Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Охранник для президента

Покупка
Основная коллекция
Артикул: 844725.01.99
«Охранник для Президента» — современное детективное повествование, главный герой которого — простой оперативник одного из горотделов Вологды, профессионально владеющий боевыми искусствами. Не столько невероятные ситуации, зачастую связанные с риском для жизни, из которых оперативник всегда выходил с честью, а сколько само неизменное стремление бескорыстной помощи ближнему, показывают, что на смену бесшабашным московским «глухарям» и питерским борцам за справедливость с «улицы разбитых фонарей» сегодня явился новый герой — молодой вологодский парень, добрый и совестливый, способный в нынешнее время достойно и бесстрашно встать на нашу защиту. В книгу вошли также повести «Вологодский конвой» и «Курдюг», повествующие о жизни сотрудников и осуждённых колонии усиленного режима в поселке Курдюг Вологодской области — недалеко от тех мест, где Василий Шукшин снимал свою знаменитую «Калину красную». Повесть «Вологодский конвой» была удостоена Государственной премии Вологодской области и литературной премии МВД России.
Цыганов, А. А. Охранник для президента / А. А. Цыганов. - Вологда : Родники, 2023. - 272 с. - ISBN 978-5-9729-5091-1. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2173617 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Охранник 
для президента
Повести
Вологда
«Родники»


УДК
ББК
821.161.1
84(2=411.2)6
Ц94
Цыганов, Александр.
Ц94
Охранник для президента / Александр Цыганов. — Вологда : 
Родники, 2023. — 272 с. 
ISBN 978-5-9729-5091-1
«Охранник для Президента» — современное детективное повествование, главный герой которого — простой оперативник 
одного из горотделов Вологды, профессионально владеющий 
боевыми искусствами. Не столько невероятные ситуации, зачастую связанные с риском для жизни, из которых оперативник 
всегда выходил с честью, а сколько само неизменное стремление 
бескорыстной помощи ближнему, показывают, что на смену бесшабашным московским «глухарям» и питерским борцам за справедливость с «улицы разбитых фонарей» сегодня явился новый 
герой — молодой вологодский парень, добрый и совестливый, 
способный в нынешнее время достойно и бесстрашно встать на 
нашу защиту. В книгу вошли также повести «Вологодский конвой» и «Курдюг», повествующие о жизни сотрудников и осуждённых колонии усиленного режима в поселке Курдюг Вологодской 
области — недалеко от тех мест, где Василий Шукшин снимал 
свою знаменитую «Калину красную». Повесть «Вологодский конвой» была удостоена Государственной премии Вологодской области и литературной премии МВД России. 
УДК
ББК
821.161.1
84(2=411.2)6
ISBN 978-5-9729-5091-1
© Цыганов А. А., 2023
© Издательство «Родники», 2023
© Оформление. Издательство «Родники», 2023


 
Моему сыну Эдуарду Цыганову, который 
стал прототипом одного из героев заглавной 
повести. Эдуард – выпускник Вологодского 
института права и экономики, бывший сотрудник силового ведомства, а также неоднократный чемпион областных и всероссийских турниров, обладатель черного пояса по 
карате. Принимал участие в съемках художественных фильмов, среди которых «Великолепная пятерка» («Пятый канал-Петербург»), 
«Командир» («Эго Продакшн»), «39 няня» 
(Кинокомпания ООО «Ливандия Энтертайнмент»). В настоящее время живет в Вологде. 




