Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Российский следователь: призвание, профессия, повседневность

Покупка
Основная коллекция
Артикул: 638290.08.01
Доступ онлайн
от 232 ₽
В корзину
В книге на основе анализа социологического опроса следователей и массива экспертных интервью реконструирована повседневная практика работы следственных органов МВД. Как выстроен график работы и распределена нагрузка, какова система управления и в чем особенности повседневной деятельности следователей? Каковы технологии и объемы работы, как строится взаимодействие со смежными службами, какие навыки необходимы для работы следователя? Ответы на эти вопросы дают возможность понять, каким образом работает система следственных органов. Текст обобщает результаты социологического исследования и опирается не столько на анализ нормативных документов, сколько на информацию о реальной работе следственных органов, полученную в ходе эмпирического исследования. Для широкого круга читателей—социологов, юристов, журналистов.
24
Титаев, К. Д. Российский следователь: призвание, профессия, повседневность : монография / К.Д. Титаев, М.С. Шклярук. — Москва : Норма, 2022. — 192 с. : ил. - ISBN 978-5-91768-847-3. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2132485 (дата обращения: 23.05.2024). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов. Для полноценной работы с документом, пожалуйста, перейдите в ридер.
Российский следователь: призвание, профессия, повседневность
НОРМА
ИНФРАМ
Москва, 2024

Кирилл Титаев, Мария Шклярук

Российский следователь:
призвание, профессия,
повседневность
УДК 343.102051
ББК 67.7371
Т45

Печатается по решению Ученого совета Европейского университета
в СанктПетербурге

Сведения об авторах
Кирилл Дмитриевич Титаев — ведущий научный сотрудник Института
проблем правоприменения при Европейском университете в СанктПетербурге, социолог.
Мария Сергеевна Шклярук — кандидат экономических наук, научный сотрудник Института проблем правоприменения при Европейском университете в СанктПетербурге, юрист.

Рецензенты
А. С. Александров, доктор юридических наук, профессор.
Е. А. Бороздина, кандидат социологических наук.

Титаев Кирилл
Т45
Российский следователь: призвание, профессия, повседневность : монография / К. Титаев, М. Шклярук. — Москва : Норма : ИНФРАМ, 2024. — 192 с. : ил.
ISBN 9785917688473 (Норма)
ISBN 9785160150086 (ИНФРАМ, print)
ISBN 9785161051184 (ИНФРАМ, online)

В книге на основе анализа социологического опроса следователей и
массива экспертных интервью реконструирована повседневная практика
работы следственных органов МВД.
Как выстроен график работы и распределена нагрузка, какова система
управления и в чем особенности повседневной деятельности следователей? Каковы технологии и объемы работы, как строится взаимодействие
со смежными службами, какие навыки необходимы для работы следователя? Ответы на эти вопросы дают возможность понять, каким образом работает система следственных органов. Текст обобщает результаты социологического исследования и опирается не столько на анализ нормативных
документов, сколько на информацию о реальной работе следственных органов, полученную в ходе эмпирического исследования.
Для широкого круга читателей — социологов, юристов, журналистов.

УДК 343.102051
ББК 67.7371

Исследование проведено при поддержке Российского научного фонда
(грант № 141802219)

ISBN 9785917688473 (Норма)
ISBN 9785160150086 (ИНФРАМ, print)
ISBN 9785161051184 (ИНФРАМ, online)
© Титаев К., Шклярук М., 2016
Предисловие

