕ НА ЛЕКАРСТВЕННОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ОРФАННЫХ ПАЦИЕНТОВ Константин Шарловский, Алина Лимонова Свидетельство о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС77-82339 от 23 ноября 2021 года выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций. Тираж 300 экз. Периодичность – 4 номера в год. Цена свободная. Подписной индекс (Каталог «Почта России») — ПН962. Дата выхода в свет: 31 марта 2025 года. Адрес редакции: 129090 Москва, ул. Щепкина, д. 8. Тел.: +7 (495) 608-69-59. Эл. почта: info@sko-journal.ru Отпечатано в типографии ООО «Буки Веди» 117393, г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Обручевский, ул. Профсоюзная, д. 56, этаж 3, помещение XIX, ком. 321. Тел.: +7 (495) 926-63-96; www.bukivedi.com; info@bukivedi.com Позиции авторов статей могут не совпадать с мнением редакции. При цитировании материалов ссылка на журнал и правообладателя обязательна. ISSN 1812-7126; e-ISSN 2542-1417
РАСПРОСТРАНЕНИЕ И ПОДПИСКА НА 2025 ГОД Печатная версия Россия Через сайт журнала: https://sko-journal.ru/ Через подписные агентства: • ООО «Урал-Пресс округ» Тел.: (495) 789-86-36 • http://ural-press.ru • ООО «Коммуникационное Агентство Криэйтив Сервис Бэнд» Тел.: (499) 685-13-30 • https://periodicals.ru/ • ООО «Руспресса» Тел.: (495) 369-11-22 • http://www.abcpress.ru/ • ООО «Прессинформ» Тел.: (812) 786-81-19 • http://presskiosk.ru/ • АО «Почта России» Электронный каталог «Газеты и журналы по подписке» http://podpiska.pochta.ru Страны СНГ и дальнего зарубежья Оформить подписку на журнал можно через: • Агентство «Книга-Сервис» Тел.: (495) 680-90-88 • https://www.akc.ru/ • ООО «ИВИС» Тел.: (495) 777-65-57 • http://www.ivis.ru/ • ООО «Коммуникационное Агентство Криэйтив Сервис Бэнд» Тел.: (499) 685-13-30 • https://periodicals.ru/ Электронная версия Приобрести электронную версию любого выпуска или статьи журнала можно: • на сайте журнала: https://sko-journal.ru/ • через Научную электронную библиотеку elibrary.ru. Страница журнала в электронном каталоге: http://elibrary.ru/title_items.asp?id=9477 • через Электронно-библиотечную систему Znanium: https://znanium.ru/ Решением ВАК журнал включён в «Перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертации на соискание учёной степени доктора и кандидата наук» ПРИГЛАШЕНИЕ К ПУБЛИКАЦИИ Приглашаем российских и зарубежных авторов к публикации на страницах журнала статей, а также рецензий, обзоров, комментариев, соответствующих профилю и тематике издания. В журнале предусмотрена процедура обязательного рецензирования. Полный перечень требований и порядок рецензирования размещены на сайте: https://sko-journal.ru/informatsiya-dlya-avtorov/ Система платного размещения статей в журнале не используется! Материалы направлять в электронном виде (желательно в формате Word) через сайт: https://sko-journal.ru/forma/ или по электронной почте: info@sko-journal.ru Журнал входит в базу журналов Russian Science Citation Index на платформе Web of Science, а также в базу данных периодических и продолжающихся изданий Ulrich's Periodicals Directory
Volume 34 1 (162) • 2025 Founder O. Sidorovich Publisher Center for Constitutional Studies Ltd. Editorial Advisory Board A. AVTONOMOV (Griboedov Institute of International Law and Economics) A. BLANKENAGEL, Co-Chairman (Humboldt University, Germany) N. BOGDANOVA (Lomonosov Moscow State University) A. CHIRNINOV (Institute of Philosophy and Law, UB RAS) A. DOLZHIKOV (Saint Petersburg State University) E. GRITSENKO (Saint Petersburg State University) S. HOLMES (New York University, USA) I. KENENOVA (Lomonosov Moscow State University) A. KOVLER (Institute of Legislation and Comparative Law) M. KRASNOV (Higher School of Economics) A. MEDUSHEVSKY, Co-Chairman (Higher School of Economics) A. SAJÓ (Hungarian Academy of Sciences, Hungary) R. UITZ (Royal Hollway University of London, UK) A. VASHKEVICH (European Humanities University, Lithuania) Editorial Board I. ALEBASTROVA (Independent Expert) P. CHAISTY (St. Antony’s College in the University of Oxford, UK) A. EVSEEV (Higher School of Economics) T. KHRAMOVA (Independent Expert) I. KRAVETS (Novosibirsk State University) O. KRYAZHKOVA (Russian State University of Justice) B. NOBLE (University College London, UK) W. PARTLETT (Melbourne Law School, Australia) A. RUMYANTSEV (Independent Legal Researcher) A. SALENKO (Immanuel Kant Baltic Federal University) D. SMILOV (Sofia University, Bulgaria) A. TROITSKAYA (Lomonosov Moscow State University) Editor-in-Chief O. SIDOROVICH (Center for Constitutional Studies Ltd.) Co-Editors-in-Chief A. RUMYANTSEV (Independent Legal Researcher) A. TROITSKAYA (Lomonosov Moscow State University) Editors D. MAMAEV M. SIDOROVICH Address: 8, Shchepkin Str., Moscow, 129090, Russian Federation Tel.: +7 (495) 608-69-59 E-mail: info@sko-journal.ru https://sko-journal.ru/ © Center for Constitutional Studies Ltd., 2025 LEVELS OF DEMOCRACY E-DEMOCRACY AND ITS FEATURES: 4 THE EXPERIENCE OF EUROPEAN COUNTRIES Alexander Cherkasov JOURNEY THROUGH GERMANY GERMAN CONSTITUTIONAL DESIGN: 21 GERMANY’S BASIC LAW TURNS 75 Alexander Salenko CONSTITUTIONALISM AND DELIBERATE PARTICIPATION THE INSTITUTION OF CITIZENS’ ASSEMBLIES, CABILDO ABIERTO 37 AND DELIBERATIVE PARTICIPATION IN MODERN STATES Igor Kravets LAW AND RELIGION STATE FUNDING OF RELIGIOUS MINISTERS: EXISTING MODELS 62 AND PROSPECTS FOR THEIR DEVELOPMENT Igor Pibaev LOCAL GOVERNMENT MUNICIPAL REFORM IN RUSSIA IN THE CONTEXT 95 OF WORLD MODELS OF LOCAL GOVERNMENT ORGANISATION IN FEDERAL SYSTEMS Vadim Korolkov INFORMATION FREEDOMS IN MASS SOCIETY FAKE NEWS ON THE MARKETPLACE OF IDEAS: 120 A CRITICAL REVIEW OF THE AMERICAN THEORETICAL DISCUSSION Alexander Kulnev THE CONFLICT BETWEEN DIGITAL PLATFORMS AND GOVERNMENTS: 150 THE BLOCKING OF X (TWITTER) IN BRAZIL Andrei Bulgakov PRAXIS ASSISTED REPRODUCTIVE TECHNOLOGIES: 163 NON-OBVIOUS LIMITS OF PROTECTION Alexandra Troitskaya, Olga Shevchenko CONSTITUTIONAL PLACEBO: CRITICAL REVIEW 184 OF THE RUSSIAN CONSTITUTIONAL COURT JUDGMENT OF 26 SEPTEMBER 2024 IN THE CASE NO. 41-P ON THE RIGHT TO ORPHAN MEDICINES Konstantin Sharlovskiy, Alina Limonova ISSN 1812-7126; e-ISSN 2542-1417
Цифровая демократия и её особенности: опыт европейских стран Александр Черкасов* Развитие цифровой демократии в европейских странах предполагает активное внедрение современных технологий и продвижение цифровизации в целях укрепления политической системы и защиты прав и свобод человека. Цифровая демократия способствует преодолению сложившегося разрыва между гражданским обществом и государством, в том числе посредством устранения лишних звеньев в отношениях между ними и рационализации политического участия. В ходе цифровизации открываются новые механизмы выявления мнения населения и его вовлечения в решение наиболее значимых вопросов общественной и политической жизни. Весомую роль играют социальные сети, предоставляющие актуальную информацию в режиме реального времени и способствующие устранению традиционных барьеров для гражданского участия, таких, например, как расстояние или социальное давление. Цифровая демократия способствует внедрению института «электронного правительства», что делает оказываемые органами публичной власти услуги практически круглосуточно доступными для населения. Усиливается дифференциация в сфере предоставления услуг, которые оказываются как бы специально «выкроенными» для каждого конкретного индивидуума, воспринимаемого в первую очередь в качестве клиента публичной администрации. Автоматизация предоставляемых гражданам услуг способствует сокращению возможных человеческих ошибок при вводе данных и гарантирует определённую беспристрастность со стороны публичных властей. Благодаря цифровой демократии во многом преодолевается характерный для представительной демократии кризис легитимности, вызванный потерей доверия к действующим политическим институтам. В условиях цифровизации граждане получают гораздо больший доступ к объективной информации и становятся менее зависимыми от традиционных источников информации, которые во многом определяли их политические взгляды. Цифровая демократия также содействует развитию партисипативной демократии, способствуя преодолению гражданской апатии и возрастанию участия граждан в публичной политике. Проникновение цифровых технологий в повседневную жизнь, однако, не только даёт дополнительные возможности для роста и развития, но и порождает новые риски. Развитие цифровой демократии тормозится возможностью манипуляции сознанием населения и распространением информации, не соответствующей действительности. На граждан зачастую обрушивается