Охранник 
для президента
Вологодский 
детектив


Часть первая
Портрет Императора
…придёт время, будет время, узнаете вы,
что такое православная русская вера. 
Н. В. Гоголь «Тарас Бульба» 
Глава первая
Августовским тихим вечером в стороне от большой 
дороги, невдалеке от областного центра, затаилась на одном из поворотов гаишная машина, подстерегающая водителей, наивно считающих, что именно они и являются 
хозяевами трассы. 
Как и положено для засады, машина скрывалась за 
кустами, хотя особой надобности не было: в основном 
тут было традиционно пусто. Просто это являлось нелишним для дежурного экипажа: в салоне мирно беседовали два уже разогретых офицера. В походном порядке 
отмечался день рождения одного из них, Кольки Рыжего, 
здорового майора с вытаращенными глазами на красном 
грушевидном лице. 
Праздничная трапеза не мешала блюстителям порядка привычно наблюдать за трассой, по которой, кроме предосеннего ветерка, давно ничего не пробегало. 
— Ну, за меня, — продолжал свой пир гаишный майор, — за меня, красивого!
— Желаю чтоб, — подхватил и Колькин напарник 
Саня Глебов: всё при парне, а по молодости лет ещё до 


сих пор едва не с открытым ртом смотрел на краснолицего руководителя.
По дороге, мигая многочисленными, как у парохода, 
огнями, промчалась иномарка — только её и видели.
— Ё-моё, — обрадовался Колька Рыжий, скоренько свёртывая трапезу. — Да тут целая зарплата пролетела!
Служебная «Хонда» под майорским предводительством выскочила на трассу с намерением удариться в погоню за нарушителем, и в это время произошло событие, 
круто изменившее судьбу не только этих представителей 
закона в полицейских погонах. Перед машиной что-то 
мелькнуло — и тотчас раздался скользящий стук податливо отлетевшего человеческого тела. 
Рыжий тормознул так, что двинул собственным лбом 
в стекло, после выскочил из кабины и, раскачиваясь, 
как пингвин, устремился к обочине, следом во всю свою 
прыть не отставал и Саня Глебов. 
Сбитый человек обнаружился быстро. Он ничком лежал на обочине, подвернув под себя руку, а в другой оставалась обыкновенная дерматиновая сумка, из которой выкатились картошка, свёкла, морковка и лук. 
Перевернув сбитого, Саня расстегнул у него староосеннее пальто и приник к груди, прислушиваясь.
— Ну, — не вытерпел старший по званию, — примерз там, что ли? 
Форменная фуражка у Глебова оказалась сдвинутой 
на ухо.
— Похоже, того... — оглянулся он по сторонам, — 
не дышит. Кирдык мужику.
— Ти-хо. — Колька, не подходя, издали ткнул пальцем в сторону сбитого венца творения. — Уверен? Точняком кони кинул? 


— Точней не бывает, — Саня, у которого хмель по 
отсутствию необходимого навыка вылетел разом, беспрестанно открывал и закрывал рот. — Вон и голова вся 
в крови. Чего теперь делать-то?
— Снимать штаны да бегать, вот что делать, — пробурчал рыжий наставник. — А у нас, парень, — он повертел головой туда-сюда, но кругом по-прежнему было пусто, — одна дорога... Вроде, мужика и верно долбанули. 
Узнают — обоим капут. Следующий день рождения будем 
справлять в камере у параши и, если повезёт, на южную 
сторону.
Чтобы удостовериться, молодой напарник ещё раз 
сунулся к парню, но старший по званию, подскочив, рывком дёрнул его обратно на дорогу.
— Замри. Что ещё не понял, мешок с погонами? Быстро делаем ноги отсюда. Протри глаза: картошка, пальтишко, да сумка с помойки: кто такого искать будет? Это 
тебе не новый русский, чтоб землю носом рыть. Поди-ко, 
от родаков с харчишками правил: вот и разберись, чего 
его с голодухи под машину сунуло? 
Саня Глебов, ещё не веря в случившееся, казалось, 
не слушал этой зажигательно-убедительной речи: опустив 
голову, он отвернулся в сторону. 
Поведение напарника Рыжему по душе не пришлось, 
и он решил изменить тактику.
— Значитца так, Александр свет Васильевич, — взяв 
Глебова за грудки, он крепко встряхнул. — Для тех, кто 
в танке, объясняю ещё раз. Мы ничего не видели, ничего не знаем. Вообще, сбоку припёка. Если где-то случайно скашляешь — сдам и не моргну. Скажу, что ты сбил, 
а я по слабости душевной пожалел. Прикрыл. Понял? Даже капот лично зарихтую, чтоб всё чин-чинарём было. 
Не  забыл, кто у меня в прокуратуре? Вот и догадайся, 