Следователь — это официальное лицо, уполномоченное расследовать преступление: по специальным, юридическим правилам собирать доказательства того, что преступление было совершено, а затем
доказывать вину конкретного подозреваемого по уголовному делу.
Именно следователь готовит набор документов (уголовное дело), которые убедят сначала прокурора, а потом суд в том, что данный человек совершил данное преступление. В том случае, если подозреваемого не удалось обнаружить, следователь должен на протяжении двух
месяцев со времени возбуждения уголовного дела собрать доказательства факта преступления и, если возможно, вины конкретного человека. Это нужно для того, чтобы предъявить обвинение, если преступление будет раскрыто позже. В теории он же должен собирать доказательства невиновности, но на практике все происходит несколько
иначе.
Мы все так или иначе сталкивались с фигурой следователя в литературе и кино, поэтому нам кажется, что мы чтото о нем знаем. Однако следователю незаслуженно не повезло (или, наоборот, повезло):
его художественный образ бесконечно далек от реальности. Эта книга
на основании социологических исследований рассказывает о том, как
же на самом деле происходит работа следователя: чем он занимается,
в какой среде работает и чем живет. Опираясь на анализ результатов
опроса, экспертных интервью и вторичных данных, мы постарались
обобщить опыт наблюдения над работой следователей в разных областях России, чтобы дать возможность читателю представить картину в целом. Мы бы хотели, чтобы после прочтения нашей книги читатель понял, что такое быть следователем в России сегодня. Для профессионалов же, которые и так знают, как работает следователь, эта
книга — возможность выйти за пределы своего личного опыта и нормативных трактовок, рассказ о том, как выглядит эта работа в целом
по России, попытка нивелировать региональные и местные нюансы.
Сегодня идет постоянная дискуссия, кому, когда и как нужно реформировать нашу правоохранительную систему. Мы считаем, что
характер работы следователей необходимо учитывать, чтобы реформы
были действительно эффективными.
Эта книга никогда не была бы написана без сотрудничества с нашими героями и собеседниками, которые, несмотря на свою заня
тость, нашли время не только заполнить анкеты, но и поговорить с
нами. Наше исследование получилось бы намного беднее, если бы не
десятки людей, которые помогали нам договариваться с руководством следственных органов, содействовали в получении доступа к
материалам уголовных дел, консультировали и поддерживали нас.
И конечно, без финансовой поддержки (на разных этапах) Сбербанка
России, Фонда Алексея Кудрина по поддержке гражданских инициатив и Российского научного фонда (грант № 141802219) проделать
всю эту работу было бы невозможно. Наконец, мы бесконечно признательны нашим коллегам, с которыми мы обсуждали все этапы работы, — коллективу Института проблем правоприменения при Европейском университете в СанктПетербурге: Арине Дмитриевой, Екатерине Моисеевой, Элле Панеях, Михаилу Позднякову, Дмитрию
Скугаревскому, Екатерине Ходжаевой, Ирине Четвериковой и научному руководителю Института Вадиму Волкову. Их советы и замечания помогли сделать текст лучше, что не освобождает авторов и только авторов от ответственности за все его недостатки.

6
Предисловие
Введение

Аудитория книги. — Невидимые элементы социального мира. — Социологическое «расколдовывание» закрытых частей общества. — Основные
подходы к описанию. — Социология профессий. — Роль юриспруденции. —
Эмпирические данные и методы анализа. — Сложности в описании. —
Как устроена книга

Для кого эта книга?

Одна из ключевых задач социологии1 — «расколдовать» закрытые
социальные пространства: показать, как они на самом деле устроены, выявить их внутреннюю логику, сделать прозрачными и понятными. Классическая социологическая теория первой половины
XX в. предполагала, что нужно последовательно описать все части
общества так, чтобы стало понятно, как они устроены. В тот момент,
когда социологи представляли картину в целом, они могли дать рекомендации, как решить те или иные проблемы и каким образом
можно реформировать общество так, чтобы избежать новых. Социологические исследования нередко превращались в практические пособия по работе с тем или иным сообществом2. Изначально исследования, описывающие жизнь предпринимателей или чернорабочих,
домохозяек или обитателей гетто, предназначались в первую очередь
для профессионалов. Но вскоре стало понятно, что книги, написанные социологами, и результаты их исследований интересуют не
только ученых.
Вопервых, обычные люди стали интересоваться, а что же происходит в сфере «Х» (например, как живут охотники на оленей или как на
практике работает налоговая инспекция). Социологические и антропологические исследования давали человеку своего рода «карту местности»: здесь обитают такието и такието сообщества, здесь проходит