большой поток неотфильтрованных новостей, и в этих условиях им бывает нелегко отличить правдивую информацию от фейковой, которая может быть достаточно умело сконструированной посредством современных технологий. Существенной проблемой остаётся и так называемый цифровой разрыв, определяемый как неспособность части населения должным образом воспользоваться современными средствами коммуникации. ³ Цифровая демократия; цифровое участие; инновации; социальные сети; органы публичной власти; электронное правительство; проблема цифрового представительства; цифровой абсентеизм ЭТАЖИ ДЕМОКРАТИИ * Александр Игоревич Черкасов — кандидат юридических наук, доцент, ведущий научный сотрудник сектора прав человека Института государства и права Российской академии наук, Москва, Россия (e-mail: aligorch@yandex.ru). DOI: 10.21128/1812-7126-2025-1-4-20
А. Черкасов. Цифровая демократия и её особенности: опыт европейских стран 5 1. Введение Внедряемые в европейских странах демократические инновации базируются на применении современных информационных и коммуникационных технологий. Речь идёт о некой «цифровой (электронной) демократии» (англ.: e-democracy), предполагающей активное продвижение цифровизации в целях укрепления действующей системы политических институтов и реализации прав человека. Цифровые технологии предоставили населению совершенно новые услуги связи, что по крайней мере теоретически обеспечило каждого правом голоса в Интернете и создало основу для трансформации всей системы социальной коммуникации и формирования так называемого сетевого общества. Появилось понятие «цифровых граждан» (англ.: digital citizens). Такими гражданами считаются те, кто обладают необходимыми цифровыми навыками и пользуются Интернетом на регулярной основе, ответственно и эффективно1. Теперь пользователи могут не только получать информацию, но и опубликовывать её и обмениваться ею. Как отмечает американский исследователь М. Е. Милакович, «миллионы участников развивающегося публичного пространства или “блогосферы” влияют на политические процессы, выступая в качестве простых наблюдателей, репортёров, рецензентов и фактчекеров»2. Развивается некий «новый тип любительской журналистики и политических и социальных комментариев, бросающий вызов устоявшимся новостным агентствам и источникам общественного мнения», что способствует «продвижению более открытой партисипативной культуры практически во всех аспектах общественной жизни»3. Подобные нововведения поддерживают горизонтальную демократическую самоорганизацию на более широкой и интерактивной основе. Происходит «разрушение идентичности, связанной исключительно с национальным государством», поскольку пользователи теперь «могут отдавать предпочтение глобальной, а также местной идентичности»4. Определённой предшественницей цифровой демократии явилась так называемая «теледемократия». Соответствующая концепция активно продвигалась в 1980-е годы и была связана с развитием кабельного телевидения, предполагавшего возможности более интерактивного общения граждан как между собой, так и с органами публичной власти. Теледемократия опиралась на популярный и в настоящее время лозунг «использования технологий в целях развитии демократии» и предполагала активизацию гражданского участия посредством расширения информационных потоков среди населения. Считалось, что благодаря кабельному телевидению граждане смогут непосредственно общаться друг с другом, минуя традиционных посредников, и это будет вносить ощутимый вклад в развитие местной демократии. Знаковым примером реализации идеи теледемократии считалась трансляция в кабельных сетях заседаний местных органов власти с возможностью определённого интерактивного участия в них населения. 1 См.: Lynn T., Rosati P., Conway E., Curran D., Fox G., O’Gorman C. Digital Towns: Accelerating and Measuring the Digital Transformation of Rural Societies and Economies. Cham : Palgrave Macmillan, 2022. P. 23. 2 Milakovich M. E. Digital Governance: New Technologies for Improving Public Service and Participation. New York : Routledge, 2012. P. 19. 3 Ibid. P. 19–20. 4 Hague B. N., Loader B. D. Digital Democracy: An Introduction // Digital Democracy: Discourse and Decision Making in the Information Age / ed. by B. N. Hague, B. D. Loader. London ; New York : Routledge, 2005. P. 3–22, 6.
