Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Язык в современном обществе: книга для учащихся

Покупка
Артикул: 137506.03.99
Доступ онлайн
40 ₽
В корзину
Книга в популярной форме рассказывает о роли языка в современном обществе и о тех проблемах, которые связаны с социальной дифференциацией и общества, и языка. Автор показывает, что русский язык, осознаваемый нами как единый, в действительности расслоен на множество социальных и функциональных разновидностей, которые используются в зависимости от профессии и возраста людей, их пола, от уровня их образования и культуры, от места, где они родились и живут, а также от наших намерений, от целей общения, от того, с кем мы вступаем в контакт, и от многих других факторов. Книга адресована учащимся старших классов, а также всем, кто интересуется жизнью языка в современном обществе.
Крысин, Л. П. Язык в современном обществе: книга для учащихся : научно-популярное издание / Л. П. Крысин. - 2-е изд. - Москва : ООО "Русское слово-учебник", 2012. - 208 с. - (Кладезь знаний). - ISBN 978-5-91218-682-0. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.com/catalog/product/2004421 (дата обращения: 19.11.2026). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов
Л.П.КРЫСИН
ЯЗЫК 
В СОВРЕМЕННОМ
ОБЩЕСТВЕ
КНИГА ДЛЯ УЧАЩИХСЯ
2е издание
МОСКВА
«РУССКОЕ СЛОВО»


УДК 811.161.1
ББК 81.2Рус
К 85 
Серия «Кладезь знаний» основана в 2001 году
Рецензенты: 
доктор филологических наук, 
профессор Уральского государственного университета 
И.Т. Вепрева;
доктор филологических наук, профессор 
Российского государственного 
гуманитарного университета
Г.Е. Крейдлин
Крысин Л.П.
Язык в современном обществе: книга для учащихся /
Л.П. Крысин. – М.: ООО «Русское слово – учебник», 2012. —
208 с. — (Кладезь знаний). 
ISBN 978+5+91218+682+0
Книга в популярной форме рассказывает о  роли языка в со+
временном обществе и о тех проблемах, которые связаны с со+
циальной дифференциацией и общества, и языка. Автор показы+
вает, что русский язык, осознаваемый нами как единый, в
действительности расслоен на множество социальных и функ+
циональных разновидностей, которые используются в зависимо+
сти от профессии и возраста людей, их пола, от уровня их образо+
вания и культуры, от места, где они родились и живут, а также от
наших намерений,  от целей общения, от того, с кем мы вступаем
в контакт, и от многих других факторов.
Книга адресована учащимся старших классов, а также всем,
кто интересуется  жизнью языка в современном обществе. 
УДК 811.161.1
ББК 81.2 Рус
© Л.П. Крысин, 2008, 2012
© ООО «Русское слово — учебник»,  2008, 2012
ISBN 978+5+91218+682+0
К 85


ОБ ЭТОЙ КНИГЕ
«В языке одухотворяется весь народ и вся его родина, — писал
замечательный русский педагог К.Д. Ушинский. — Язык есть
самая живая, самая обильная и прочная связь, соединяющая
отжившие, живущие и будущие поколения народа в одно ве+
ликое историческое целое… Пока жив язык народный в устах
народа, жив и народ»1.
Книга, первую страницу которой вы открыли, рассказывает
о том, как живет язык в обществе, как он используется людьми.
Правда, в ней не говорится, как устроен язык, какова его струк+
тура, о том, как он развивается, как обогащается новыми слова+
ми, как взаимодействуют языки друг с другом, и еще о многом,
что имеет непосредственное отношение к лингвистике — науке
о языке. Задача книги другая: показать связь языка с обще+
ством, в котором он действует. Поэтому мы обращаемся только
к одной стороне проблемы «язык и общество», а именно к тому,
как существует язык в  с о в р е м е н н о м  обществе.  
Здесь вы найдете ответы на такие вопросы:
— какова роль языка в современном обществе с его много+
слойной, сложной структурой, с невероятно многочисленны+
ми и разнообразными сферами общения;
— какие функции выполняет язык;
— как обусловлены функции языка социальными потреб+
ностями;
— какие факторы определяют использование языка в об+
ществе, в социальной или профессиональной группе, в меж+
личностном общении  людей;
ОБ ЭТОЙ КНИГЕ
1 Ушинский К.Д. Сочинения. М., 1948. Т. 2. С. 557.


