Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Тропы истории. Криптоаналитика глубинной власти

Покупка
Новинка
Артикул: 821852.01.99
Доступ онлайн
384 ₽
В корзину
Книга посвящена ответу на три ключевых вопроса: что, когда и почему пошло не так, в силу каких причин и обстоятельств прогрессивная динамика общественного развития сменилась на рубеже 1960-70-х гг. на деструктивную траекторию? На основании перекрестного анализа малодоступных источников западных и российских архивов, мемуарной литературы и собственных воспоминаний, автор предлагает свою версию глубинных процессов последней четверти XX века, которые в итоге привели к надвигающемуся системному, политическому, экономическому, культурному, экологическому и технологическому кризисам.
Смирнов, И. И. Тропы истории. Криптоаналитика глубинной власти : монография / И. И. Смирнов. - Москва : КМК, 2020. - 475 с. - ISBN 978-5-907213-75-3. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.com/catalog/product/2131901 (дата обращения: 29.05.2024). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов. Для полноценной работы с документом, пожалуйста, перейдите в ридер.
���������������������������������������������������������������������������������������������������������������������������������������
СОДЕРЖАНИЕ

Обращение к читателю ................................................................................................4

Глава 1. Аурелио Печчеи ...............................................................................................6

Глава 2. Александр Кинг .............................................................................................40

Глава 3. Александр Кинг. Персидский опыт .............................................................88

Глава 4. Александр Кинг: на пути к Римскому клубу ............................................130

Глава 5. Джермен Гвишиани: на пути к Римскому клубу ......................................143

Глава 6. Римский клуб. Основание ...........................................................................164

Глава 7. Кто стоял за спиной Печчеи и Кинга? .......................................................196

Глава 8. В стране невыученных уроков. Москва ....................................................232

Глава 9. Endgame по-коммунистически ...................................................................257

Глава 10. Вторая смена ..............................................................................................288

Глава 11. Из жизни советских негодяев ...................................................................323

Глава 12. Из жизни советских гениев ......................................................................356

Глава 13. Тайные встречи в скрытой империи ........................................................396

Глава 14. И пришёл Рокфеллер .................................................................................422
Обращение к читателю

Настоящая книга написана в редком для русскоязычной литературы 
жанре воображаемой криптоаналитики. Последнее нуждается в пояснении 
и объяснении. 
Как известно, история, и не только российская, столь же многовариантна, вероятностна 
и неопределенна, как и будущее. Расследования прошлого столь же трудны, 
как предсказания грядущего. Особенно когда дело касается не внешних, доступных 
всем, последовательностей, а глубинной истории с ее процессами, ситуациями 
и событиями. 
Криптоистория имеет дело с такими экстравагантными и причудливыми акторами, 
как организации-оборотни, лишь отчасти распознаваемые гетерархии, сети, 
мутирующие в иерархии и наоборот. 
Согласно сложившейся в разведывательных службах традиции, криптоанали-
тика обычно имеет дело с расследованиями отношений в полностью скрытых от 
внешнего наблюдателя, придонных слоях наднациональных, транснациональных и 
вненациональных элит и других организованностей. 
Непредсказуемость истории в значительной степени связана с ее предметом. 
Ответственный расследователь прошлого, так же как прогнозист будущего, имеет 
дело с объектами, фактами, сведениями и выносимыми на их счет суждениями. 
Главный порок большинства нынешних работ, в том числе по отечественной 
истории, сопряжен с попыткой их авторов выдать суждения за объекты, факты и свидетельства. 
Автор постарался тщательнейшим образом разделить между собой объекты, 
в качестве которых могут выступать банковские проводки, свидетельства о 
рождении, сохранившиеся письма и т.п.; факты — письменные утверждения о тех 
или иных событиях, например, о рождениях, смертях, банкротствах, свадьбах и т.п., 
имеющие перекрестное подтверждение; и, соответственно, сведения, в качестве которых 
используются наиболее достоверная, ответственная мемуарная литература, 
собственные впечатления автора о тех или иных событиях или записи в наиболее респектабельных, 
преимущественно платных, базах данных. Все остальное — не более 
чем суждения. Они вполне на месте в публицистических работах, но суждения необходимо 
безжалостно выжигать каленым железом из криптоаналитических работ. 
Обращение к читателю