С развитием современных технологий и дальнейшей цифровизацией концепция теледемократии эволюционировала и претерпела ряд переименований. Рассматриваемый вид демократии в настоящее время может обозначаться различными терминами, такими, например, как «виртуальная демократия» (англ.: virtual democracy)5, «кибердемократия» (англ.: cyberdemocracy)6 либо «онлайн-демократия» (англ.: online democracy)7. При этом наиболее распространённым, обобщающим термином, используемым в большинстве работ по цифровизации, остаётся «цифровая (электронная) демократия» (англ.: digital democracy). Цифровая демократия способствует рационализации политического участия и преодолению сложившегося разрыва между гражданским обществом и государством, в том числе посредством устранения лишних звеньев в отношениях между ними. Благодаря Интернету политики теперь могут объяснять свои позиции населению напрямую, без посредничества со стороны прессы, а население — следить за деятельностью своих избранников и государственных чиновников, а также выражать свои мысли и чаяния в электронной форме. Информация, таким образом, в определённом смысле «дематериализуется» и перестаёт нуждаться в непосредственном «физическом воплощении»8. В ходе цифровизации открываются новые и более удобные механизмы выявления мнения населения и его возможного политического участия, в том числе посредством различных мессенджеров, чатов, мобильных приложений, электронной почты, цифровых платформ, веб-сайтов органов публичной власти. Значимую роль играют социальные сети, предоставляющие общественности актуальную информацию в режиме реального времени и обеспечивающие необходимое взаимодействие. Инструменты социальных сетей оказываются «особо полезными в устранении традиционных барьеров для гражданского участия, таких как время, расстояние и социальное давление»9. Благодаря цифровизации формируется своеобразная сеть координационных механизмов, обеспечивающих сотрудничество между государством и гражданским обществом, и эти механизмы оказываются незаменимыми в случае различного вида чрезвычайных ситуаций. Цифровая демократия способствует более эффективной защите прав разнообразных меньшинств, многие из которых ранее представляли собой достаточно маргинализированные группы, не способные мобилизовывать более широкую массовую поддержку и как-то вклиниваться в повестку дня, навязываемую мейнстримным большинством. В настоящее же время меньшинства получили возможность разрабатывать и выдвигать отвечающие их интересам предложения, воспользовавшись теми относительно недорогими коммуникационными возможностями, которые им предоставляет цифровая демократия. Теперь эти меньшинства, объединяя ресурсы и координируя усилия через Интернет, могут продемонстрировать свою распространённость и организованность с целью «получения поддержки от уже устоявшихся групп» и разрушения было наме5 Lindner R., Aichholzer G. E-Democracy: Conceptual Foundation and Recent Trends // European E-Democracy in Practice / ed. by L. Hennen, I. van Keulen, I. Korthagen, G. Aichholzer, R. Lindner, R. Ø. Nielsen. Cham : Springer, 2020. Р. 11–46, 16. 6 См.: Karem H. Cyberdemocracy: Transforming Politics. Cham : Palgrave Macmillan, 2023. 7 Castelfranchi C., Falcone R. The Problematic Relationship Between Trust and Democracy; Its Crisis and Web Dangers and Promises // The Future of Digital Democracy: An Interdisciplinary Approach / ed. by P. Contucci, A. Omicini, D. Pianini, A. Sîrbu. Cham : Springer, 2019. Р. 62–82, 74. 8 Larus J. R. Evolution of Computing // Introduction to Digital Humanism: A Textbook / ed. by H. Werthner, C. Ghessi, J. Kramer, J. Nida-Rümelin, B. Nuseibeh, E. Prem, A. Stranger. Cham : Springer, 2024. P. 31–45, 39. 9 Yavuz N. Digital Divide and Citizen Participation in Public Policy Making // Citizen-Centered Public Policy Making in Turkey / ed. by V. Göçoğlu, N. Karkin. Cham : Springer, 2023. Р. 115–130, 121.