— можно ли по речи отличить образованного человека от
необразованного, взрослого от подростка, сельского жителя от
горожанина;
— что заставляет нас одни слова и обороты оценивать как
правильные, а другие — как ошибочные или же просто чуждые
нашей речевой манере;
— почему люди, владеющие каким+либо языком (например,
русским), чутко реагируют не только на то,  ч т о говорит им на
этом языке собеседник, но и на то,  к а к  он это говорит. 
Книга состоит из двух частей. В первой части говорится о
многообразии и одновременно — единстве  каждого языка, о
том, почему язык расслоен на разные сферы и какая из них
«главная», обеспечивающая цельность языка как средства об+
щения. Вторая часть — о том, как использует человек это мно+
гообразие языковых средств в повседневной жизни.
Автор надеется, что книга расширит представление уча+
щихся о роли языка в современном обществе, даст им пищу
для размышлений над фактами родной речи.  


Язык и человеческое общество
ДЛЯ ЧЕГО ЧЕЛОВЕКУ ЯЗЫК?
Из всех живых существ только человек одарен речью.
Аристотель
Язык как система словесных и других звуковых средств слу+
жит для передачи мыслей и выражения чувств, для общения
людей друг с другом.
Если определять язык как то, что служит средством обще+
ния, то возникают вопросы: можем ли мы назвать языком аз+
буку Морзе, морскую флажковую сигнализацию? отнесем ли
мы к языку телефон, телеграф, Интернет (это ведь тоже сред+
ства общения!)? Наконец, является ли языком в интуитивно
понимаемом нами смысле язык дельфинов, которые, как из+
вестно, общаются между собой, используя сигналы, находя+
щиеся за порогом слышимости для человеческого уха?
Во всех этих случаях речь идет об очень разных вещах,
объединение которых под одним определением: «средства об+
щения» — ничего не проясняет в их сущности. И главное, не+
возможно считать хотя бы одно из этих средств языком в том
смысле, какой мы привыкли вкладывать в выражения «вла+
деть языком», «на русском языке» и под.
ДЛЯ ЧЕГО ЧЕЛОВЕКУ ЯЗЫК?


Значит, привычная для нас еще со школьной скамьи фор+
мула «язык — средство общения» — недостаточна: она не рас+
крывает отличий языка от других средств общения.
Одно из основных отличий заключается в том, что это
средство общения людей (сразу отпадает язык дельфинов).
Второе отличие в том, что язык служит не только для общения,
но и для мышления (отпадают азбука Морзе и морской код, ко+
торые конечно же не участвуют в процессе человеческого мы+
шления). Третье — что это система, состоящая из определен+
ным образом организованных звуковых (или отражаемых на
письме) знаков (отпадают такие средства, а точнее — орудия
общения людей, как телефон, телеграф и Интернет: с их помо+
щью только передаются языковые знаки).
Получается, что язык — не просто средство или орудие об+
щения, а особая система звуковых знаков, служащая человеку
для мышления и для передачи разнообразной информации и
существующая только в человеческом обществе.
Позвольте, вправе возразить внимательный читатель, а то,
что при общении друг с другом используют глухонемые — си+
стема их жестов, — разве это не язык?
Да, язык. Только форма знака здесь не звуковая, а двига+
тельная. Значение же, которое имеет каждый знак+жест, в
принципе не отличается от значения знака+слова — различия
лишь в том, как членят неязыковую действительность жесты
глухонемых и слова обычного языка: то, чему в языке глухоне+
мых соответствует один жест, может быть названо двумя или
несколькими словами.
И знаки+жесты, и знаки+слова служат средством мышле+
ния. С их помощью осуществляется так называемая внутрен+
няя речь.
А что такое внутренняя речь? Это речь «про себя», неслыш+
ная для окружающих. Вот что пишет о механизме внутренней
речи известный психиатр В. Леви в научно+популярной книге
«Охота за мыслью»: «Задумавшись, человек беззвучно шеве+
лит губами. Особенно легко это заметить у детей, у стариков
или у людей, очень напряженно, сосредоточенно думающих.
Это и есть внутренняя речь, речь про себя, которая в таких слу+


