Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Оскорбление и инвектива в протоколе допроса: лингвистический анализ

Покупка
Новинка
Артикул: 836362.01.99
Доступ онлайн
350 ₽
В корзину
В учебном пособии представлены содержание и варианты использования протокола допроса как источника информации о речевом оскорблении. В данном контексте рассмотрены вторичные высказывания, ядром которых является инвективная лексика, определены их коммуникативные, формальные и семантические характеристики; предложены методика и алгоритмы анализа вторичных инвективных высказываний, зафиксированных в юридическом документе. Каждая из глав пособия включает вопросы и задания для самостоятельной работы. Для студентов-филологов, изучающих дисциплину «юрислингвистика», преподавателей и экспертов, занятых в области лингвистической экспертизы, а также всех интересующихся современной юридической практикой.
Осетрова, Е. В. Оскорбление и инвектива в протоколе допроса: лингвистический анализ : учебное пособие / Е. В. Осетрова, К. В. Шульгина. — Москва : ФЛИНТА, 2024. — 197 с. — ISBN 978-5-9765-5428-3. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.ru/catalog/product/2159591 (дата обращения: 13.07.2024). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов. Для полноценной работы с документом, пожалуйста, перейдите в ридер.
Е.В. Осетрова
К.В. Шульгина

ОСКОРБЛЕНИЕ И ИНВЕКТИВА 
В ПРОТОКОЛЕ ДОПРОСА

Лингвистический анализ

Учебное пособие

Москва
Издательство «ФЛИНТА»
2024

УДК 811.161.1’42(075.8)
ББК 81.411.2-5я73
О-72

Ре це нзе нты:
д-р филол. наук, проф. кафедры фундаментальной
и прикладной лингвистики и текстоведения
Уральского федерального университета А.М. Плотникова;
д-р филол. наук, проф. Хэнаньского университета К.И. Бринев

Осетрова Е.В.
О-72 
Оскорбление и инвектива в протоколе допроса: лингвистиче
ский анализ : учеб. пособие / Е.В. Осетрова, К.В. Шульгина. — Москва : ФЛИНТА, 2024. — 197 с. : ил. — ISBN 
978-5-9765-5428-3. — Текст : электронный.

В учебном пособии представлены содержание и варианты использования протокола допроса как источника информации о речевом оскорблении. В данном контексте рассмотрены вторичные 
высказывания, ядром которых является инвективная лексика, определены их коммуникативные, формальные и семантические характеристики; предложены методика и алгоритмы анализа вторичных 
инвективных высказываний, зафиксированных в юридическом документе. Каждая из глав пособия включает вопросы и задания для 
самостоятельной работы.
Для студентов-филологов, изучающих дисциплину «юрислингвистика», преподавателей и экспертов, занятых в области лингвистической экспертизы, а также всех интересующихся современной юридической практикой.

УДК 811.161.1’42(075.8)
ББК 81.411.2-5я73

ISBN 978-5-9765-5428-3 
© Осетрова Е.В., Шульгина К.В., 2024
© Издательство «ФЛИНТА», 2024

Оглавление

Введение  ..........................................................................................................5

 
Глава 1. Вторичный текст как лингвистический объект ......... 8

1.1. Соотношение понятий «текст» и «высказывание»  ...............................8
1.2. Содержание понятий «первичный» и «вторичный» текст  .................10
1.3. Дериватологические концепции вторичных текстов  ..........................15
1.4. Типологии и типы вторичных текстов  .................................................21
1.5. Модели вторичного текстообразования  ...............................................26
Выводы  ...........................................................................................................31
Вопросы и задания  ........................................................................................32

