Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Долой самодержавие

Бесплатно
Основная коллекция
Артикул: 624706.01.99
Долой самодержавие [Электронный ресурс] / Партия социалистов-революционеров. - Санкт-Петербург : Тип. партии Социалистов-революционеров, 1912. - 13 с. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.com/catalog/product/352299 (дата обращения: 21.05.2024)
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов. Для полноценной работы с документом, пожалуйста, перейдите в ридер.
s«F 

ІАРТІЯ 
СОЦІАЛИСТОР/ Ь-рКНОЛЮЦІОНЕСОВЪ. 

'Г• >. - 
< - ~ .» 
і 

пр 
йт^шь ты 

С.-ПЕТЕРБУРГЪ. 

Типографія партіи Соціалистовъ-революціонеровъ. 

19-ОЕ ФЕВРАЛЯ 

ДОЛОЙ САМОДЕРтАВІЕ! 

Русскій рабочій народі., крестьяне и рабочіе, 
городскіе и сельскіе! 

40 л тъ тому назадъ иъ иеликій день, 11) февраля 
1861 г. пало кр постное право и народу объявили 
волю. Беликъ былъ этотъ день, велика была народная радость : ц лые в ка цари и пом щики, попы 
и чиновники держали въ рабств 
и считали за рабочую скотину милліоны крестьянъ — и вдругъ т 
же самые в ковые мучители признали этихъ крестьянъ 
за людей, созданныхъ.-по образу и подобію болію, и 
отпустили ихъ на волю!.... .'Іиковалъ народъ, ликовала съ пимъ и вел просвещенная Россія. Но въ 
восторг 
и радости народъ не подумалъ : могли ли 
его мучители дать ему настоящую волю? 
Теперь и 
сл пой ВЙДИТЪ, что н тъ,"ііе могли, да и не дали. 
А дали они вотъ что. — Прежде царь и дворяне 
ц лые в ка влад ли вс мъ народомъ, какъ своей 
рабочей скотиной. Крестьяне царл и царской фамиліи назывались — уд льными, а крестьяне дворянъ — пом щичьими. Значитъ царь и дворяне одинаково были пом щики, кр постники, рабовлад льцы. 
Посл 
19 февраля царь и дворяне отпустили своихъ 
кр постныхь на волю, — но не на ту волю, какую 
народъ требовалъ, а на волю царскую. 
А царская 
воля заключалась въ томъ, чтобы подневольное рабство народа зам нить вольно-наемнымъ рабствомъ. А 

