Книжная полка Сохранить
Размер шрифта:
А
А
А
|  Шрифт:
Arial
Times
|  Интервал:
Стандартный
Средний
Большой
|  Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц
Ц
Ц

Международно-правовые основы защиты гражданских объектов в период вооруженных конфликтов

Покупка
Основная коллекция
Артикул: 789948.01.01
Доступ онлайн
от 184 ₽
В корзину
Монография представляет собой комплексное исследование вопроса международно-правового регулирования защиты гражданских объектов в период вооруженных конфликтов. В работе рассмотрены прикладные аспекты реализации принципа защиты гражданских объектов в период международных вооруженных конфликтов и вооруженных конфликтов немеждународного характера, определены тенденции развития и совершенствования нормативно-правового регулирования защиты гражданских объектов с учетом особенностей современных вооруженных конфликтов. Предназначена для научных сотрудников, практикующих юристов, педагогических работников, студентов и аспирантов юридических вузов.
Пузырева, Ю. В. Международно-правовые основы защиты гражданских объектов в период вооруженных конфликтов : монография / Ю.В. Пузырева. — Москва : ИНФРА-М, 2023. — 153 с. — (Научная мысль). — DOI 10.12737/1903356. - ISBN 978-5-16-018012-0. - Текст : электронный. - URL: https://znanium.com/catalog/product/1903356 (дата обращения: 29.05.2024). – Режим доступа: по подписке.
Фрагмент текстового слоя документа размещен для индексирующих роботов. Для полноценной работы с документом, пожалуйста, перейдите в ридер.
МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ 

ОСНОВЫ ЗАЩИТЫ ГРАЖДАНСКИХ 

ОБЪЕКТОВ В ПЕРИОД 

ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ

Ю.В. ПУЗЫРЕВА 

Москва 
ИНФРА-М 

2023

МОНОГРАФИЯ

УДК 341.3(075.4)
ББК 67.91
 
П88

Пузырева Ю. В.

П88  
Международно- правовые основы защиты гражданских объектов 
в период вооруженных конфликтов : монография / Ю.В. Пузы-
рева. — Москва : ИНФРА-М, 2023. — 153 с. — (Научная мысль). — 
DOI 10.12737/1903356.

ISBN 978-5-16-018012-0 (print)
ISBN 978-5-16-111019-5 (online)
Монография представляет собой комплексное исследование вопроса 

международно-правового регулирования защиты гражданских объектов 
в период вооруженных конфликтов. В работе рассмотрены прикладные 
аспекты реализации принципа защиты гражданских объектов в период 
международных вооруженных конфликтов и вооруженных конфликтов 
немеждународного характера, определены тенденции развития и совершенствования 
нормативно-правового регулирования защиты гражданских 
объектов с учетом особенностей современных вооруженных конфликтов.

Предназначена для научных сотрудников, практикующих юристов, педагогических 
работников, студентов и аспирантов юридических вузов.

УДК 341.3(075.4)

ББК 67.91

Р е ц е н з е н т ы:

Котляров И. И. — доктор юридических наук, профессор, профес-

сор кафедры прав человека и международного права Московского 
университета Министерства внутренних дел Российской Федерации 
имени В. Я. Кикотя, заслуженный юрист Российской Федерации;

Клименко А. И. — доктор юридических наук, профессор, начальник 

кафедры теории государства и права Московского университета Ми-
нистерства внутренних дел Российской Федерации имени В. Я. Кикотя

ISBN 978-5-16-018012-0 (print)
ISBN 978-5-16-111019-5 (online)
© Пузырева Ю.В., 2022

Введение

Развитие международных отношений на современном этапе сви-

детельствует о том, что конфликты и споры, возникающие между 
государствами, народами, этническими группами, зачастую раз-
решаются не мирными средствами, предусмотренными междуна-
родным правом, а с помощью оружия.