Глава 2. Отражение ситуации оскорбления
 
в протоколе допроса  ...................................... 36

2.1. Протокол допроса как юридический
и лингвистический феномен  .................................................................36
2.2. Компоненты ситуации оскорбления в протоколе допроса  .................41
2.3. Семантическая и формальная структура ситуации оскорбления  ......46
2.3.1. Обстоятельства и сирконстанты  .................................................48
2.3.2. Участники и актанты  ...................................................................59
2.3.3. События и пропозиции  ................................................................77
2.3.4. Маркирование элементов ситуации  ...........................................97
Выводы  .........................................................................................................105
Вопросы и задания  ......................................................................................106

Глава 3. Отражение инвективного высказывания
 
в протоколе допроса  .................................... 108

3.1. Оценка как элемент высказывания  .....................................................108
3.2. Компоненты оценки во вторичных инвективных
высказываниях  ...................................................................................... 111
3.3. Структура вторичного инвективного высказывания  ........................115
3.3.1. Пропозитивный состав вторичных инвективных
высказываний  .............................................................................115
3.3.2. Фонационная характеристика вторичных инвективных
высказываний  .............................................................................120

3.3.3. Конструктивные формы вторичных инвективных
высказываний  .............................................................................124
3.3.4. Способы передачи вторичных инвективных
высказываний  .............................................................................128
Выводы  .........................................................................................................134
Вопросы и задания  ......................................................................................135

Глава 4. Инвективные высказывания
 
в сопоставительном аспекте  ............................. 137

4.1. Сопоставление первичного (зафиксированного на фонограмме)
и вторичного (зафиксированного в протоколе допроса)
инвективных высказываний  ................................................................137
4.2. Сопоставление вторичного инвективного высказывания,
имеющего фонографическую основу, с вторичным инвективным
высказыванием, не имеющим фонографической основы  ................163
4.3. Верификация вторичного инвективного высказывания  ...................169
Выводы  .........................................................................................................178
Вопросы и задания  ......................................................................................179

Литература  ...................................................................................................181

Приложение  .................................................................................................195

ВВЕДЕНИЕ

Судебная лингвистическая экспертиза на современном этапе испытывает ощутимый дефицит апробированных методик 
анализа вторичных речевых произведений, то есть «воспроизведенных» / «записанных» / «пересказанных» / «повторенных» / 
«ретранслированных» / «репродуктивных» высказываний, и 
шире — текстов [Шульгина, 2021в]. Кроме того, эксперты-лингвис ты не обладают общим арсеналом приемов и способов анализа подобных высказываний, представляющих часто трансформацию устной речи в письменную со сменой ее субъекта.
Экспертная практика авторов пособия показывает, что в поступающих на исследование материалах конфликтные высказывания зафиксированы двумя способами — 1) как показания 
лиц, участвующих в уголовном судопроизводстве (протокол допроса), 2) как спорная фонограмма (файл, изъятый из звукозаписывающего устройства). В соответствии с существующей в 
экспертном сообществе традицией протокол допроса как результат совместных действий допрашиваемого лица и следователя с 
целью реконструкции события речевого оскорбления относится 
к опосредованным (косвенным) источникам информации, а фонограмма как результат записи события оскорбления — к непосредственным [Бринев, 2009, 2017].
В то же время наш многолетний анализ процесса расследования уголовных дел в порядке статей 3191 и 2972 Уголовного 
кодекса Российской Федерации подтверждает, что протокол допроса может оказаться единственным источником информации 
о событии оскорбления и используется следователем как осно
1 Публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих 
должностных обязанностей или в связи с их исполнением [Уголовно-про цессу альный кодекс РФ].
2 1. Неуважение к суду, выразившееся в оскорблении участников судебного разбирательства. 2. То же деяние, выразившееся в оскорблении судьи, присяжного заседателя или иного лица, участвующего в отправлении правосудия 
[Уголовно-процессуальный кодекс РФ].