_ 
4- — 

для этого царь и дворяне р шили: весь народъ на 
волю отпустить, а всю землю за собой оставить, тоесть — дать всему кр постному народу такую же 
отпускную граиоту, какую раньше давали иногда 
пом щики своимъ отд льнымъ кр постнымъ. Такимъ 
то образомъ весь.рабочій народъ остался безъ земли. 
А такъ какъ безъ земля народу жить нельзя — разсуждали пом іцики, — вотъ онъ и пойдетъ къ намъ, 
землевлад льцамъ, въ наемные работники или станетъ снимать нашу землю въ аренду. Такъ и хот ли сначала сд лать, да царь побоялся, что .народъ 
сразу пойметъ обманъ, да и сами пом щики одумались: а вдругъ вольный народъ разб жится отъ нихъ! 
И вотъ —чтобы снова прикр пить вольно-отпущенныхъ къ своимъ пом стьямъ, дворяне и р шили — 
продать часть своей земли крестьянамъ, перевести 
ихъ на внкупъ, дать большой, средній или малый над лъ —какой крестьяне по/келаютъ, лишь бы при 
шж стьнхъ оставались. В дь и прежде всю землю 
т -же крестьяне обрабатывали, .значить и теперь они 
are будутъ возд лывать:' свою, выкупную часть—на 
себя, а всю землю другихъ землевлад льцевъ - по 
найму, исполу или въ аренду брать. За выкупную 
землю назначили высокія ц ны; казна уплатила пом щйвамъ деньги сразу, а съ крестьянъ стала взыскивать ихъ съ разсрочкой на 49 л тъ и съ такими 
процентами, что въ 49 л тъ крестьяне должны уплатить тройную стоимость земли. Но и этого царю я 
правительству показалось мало. На рабочій народъ 
навалили непосильныя тгрямия и косвенныя подати. 
Крестьяне стали задыхаться подъ тяжестью всякихъ 
податей и повинностей. Бросился народъ б жать на 
новыя земли,— не пускаютъ, паспорты ввели. А натурой подати платить нельзя,— деньги подавай. Крестьяне бросились на сторону, на заработки, продавать свои рабочія руки; запрудили собой города. Во
гачи купцы только и ждали УТОГО",— стали крестьяне 
живьемъ брать, нанимали за грошевую плату, заставили строить фабрики, заводы и всевозможная промышленный заведенін; потомъ хозяева-капиталисты 
загнали т хъ же крестышъ въ пти (фабрики и заводы; заперли ихъ тамъ на Г2-14 или Кі часовъ въ сутки, и иотъ теперь тотъ-;ке крестьяниігь, бывшій пом щичій рабъ, превратился въ городского фабричиозаводскаго волыюнаемнаго раба..Вольно-наемное рабство съ деревни распространилось на города, съ земл и — на фабрики и заводы. Купцы-капиталисты стали быстро наживать милліоны, а прежніе ном-Ьщиви-дворяне — разоряться, мотать, закладывать и продавать -своиим нья т мъ же кунцамъ-капиталистамъ. 
За 40 л тъ посл 
освобожден!н крестьянъ до ста 
тысячъ дворянскихъ им пііі уже продано согсімъ 
или заложено въ разных:, банкахъ — въ безиз.нм:номъ долгу. Капиталист!.і ('-тали скупать дворянскія 
ил нья; захватили теперь въ свои лапы и деревню 
и городъ, впились и въ крестьянина и въ городского рабочаго и такимъ путемъ разбили весь рабочій 
народъ на-двое. Нужно помнить вамъ объ этомъ, рабочій народъ: крестьянинъ въ сел 
и рабочій въ 
город —два родные брата и работаютъ 
въ нроголодь на однихъ хозяевъ —н а богачей каииталистовъ, 
изъ какого бы званія эти капиталисты не вышли, изъ 
діюрянъ, купцовъ или самихъ крестьянъ- все равно. 
Такіе милліонеры тузы—не дворяне, не купцы, не 
крестьяне, а просто кр постники-кашіталистьі, безъ которыхъ самодержавный царь и правительство не могутъ 
шагу ступить, потому что вся государственная казна у 
нихъ въ долгу, какъ въ шелку. 
Что захотятъ капиталисты, то правительство и сд лаетъ: нужно стачку подавить, рабочихъ или крестьянъ усмирить, — 
къ услугамъ каииталистовъ и іголиціи, и казаки, и 
все высшее и низшее начальство. 