В этих условиях важную роль играют принципы и нормы меж-

дународного гуманитарного права (далее — МГП), применяемого 
в период вооруженных конфликтов, которые, как известно, направ-
лены на смягчение суровостей вой ны, оказание помощи ее жертвам, 
гуманизацию военных действий. При этом особое значение при-
обретают принципы и нормы, регламе нтирующие защиту граж-
данских объектов.

История показывает, что с древнейших времен принимались 

меры для сохранения гражданских объектов во время вой ны, од-
нако первыми международными договорами, конвенционно закре-
пившими запрет нападений на отдельные гражданские объекты, яв-
лялись Гаагские конвенции о законах и обычаях сухопутной вой ны 
и о бомбардировании морскими силами во время вой ны 1907 г.

Дополнительный протокол I 1977 г. к Женевским конвенциям 

1949 г. о защите жертв вой ны во многом восполнил пробелы 
в МГП, закрепив ряд норм, регламе  нтирующих защиту граж-
данских объектов в период ведения военных действий. Впервые 
были раскрыты понятия гражданского объекта и военного объекта, 
конкретизированы нормы, определяющие условия предоставления 
защиты гражданским объектам, закреплены основные обязанности 
воюющих сторон в отношении обеспечения защиты таких объектов 
при ведении боевых действий, а также регламе  нтированы вопросы 
ответственности за нарушение норм, касающихся защиты граж-
данских объектов в период вооруженных конфликтов.

Однако опыт современных вооруженных конфликтов свиде-

тельствует, что вооруженные силы государств во все более воз-
растающей степени используют разрушение и уничтожение граж-
данских объектов как один из методов массового истребления 
гражданского населения, поэтому вопросы международно-право-
вого регулирования защиты гражданских объектов в период воору-
женных конфликтов в настоящее время приобрели особую значи-
мость.

Актуальность исследования определяется возникшей необхо-

димостью формирования новых научных идей, предложений и ре-
комендаций, способствующих развитию МГП и гуманитарной по-
литики. Несомненна потребность в научном разрешении вопросов 

о наименовании, сфере действия и самостоятельности принципа 
защиты гражданских объектов в период вооруженных конфликтов, 
уточнении и конкретизации конвенционно закрепленных дефи-
ниций «гражданский объект» и «военный объект», видится необ-
ходимость в установлении объективных признаков, позволяющих 
на практике разграничивать гражданские и военные объекты.

Актуальным представляется исследование проблемы защиты 

гражданских объектов в период немеждународных вооруженных 
конфликтов, поскольку в настоящее время наблюдается рост 
именно такого рода военных столкновений, а в Дополнительном 
протоколе II 1977 г. имеются пробелы, связанные с неурегулиро-
ванностью правовой защиты гражданских объектов.

В представленной монографии изучены проблемы реализации 

принципа защиты гражданских объектов в современных воору-
женных конфликтах, связанных с урбанизацией военных действий 
и ростом транснацио  нальной преступности в зонах конфликтов, не-
подконтрольных правительственным силам и органам власти.

Глава 1. 

ПОНЯТИЕ И КЛАССИФИКАЦИЯ ГРАЖДАНСКИХ 

ОБЪЕКТОВ В МЕЖДУНАРОДНОМ 

ГУМАНИТАРНОМ ПРАВЕ

1.1. ПОНЯТИЕ «ГРАЖДАНСКИЙ ОБЪЕКТ». РАЗГРАНИЧЕНИЕ 

ГРАЖДАНСКИХ И ВОЕННЫХ ОБЪЕКТОВ В МЕЖДУНАРОДНОМ 

ГУМАНИТАРНОМ ПРАВЕ

Несмотря на усилия мирового сообщества установить прочный 

мир после двух мировых вой н, вооруженные конфликты остаются 
характерной чертой нашего времени1. Государства, народы, этниче-
ские группы разрешают споры с помощью оружия, а это неизбежно 
несет смерть, страдания и разрушения.