А. Черкасов. Цифровая демократия и её особенности: опыт европейских стран 7 тившегося «их отделения от мейнстрима»10. Аналогичные возможности, правда, предоставляются и маргинальным политическим силам, исповедующим ксенофобию и популизм. Цифровой трансформации органов публичной власти и облечению механизмов гражданского участия в электронную форму в значительной мере способствовала пандемия COVID-19. В условиях разнообразных карантинных мероприятий, в рамках которых ограничивались межчеловеческие контакты, многие публичные события происходили в формате онлайн. Развивались телемедицина, а также такие формы коммуникации, как онлайн-конференции и онлайн-обучение. Расширялись элементы трудовой деятельности на удалённой основе. На проводившихся в период пандемии выборах в ряде европейских стран (Франция, Россия, Бельгия, Болгария и др.) частично использовалась система дистанционного электронного голосования. Пандемия дала дополнительный импульс всему процессу цифровизации, тем самым определив феномен «цифрового ускорения»11, без которого, вероятно, и не было бы цифровой демократии в её современном виде. Именно пандемия содействовала развитию цифровой инфраструктуры и разработке инвестиционных программ по улучшению связи, а также стимулировала покупку населением соответствующего оборудования. Цифровая демократия представляет собой достаточно широкий и многосоставный феномен, и в рамках одной статьи вряд ли возможно охватить все её аспекты. Приоритет был отдан автором вопросам электронного правительства и оказания услуг населению в цифровом формате, роли цифровой демократии как драйвера других видов демократии, а также тем проблемам, которые возникают в связи с реализацией цифровой демократии. Предметом отдельных научных статей может стать и уже стал ряд иных вопросов, не охваченных в данной работе, но тем или иным образом связанных с цифровой демократией, таких как электронное голосование на выборах, цифровые права, цифровой гуманизм, информационное самоопределение и защита персональных данных пользователей. Данная статья написана на основе анализа опыта, в первую очередь, европейских государств и изучения соответствующей европейской литературы, хотя ссылки в ней даются и на работы американских авторов по общим вопросам, связанным с цифровизацией. В отдельном рассмотрении, конечно же, нуждаются демократический опыт весьма динамично развивающихся стран Латинской Америки (Бразилия, Чили и др.), не ограничивающийся лишь упомянутым в этой статье партисипативным бюджетированием, а также богатая практика Китая в сфере цифровизации. 2. Цифровая демократия и «электронное правительство» Цифровая демократия способствовала внедрению института «электронного правительства» (англ.: e-government), чаще всего определяемого как «использование современных технологий для выполнения административных правительственных функций, включая предоставление услуг»12. Благодаря такому использованию оказываемые органами 10 Margolis M., Moreno-Riaño G. The Prospect of Internet Democracy. Farnham : Ashgate Publishing, 2009. Р. 16. 11 Staykova E. The Digital Transformation of Local Democracy During the Pandemic // Participatory and Digital Democracy at the Local Level: European Discourses and Practices / еd. by G. Rouet, T. Côme. Cham : Springer, 2023. Р. 347–360, 348. 12 Cropf R. The Challenges in Implementing E-Democracy in the United States // User Centric E-Government: Challenges and Opportunities / ed. by S. Saeed, T. Ramayah, Z. Mahmood. Cham : Springer, 2018. Р. 3–22, 6.
