Алхимия и жизнь. Как люди и материалы меняли друг друга
Покупка
Тематика:
Общетехнические дисциплины
Издательство:
Альпина нон-фикшн
Автор:
Рамирес Айнисса
Год издания: 2023
Кол-во страниц: 400
Возрастное ограничение: 12+
Дополнительно
Вид издания:
Научно-популярная литература
Уровень образования:
Дополнительное образование взрослых
ISBN: 978-5-00139-762-5
Артикул: 820882.03.99
В книге «Алхимия и жизнь» ученый и популяризатор науки Айнисса Рамирес приводит восемь изобретений — часы, стальные рельсы, медные кабели связи, фотопленку, электрическую лампу, жесткий диск, лабораторную посуду и кремниевые чипы — и показывает, как они повлияли на человеческий опыт. Рамирес рассказывает о женщине, которая «продавала время», об изобретателе, который вдохновил Эдисона, об энтузиасте-предпринимателе, чье открытие подсказало путь к созданию компьютера. Помимо прочего, она описывает, как стремление к точности предопределило наш режим сна, как железные дороги способствовали коммерциализации рождественских праздников, как вынужденная краткость телеграмм сказалась на литературном стиле Хемингуэя и как молодой химик разоблачил практику использования поляроидных камер для паспортизации и расовой сегрегации в условиях апартеида в Южной Африке. Эти яркие, захватывающие истории предлагают неожиданный взгляд на наши отношения с технологиями. Выстраивая хронологию каждого изобретения и его последствий — ожидаемых и непредвиденных, Рамирес показывает не только как изобретатели изменяли свойства материалов, но и как эти материалы формировали культуру.
Тематика:
ББК:
УДК:
ГРНТИ:
Скопировать запись
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов.
Для полноценной работы с документом, пожалуйста, перейдите в
ридер.
Посвящается маме и бабушке
The MIT Press Cambridge, Massachusetts / London, England
Москва, 2023
УДК 001.894 ББК 30у Р21 Переводчик Дарья Алюкова Научный редактор Дмитрий Мамонтов Редактор Роза Пискотина Рамирес А. Алхимия и жизнь: Как люди и материалы меняли друг друга / Айнисса Рамирес ; Пер. с англ. — М. : Альпина нон-фикшн, . — 400 с. ISBN 978-5-00139-762-5 В книге «Алхимия и жизнь» ученый и популяризатор науки Айнисса Рамирес приводит восемь изобретений — часы, стальные рельсы, медные кабели связи, фотопленку, электрическую лампу, жесткий диск, лабораторную посуду и кремниевые чипы — и показывает, как они повлияли на человеческий опыт. Рамирес рассказывает о женщине, которая «продавала время», об изобретателе, который вдохновил Эдисона, об энтузиасте- предпринимателе, чье открытие подсказало путь к созданию компьютера. Помимо прочего, она описывает, как стремление к точности предопределило наш режим сна, как железные дороги способствовали коммерциализации рождественских праздников, как вынужденная краткость телеграмм сказалась на литературном стиле Хемингуэя и как молодой химик разоблачил практику использования поляроидных камер для паспортизации и расовой сегрегации в условиях апартеида в Южной Африке. Эти яркие, захватывающие истории предлагают неожиданный взгляд на наши отношения с технологиями. Выстраивая хронологию каждого изобретения и его последствий — ожидаемых и непредвиденных, Рамирес показывает не только как изобретатели изменяли свой ства материалов, но и как эти материалы формировали культуру. УДК 001.894 ББК 30у Р21 ISBN 978-5-00139-762-5 (рус.) ISBN 978-0262043809 (англ.) Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети интернет и в корпоративных сетях, а также запись в память ЭВМ для частного или пуб личного использования, без письменного разрешения владельца авторских прав. По вопросу организации доступа к электронной библиотеке издательства обращайтесь по адресу mylib@alpina.ru © Ainissa Ramirez, 2020 The rights to the Russian-language edition obtained through Alexander Korzhenevski Agency (Moscow) © Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина нон-фикшн», 2023 В книге упоминаются социальные сети Instagram и/или Facebook, принадлежащие компании Meta Platforms Inc., деятельность которой по реализации соответствующих продуктов на территории Российской Федерации запрещена.