ва доказательной базы. Это связано с тем, что коммуникативное событие оскорбления не всегда имеет фонограмму. Интенсивный, «лавинообразный» рост эмоционального напряжения 
между участниками конфликтного общения, технические сбои в 
работе звукозаписывающего устройства либо его элементарное 
отсутствие наряду с иными факторами часто не позволяют коммуникантам и свидетелям речевого конфликта зафиксировать 
происходящее.
Судебно-экспертная деятельность основана в первую очередь на познавательной деятельности эксперта, таким образом, 
объектом этого процесса может выступать и вторичный текст 
как некоторая совокупность языковых знаков.
Лингвистический статус вторичного текста не нуждается в 
доказательстве — и потому в качестве исходного здесь принимается утверждение К.И. Бринева, который отмечает, что «незнание» лингвистических алгоритмов анализа вторичных текстов и 
излишняя сосредоточенность исследователей на типе носителя 
лингвистической информации не должны влиять на квалификацию экспертных выводов как истинных или ложных [Бринев, 
2017, с. 65].
В настоящем учебном пособии с учетом теории лингвистической экспертизы и потребностей следствия внимание сосредоточено не на субъективных оценках протокола допроса 
(«пригодный» / «непригодный» носитель информации), а на 
объективной характеристике поступающего экспертам материала (единственно доступный носитель информации о преступлении). Отсюда предложена методика анализа вторичного инвективного высказывания, обстоятельства реализации которого 
зафиксированы в протоколах допроса по уголовным делам об 
оскорблении а) представителей власти, б) участников судебного 
процесса либо в) лиц, участвующих в отправлении правосудия.
Практическая ценность пособия заключается в возможности 
использования представленных в нем материалов и результатов 
при изучении дисциплин и курсов, отнесенных к предметному 
полю юрислингвистики, а также в производстве судебной линг
вистической экспертизы. Работа представляет интерес и для 
участников уголовного процесса, поскольку языковые факты в 
нем детально обсуждены на широком фоне современной юридической практики.
Материал пособия организован традиционно, а именно: введение, четыре главы, список литературы и приложение.
В первой главе представлены концепции изучения и классификации вторичных текстов, изложены основные модели и 
приемы их построения. Во второй главе демонстрируется подробный лингвистический анализ ситуации оскорбления, зафиксированной в протоколе допроса, с учетом ее структуры: обстоятельств коммуникации, участников и их действий, вербальных 
и паравербальных средств общения. В третьей главе описаны 
структурно-семантические и коммуникативные особенности 
вторичных инвективных высказываний, исчислены типичные 
языковые формы и способы их представления в протоколе допроса. Четвертая глава посвящена сравнительному лингвистическому анализу 1) вторичного инвективного высказывания из 
протокола допроса с высказыванием-основой, зафиксированным 
на фонограмме, и 2) вторичного инвективного высказывания, 
имеющего фонографическую основу, с вторичным инвективным высказыванием, не зафиксированным на фонограмме. Кроме того, в этой части пособия приведен алгоритм верификации 
вторичных инвективных высказываний. Каждая глава включает 
вопросы и задания для самостоятельной работы, целью которых 
является контроль знаний, полученных при изучении учебного 
материала.
В приложении представлены фрагменты протоколов допроса 
из материалов уголовного дела по факту оскорбления представителя власти.

Глава 1

ВТОРИЧНЫЙ ТЕКСТ
КАК ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ ОБЪЕКТ

Протокол допроса является документом, обладающим доказательной силой и функцией, и одновременно вторичным текстом, поскольку отражает устные показания допрашиваемых 
лиц относительно разного рода ситуаций. Если ситуация соотнесена с фактом речевого оскорбления, протокол допроса, кроме 
того, фиксирует инвективные высказывания — содержательное 
ядро оскорбления как уголовно наказуемого преступления.
Современные дериватологические концепции вторичных 
текстов служат теоретической основой, соответствующей рассматриваемому объекту: об особенностях таких текстов можно 
судить, лишь соотнося их семантические, структурные и коммуникативные свойства со свойствами первичных языковых 
знаков. С этой точки зрения знакомство с современными подходами к декодированию понятий «первичный» и «вторичный» 
текст, способами вторичного текстообразования и типологией 
вторичных текстов имеет явную практическую и методическую 
пользу.