Работа разведчика, криптоаналитика или расследователя в конечном счете сводится 
к построению на основе заслуживающей доверие информации модели того 
или иного процесса, ситуации, события. Любая же модель — не есть что-то, существующее 
в природе само по себе. Модель, и в этом необходимо признаться честно, 
это всегда плод воображения в отношении тех или иных объектов, фактов и сведений. 
Ответственный криптоаналитик отличается от популярного публициста тем, 
что честно, открыто и ответственно признается, что оперирует моделью, а не описывает 
непосредственно тот или иной процесс, имевший место в прошлом. Прошлое 
всегда остается лишь в памяти, а поэтому имеет прямое отношение к миру 
психическому, а не физическому, к идеальному, а не материальному. 
Воображаемый характер криптоаналитики не означает, что она построена на 
фантазиях относительно сферических коней в вакууме. Отнюдь нет. Первая задача 
криптоаналитика — это разделить информацию на объекты, факты, сведения 
и суждения, постараться, по возможности, избавиться от последних. Что касается 
первых, то зачастую для читателя полезно указать при помощи ссылок на наименование 
источника информации. Однако нужно честно признаться читателю, что изобилие 
сносок совсем не свидетельствует об уровне, добросовестности и квалификации 
автора. Зачастую, это — обманки. Читатели в массе рассматривают ссылки 
как подтверждение истинности. Однако это совсем не так. Ссылка может быть указателем 
на важное обстоятельство, а может быть средством манипулирования читателем. 

Поскольку криптоаналитика носит принципиально модельный характер, она 
в обязательном порядке базируется на одной из трех фундаментальных человеческих 
способностей — воображении (другие два — это память и способность осуществлять 
выбор). Чем глубже слои истории, чем тщательнее укрыты события и ситуации, 
тем большую роль в работе играет мощное, но обязательно ответственное 
воображение, оперирующее с прошедшими тщательную проверку знаниями в различных 
их формах. Каждый серьезный автор криптоаналитических текстов должен 
заранее предупредить читателя об изложенных выше обстоятельствах, а в остальном, 
желательно, не стрелять в пианистов, они играют, как умеют.
Глава 1
Аурелио Печчеи

1

Двое из четырёх героев этой работы — Аурелио Печчеи и Александр 
Кинг — были любителями и даже знатоками классической японской живописи. 
Большинство школ монохромной японской живописи черпает своё вдохновение в 
дзен-буддизме. Более того, многие из основоположников школ дзен-буддизма, настоятелей 
монастырей и отшельников сами были известными художниками.
Один из наиболее популярных коанов дзен — это история о хлопке одной ладонью. 
Послушники обязаны уметь слышать хлопок одной ладонью. У этого коана, как 
и у любого другого, имеется много слоёв смысла, способов толкования. Притом, если 
строго следовать дзенской традиции, ни одно из них не является правильным. Для западного 
ума, не искушённого в изощрённых мыслетехниках и духовных практиках, 
европейские исследователи дзен- (или чань-) буддизма предложили следующее понимание. 
Хлопок одной ладонью — это метафора способности увидеть незримое, открыть 
скрываемое, услышать неслышимое. С этих позиций весьма интересно исследовать «
Человеческие качества»1 — автобиографическую книгу А. Печчеи. 
А. Печчеи родился в семье, относящейся к нижней части итальянского среднего 
класса. Мать, как водилось в те времена в Италии, не работала. Отец, чьи предки 
были родом из Венгрии, был высокообразованным человеком и трудился на ниве 
просвещения. Он активно участвовал в рабочем движении индустриальной столицы 
Италии — города Турина и был одним из первых итальянских социалистов. 
О детстве А. Печчеи пишет довольно скупо. А с описания университетских времён 
начинаются загадки биографии А. Печчеи. Вот, например, он пишет: «В ранние 
годы моего ревностного студенчества мне удалось побывать за пределами фашистской 
Италии. В поисках пищи для ума я провёл шесть чрезвычайно полезных 
для меня счастливых месяцев в Париже, деля время между занятиями в Сорбонне 
и встречами с политическими эмигрантами разных национальностей… Заинтересовавшись 
опытом Великой Октябрьской революции, я научился довольно бегло 
говорить по-русски и побывал в Советском Союзе. Ленинская новая экономическая 
политика была темой моей дипломной работы при окончании экономического 
университета. Это было в 1930 г., и тема эта не могла не звучать как определён-