кого сразу в асфальт закатают. В худшем случае, мне выговорешник влепят, и то сильно сомневаюсь. А для тебя 
это — контрольный выстрел. На этом жизнь и закончится, ферштейн? 
— Может, всё-таки честно скажем, как было? — голос у Сани был потише тихого. — Ведь, правда, не виноваты. Случайно всё. Не совсем же наши лопухи.
Колька Рыжий, внезапно ткнув в его живот пальцем, 
громко кхыкнул, как если бы выстрелил из пистолета:
— Ты покойник, лейтенант Долбило!
И такая ярость оказалась в майорском голосе, что 
сразу усвоилось: обратная дорога заказана. Иначе всё 
может быть: недаром бывшие напарники Рыжего даже 
при упоминании его имени сразу рот на замок, и слова 
не вытянешь.
Видя, что тактика возымела действие, майор, не меняя выражения грушевидного лица, как ни в чём не бывало, продолжил: 
— Мы на службе. Не забыл? Рванем по кирилловской трассе, водил попасём. Заодно и порубаем. У матросов нет вопросов?
И служебная машина, развернувшись, помчалась к 
автовокзалу ближайшего населённого пункта. Там служивые побыли в буфете, переделанном из кассы, где 
вежливо были встречены буфетчиком, моложавым мужчиной нерусской наружности, как бы с навечно приклеенной задушевной улыбкой. Угостив прибывших горячим с 
приставленной бутылочкой сухого, он охотно ответил на 
все дежурные вопросы, а после они даже о чём-то в подсобке пошептались с наставником, откуда последний появился, походя застегивая кнопку на форменной куртке. 
Словом, шло самое обычное дежурство в последние 
деньки северного лета. К этому времени Саня Глебов, ка9


жется, и сам незаметно поверил, что ничего, из ряда выходящего, о чём бы надо печалиться, не произошло. Всё 
как всегда, и рядом — надёжный мужик, который хорошо знает, как жить на этом свете.
Но, как ни крутись, их, как и всяких преступников, 
не могло не потянуть на место собственного преступления. Дело шло к концу смены, и Колька Рыжий решил 
из профилактических соображений сгонять к той самой 
отворотке, для очистки совести. 
Не выходя из машины, майор открыл водительское 
стекло, всматриваясь в ту сторону, где был оставлен, как 
он в сердцах выразился, «не новый русский». 
А порядком утомившийся Глебов дремал, откинувшись на спинку сиденья. Но вскрик напарника был таков, что ещё во сне заставил его покрыться испариной. 
Колька, хамкая, тыкал пальцем перед собой: обочина 
оказалась благополучно пустой.
Оба «гальца», как по команде, пулей вылетели из кабины и наперегонки бросились к окрайке дороги — прочесали и близлежащие кусты. Результаты розыска настроения не улучшили. Казавшийся погибшим замухрышка 
каким-то таинственным образом воскрес и исчез с места 
своего несостоявшегося упокоения, заодно прихватив и 
сумку с провизией. 
Грядущая перспектива напрашивалась сама собой, 
и обоих гаишников не устраивала. И без подсказчиков 
было понятно, что при первой возможности очнувшийся 
гражданин доброжелательно поведает, где надо, историю 
о том, как его ни с того, ни с сего сбили полицейской машиной и бросили на произвол судьбы умирать на пустой 
дороге. 
А если это обстоятельство ещё учесть в свете последних решений президента по укреплению дисципли10