1.1. Соотношение понятий
«текст» и «высказывание»

К основной задаче лиц, допрашиваемых следователем о 
происшествии, относится точная передача содержания оскорбительного высказывания, разумеется, наряду с описанием 
ситуации речевого оскорбления в целом. В этом случае оскорбительное высказывание представлено чаще всего в форме небольшого речевого произведения, в рамках которого субъект 

речи использует лишь несколько инвективных лексем, характеризующих оскорбляемого участника коммуникации. Поэтому 
далее будем использовать здесь терминологическое словосочетание «вторичное высказывание» вместо «вторичный текст». 
Основным критерием, разграничивающим соответствующие 
понятия, является объем речевой информации [Гальперин, 
2017, с. 26].
С точки зрения И.Р. Гальперина, завершенность, документальная закрепленность, иллокутивная установка, типовая 
структура и соответствующая стилистическая обработка присущи именно тексту, а заглавие и «сверхфразовые единства» 
являются его основными структурными элементами [там же, 
с. 18]. Цельность же текста обеспечивается различными видами 
текстовых связей [там же] — объемное скопление единиц языка 
упорядочивается средствами лексики, логики и грамматики [Тураева, 2018, с. 11].
Устная речь, для которой характерны отсутствие четкой 
структуры, а также нестабильность языковых элементов, соткана из высказываний — моментальных и менее отчетливых 
в отличие от организованного текста [Гальперин, 2017, с. 19]. 
Высказывание как единица устного спонтанного сообщения, 
обладающая смыслом, индивидуально воспринимается реципиентом в каждом конкретном случае коммуникации [Ахманова, 
2018, с. 94].
В концепции А.Ф. Папиной в высказывании как языковой, 
материальной структуре, несущей смысловую нагрузку, объединяются два уровня — собственно языковой, куда входят 
средства связности, прагматические установки, вербальные 
компоненты, и экстралингвистический, включающий коммуникативную ситуацию, апперцепционную базу партнеров, пресуппозиции, паралингвистическую информацию и т.д. [Папина, 
2002, с. 14]. Процессы рецепции высказывания и текста также разнятся: «при восприятии письменной речи (при чтении) 
включаются контролирующие механизмы, а при восприятии 
устной — законы оперативной памяти» [Лаптева, 2015, с. 24].

В итоге высказывание трактуется лингвистами как некая оппозиция по отношению к тексту. Принадлежащее устной спонтанной речи и обладающее относительно небольшим объемом, 
оно поступает в оперативную память коммуниканта, который, с 
учетом экстралингвистических факторов, расшифровывает его 
содержание и по своему усмотрению распоряжается усвоенной 
вербальной информацией.

1.2. Содержание понятий
«первичный» и «вторичный» текст

В терминологической паре «первичный текст» — «вторичный текст» интуитивно более очевидно содержание первого 
члена формируемой оппозиции. Поэтому сосредоточимся прежде всего на обсуждении понятия вторичности.
Проблематика вторичного текста и в целом вторичности 
как лингвистического феномена подробно рассмотрена в монографии С.В. Ионовой «Аппроксимация содержания вторичных 
текстов» [Ионова, 2006а], в которой не только продемонстрирована «размытость» существующих научных дефиниций вторичного текста, но и приведен целый ряд его терминологических 
синонимов, также имеющих хождение в научной среде: «вторичная дискурсивность», «вторичная репрезентация содержания», «вторичная вербализация» и пр. При этом сам автор понимает под «вторичным» текстом любое речевое произведение, 
являющееся результатом вторичной речевой деятельности — 
семантического преобразования исходного текста [там же]. 
Такой взгляд на природу вторичного текста схож с теоретическими выкладками Л.Н. Мурзина, который, в свое время изучая 
сходную предметную базу, сделал следующее резюме: в любом 
тексте «“воспроизводятся” уже созданные тексты» [Мурзин, 
1984, с. 17].
Ниже представлен ряд определений вторичного текста обращающихся в лингвистической среде.