1  Печчеи А. Человеческие качества. М.: Прогресс, 1985.
Глава 1. Аурелио Печчеи

ный вызов режиму. Я глубоко восхищался работами Маркса, хотя и не считаю себя 
ни марксистом, ни последователем какой-либо другой идеологии… Незадолго до 
окончания Университета мне, благодаря знанию русского языка, удалось получить 
постоянную работу в фирме “Фиат”, уже тогда имевшей довольно значительные деловые 
связи с Советским Союзом». 
На первый взгляд это — достаточно традиционный фрагмент, свойственный 
всем автобиографическим книгам, где последовательно повествуется о далеко 
ушедших, но по-прежнему памятных юношеских годах. Однако, когда читаешь 
этот текст внимательным глазом, что-то в нём не складывается. Если говорить конкретно, 
то смущает время. Родился Печчеи в 1908 г. Окончил университет в 1930 г. 
Т.е. на время обучения у него пришлось чуть менее пяти лет. Это в общем-то соответствует 
сроку обучения в университетах в Италии того времени. Однако сюда 
как-то не вписываются счастливые полгода в Сорбонне и месяцы, проведённые в 
Советском Союзе. К тому же автор подчёркивает не слишком большой достаток 
своей семьи и отмечает, что он был вынужден подрабатывать даже в старших классах 
школы, а не то что в университете. Отсюда становится не вполне понятным, на 
какие деньги он отправился учиться в Сорбонну, жил в Париже и как оказался в Советском 
Союзе, не будучи не то что коммунистом, но даже марксистом.
Разгадку можно найти в лекциях профессора Грегорианского университета в 
Риме, члена Римского клуба с 1975 года и члена совета директоров World Future 
Society Элеоноры Барбье Мазини2. В книге указано, что Печчеи поступил в Туринский 
университет на экономический факультет в 1926 г. Окончил Университет 
в 1930 г., защитив магистерскую диссертацию на тему: «Новая экономическая политика 
в СССР и внешняя торговля». В 1930 г., получив стипендию, отправился в 
Сорбонну, где после полугодового дополнительного обучения опять же по стипендии 
продолжил стажировку в СССР. 
Такие же сведения содержатся и в книге «Крестоносцы для будущего: портрет Аурелио 
Печчеи», написанной его помощником Гюнтером Паули в последние годы жизни 
и изданной вскоре после смерти Печчеи в 1987 г.3К слову сказать, в настоящее время 
Гюнтер Паули является одним из самых известных предпринимателей и экономических 
мыслителей в мире, автором оригинальной и эффективной концепции «синей 
экономики», которая и в идеологическом, и в деловом плане противостоит движению 
«зелёных». Помимо этого, в книге Паули указаны ещё два важных, разъясняющих суть 
дела обстоятельства. В книге указывается, что Печчеи с первых дней работы в «Фиате», 
где он оказался на последнем курсе Университета, был принят не в канцелярию 
или в какой-то отдел, связанный с текущей бумажной работой, а, как указано у автора, 
в отдел специальных проектов «Фиата». Это же подтверждает и Д. Гвишиани4.
Сам Печчеи о работе в спецотделе не вспоминает: «На первых порах я занимался 
делопроизводством, вёл деловую переписку, сам печатал на машинке, неплохо 
стенографировал служебные переговоры. Однако безликая анонимная рабо-

2  http://rivistaeco.it/rie/wp-content/uploads/2009/05/eleonora_barbieri_masini__eredit_di_aurelio_peccei.pdf

3  Pauli, Gunter A. Crusaders for the Future: A Portrait of Aurelio Peccei, Founder of the Club of Rome. Ox-
ford: Pergamon Press, 1987.

4 Гвишиани Д. Мосты в будущее. М.: URSS, 2010.
И.И. Смирнов  Тропы истории. Криптоаналитика глубинной власти