Оглавление Введение. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Глава Взаимодействовать Рут и Арнольд . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Сон в давние времена . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Часы Бенджамина Хантсмена . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Кристаллы, которые колеблются . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Альберт и Луи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Глава Соединять Соединитель . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Вулкан Бессемера . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Почти стальной человек . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Как сталь изменила нас . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Объединенный праздник . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Глава Передавать С первыми лучами солнца . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Электрические депеши . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Весь мир у одра президента . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Краткость . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Глава Запечатлевать К вопросу о лошади . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Пасторские заботы . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Недоэкспонированные . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Запечатленные . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Глава Видеть Волшебный летний вечер . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Светлая мысль волшебника . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Невидимая хватка дневного света . . . . . . . . . . . . . . . . . . Светлячок в угольной шахте . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Глава Делиться Неземная пластинка NASA . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Звуковая мечта Эдисона . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Ребята с западного побережья . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Глава Открывать Научные трофеи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Сквозь тусклое стекло . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Электронная пушка Джей Джея . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Глава Думать Огугленные . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Ручки чайника и проволока из нижнего белья . . . . . . . Секрет гробовщика . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Гордон Тил . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Формирование мозга . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Эпилог . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Благодарности. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Примечания . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Источники, собрания и интервью . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Примечания к источникам . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Аннотированная библиография . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Разрешения на использование цитат . . . . . . . . . . . . . . . . Источники иллюстраций . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Предметно-именной указатель . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Все, к чему прикасаешься, Ты меняешь. Все, что ты меняешь, Меняет тебя… О Б Введение Я мечтала о науке с четырех лет, что отличало меня от других маленьких девочек в наших краях, в Нью- Джерси. Я была любопытной малолеткой, желающей знать, почему небо голубое, почему листва меняет цвет и почему у снежинок шесть граней. В конце концов, из-за этого неуемного любопытства, насмотревшись телесериалов –-х гг., я решила заняться наукой. В то время я любила телепрограммы вроде «Звездного пути» со Споком, «Бионической женщины» или «Человека на шесть миллионов долларов», но укрепилась в своем стремлении к науке благодаря сериалу «‒– контакт». В одном из повторяющихся сюжетов девушка- афроамериканка решает задачи, и когда я увидела, как работает ее мозг , то узнала в ней себя. В детстве наука была для меня источником удовольствия и восторга. Впрочем, спустя годы, когда я сидела в студенческих аудиториях и на глаза наворачивались слезы, мои мечты о работе в науке почти сошли на нет. Лекции по естественным наукам не приносили ни удовольствия, ни восторга — напротив. В самом деле, знания преподносились формально, и учебный процесс был рассчитан на отсев студентов. Курс химии был похож на кулинарную книгу со строго прописанными рецептами; на занятиях по машиностроению мы изучали паровой двигатель; математические задания совершенно не вдохновляли. Я знала, что эти предметы интереснее, чем