чаях оказывается уже не совсем про себя, не совсем внутрен+
ней. Записи биотоков с помощью особых приборов показали,
что при внутренней речи скрыто работают те же мышцы, что и
при внешней: мышцы гортани, губ, языка, диафрагмы, нёба. Но
звуков не получается, потому что эта мышечная работа пре+
дельно слабая, тонкая, филигранная. Скрыто произносятся не
слова и даже не обрывки слов, а их мышечные «кусочки»... Глу+
хонемые же координируют свою речь не слухом, а вибрацион+
ным и мышечным чувством. Мышление глухонемых тоже, оче+
видно, использует внутреннюю речь, но не мышечно+слуховую,
а мышечно+зрительную».
Иными словами, подобно тому, как у владеющего звуко+
вым языком человека во время внутренней речи скрыто вос+
производятся мышечные кусочки слов, у глухонемых в той же
ситуации воспроизводятся мышечные кусочки жестов. Имен+
но поэтому погруженный в свои мысли глухонемой может де+
лать руками непроизвольные движения, представляющие
«свернутые» жесты его языка (сравните с бормотанием —
«свертыванием» слов! — напряженно думающего человека).
Итак, язык — чисто ч е л о в е ч е с к о е явление, суще+
ствующее только в человеческом обществе и обслуживающее
истинно человеческие потребности: мышление и общение.
Но вот что удивительно: существуя лишь в человеческом
обществе и только для его нужд, язык не есть сознательное
«изобретение» человека. «По моему глубокому убеждению, —
писал знаменитый немецкий лингвист В. Гумбольдт, — язык
следует рассматривать как непосредственно заложенный в че+
ловеке, ибо сознательным творением человеческого разума
язык объяснить невозможно».
Конечно, эти слова нельзя понимать в том смысле, что
язык наследственная, биологическая функция человека, по+
добно врожденным рефлексам, инстинктам. Нет, В. Гумбольдт
имел в виду человеческую — врожденную! — способность обу+
чаться языку той социальной среды, в которой он родился и
растет. И это действительно так.
Человек рождается с заложенной в нем способностью обу+
чаться языку, и обучение это происходит с поразительным
ДЛЯ ЧЕГО ЧЕЛОВЕКУ ЯЗЫК?


успехом: в первые годы жизни ребенок усваивает все практи+
чески необходимые навыки мышления и говорения на языке
окружающей среды.
Но мне могут возразить: за несколько лет можно научить
языку и попугая; пусть в меньшем объеме, но он все же может
имитировать человеческую речь. Вот именно — имитировать.
Попугай способен лишь подражать звукам человеческого го+
лоса, но он не порождает этих звуков и состоящих из них слов,
то есть этому не предшествует процесс мышления.
Рассмотрим теперь нашу проблему исторически. Возникно+
вение и формирование языка происходило в человеческом обще+
стве, пусть примитивном, но уже ощущавшем две настоятельней+
шие потребности: мыслить и общаться. Язык и возник как
средство, удовлетворяющее эти потребности. Но можем ли мы
сказать, что язык — продукт сознательного творчества отдельных
людей? Конечно, нет. Язык сформировался как результат много+
вековой совместной трудовой деятельности наших далеких пред+
ков и связанной с ней постоянной необходимостью контакта, об+
щения. Появление человеческой речи обусловил сложный
комплекс биологических и социальных причин и обстоятельств. 
В реальной жизни язык служит самым разнообразным кон+
кретным целям. Каковы же эти цели?
Чтобы ответить на этот вопрос, надо рассказать о
ф у н к ц и я х языка.
В повседневной жизни каждый из нас пишет, читает и,
больше всего, — говорит. Например, по данным японских лин+
гвистов, служащий в Японии тратит на разговоры больше се+
ми часов (!), то есть почти половину всего времени бодрство+
вания, на чтение — полтора часа, на письмо —  47 минут.
Во всех этих случаях используется язык, но это исполь+
зование неодинаковое. Даже при выполнении одного вида
языковой деятельности, например письма, человек употреб+
ляет не одни и те же языковые средства, а разные: школь+
ное сочинение требует иных слов и конструкций, чем дело+
вое заявление; выдавая официальную справку, юрист или
делопроизводитель подберут такие выражения, которых мы
не встретим в их частных письмах родным или друзьям; ин+