1 Социология начиналась с работ, описывающих незнакомый читателю мир «польского крестьянина» или жизнь «обычного городка» в Америке. См.: Thomas W. I.,
Znaniecki F. The Polish Peasant in Europe and America: Monograph of an Immigrant Group.
University of Chicago Press, 1918; Уорнер У. Живые и мертвые. СПб., 2000. Сегодня эта
традиция развивается в числе прочего в рамках подхода, названного «публичной социологией». См.: Burawoy M. For Public Sociology // American Sociological Review. 2005.
70. 1. 4—28. См. также дискуссию в журнале Laboratorium (№ 1 за 2009 г.).
2 См.: Garfinkel H. Studies in Ethnomethodology. PrenticeHall, Inc., 1967.
граница между ними, здесь зона, в которой они встречаются, и т. д.
В результате книги, написанные социологами, стали популярны: множеству людей интересно, как устроен, например, мир бандитов1 или
что объединяет школы, тюрьмы и больницы2.
Вовторых, уже в начале 1960х гг. многие инсайдеры заинтересовались такого рода литературой3. Особенный интерес проявили те,
кто управлял структурами и институтами, которые становились объектом социологического исследования. Директора машиностроительных заводов, ректоры университетов, руководители больниц увидели,
что социологические исследования позволяют им лучше понять, как
реально работает та или иная сфера, а значит, каким образом можно
ее менять. Почему профессора не мешают студентам списывать или
рабочие так упорно противятся тем или иным нововведениям? Профессиональная деятельность, язык, на котором привыкли говорить
друг с другом инсайдеры, имеют огромное количество «слепых
зон» — сфер, которые непосвященным просто не видны.
Социологические и антропологические исследования позволяли
выявить, как именно на практике осуществляется та или иная деятельность. Однако не все профессиональные корпорации заинтересованы в раскрытии своих секретов: не каждый врач готов рассказать
постороннему человеку о том, как на самом деле принимается решение в сложных случаях, и не каждый следователь — о том, как принимается решение о виновности. Но это чаще происходит не потому,
что представители этих профессий нарушают закон или преступают
этические и профессиональные нормы и понимают, что им есть что
скрывать, а потому, что они полагают, что «кухня» их работы слишком сложна, чтобы быть понятной постороннему. А то, что они могут
рассказать, лишь создаст крайне негативное впечатление если не о
сообществе в целом, то о рассказчике.
Однако пока человек не понимает, что происходит, к примеру, как
работает здравоохранительная или правоохранительная система, он
находится во власти ее представителей, превращаясь из партнера по
коммуникации в объект воздействия. Так, пока мы не понимаем, что
происходит в суде, мы вынуждены слепо следовать советам, которые
нам дают сотрудники суда. Мы не можем определить, когда нас созна8
Введение

1 См.: Волков В. Силовое предпринимательство. М., 2005.
2 См.: Фуко М. Надзирать и наказывать. М., 1999.
3 Надо сказать, что нередко подобные работы создавались и внимательными инсайдерами. Можно порекомендовать написанную в жанре публицистического исследования книгу А. Корсакова, показывающую работу общего надзора отечественной прокуратуры: Корсаков А. Прокуратура: взгляд изнутри. Публицистическое исследование.
КомсомольскнаАмуре, 2012.
тельно обманывают или когда показывают только один из возможных
вариантов действия. Исследования закрытых структур необходимы
потому, что разрушают этот порядок: делают эти структуры и правила,
по которым они работают, прозрачными, т. е. дают возможность каждому принимать решения, от которых в конечном счете может зависеть его судьба.
Наша книга — это попытка «расколдовать» небольшой фрагмент
реальности, который называется «предварительное следствие». Этот
фрагмент — путь уголовного дела от признания факта преступления
до суда или (если преступник не найден) до архива, то, что на профессиональном языке называется «следственная работа».
Наша книга адресована трем группам читателей.
Вопервых, социологам, которые работают в сфере изучения профессий и социологии права. Эта книга — подробное описание одной
из профессиональных групп, кропотливое, опирающееся на большой
массив материалов воссоздание ее повседневности. Отдельно обратим внимание на то, что большинство следователей имеют юридическое образование, поэтому изучение этого сообщества позволяет понять, как устроена юридическая профессия в России.
Вовторых, наша книга написана для юристов. В обсуждении проблем предварительного расследования и работы следователей юристыученые апеллируют к эмпирическим фактам, но используют лишь те
немногие, что признаются в юридической среде: изучение материалов
конкретных уголовных дел, небольшие опросы (меньше 400 участников) правоприменителей с простыми распределениями, личный опыт.
Такое ограниченное использование эмпирических аргументов объясняется тем, что в России практически нет традиции эмпирического
изучения права, которая сильно повлияла на исследования правоприменения и практику реформ в ХХ в. в американской и европейской
юриспруденции. Да, некоторые ученыеюристы обращают внимание
на то, что на работе следователей сказываются, в частности, ведомственные управленческие решения, например возведенное в абсолют
требование направлять уголовные дела в суд (как положительный показатель, характеризующий работу следователя1). Однако для того,
чтобы решить эту проблему, эти ученые предлагают создать независимый следственный орган, не анализируя то, какую роль статистика начала играть в таком «независимом» от других правоохранительных