Опыт современных вооруженных конфликтов свидетельствует, 

что вооруженные силы государств во все более возрастающей сте-
пени используют разрушение и уничтожение гражданских объ-
ектов, наряду с массовым истреблением гражданского населения, 
как один из основных методов ведения вой ны2.

В этих условиях важную роль в международных отношениях 

играют принципы и нормы МГП, направленные на защиту граж-
данских объектов в период вооруженных конфликтов.

1 
Достаточно вспомнить вооруженные конфликты второй половины XX века: 
палестино-израильский конфликт, конфликт в Ливане, ирано-иракский 
конфликт 80-х гг., ирако-кувейтский конфликт и вой на в Персидском 
заливе в начале 90-х гг., афганский конфликт, конфликт в Югославии 
в 90-х гг., а также вооруженные столкновения начала XXI века в Непале, 
Колумбии, Конго, Шри-Ланке, Эфиопии, конфликт между Израилем и Ли-
ваном, в Сирии, Ираке, Йемене, Украине и т.д.

2 
Каждый вооруженный конфликт причиняет страдания гражданскому насе-
лению и сопровождается массовыми разрушениями гражданских объектов. 
Примеры таких непоправимых последствий размещены в аналитических 
подборках и статьях, размещенных на сайте Международного Комитета 
Красного Креста. См., например: Методы и средства ведения вой ны // 
МККК. URL: https://www.icrc.org/ru/war-and-law/conduct-hostilities/
methods-means-warfare (дата обращения: 20.07.2022); Нарушения между-
народного гуманитарного права // МККК. URL: https://www.icrc.org/ru/
war-and-law/international-criminal-jurisdiction (дата обращения: 20.07.2022) 
и др.

Так, МГП обязывает воюющих проводить различие между во-

енными и гражданскими объектами и вести боевые действия лишь 
исключительно против законных военных целей. В связи с этим 
важное значение приобретает вопрос об определении понятия 
гражданского объекта, находящегося под защитой международного 
права в период вооруженных конфликтов, и понятия военного 
объекта, в отношении которого, с учетом соответствующих ограни-
чений, устанавливаемых МГП, допустимо применение силы.

Вплоть до середины 70-х годов прошлого столетия действующее 

МГП не содержало определений названных объектов. Как отмечает 
С.А. Егоров, это было связано с тем, что «на пути к установлению 
четкого правового различия между военными и гражданскими объ-
ектами требовалось преодолеть целый комплекс проблем не только 
правового, но и политического, военного и идеологического харак-
тера, порожденных высоким уровнем и масштабами научно-технической, 
социально-политической и хозяйственной деятельности современного 
общества, а также особенностями нынешнего этапа развития 
международных отношений»1. Со всеми этими трудностями 
пришлось столкнуться участникам Дипломатической конференции 
по вопросу о подтверждении и развитии международного гуманитарного 
права, применяемого в период вооруженных конфликтов 
(Женева, 1974–1977 гг.)2.

В результате кропотливой, дискуссионной работы и достаточно 

противоречивых подходов были выработаны определения военных 
и гражданских объектов, которые нашли юридическое закрепление 
в Дополнительном протоколе I к Женевским конвенциям 1949 г. 
Так, согласно ч. 2 ст. 52 Дополнительного протокола I 1977 г. «во‑
енные объекты ограничиваются теми объектами, которые в силу 
своего характера, расположения, назначения или использования 
вносят эффективный вклад в военные действия и полное или частичное 
разрушение, захват или нейтрализация которых при существующих 
в данный момент обстоятельствах дает явное военное 
преимущество». Часть 1 ст. 52 этого же докуме нта определяет, что 
«гражданскими объектами являются все те объекты, которые не являются 
военными объектами»3.

1 
Егоров С.А. Международно-правовая защита гражданских объектов в период 
вооруженных конфликтов: дис. ... канд. юрид. наук. М., 1984. С. 14.