та в большом многолюдном учреждении не очень соответствовала моему характеру, 
моим склонностям. В мечтах меня манили куда более широкие горизонты. Я начал 
подыскивать себе другую работу». Работа в специальном подразделении никак 
не может быть отнесена к бумажной и безликой, а идея о том, что молодой юнец из 
малообеспеченной семьи, только что взятый в крупнейшую компанию Италии, может 
находиться в позиции, когда он сам подыскивает работу в компании, кажется 
не только невероятной, но и, прямо говоря, неправдивой.
Не так всё однозначно и с темой диплома. Очевидно, что знанием русского языка 
А. Печчеи обязан не поездке в Советский Союз, куда он к моменту защиты диплома 
ещё просто не доехал, а своему отцу — социалисту, участнику рабочего движения 
в Турине. Здесь надо сказать несколько слов в пояснение. Венгерская диаспора 
всегда отличалась сплочённостью и взаимоподдержкой. Вслед за Октябрьской 
революцией революция произошла и в Венгрии. Причём не просто произошла, 
но и победила. Венгерское государство рабочих и крестьян под руководством 
Бела Куна просуществовало всего несколько месяцев, а потом, так и не дождавшись 
конницы Будённого, окружённое врагами, пало. Часть его руководителей и 
активных партийцев бежала в Советский Союз, а другая часть — в Европу, в том 
числе в Италию. Надо учитывать, что ядро руководства венгерской революции составляли 
либо коминтерновцы, либо, в гораздо большем числе, бывшие солдаты и 
младшие офицеры, по национальности венгры, призванные в австро-венгерскую 
армию и пробывшие несколько лет в российском плену во время Первой мировой 
войны. Многие из них в силу жизненной необходимости научились хорошо говорить 
по-русски, и, оказавшись в Италии, скорее всего, обучили способного к языкам 
юношу сложному русскому языку.
Диплом Печчеи в противоположность его словам отнюдь не выглядел вызовом 
фашистскому режиму Муссолини. Если принять во внимание, что в последний год 
учёбы молодой человек работал в подразделении специальных проектов «Фиата», 
то не будет большой натяжкой предположить, что тему диплома знатоку русского 
языка подсказали «старшие товарищи» — руководители спецотдела. 
Как это ни покажется сегодня удивительным, фашистская Италия была одним 
из крупнейших внешнеторговых партнёров Советского Союза на протяжении 
1920–1930-х годов. Вот что можно узнать из истории советской дипломатии: 
«7 февраля 1924 года в Риме Муссолини (он был ещё и министром иностранных 
дел) подписал вместе с полпредом СССР Н.И. Иорданским договор “О торговле 
и мореплавании между СССР и Италией”. Этот договор аннулировал соглашение 
1921 года. Италия юридически признавала Советский Союз и устанавливала с ним 
нормальные дипломатические и консульские отношения.
Заключение этого договора Италией шло вразрез с решением западных стран 
на Генуэзской конференции не устанавливать дипломатических отношений с Советской 
Россией до тех пор, пока советское правительство официально не признает 
долгов царского и Временного правительств. Но итальянское правительство пошло 
на этот шаг, чтобы в обмен на признание де-юре получить от Советского Союза 
особые экономические льготы. Поскольку Италия не желала до определённого 
момента раскрывать факт нарушения генуэзского решения, переговоры до 1923 г. 
велись секретно и затянулись до того, что первой о дипломатическом признании 
Глава 1. Аурелио Печчеи