— 6 — 

Какъ же народъ допустилъ до этого? почему он-ь 
терпитъ такое издевательство и новое кр постное 
право? Это нужно знать вамъ, рабочіе Й крестьяне! 
Пока народъ былъ теменъ, безг-рамотенъ и сид лъ, 
разбитый и разрозненный, на ц пи у пом щиковъ, 
онъ боролся и возставалъ враздробь, и его легко усмиряли. 
Народъ зналъ пом щиковъ, но никогда не 
зналъ и не видалъ царя; онъ считалъ царя богомъ 
земнымъ, над ялся на него н в рилъ въ него. Передъ освобожденіемъ крестьянъ настало такое время, 
когда весь народъ слился, наконецъ, въ одну силу 
и готовъ былъ встать за свою волю, какъ одинъ челов къ. Царь и пом іцики испугались и посп шилй 
1
(J февраля объявить народу Манифеста, а немного 
спустя и ІІоложеніе, ~ но не о вол , какъ думала 
самъ народъ, а — изволите вид ть — „объ улучшеніи быта пом щичьихъ крестьянъ". 
— Сколько ни 
бились тогда соціалисты, какъ ни старались открыть 
глаза народу, что его обманываетъ царь съ пом щиками, — народъ не в рилъ. Онъ все еще в рилъ въ царя и твердилъ одно: „Это пом щики настоящую волю скрываютъ, а царь этого не знаетъ". 
И вм сто того, чтобы слушать, что ему соціалисты 
говорили, вм сто того, чтобы встать дружно и потребовать созыва своихъ выборныхъ отъ всей земли, 
народъ все старался, какъ бы дворянъ обойти да 
до цари на нихъ съ жалобой дойти. А тюка народъ 
ждалъ и над ялся на царя, его ужъ снова разбили 
и скрутили по рукамъ и ногамъ. Не понималъ народъ, что если нужно такое всенародное д ло р шить, такъ царю прежде всего надо былосъ самимъ народомъ посов тываться и черезъ выборныхъ отъ народа новые порядки уставить. А тутъ сд лали такъ, 
что народъ не зналъ и не в далъ, какую ему волю 
стряпають. 
Чтобы окончательно разбить и обезснлить народъ, царь, уничтоживъ кр постяую власть 

— 7 
дом щиковъ, оставилъ и удержалъ ее за самимъ собою, превратилъ всю Россію въ свою кр постную 
вотчину и остался одинъ всевластнымъ повелителемъ, кр постнйкомъ, рабовлад льцемъ, — самодержавнимъ деспотомъ. Весь свой народъ онъ превратилъ въ безгласныхъ подданныхъ, которыми и сталъ 
править черезъ тысячи и тысячи: своихъ самовольныхъ бурмистровъ-чиновниковъ, и болыпихъ и малыхъ. 
На вс 
государственныя и общественныя 
должности сталъ онъ ставить промотавшихся вельможъ и дворянъ, которые вотъ и озоруютъ теперь 
надъ народомъ, какъ душ 
ихъ угодно, потому что 
отъ народа они не зависать: кто ставитъ ихъ, тотъ 
только и можетъ см нить или судить ихъ. 
И вотъ 
при одномъ самодержавномъ цар 
выросли сотни 
тысячъ другихъ самодержавныхъ царьковъ — большихъ и малыхъ: министры, губернаторы, земскіе 
начальники, исправники, становые, полицейскіе, урядники и всевозможная другая полицейская и чиновная мразь. Въ начал , когда царь еще побаивался 
рабочаго народа и образованнаго общества, онъ кое 
что оторвалъ отъ своего самодержавія и далъ народу право выбирать самому кое-какихъ должностныхъ лицъ; введено было выборное-городское и земское управленіе, выборные мировые судьи. 
А потомъ, когда народъ замолчалъ да притихъ, — мировыхъ судей пох рили и поставили земскихъ начальниковъ; городское и земское самоуправленіе также 
окарнали и отдали подъ надзоръ дворянъ и губернаторовъ; земскіе школы стали передавать попамъ 
да псаломщикамъ. И вотъ настало теперь полное 
самодержавно-чиновничье царство. 

Какъ хитро однако ни придумали царь, пом щики и 
капиталисты, но челов ческую сов сть, свободную 
мысль, истину, правду р шетомъ не прикроешь. Хотя 
царь и правительство терп ть не могутъ науку и 