А 8 в учебной программе, и с трудом продиралась сквозь них с помощью наставников, преподавателей и долгих часов сидения в библиотеке. К счастью, я обнаружила одну дисциплину, которая вернула мне восторг, — материаловедение, малоизученную область, которая научила меня тому, что все в нашем мире — результат работы атомов. Материаловедение немного напоминает мне родной штат Нью- Джерси тем, что оно тоже вклинивается между двумя более известными собратьями. В случае Нью- Джерси это города — Нью- Йорк и Филадельфия. А в случае материаловедения это физика и химия , и, подобно Нью- Джерси, оно так и не смогло заявить о себе и собственной ценности. Не будь «Города братской любви», или «Большого яблока», Нью- Джерси стал бы прекрасным, уважаемым штатом. Все было бы отлично, располагайся он западнее, например рядом с Айовой. Ведь у Нью- Джерси есть особая история, особая культура и уж точно — особый характер. Но «штат садов» затмевают его могучие соседи. Та же история и с материаловедением. Я полюбила материаловедение независимо от пристрастия к недооцененным штатам и научным дисциплинам, отчасти благодаря поразившим меня словам преподавателя в Университете Брауна. «Причины, почему мы не проваливаемся сквозь землю, почему мой свитер голубого цвета, почему светят лампочки, лежат во взаимодействии атомов, — сказал профессор Ламберт Бен Френд, — и если сможешь разобраться в том, как оно происходит, сможешь и влиять на атомы так, чтобы они создавали нечто новое». Когда он это сказал, все вокруг меня преобразилось. Я разглядывала карандаш, способный писать благодаря атомам углерода, которые наслаиваются друг на друга. Я смотрела на очки, которые помогали моим никудышным глазам видеть, поскольку стекло преломляло свет и фокусировало его на моей сетчатке . Я опускала взгляд к резиновой подошве обуви, которая удобно пружинила под моими ногами благодаря свернутым в спирали и клубки молекулам. Все это делали атомы. Слова этого человека придали
В 9 смысл всему окружающему миру. Мой восторг вернулся, но путь к нему занял значительную часть студенческих лет. Если бы из-за тех сложных вводных естественно-научных курсов я «отсеялась», то запросто могла упустить эту возможность. Закончив университет, я поклялась себе сделать все, что в моих силах, чтобы изучение естественных наук никому больше не приносило таких мучений. Эта книга — моя попытка исполнить мое давнее обещание. Двумя десятилетиями позже, спустя долгие годы моей работы в науке, вдруг мне пришла в голову идея написать эту книгу. В те времена, будучи уже взрослой, я по-прежнему любила ощущать восторг, но предпочитала ту его разновидность, в которой сочетаются познание и азарт. Выдувание стекла подходило по этим параметрам, так что я записалась на несколько уроков. На занятиях по стеклодувному делу меня переполняло изумление — например, когда я наблюдала, как, сделав несколько быстрых движений, мой учитель Рэй превращает прозрачный комок в галопирующую лошадь. В то же время я трепетала от страха: например, когда Рэй предупредил меня, что горячие капли стекла на полу способны прожечь дыру в подошве. Работая со стеклом , я прониклась к этому материалу более глубокими чувствами, чем во время изучения теории. Но вскоре мне пришлось столкнуться с неожиданностью. Однажды в среду я пришла на вечернее занятие по выдуванию стекла в глубоком огорчении из-за проблем на работе. Обычно я относилась к расплавленному стеклу с должным почтением. На каждом уроке я окунала трубку в емкость, зачерпывала немного, выдувала небольшой пузырь размером с мячик для гольфа, а затем придавала ему форму вазочки. Но в тот раз я пренебрегла мерами предосторожности. В тот зимний вечер я напрягла все свои силы и захватила трубкой в три раза больше стекла , чем обычно, капая при этом на пол. Мне было море по колено. Я выдула пузырь длиной