СССР 2 февраля 1924 г. заявила Англия. Уже в 1927 г. в Милане было открыто отделение 
советского Нефтесиндиката. В 1927/1928 финансовом году Италия стала 
самым крупным потребителем советской нефти. Ей было поставлено 494 тысячи 
тонн. На втором месте была Англия — 387 тыс. т, за ней — Франция (355 тыс. т) и 
на 4-м месте — Германия (344 тыс. т).
Объём импорта из Италии увеличивался гораздо медленнее, чем объём советского 
экспорта в эту страну. В соответствии с общей импортной политикой, проводившейся 
в Советской России в годы индустриализации, удельный вес машин и 
оборудования в общем импорте из Италии неуклонно возрастал и в 1929 г. составил 
более 40%. Другими крупными статьями советского импорта из Италии были 
сера, ткани, фрукты и химические товары. В Италии для СССР была построена серия 
грузопассажирских судов.
Мировой экономический кризис, разразившийся в 1929 г., вызвал резкое падение 
промышленного производства в Италии, привёл к сокращению её внешней торговли. 
В этих условиях повышение заинтересованности Италии в торговле с СССР 
выразилось в том, что 2 августа 1930 г. итальянское правительство заключило с 
СССР кредитное соглашение, в силу которого итальянские экспортёры получали 
правительственные гарантии своих кредитов по продажам в СССР в размере 75% 
общей суммы годового экспорта в 200 млн. лир. Со своей стороны, СССР соглашался 
разместить заказы на итальянские промышленные товары в период с 1 июля 
1930 г. по 30 июня 1931 г. на сумму 200 млн. лир при наличии приемлемых коммерческих 
и технических условий.
Предоставление итальянским правительством гарантий экспортных кредитов 
по сделкам с советскими организациями привели в 1930–1932 гг. к значительному 
увеличению объёма импорта машин и оборудования из Италии, причём их удельный 
вес в импорте возрос до 90%.
К началу 1930-х годов товарооборот между странами достиг максимального 
уровня в довоенный период. Экспорт в Италию составил более 5% всего советского 
экспорта, импорт из Италии — 2,7–2,8% объёма советского импорта. По данным 
итальянской статистики, удельный вес СССР во внешней торговле Италии достиг в 
1931 году 3,8% (в импорте — 4,8 и в экспорте –2,7%)»5.
Тема диплома юного А. Печчеи — «НЭП и внешняя торговля СССР», несмотря 
на развернувшуюся к тому времени индустриализацию и похороны новой экономической 
политики в СССР, была абсолютно логична. В конце 1920-х и большую 
часть 1930-х годов внешнеэкономический оборот регулировали законодательные 
нормативные документы, принятые именно в годы НЭПа. Поэтому диплом являл 
собой не фронду против режима фашистского диктатора, а диктовался производственной 
необходимостью компании-работодателя.Точно такой же необходимостью 
диктовались и стипендии, выданные для полугодового обучения в Сорбонне, 
а затем ориентировочно годового пребывания в СССР. 
Если с СССР всё понятно, то Сорбонну следует объяснить. Сам Печчеи совершенно 
искренне указал, что там он активно общался с политэмигрантами. Рассматривая 
пребывание в Сорбонне в контексте работы на «Фиате», темы диплома и 

5  История дипломатии. Т.III. Дипломатия в период подготовки Второй мировой войны (1919–1939 гг.). 
М.–Л.: ОГИЗ. Государственное издательство политической литературы, 1945.
И.И. Смирнов  Тропы истории. Криптоаналитика глубинной власти

последующей стажировки в СССР, логично предположить, что в Сорбонне параллельно 
обучению А. Печчеи приобретал новые полезные связи среди коминтерновцев 
и сочувствующих им людей. Именно они составляли в то время подавляющую 
часть политэмигрантов в Европе, практически независимо от их конкретной политической 
ориентации. Дальше биография Печчеи превращается в настоящий триллер, 
заставляющий вспомнить горькую судьбу Льва Абалкина из романа братьев 
Стругацких «Жук в муравейнике». В романе человек, обладающий знаниями и специально 
подготовленный для одной работы, посылается в совершенно другое место, 
абсолютно ему противопоказанное.
Прежде чем перейти к последующим приключениям А. Печчеи, буквально несколько 
слов о том, чем являлось подразделение специальных проектов «Фиата». 
В нынешнее время есть такое словосочетание, как конкурентная разведка, которое 
является калькой с английского competitive intelligence. Термин придумали американцы 
в 1980-е годы. Естественно, в 1920-е о нём никто не помышлял. Тем более 
что, как явствует из книги Эмона Джаверса6, в те годы подобные подразделения в 
крупных европейских и британских компаниях занимались не столько промышленным 
шпионажем в отношении конкурентов, сколько взаимодействием с государственными 
разведслужбами и военными, политиками и «серыми кардиналами» 
стран, которые были интересны корпорациям. Логично было бы предположить, что 
после завершения долгого обучения и стажировки молодой работник специального 
подразделения будет направлен в СССР. 
В те годы у Страны Советов с «Фиатом» было много совместных дел. Сейчас 
как-то подзабылось, что первый советский автомобиль — грузовик АМО Ф-15 выпускался 
по чертежам и с использованием комплектующих «Фиата». С него и начался 
славный московский автозавод ЗИЛ, который ныне закончил своё существование 
в профильном виде также, как и подавляющая часть всей московской индустрии. 
Но грузовиками отнюдь не исчерпывались дела «Фиата». В перерыве между 
мировыми войнами «Фиат» помимо автомобилей выпускал железнодорожный 
транспорт, машиностроительное оборудование, строил суда, производил самолёты 
и изготовлял множество отдельных видов комплектующих. Например, как раз в начале 
1930-х годов «Фиат» выступал как главный технический советник строительства 
и оснащения Первого московского шарикоподшипникового завода. Вполне логично 
было бы ожидать, что подающий надежды специалист со знанием редкого в 
Италии русского языка будет направлен в страну, к которой он и был подготовлен 
и где он уже успел постажироваться, приспособиться к жизни, завести знакомых и 
т.п. Однако всё вышло иначе.
Вернёмся к книге Печчеи: «И наконец, — пишет он, — мне удалось добиться 
назначения в Китай, где я оставался до середины 1938 года. К тому времени я 
женился. Это произошло в 1933 году… Жена приехала ко мне в Китай спустя несколько 
месяцев». Далее из книги можно выяснить, что сначала чета Печчеи оказалась 
в Шанхае, а затем перебралась в один из районов города Уси — «Нанчань, 
где итальянские компании строили тогда авиационный завод». Далее из текста выясняется, 
что молодому командированному пришлось «эвакуировать в более безо-