публичной власти услуги стали практически круглосуточно доступными для населения. Для их получения зачастую можно оставаться в своём домашнем пространстве и не посещать соответствующие административные инстанции или же, по крайней мере, значительно сократить число таких посещений. Цифровизация, таким образом, позволила «перевести людей в онлайн, вместо того чтобы ставить их в очередь» (англ.: to put people online instead of in line)13. Введение института электронного правительства в конечном итоге определило усиление дифференциации в сфере предоставления услуг14 и более выраженную клиентоориентированность в деятельности органов публичной власти. Организация двусторонней связи с потребителями посредством Интернета позволила «взглянуть на них не как на пассивных покупателей, а как на партнёров, соавторов и разработчиков персонализированного опыта»15. Предоставляемые органами публичной власти услуги в итоге оказываются как бы специально «выкроенными» для каждого конкретного индивидуума, который воспринимается в первую очередь в качестве клиента публичной администрации. Весьма показательным в плане характеристики современной динамики взаимоотношений органов публичной власти с населением является термин «кастомизация» (англ.: customization)16, происходящий от английского слова сustomer, что означает «клиент». Появился также термин «управление взаимоотношениями с клиентами» (англ.: customer relationship management; CMR), определяемый как «встроенная в систему возможность реорганизации предоставления услуг в соответствии с намерениями клиентов, позволяющая получать комплексное представление о потребностях клиентов»17. Всё бо́льшую роль во взаимоотношениях органов публичной власти с населением начинают играть компьютерные программы, работающие на основе искусственного интеллекта: так называемые ИИ-чат-боты. Данные программы, имитируя человеческое общение и взаимодействуя с пользователями посредством текста и речи, способны отвечать на запросы последних, принимать жалобы, давать рекомендации, предлагать помощь, информацию и т. п. Подобная автоматизация позволяет быстрее решать проблемы граждан и при необходимости информировать об этих проблемах соответствующие органы публичной власти. Некоторые европейские страны запустили стратегию «цифрового правительства по умолчанию» (англ.: digital by default). Данная стратегия предполагает практически полную замену традиционных бумажных и личностных (англ.: face-to-face) каналов обслуживания на различные цифровые каналы (веб-сервисы, приложения для смартфонов, SMS, социальные сети и т. п.) в качестве стандартного способа (своеобразной настройки по умолчанию) коммуникации в рамках системы оказания публичных услуг. В Дании, например, граждане обязаны использовать личный цифровой почтовый ящик для всей 13 Wirtz B. W. Digital Government: Strategy, Government Models and Technology. Cham : Springer, 2022. P. 9. 14 Оказание публичных услуг населению с помощью новейших коммуникационных и информационных технологий совсем не обязательно представляет собой элемент электронной демократии, поскольку оно возможно и в автократических государствах. Важны сами механизмы, складывающиеся во взаимоотношениях органов публичной власти с населением по поводу предоставления таких услуг. Цифровая демократия предполагает учёт реальных потребностей граждан, наделение их возможностью формулировать свои запросы и доносить эти запросы до органов публичной власти, привлечение населения к разработке стандартов предоставляемых ему услуг и контролю за их оказанием. 15 Milakovich M. E. Op. cit. Р. 81. 16 Wirtz B. W. Op. cit. Р. 382. 17 Milakovich M. E. Op. cit. Р. 78.
А. Черкасов. Цифровая демократия и её особенности: опыт европейских стран 9 корреспонденции с органами публичной власти вместо старых вариантов бумажной почты18. Благодаря цифровизации население европейских стран всё чаще привлекается к разработке соответствующих стандартов и получает возможность формулирования своих запросов и оценки оказываемых ему услуг посредством Интернета. В цифровом формате регулярно проводятся опросы потребителей этих услуг. Адресатами таких опросов зачастую становятся различные «целевые» категории граждан: молодежь, пенсионеры, безработные, инвалиды, женщины и т. д. Аналогичную направленность имеет и так называемое онлайн-таргетирование, нацеленное на «использование цифровых и автоматизированных рекламных мер, адаптированных к конкретным целевым группам»19. Внедрение института электронного правительства положительно сказывается и на самой публичной администрации, способствуя рационализации административной деятельности и её определённому удешевлению. Цифровые технологии значительно улучшают способность органов публичной власти оценивать управленческие процессы и определять, какие из них работают эффективно, а какие не очень, во многом благодаря способности «собирать в режиме онлайн огромные объёмы информации, которые черпаются из различных приложений, онлайн-опросов и публичных записей»20. Затраты на административные операции также снижаются благодаря введению электронной системы документооборота, более быстрому обмену данными между различными административными подразделениями и ускорению общего информационного потока. Ключевой платформой, на которой базируется электронное правительство, является «функциональная совместимость, позволяющая административным подразделениям обмениваться информацией и интегрировать её, используя общие стандарты»21. Кроме того, улучшается качество управления, поскольку цифровизация побуждает государственную бюрократию повышать квалификацию и расширять свои знания, а усиление транспарентности деятельности институтов публичной власти способствует укреплению легитимности последних и росту доверия к ним со стороны населения. Внедрение информационных и коммуникационных технологий, сопровождаемое закреплением правовых норм, направленных на обеспечение доступа населения к информации, побуждает бюрократические структуры к обнародованию сведений о своей текущей деятельности и дележу накопленными ими знаниями (через выкладываемые в электронной форме статистические данные, документы, планы, отчёты, экспертные заключения и т. п.). Тем самым «нарушается традиционная монополия бюрократических структур на свои внутренние профессиональные знания»22, что содействует расширению гласности, борьбе с коррупцией и более эффективной реализации гражданами своих прав. Данная тенденция пока не носит универсальный характер, хотя и является доминирующей на европейском континенте. Многое продолжает зависеть от политической культуры, традиций соответствующего государства, особенностей отдельных территориальных единиц. Немаловажную роль играет и субъективный фактор — политическая 18 См.: Lips M. Digital Government: Managing Public Sector Reform in the Digital Era. Abingdon ; New York : Routledge, 2020. Р. 93. 19 Wirtz B. W. Op. cit. Р. 389. 20 Milakovich M. E. Op. cit. Р. 78. 21 Ibid. Р. 22. 22 Makowski G. From Weber to the Web… Can ICT Reduce Bureaucratic Corruption? // Beyond Bureaucracy: Towards Sustainable Governance Informatisation / еd. by A. A. Paulin, L. G. Anthopoulos, C. G. Reddick. Cham : Springer, 2017. Р. 291–312, 303.