2 
Далее — Дипломатическая конференция 1974–1977 гг.

3 
На Дипломатической конференции 1974–1977 гг. в ходе обсуждения вопросов, 
связанных с установлением правового регулирования объектов 
во время вой ны, возник вопрос: давать ли положительное, негативное или 
альтернативное определение гражданского объекта или, напротив, следует 
выработать параллельно два определения как гражданского, так и военного 
объекта. Среди участников конференции возобладало мнение, что лучше 

По мнению канадского профессора М. Сассоли, было бы лучше 

дать определение гражданским объектам1. Однако, поскольку 
объект становится военным не благодаря своим внутренним свойствам, 
а в связи с его использованием неприятелем, а также, учитывая, 
что среди участников Дипломатической конференции 1974–
1977 гг. возобладало мнение о необходимости выработать только 
одно определение, постараемся определить признаки, положенные 
в основу дефиниции «военного объекта».

Многие ученые к основным признакам военного объекта, выте-

кающим из его определения, относят, во-первых, характер объекта, 
его расположение, назначение и военное использование; во-вторых, 
его эффективный вклад в военные действия; в-третьих, военное пре-
имущество, которое получает воюющая сторона вследствие полного 
или частичного разрушения, захвата или нейтрализации военного 
объекта. Такого мнения, например, придерживаются С.А. Егоров2, 
Р. Баккстерс3. Иная точка зрения у В.В. Фуркало, который выде-
ляет в определении «военного объекта» два важнейших признака — 
военный характер объекта или его использование в военных целях, 
а также значение разрушения, захвата или нейтрализации такого 
объекта для достижения «явного военного преимущества» над про-
тивником4. Сходное понимание данного вопроса можно встретить 
у таких авторов, как М. Сассоли5, Ф. Кальсховен6.

Многие исследователи полагают, что при квалификации тех 

или иных объектов в качестве военных необходимо наличие одно-
временно объективных признаков, относящихся как к самому ха-

 всего дать только одно определение, установив негативную презумпцию 
в пользу гражданских объектов путем выработки определения граждан-
ского объекта. Поэтому было принято определение «военного объекта».

1 
Сассоли М. Законные цели нападения в международном гуманитарном 
праве. Материалы для неформальной встречи экспертов на высшем уровне, 
Кембридж, 27–29 июня 2003 г. С. 2.

2 
Арцибасов И.Н., Егоров С.А. Вооруженный конфликт: право, политика, ди-
пломатия. М., 1989. С. 147.

3 
Баккстерс Р. Поведение комбатантов и ведение военных действий. МГП. 
Институт проблем гуманизма и милосердия. М., 1993. С. 173.

4 
Фуркало В.В. Международно-правовая защита гражданского населения 
в условиях вооруженных конфликтов. Киев, 1986. С. 52.

5 
Сассоли М. Законные цели нападения в международном гуманитарном 
праве. Материалы для неформальной встречи экспертов на высшем уровне, 
Кембридж, 27–29 июня 2003 г. С. 3.

6 
Кальсховен Ф. Ограничения методов и средств ведения вой ны. М., 1999. 
С. 121.

рактеру объекта, так и к военным последствиям его разрушения1. 
Представляется, что их выводы основываются на содержании ч. 2 
ст. 52 Дополнительного протокола I 1977 г., в которой основные 
признаки военного объекта перечислены через соединительный 
союз «и». Однако заметим, что конкретная норма, запрещающая 
нападения на объекты, имеющие в силу своих основных характе-
ристик общепризнанное военное значение, если их частичное или 
полное разрушение при существующих в данный момент обстоя-
тельствах не дает воюющей стороне явного военного преимущества, 
в Дополнительном протоколе I 1977 г. отсутствует.