— ,8 — 

образованіе, да ксе тажи нельзя безъ школъ, безъ 
гимназш'и университетовъ обойтись. И для правительства—тысячи тысячъ нужно грамотныхъ судей, 
чиновниковъ, писцовъ, полицейскихъ урядниковъ и 
жандармовъ, чтобы они могли доносы и кляузы писать : для капиталистовъ — тоже ученые нужны: 
инженеры, техники, конторщики и т же тысячи тысячъ писцовъ. Хочешь не хочешь, а школы, гимназіи и университеты нельзя не открывать. 
Какъ ни 
сл ди и ни налегай на псалтырь, а выучился челов къ грамот , такъ ужъ все читать можетъ. 
На 
школыюй-то скамь 
нельзя вид ть, — что изъ ребенка выйдетъ-- нандармъ или содіалистъ, на царя 
и капиталистовъ или за пародъ стоять будетъ. Такъ 
и въ высшихъ школахъ— со студентами. Одни, по 
окончаніи курса, въ чиновники поступаютъ, а другіе — соціалистами становятся, съ рабочимъ народомъ 
соединяются и часто, еще не усп вши курса кончить, 
— въ тюрьму, въ ссылку, въ каторгу, на ашафотъ 
и дуть. Соціалисты, студенты и образованные люди 
или интеллигенція, что за народный права стоять, 
теперь уже не одни. Рабочій городской уже ц лыми 
тысячами — тутъ у нихъ, подъ рукой. ."Соціалисты 
съ^рабочими; рабочіе уже начинатотъ понимать всю 
эту* хитрую механику,'- соединяться въ союзы между 
собой, дружно действовать сообща противъ своихъ 
хозяевъ, стачками вырывать у ішхъ лучшія условія 
жизни, сокращеніе рабочихъ>асов
гь, увеличеніе заработной платы, требовать в жливаго'съ собой обращен! я, чистоты и св жаго воздуха въ своихъ фаб-* 
ричныхъ тюрьмахъ, а теперь требуютъ всюду 
уже 
8 часового рабочаго дня. Капиталисты, кенечно, за 
карманы схватились; „караулъ! — кричатъ, — рабочіе 
обижаютъ —за бевц нокъ работать не хотятъ!" Правительство— полицію, казаковъ шлетъ, плетьми и 
шашками рабочихъ усмиряетъ. Тутъ у рабочихъ со
— 9 — 

вс мъ глаза раскрылись, онаютъ теперь рабочіе, что 
соціалисты правы, что царь, правительство и капиталисты— одна дружная шайка
j— рука руку моетъ 
и другъ за дружку держатся. Видитъ рабочій, что 
предъ нимъ стоить небольшая, но за то хорошо и 
дружно сн вшаяся шайка. Но онъ не смутился, не 
потерялся, а см ло ношелъ навстр чу соціалистамъ, 
соединилъ свою огромную рабочую силу съ силой 
науки, знаніл и образован!», и среди ученыхъ и знаюіцихъ людей нашелъ тоже своихъ искреннихъ сторонниковъ и друзей. Многіе ученые и студенты, какъ 
и рабочіе, идутъ на службу къ правительству и капиталистамъ за жалованье и изъ за куска хл ба, а 
ученые и студенты-соціалисты идутъ и соединяются 
съ рабочимъ народомъ. получая отъ того же правительства единственное воздаяніе—казацкія плети, 
тюрьмы, ссылки, каторгу, страданія и даже смертную 
казнь. Теперь уже самодержавному 
правительству 
спасенья н тъ. Братскій союаъ соціалистовъ съ рабочими превратился въ политическую нартію. И союзъ этотъ нав ки припечатанъ ихъ общей кровью 
на улицахъ вс хъ болынихъ городовъ Россіи. 
Студенты и рабочіе идутъ рядомъ другъ съ другомъ и 
борятся не только за себя, но за интересы всего русскаго народа, потому что увид ли и поняли, что кусками д ла не поправишь, — что угнетен! е и голодъ 
на фабрик , угнетеніе и голодъ въ деревн 
у крестьянъ, угнетеніе въ школахъ и университетахъ и 
многое другое зло — исходятъ отъ одного обідаго 
источника—отъ существованія вольно-наемнаго рабства и отъ его покровителя и хранителя — самодержавнаго царя и правительства. Съ каждымъ годомъ рабочая соціалистическая армія увеличивается, 
см ло выступаетъ на улицы, съ п снями о народной свобод , съ красными знаменами и кликами: 
„Долой самодержавіе! да здраізствуетъ 
свобода и 