воля лиц, принимающих решения, их стремление к проведению действенных административных реформ и использованию современных технологий для ограничения коррупции и возможных злоупотреблений. 3. Цифровая демократия как драйвер других видов демократии Цифровая демократия не только подразумевает внедрение электронного правительства, но и становится важным драйвером развития других видов демократии. Она, в частности, способствует определённому возрождению и оживлению представительной демократии, привнося некие новые элементы в её стандартные процедуры. Участие в политической жизни европейских стран «традиционно следовало правилам и обычаям, которые возникли за последнюю пару столетий, во времена, когда система общественных коммуникаций в значительной степени отличалась от сегодняшней»23. Относительно медленными темпами обычно развивалась горизонтальная коммуникация, в то время как вертикальная коммуникация — между публичными учреждениями и гражданами — была, как правило, достаточно активной и динамичной, в том числе благодаря институтам представительной демократии и традиционным средствам массовой информации. Постепенно такая система стала приходить в противоречие с современными реалиями гражданского общества и развитием сетевых структур. Присущий представительной демократии акцент на выборах и межпартийной борьбе в последнее время лишь углублял разрыв между населением и публичными должностными лицами и усиливал взаимный антагонизм различных социальных групп. Растущее отчуждение усугублялось ощущением так называемой «разделённой лояльности», в рамках которой лояльность избранных представителей по отношению к гражданам «носит второстепенный характер по сравнению с лояльностью, проявляемой к политическим партиям или финансовым донорам»24. Современные граждане уже не удовлетворяются своей былой политической ролью, которая ограничивалась участием в периодически проводимых выборах. Растёт понимание того, что «граждане могут делать намного больше для влияния на государственную политику, чем просто отдавать своё предпочтение одной группе кандидатов по отношению к другой»25. Люди более не желают мириться с ситуацией, когда решения, затрагивающие их интересы, принимаются без их участия. Они вправе получать независимую информацию об имеющихся политических альтернативах и обсуждать эти альтернативы между собой. В повестке дня в конечном итоге встал вопрос о нахождении более адекватного баланса между делегированным представительством и политическим участием. Характерный для представительной демократии кризис легитимности, вызванный потерей доверия к действующим политическим институтам, частично преодолевается благодаря цифровой демократии и развитию новых информационных технологий. Граждане становятся менее зависимыми от традиционных источников информации, которые в значительной степени определяли их политические взгляды. Получая гораздо больший доступ к независимой информации, они обретают новые возможности выражения своего мнения «за рамками того представительства, которое осуществляют их избран23 Contucci P., Omicini A., Pianini D., Sirbu A. Preface // The Future of Digital Democracy: An Interdisciplinary Approach / ed. by P. Contucci, A. Omicini, D. Pianini, A. Sirbu. Cham : Springer, 2019. Р. V–VIII, V. 24 Metakides G. Democracy in the Digital Era // Introduction to Digital Humanism: A Textbook / ed. by H. Werthner, C. Ghessi, J. Kramer, J. Nida-Rümelin, B. Nuseibeh, E. Prem, A. Stranger. Р. 495–510, 503. 25 Margolis M., Moreno-Riaño G. Op. cit. Р. 11.