Для признания объекта военным, — считает канадский про-

фессор М. Сассоли, — он должен удовлетворять обоим признакам 
«при существующих в данный момент обстоятельствах». Развивая 
эту мысль, цитируемый автор приходит к выводу, что «без указания 
на конкретную ситуацию принцип проведения различия не был бы 
действенным, поскольку любой объект, в принципе, при возможном 
развитии событий в будущем… мог бы стать военным объектом»2. 
В связи с этим представляется не совсем ясным решение амери-
канского военного трибунала в Нюрнберге в деле Листа (Hostages 
Trial), который постановил, что «…законно разрушение железных 
дорог, линий коммуникаций и любого другого имущества, ко-
торое может быть использовано неприятелем. Даже частные дома 
и церкви могут быть разрушены, если это необходимо для ведения 
военных действий»3. В данном решении, как видно, акцент сделан 
на потенциальную возможность военного использования объектов.

Необходимо акцентировать внимание также на том, что во-

енный объект становится целью законного нападения, если его раз-
рушение, захват или нейтрализация при существующих в данный 
момент обстоятельствах дает «явное военное преимущество» над 
противником4. Полагаем, что, закрепив в ст. 52 Дополнительного 

1 
Полторак А.И., Савинский Л.И. Вооруженные конфликты и междуна-
родное право. Основные проблемы. М., 1976. С. 271; Сассоли М. Законные 
цели нападения в международном гуманитарном праве. Материалы для не-
формальной встречи экспертов на высшем уровне, Кембридж, 27–29 июня 
2003 г. С. 3; Хлестов О.Н., Блищенко И.П. Красный Крест и международное 
гуманитарное право. М., 1977. С. 79.

2 
Сассоли М. Законные цели нападения в международном гуманитарном 
праве. Материалы для неформальной встречи экспертов на высшем уровне, 
Кембридж, 27–29 июня 2003 г. С. 14.

3 
Цит. по: Давид Э. Принципы права вооружены конфликтов: Курс лекций 
юридического факультета Открытого Брюссельского университета. М., 
2000. С. 210.

4 
Давид Э. Принципы права вооруженных конфликтов: Курс лекций юри-
дического факультета Открытого Брюссельского университета. М., 
2000.  С. 208–210; Сассоли М. Законные цели нападения в международном 

протокола I 1977 г. такую формулировку, государства стремились 
избежать слишком широкого толкования понятия военного объ-
екта, на деле исключив возможные преимущества от нападения.

На наш взгляд, данные примеры и доводы ученых, юристов-

международников вынуждают задуматься над следующими 
вопросами: всегда ли законно нападать на военные объекты, 
и всегда ли военные объекты являются целями правомерного на-
падения?

Заметим, что в своих трудах многие исследователи проблем 

МГП, наряду с понятием «военный объект», используют понятие 
«законная цель нападения»1. Рассмотрим содержание указанных 
терминов.

Единственная законная цель, которую должны иметь государства 

во время вой ны, — это «ослабление военных сил неприятеля»2, по-
этому одним из способов, которым воюющая сторона может пы-
таться достичь этой цели, является уничтожение всего того, что 
может считаться военным объектом. Однако необходимо учитывать 
определенные ограничения в выборе объекта нападения. Как верно 
отмечает в одной из своих работ В.В. Фуркало, если, например, 
применение силы в отношении военных объектов не оправдано 
необходимостью существенного, явного военного преимущества, 
то такие объекты не могут рассматриваться в качестве законных 
военных целей3. Аналогичный подход был закреплен в проекте 
правил по ограничению опасностей, грозящих мирному населению 

 гуманитарном праве. Материалы для неформальной встречи экспертов 
на высшем уровне, Кембридж, 27–29 июня 2003 г. С. 3–4; Фуркало В.В. Ме-
ждународно-правовая защита гражданского населения в условиях воору-
женных конфликтов. Киев, 1986. С. 53; Полторак А.И., Савинский Л.И. Во-
оруженные конфликты и междуна родное право. Основные проблемы. М., 
1976.  С. 271; Баккстерс Р. Поведение комбатантов и ведение военных дей-
ствий. МГП. Институт проблем гуманизма и милосердия. М., 1993. С. 173; 
Соссюр Х. де. Военные цели — военные объекты // Военные преступления. 
Это надо знать всем: справочник. М., 2002. С. 91.