6  Javers E. Broker, Trader, Lawyer, Spy: The Secret World of Corporate Espionage. N.Y.: HarperBusiness, 
2011.
Глава 1. Аурелио Печчеи

пасные внутренние районы страны, а потом в Гонконг сотню перепуганных, плачущих 
женщин и детей (среди которых была и моя собственная жена), так как на 
меня было возложено руководство этими работами». Эвакуацию пришлось осуществлять 
в результате начала японского военного вторжения в Китай и массированных 
бомбардировок Уси — города, где было локализовано строительство.
Если ограничиться воспоминаниями Печчеи и не обращаться к другим источникам, 
возникает сюрреалистическая картина. Непонятно, как, зачем и почему 
отправленный в Китай, при этом чудом попавший на «Фиат» молодой антифашист 
оказывается руководителем итальянского инженерно-технического персонала, 
строившего в Китае собственный авиационный завод. Однако, если учесть, что 
Печчеи являлся работником специального подразделения, всё становится на свои 
места. Тем не менее, загадка остаётся: правда, зачем «Фиату» было отправлять специалиста 
по СССР в Китай. Сразу оговорюсь, что в отличие от сформулированных 
выше соображений, базирующихся на строго документальной основе, изложенное 
ниже представляет собой гипотезу. 

2

Настало время внимательно посмотреть на геополитическую ситуацию 1920-х 
годов в Европе. Здесь имелось, как минимум, две страны, волею судеб, просто обречённых 
на сотрудничество в военной, экономической и разведывательной сферах. 
Речь идёт о Германии и СССР. Германия в результате Версальского договора 
фактически не имела возможности содержать сколько-нибудь современную армию. 
Немецкие заводы были лишены права производить новые образцы высокотехнологичного 
вооружения той эпохи: танки, самолёты, бронетранспортёры, современные 
виды артиллерии и т.п. К тому же Германия находилась под фантастическим 
финансовым прессом, связанным с выплатой военных репараций. 
В свою очередь СССР, хотя в 1920-е годы и восстановил торгово-экономические 
отношения со всеми европейскими странами, подвергался жёстким санкциям и ограничениям. 
Ему по сути было отказано вплоть до начала индустриализации в передаче 
современных, в том числе военных, технологий. В стране хронически не хватало валюты. 
В результате сложилось тесное советско-германское сотрудничество, где ключевую 
роль играли военные, администраторы и разведчики двух стран. Сама по себе 
эта крайне интересная тема выходит за пределы данной работы, тем более что по ней 
имеется несколько хорошо документированных, глубоких исследований7.
Необходимо отметить, что советско-германское сотрудничество в 1920-е – начале 
1930-х годов пережило два чётко выраженных этапа. На первом этапе, идеологами 
которого были знаменитый немецкий генерал фон Зект и легендарный советский командарм 
М. Фрунзе, упор делался на строительство в СССР больших военных заво-

7  Байков А. Военно-промышленное сотрудничество СССР и Германии — кто ковал советский меч? 
М.: Яуза, Эксмо, 2008; Дьяков Ю.Л., Бушуева Т.С. Фашистский меч ковался в СССР: Красная Армия 
и рейхсвер. Тайное сотрудничество. 1922–1933. Неизвестные документы. М.: Сов. Россия, 1992; 
Прудникова Е., Колпакиди А. Двойной заговор. Тайны сталинских репрессий. М.: ОЛМА Медиа 
Групп, 2013.
Доступ онлайн
384 ₽
В корзину