А 10 в два бейсбольных мяча и принялась греть его, и формовать, и греть, и поворачивать, и греть, и формовать. Когда хандра меня стала отпускать, я заметила, что изделие получилось лучше, чем когда-либо. Приближаясь к финальным этапам, я держала трубку со своей вазой в печи и заговорила с одногруппником. Я отвлеклась от своего стеклянного изделия — а это строго запрещено. За болтовней я не заметила, что передержала вазу в печи и она раскалилась до оранжевого цвета, изогнувшись на конце трубки. Моей гордости как не бывало. Я повернула стекло на градусов. Но ваза в ответ изогнулась с той стороны, которая теперь была снизу. Я повернула снова. Она изогнулась. Я повернула снова. Она изогнулась. Я повернула снова. Она изогнулась снова. Капельки пота выступили у меня на верхней губе. Я надеялась, что зимний воздух, сквозивший из окна, выручит меня, охладив вазу и ускорив процесс затвердения. Но из-за печей в студии была тропическая жара. Я оказалась в затруднительном положении, и стекло будто чувствовало это. Наконец ваза решила взять дело в свои руки. Когда я снова повернула трубку, ваза спрыгнула на пол. Я проверила, нет ли у меня на коже частиц стекла , — все было в порядке. Но у вазы, трепыхавшейся на захламленном полу, дела обстояли хуже. Своим криком я привлекла учителя, Рэя, и тот примчался в асбестовых перчатках. Он поднял вазу, присоединил ее обратно к моей трубке, поместил в печь, а потом принес к моему рабочему месту. Вращая трубку из стороны в сторону, Рэй приоткрыл запечатавшийся вход в вазу и влажным деревянным бруском вернул округлость сплющенной стороне. Изделие было спасено, но приняло новую форму. Пока я и стекло остывали, у меня было время поразмыслить над произошедшим, и в голову пришла идея. Я формовала стекло , а стекло формировало меня. Я придала ему форму даже тем, что уронила его, а изготовление стеклянной вазы в тот вечер посередине недели не только отвлекало меня от неприятного дня, но и ковало во мне более глубокое пони
В 11 мание стекла и уважение к нему, да и к материалам в целом. Возможно, это были скорее философские рассуждения, но случившееся навело меня на мысль написать эту книгу. Идея, что материалы и люди формируют друг друга, вдохновила меня исследовать, как влияли на нас материалы на протяжении всей истории. «Алхимия и жизнь» показывает, как материалы менялись по воле изобретателей, но также и то, как эти материалы меняли культуру. Названием каждой главы служит глагол, чтобы продемонстрировать, как менялось значение этого слова. В частности, эта книга показывает, как кварцевые часы , стальные рельсы, медные кабели связи, фотопленки с серебром, лампа накаливания с углеродной нитью , жесткие магнитные диски, стеклянная лабораторная посуда и кремниевые чипы радикально меняли то, как мы взаимодействуем, как осуществляем связь, передаем информацию , фиксируем изображения, видим, делимся впечатлениями, делаем открытия и думаем. «Алхимия и жизнь» заполняет бреши, которые оставляет большинство книг о технологиях, и рассказывает истории малоизвестных изобретателей либо предлагает новый взгляд на известные. Я намеренно рассматриваю именно лакуны, именно замалчивания в истории, потому что они тоже ярко характеризуют нашу культуру. Я привлекаю внимание к «другим», чтобы больше людей увидело в них свое отражение. Я использую повествовательный жанр в надежде передать как можно большему количеству людей свой восторг и удовольствие от науки. Я бы хотела, чтобы у читателей возникло чувство признательности технологиям, но не успокоенности. Чтобы стать лучшей версией себя, нам нужно критически осмысливать окружающие нас инструменты. Цель этой книги — воспитание такого мировоззрения. На этих страницах вы почерпнете множество тем для обсуждения на вечеринках, но будут и поводы для размышлений.
А 12 В целом «Алхимия и жизнь» направлена на создание нового уровня единения с миром, с историей, с другими людьми. Спору нет — поиски связи между наукой и культурой могут показаться странной идеей, но социолог- эрудит XX в. по имени Мадонна пела именно об этом: мы живем в материальном мире. Она была абсолютно права. Все вокруг нас состоит из чего-то. Но мы не просто живем в мире, состоящем из материалов, — мы находимся в физическом взаимодействии с ними. Мы придаем им форму, а они, в свою очередь, формируют нас. Такой урок преподала мне в тот зимний вечер среды моя испорченная ваза. Давайте извлечем пользу из этого жертвоприношения и посмотрим, как все это происходит. Айнисса Рамирес, доктор наук . Н- Х, К