— 10 — 

самоуправленіе! да здравствуетъ земскій соборъ!" 
Ихъ арестуютъ, высылаютъ на родину; являясь среди 
деревенскихъ братьевъ и отцовъ своихъ, высланные 
отвриваютъ имъ глаза и заклинаютъ отцовъ и матерей будущихъ солдатъ — брать клятву съ д тей 
никогда не стр лять въ рабочій народъ, — и такимъ путемъ вся рабочая и образованная Россія 
сплачивается, сливается въ одно ц лое. Правительство задрожало. Сначала набросилось на студентовъ. 
Подлый холопъ царя,министрънароднаго просв щенія 
Богол повъ, хот лъ застращать студентовъ, пошелъ по 
полицейской и военной части, — далъ подписать глупому царю приказъ объ отдач 
300 студентовъ въ 
солдаты, а тысячи другихъ — исключить изъ университета... 
Вотъ такъ министръ просв щенія !... 
Но времена уже не т ! — вс 
студенты по всей 
Россіи забастовали и отказались ходить въ университетскіе казармы, пока не возвратятъ вс хъ ихъ 
товарищей; образованное общество и студенты устроили большую сходку, въ Петербург 
близь Казанскаго собора, гд самодержавіе выказало надъ ними 
все свое зв рство. напустивъ на нихъ казаковъ и 
полицейскихъ съ нагайками и шашками. Въ тоже 
время явился благородный студентъ Карповичъ, который и застр лилъ этого министра изверга. Только 
тогда царь заговорилъ ласковымъ языкомъ „о сердечномъ отношеніи" къ молодежи; только тогда студентовъ возвратили изъ солдатъ и приняли въ университеты, и вотъ теперь хотятъ дать студентамъ 
право собираться на сходки и составлять разныя 
общества. Но студенты знаютъ, что все это завтра 
же первый царскій прохвостъ можетъ снова отнять, 
и что н тъ никакой надежды на лучшее будущее 
никому, пока не будутъ уничтожены самодержавные 
лорядки на Руси. Гроза надвигается. 
Правительство обезум ло отъ страха и пробуетъ теперь ухва
— 11 — 

титься, кавъ за соломинку, за иосл днее средство. 
Чуть не всю Россію царь объявилъ на военномъ 
положеніи и думаетъ поступать съ возлюбленными 
подданными, какъ въ непріятельскои стран . Но 
довольно, самодержавный деспотъ, тюремщикъ всея 
Руси! тщетны усилія твоихъ опричниковъ! Рабочій 
народъ проснулся; онъ требуетъ отъ тебя громко 
новаго 19 феврали, и не обманнаго Манифеста объ 
улучшеніи быта рабочаго люда, а яснаго, понятнаго 
для вс хъ Манифеста о созыв 
выборныхъ депутатовъ отъ всего народа на Земскій Соборъ! Довольно 
морочить себя и народъ: никто, никакія коммиссіи 
и комитеты твоихъ холоповъ не въ силахъ теперь 
распутать мертваго узла и всего того, что напутали 
ты и предки твои. Только эти выборные представители отъ всей Русской Земли могутъ разобраться 
въ в вовыхъ непорядкахъ; пусть и уставятъ они новое государственное правленіе и какъ они уставятъ, 
—такъ и быть по сему! а теб 
ихъ слушаться. Пусть 
они наблюдаютъ за государственными расходами и 
налогами, какъ это д лается уже у вс хъ свободныхъ народовъ Европы. 
Ми знаемъ, что по доброй вол 
ты и твои чиновники не откажетесь отъ власти, не подчинитесь народу, и вм ст съ пом щиками-дворннами и богачами-капиталистами будете об ими руками держаться 
за свои права на народный трудъ, народную кровь 
и плоть. И вотъ почему вс мы, соціалисты, изъ ученыхъ и неученыхъ, фабричныхъ и крестьянъ, вс , 
кто понялъ, что отд льно каждому не выбиться изъ 
рабства кабалы и нужды — р шили тайно и явно бороться не на животъ, а на смерть со вс ми нын шними порядками, и со вс ми вами — гордыми и надм нными владыками народа — съ царями, министрами и чиновниками, съ дворянами-пом щиками и съ 
богачами-капиталистами, которые связали по рукамъ