Для кого эта книга?
9

1 То есть следователь может по закону, но не может на практике прекратить дело
на стадии расследования, что заставляет его делать большое количество лишней работы
и искажает нормальную логику предварительного следствия. Мнение профессора
Л. А. Воскобитовой см.: Аппарат власти следственной / под общ. ред. Н. А. Колоколова.
М., 2016. С. 72.
структур органе, как Следственный комитет РФ1. Другими словами,
игнорируя эмпирически наблюдаемый факт, что движение по этому
пути приводит к усугублению проблемы, а не к ее решению. Такое развитие, как говорит нам опыт социологических и экономических исследований, было предсказуемо2. Подробно описывая, почему не возник эффективный судебный контроль над следствием или институт
адвокатского расследования, эксперты обоснованно перечисляют
проблемы, связанные с организационной структурой следствия и судоустройством, кадровые и политикоидеологические причины3, но
ограничиваются лишь перечнем, не объясняя, что же это за причины4.
Ученые говорят о следователях как группе с особой субкультурой5, но
что это за субкультура? Каковы профессиональные ценности следователей, что для них обычная работа, как выстраиваются на практике отношения с прокурорами, адвокатами, судьями? Наше исследование
начинается там, где останавливаются исследования юристов: с описа10
Введение

1 Например, Б. Я. Гаврилов и Ю. А. Цветков последовательно используют аргумент, что снижение числа лиц, оправданных судом или реабилитированных на следствии, говорит о возрастающем качестве следствия. См.: Аппарат власти следственной /
под общ. ред. Н. А. Колоколова. С. 123—124, 201—202. При этом эмпирические исследования практики следственной работы показывают, что требование недопущения оправдательных приговоров или признания человека, привлеченного к уголовной ответственности, невиновным на предварительном следствии создает стимулы к поиску суррогатных решений: прекращению дел в связи с примирением сторон, фальсификации
доказательств виновности, т. е. ровно к обратному — снижению качества следствия.
См.: Панеях Э. Л., Поздняков М. Л., Титаев К. Д. и др. Правоохранительная деятельность в России: структура, функционирование, пути реформирования. Ч. 1: Диагностика работы правоохранительных органов РФ и выполнения ими полицейской функции / под ред. В. В. Волкова, Э. Л. Панеях. СПб., 2012. Поддерживают такую стратегию
и суды, не вынося оправдательные приговоры и используя любые возможности для
прекращения уголовных дел или назначения более мягкого наказания. См.: Разогреева А. М. «Поворот к лучшему»: практики переквалификации при рассмотрении уголовных дел судами Российской Федерации // Обвинение и оправдание в постсоветской
уголовной юстиции: сб. ст. / под ред. В. В. Волкова. М., 2015. С. 199—230; Новикова А.
Практики суррогатных оправдательных приговоров. URL: http://polit.ru/article/2013/
02/14/court.
2 См.: Шклярук М. С. Правовая статистика: системный конфликт между знанием о
преступности и учетом ведомственной работы. СПб., 2014. Ю. А. Цветков в книге «Аппарат власти следственной» (под общ. ред. Н. А. Колоколова) приводит данные, что в
2014 г. в Следственном комитете следователей было чуть меньше 41% от числа работающих.
3 Мнение одного из экспертов — профессора Н. Н. Ковтуна см.: Аппарат власти
следственной / под общ. ред. Н. А. Колоколова. С. 143, 148—151, 164.
4 Относительно судебной власти см. описание, которое не ограничивается перечнем, но детально разбирает причины: Волков В., Дмитриева А., Поздняков М., Титаев К.
Российские судьи: социологическое исследование профессии / под ред. В. Волкова. М.,
2015.
5 См.: Колоколов Н. А. Введение // Аппарат власти следственной / под общ. ред.
Н. А. Колоколова. С. 5.
Доступ онлайн
от 232 ₽
В корзину