струкция о том, как учить детей плавать, обычно бывает на+
писана таким языком, который не используется при созда+
нии лирического стихотворения, а газетная хроника, как
правило, не содержит слов и оборотов, свойственных худо+
жественной речи.
Научная статья, объявление, текст закона, приключенче+
ская повесть, заявление директору, школьное сочинение, га+
зетный отчет о футбольном матче, расписка должника, кон+
спект лекции, поэма, письмо, полученное по электронной
почте, договор о совместной деятельности, дневник, запись в
трудовой книжке — во всех этих жанрах письменной речи ис+
пользуется один и тот же язык, скажем — русский. Один и тот
же? Нет,  р а з н ы й  русский язык.
То же самое происходит и в устном общении.
На первый взгляд кажется, что устная речь, в отличие от
письменной, не сдерживается регламентациями и правилами:
говори, как нравится, лишь бы собеседник понял тебя...
«Лишь бы собеседник понял тебя...» Но это и есть первое
ограничение! Говорящий (как, впрочем, и пишущий) должен
ориентироваться на слушателя, учитывать его интересы: если
произносить слова неразборчиво, или слишком быстро, или не
с той интонацией, какая необходима  в данном виде общения,
или использовать незнакомые слушателю слова (скажем, из
неизвестного ему языка), то общение будет затруднено, а то и
прекратится совсем.
Следовательно, в зависимости от того, с кем человек гово+
рит, его речь варьируется: близкий друг поймет с полуслова,
но полуслова явно недостаточно, когда отвечаешь у доски в
школе; в разговоре с незнакомым собеседником нужна рече+
вая (словесная и особенно интонационная) настройка, более
длительная и более сложная, чем в беседе с товарищем, хотя
и здесь она нужна: вступая в контакт, люди как бы нащупы+
вают настроение друг друга, расположенность или, напротив,
нерасположенность к разговору, к шутке и т.д.— это предъ+
являет определенные требования к выбору слов и интонаций.
Наконец, рисунок речи каждого из нас достаточно сильно
зависит от того, обращаемся ли мы к официальному лицу или
ДЛЯ ЧЕГО ЧЕЛОВЕКУ ЯЗЫК?


вступаем в разговор с близким человеком. Да и наша собствен+
ная роль — тоже фактор немаловажный: если мы выступаем в
роли воспитателей, то речь наша — с преобладанием побуди+
тельных средств, если в роли рассказчика — в ходу повество+
вательные интонации, эмоциональная лексика.
В зависимости от того, какую цель мы преследуем: сообща+
ем новость, констатируем факт, настаиваем, обязуемся, про+
сим, побуждаем адресат к действию, возмущаемся несправед+
ливостью — мы выбираем разные языковые средства,
прибегаем к разным оборотам и интонациям, используем раз+
личные функции слова.
Лингвисты всегда подчеркивают главное назначение язы+
ка, основную его функцию — и н ф о р м а ц и о н н у ю, или
ф у н к ц и ю  с о о б щ е н и я. Она вытекает из необходимости
«сообщать свои мысли другим и добиваться взаимопонимания
в отношении самых насущных потребностей бытия», как пи+
сал известный швейцарский лингвист начала XX в. Ш. Балли.
И в самом деле, постоянно взаимодействуя друг с другом  в
повседневной бытовой и культурной жизни, люди всё время
что+то сообщают друг другу: свой жизненный опыт, новости,
оценки событий, собственные мнения и т.п.
В языке есть средства, наиболее пригодные для осущест+
вления функции сообщения. Это нейтральные в стилистиче+
ском отношении слова и конструкции, главная задача которых —
называть те или иные явления, факты, действия, не внося ника+
ких оценок: бежать, нападение, быстро, лошадь, стихи, гово!
рить и мн. др. Сравните с ними слова, близкие по значениям,
но содержащие в себе положительную или отрицательную
оценку обозначаемого явления: мчаться (нестись), агрессия,
сломя голову, кляча, вирши, вещать и вякать и др.
Подобные различия мы можем отметить и на морфологиче+
ском уровне. В газетной корреспонденции вряд ли встретятся
слова домище, высоченный, сказанул, тихонечко. На их месте бу+
дут стоять соответствующие им чисто информативные слова и
сочетания: большой дом, очень высокий, сказал, тихо. Правда,
если внимательно приглядеться к тем и другим словам, то мож+
но заметить, что они не соответствуют друг другу по объему зна+


Доступ онлайн
40 ₽
В корзину