Итак, вторичный текст — это:

● адаптированный или аннотированный текст (к примеру, 
реферат, аннотация), сохраняющий основную информацию текста-оригинала [Стариченок, 2008, с. 113];

● «...текст, созданный на базе другого текста, сохраняющий 
его основное содержание. Авторский замысел (интенция) 
первичного текста во вторичном тексте может оставаться без изменения, но может и меняться» [Матвеева, 2010, 
с. 62];

● адаптированный или компрессированный текст, передающий основную информацию оригинала [Азимов, 2010, 
с. 45];

● результат аналитических и синтетических операций в отношении претекста [Исенбаева, 2009, с. 64];

● текст, сохраняющий когнитивно-семантическую составляющую текста-источника, но реализованный в иной (в 
отличие от ТИ [текста-источника. — Е.О., К.Ш.]) коммуникативной ситуации и с иной речевой целью [Первухина, 2012, с. 117].
Что касается происхождения обсуждаемого термина, следует отметить, что он был заимствован языкознанием из науки о сложных самоуправляющихся системах — кибернетики, 
 которая во второй половине ХХ века занималась исследованием 
и моделированием аналогий «между деятельностью человека 
и работой машины» [Шендельс, 1962, с. 46]. В теории информации, где рефераты и аннотации были основными объектами 
обработки, вторичный текст трактовался как результат деятельности, направленной на разложение текстового целого на части 
и их дальнейший синтез, результатом которого становился уже 
новый текст [Касимова, 2010, с. 29].
В лингвистике термин «вторичный текст» получил распространение благодаря публикациям М.В. Вербицкой. Анализируя англоязычные тексты-пародии и текстовые стилизации, 
она обратила внимание на два функционально-содержательных 
аспекта вторичности — отражение в соответствующих текстах 

предмета речи и собственно чужого слова [Вербицкая, 1989, 
2000].
Сосредоточение на текстах иных жанровых моделей 
 (аннотации, пересказы, рефераты) позволили А.И. Новикову и 
Н.Л. Сунцовой создать модель порождения вторичных текстов, 
в которой ученые выделили два этапа образования вторичного 
текста — развертывание «ментальных структур» как результат 
восприятия и понимания первичного текста и свертывание как 
воспроизведение основного содержания прототекста [Новиков, 
Сунцова, 1999].
Понимание природы обсуждаемого феномена расширяется за 
счет обращения к другим конкретным воплощениям текстовой 
вторичности. Так, первичный текст в жанре миниатюры в интер нет-коммуникации изучается А.А. Чувакиным как источник 
«провоцирующих сигналов», вторичный же текст —  «как средство эвокационного погашения этих сигналов в акте речекоммуникативной деятельности “правого участника”»  [Чувакин, 2008, 
с. 392].
Изменение вектора исследовательского внимания, поворот 
от анализа конкретных жанровых типов к разработке лингвистической методологии, позволяет сделать вывод, что вторичный 
текст — это результат межтекстовых отношений, а первичный 
текст — инвариант, дериватор в границах деривационных межтекстовых отношений [Голев, Сайкова, 2001; Мурзин, Штерн, 
1994; Новиков, Сунцова, 1999].
Форма, содержание и функция в концепции Н.Д. Голева и 
Н.В. Сайковой являются основными критериями, с учетом которых возможно установление деривационных связей между вторичным и исходным текстами. Текст-основа при этом обладает 
«мотивирующей ролью», точкой отсчета в процессе вторичного 
текстообразования [Голев, Сайкова, 2001, с. 20].
Теория вторичного текста находит развитие в уже упомянутой монографии С.В. Ионовой, которая вводит понятие 
функционально-семантической категории аппроксимации: вто
Доступ онлайн
350 ₽
В корзину