1 
См.: Сассоли М. Законные цели нападения в международном гуманитарном 
праве. Материалы для неформальной встречи экспертов на высшем уровне, 
Кембридж, 27–29 июня 2003 г. С. 6–7; Фуркало В.В. Международно-пра-
вовая защита гражданского населения в условиях вооруженных кон-
фликтов. Киев, 1986. С. 52; Радо Г. Законные цели нападения // Военные 
преступления. Это надо знать всем: справочник. М., 2022. С. 167.

2 
Декларация об отмене употребления взрывчатых и зажигательных пуль 
1868 г. // Международное право. Ведение военных действий: Сборник Гааг-
ских конвенций и иных международных докуме нтов. 4-е изд., доп. М., 2004. 
С. 275.

3 
Фуркало В.В. Международно-правовая защита гражданского населения 
в условиях вооруженных конфликтов. Киев, 1986. С. 52.

во время вой ны, представленном в 1957 г. Международным Коми-
тетом Красного Креста на Международной конференции Красного 
Креста в Дели. В ст. 7 проекта указывалось, что под военными 
целями или объектами следует понимать «только такие, которые 
принадлежат к категориям, имеющим по всеобщему признанию 
военное значение… Даже когда эти цели принадлежат к названным 
категориям, они тем не менее не могут рассматриваться как во-
енные, если по условиям моме  нта их полное или частичное унич-
тожение не вызывается военной необходимостью»1. В связи с этим, 
на наш взгляд, можно усомниться в правомерности действий сил 
коалиции во время вой ны в Персидском заливе, когда сбивались 
иракские самолеты, пытающиеся найти убежище в Иране, где они 
должны были вместе со своими пилотами оставаться на аэродромах 
до конца вой ны, полностью теряя при этом свое военное значение, 
и что объектами нападений становились колонны отступающих 
иракских солдат2.

Рассматривая данную проблему, Г. Радо отмечал, что «…ни один 

объект не может быть атакован, если урон, наносимый при этом 
мирному населению и гражданским объектам, будет чрезмерным 
в сравнении с приобретаемым в результате нападения военным 
преимуществом»3.

Вместе с тем, исходя из сущности данных положений, не следует, 

что военные объекты в таких ситуациях перестают быть по своему 
характеру военными, они лишь перестают считаться целями закон-
ного нападения, поскольку такое нападение (при существующих 
в данный момент обстоятельствах) не будет давать воюющей сто-
роне явного военного преимущества. Логический вывод из ска-
занного следующий: целями законного нападения всегда должны 
являться лишь военные объекты (например, продовольственный 
дивизионный склад, который непосредственно при существующих 
в данный момент обстоятельствах служит для поддержки личного 
состава противника), но не все военные объекты могут стать целями 
нападений (например, военный аэродром или продовольственный 
дивизионный склад, который, ввиду отступления сил противника, 
не используется личным составом противника по своему прямому 
назначению, но может использоваться в качестве госпиталя). Как 
справедливо отметил в связи с этим Э. Давид, незаконно любое 
бесполезное разрушение, даже если разрушаются объекты, не яв-

1 
Полторак А.И., Савинский Л.И. Вооруженные конфликты и междуна-
родное право. Основные проблемы. М., 1976. С. 268.

2 
Подробнее см.: The International Herald Tribune. 7 Febr. 1991. Р. 1 et. 4.

3 
Радо Г. Законные цели нападения // Военные преступления. Это надо 
знать всем: справочник. М., 2022. С. 167.

Доступ онлайн
от 184 ₽
В корзину